Больше некого любить Часть 1 Рафаэль

Они собирались домой. Саша сказал, что начнёт выкладывать видео после того, как всё смонтирует. Это будет дня через два. Все были обязаны репостить их на своих аккаунтах. И Рафаэль сгорал от нетерпения. Он, конечно, просматривал все серии и дал добро, но ему было интересно, какая будет реакция людей. Как всегда, они отвезли сначала Лизу, потом поехали к дому Элеоноры. Рафаэль сел посередине заднего сиденья, как раз между передними сиденьями. — Элеонора, расскажите про тот конкурс, который вы выиграли в 2005, — попросил он. Она повернула голову. — Что тебя интересует? — Где он проходил? Вы говорили, это был международный конкурс. — Здесь, в Киеве, и проходил, — ответила она нехотя. — Вы сказали, это был триумф. Это же была не первая ваша победа? — не унимался Рафаэль. — Триумф, потому что я уже была не молода... Мой давний партнёр уехал в Германию, к своему любимому мужчине. Они заключили союз через несколько лет... Никто не верил в меня тогда... Но у меня появился новый партнёр... гораздо моложе меня. Мы познакомились на одном из конкурсов за несколько лет до этого. И поддерживали связь... дружили, и когда он узнал, что я осталась без партнёра, предложил мне объединиться, — она смотрела на Джорджа, потому что Рафаэль сидел сзади. На её губах играла улыбка, что было редкостью. — Он приехал в Киев. Это был очень талантливый молодой танцор. Можно сказать, от бога. Мы много занимались, и в 2005 был наш первый совместный конкурс. Который мы выиграли. Потом за два года мы выиграли ещё несколько... — она замолчала. — А что было потом? — В 2007 ему пришлось уехать... И с тех пор мы больше не виделись. — Очень печально... — Рафаэль смотрел на её профиль. — А как его звали? — Ах, не важно! — сказала она и отвернулась. Рафаэль замолчал. Он чувствовал, что за этим коротким «не важно» прячется целая жизнь, о которой Элеонора уже не хочет говорить. Или до сих пор не может. Он смотрел на свою учительницу, понимая, насколько интересной была её жизнь. Все эти конкурсы, поездки, новые знакомства, возможно... тайная любовь. — А как сложилась судьба вашего давнего партнёра? — вдруг спросил он. — Он до сих пор живёт со своим мужчиной. Они очень преданы друг другу. У них своя танцевальная студия, — ответила она, не поворачиваясь. — Вы не жалеете, что он уехал? — Он правильно сделал, что уехал. Я сама уговорила его на этот шаг. Кем бы он стал, если бы остался? А там он обрёл своё счастье. Рафаэль вздохнул и улыбнулся. — Мы тоже хотим уехать, когда мне исполнится восемнадцать. В страну, где можно заключить брак, — он погладил бритый затылок Джорджа. Элеонора повернулась и посмотрела на Джорджа. — Это правда? Джордж глянул на неё. — Да, мы думали переехать в Великобританию или США, — ответил он. — Что ж, я желаю вам счастья. Я, честно, не ожидала от тебя таких серьёзных мыслей. Оставшийся путь они молчали. Когда они подъехали к её дому, Рафаэль, как обычно, выскочил первым, чтобы открыть ей дверь и подать руку. Элеонора вышла из машины, поблагодарив парня. Он довёл её до подъезда. — Мне кажется... Я буду скучать по вам, — он встал перед нею, преграждая ей путь. — Мы ещё встретимся когда-нибудь? Рафаэль смотрел Элеоноре в глаза, надеясь заметить, что она чувствует то же, что и он. И что-то промелькнуло. Какая-то грусть, а может, ему это показалось. — Я не знаю... — ответила женщина. — Я больше не буду преподавать... — Вы болеете? Саша сказал, что из-за какой-то болезни вы прекращаете преподавание, — затараторил Рафаэль. — Саша слишком много треплется... — ответила она с лёгкой улыбкой. — Я желаю тебе успеха и... продолжай заниматься танцами. Это у тебя в крови. Но главное... Держись за свою любовь. Это самое ценное... Будь счастлив! У Рафаэля всё сжалось в груди. К горлу подступил ком. Он отвернул лицо и начал моргать глазами, скрывая слёзы. — Спасибо вам! За всё, — ему так хотелось схватить её в объятья, но королеву нельзя обнимать. — Мне нужно идти, мальчик... — тихо сказала она. Рафаэль отступил, и Элеонора скрылась в подъезде. Он ещё постоял несколько секунд, надеясь... на что? Дверь откроется и Элеонора выйдет и обнимет его? Глупо... Он всего лишь ученик, которых у неё были сотни. Вернувшись в машину, он посмотрел на Джорджа. — Ты расстроен? — мужчина взял его за руку. — Я тебя понимаю... У всех были любимые учительницы, с которыми приходилось расставаться. Ты так быстро привязываешься к людям... — Она очень особенная! — Рафаэль шмыгнул носом. — Кажется, я больше никогда не встречу такого человека. И я понял, что... Я хочу заниматься танцами... профессионально. — Вот как? Ты хочешь тоже участвовать в разных конкурсах, ездить по миру? — Не знаю... — произнёс парень, мечтательно посмотрев перед собой. — А я? Я буду дома ждать, когда мой муж вернётся из очередной поездки? — Нет, ты будешь всегда со мной! — Рафаэль посмотрел на своего любимого и нахмурил брови. — Я же не смогу без тебя... без моего мужа... — Договорились, никуда друг без друга — Джордж улыбнулся и завёл машину. — У нас ещё встреча со следователем и Ксенией. А потом... — Я очень хочу секса с тобой! — перебил его парень. — Окей. Я тоже. Когда они подъехали к дому Джорджа, на парковке стояло всего несколько машин. Чуть позже тут будет некуда припарковаться. Они вышли, и двери соседней машины открылись. Из неё вылез Алексей с почти доеденным хот-догом в руке. — Добрый вечер! — он протянул свободную руку, чтобы поздороваться. — Извините, я решил, что успею перекусить, пока буду ждать вас. — Вы голодны? Конечно, после работы... — Рафаэль перевёл взгляд на Джорджа. — Мы что-нибудь сейчас приготовим. — Да я уже перекусил... Не стоит... — начал Алексей. — Ксения тоже придёт с работы, — перебил его Джордж. — Что мы приготовим? — он посмотрел на Рафаэля. Тот задумался. — Я смотрю, у вас тоже «фолькс»? У меня такой же, только дизель, — Алексей обошёл машину Джорджа. — Как вам? — Она у меня уже пять лет. Я доволен. Хотя проблемы были. Цепь растянулась, натяжитель полетел. Хорошо, что вовремя заметил — а то клапана бы загнуло. — Классика TSI! А у меня дизель — другие проблемы. Шестигранник в маслонасосе. Постоянно жду, когда провернёт. Говорят, стальной шестигранник решает, но я ещё не решился лезть. Пока качает — езжу. Вы, кстати, где обслуживаетесь? — На Оболони, у знакомого. Он не дерёт и работает честно. У него цепь и менял. Могу дать номер, если нужно. — Ммм... С вами так интересно! — вставил Рафаэль, скривившись. — У вас такие... мужицкие разговоры... Джордж улыбнулся словам парня, а Алексей с пониманием посмотрел, потом пригляделся к лицу Рафаэля. — Ты... ты красишься? — он ошарашенно посмотрел на Джорджа. — Это такая мода сейчас? Или это только среди... Вы ему разрешаете так ходить? — Это для съёмок. Мы снимали танец для рекламы... Я, конечно, не хожу так по улицам, — успокоил его Рафаэль. — Ты занимаешься танцами? — уже спокойнее спросил Алексей. — Да, недавно начал. — У меня сын уже несколько лет занимается. С четырнадцати... — следователь посмотрел себе под ноги. — Вам это не нравится? — тихо спросил Джордж. — Нет, я-то не причём... Главное, что сыну нравится. Он очень увлечён. И я спокоен, что он не влезет в проблемы с алкоголем и наркотиками... Среди молодёжи это... случается. К ним подъехал «Лексус» Ксении. И Рафаэль заметил, как его взгляд тут же из озабоченного стал тёплым. Ксения открыла дверь, и Рафаэль подбежал к ней, подавая руку. Женщина улыбнулась. — Привет, солнышко! У-у-у, ты с макияжем? — она обняла и поцеловала парня в щёку. — Это Лиза меня... накрасила перед съёмками, — Рафаэль улыбался во весь рот. — Тебе очень идёт! — она повернулась к Джорджу. — Привет! Ты не боишься, что этого красавца украдут? — она обняла его и тоже чмокнула в щёку. — Немного боюсь... — ответил Джордж с улыбкой. — Стоит мне хоть немного упустить его из вида — сразу слетаются хищники. — Ты про епископа, который хотел сегодня затянуть мальчика к себе в машину? Она посмотрела на Алексея и просто кивнула ему. Тот лишь сжал губы. «Никаких обнимашек для следователя, — подумал Рафаэль. — А он так ждал...» Одно Рафаэль понял: у них явно было прошлое. Для Алексея это было чем-то важным, а для Ксении — нет. В лифте она разглядывала Рафаэля, улыбаясь. — Говоришь, это Лиза тебя накрасила? Мне, пожалуй, стоит взять у неё урок макияжа. Рафаэль мельком глянул на Алексея. Тот стоял с каменным лицом, хотя несколько минут назад был таким... обычным. Простым мужиком, который увлекается автомобилями и любит своего сына. — Ты не звала Антона? — Рафаэль опять посмотрел на Ксению. — Он сказал, что задержится в банке, а потом с кем-то встречается. Так что... Может, с Лизой? «А может, с Сергеем», — подумал парень. Нужно обязательно позвонить ему вечером. Войдя в квартиру, Рафаэль сразу же побрёл в душ. Ему было немного жаль смывать грим — он чувствовал себя с этим макияжем кем-то другим — более свободным, красивым, неуязвимым. После душа он намазал лицо кремом и выскочил в комнату, чтобы одеться. Когда он вернулся в кухню, Джордж уже жарил фарш. Он решил сделать свою коронную пасту с сыром, в которую Рафаэль в своё время добавил фарш с приправами и острым соусом. На кухонном столе уже лежали пучки укропа и кинзы. — Чем тебе помочь? — спросил парень и обнял его за плечи. Он уже потянулся, чтобы поцеловать его, но вовремя остановился, покосившись на Алексея. К счастью, тот листал свои записи и не обратил внимания на жест Рафаэля. — Садись, я уже сам всё сделаю. Рафаэль сел и посмотрел на Ксению. — Ты говорила, что есть какое-то продвижение в деле? Расскажешь? — Раз уж Алексей здесь, пусть он расскажет, — она посмотрела на следователя. Тот откашлялся. — Да... Меня заинтересовал ваш рассказ о том, что жертва была наказана. Мы не могли понять, откуда у него эти раны на спине и ягодицах, — он достал папку и вытащил из неё несколько фотографий. На них было голое мужское тело, лежащее спиной к камере. По спине шли царапины, тонкие, или это были следы от розг. Их было много. Епископ жестоко обошёлся с Витей. Рафаэль закрыл глаза. Это всё, что осталось от него. Голое тело на столе, которое фотографировали безразличные люди, совершенно не задумываясь, через что прошёл этот человек. Ему стало страшно от мысли, что он тоже мог бы стать таким телом несколько месяцев назад. И есть вероятность, что он станет таким же в будущем. Никому не нужным, обнажённым, разрезанным специалистами, которые делали вскрытие. — Это ужасно... — прошептал он. Его спины коснулась тёплая ладонь Джорджа, и он вздрогнул. Посмотрел на своего любимого. — Если это случится с кем-то из нас... Если я окажусь в лапах этого извращенца, и он будет делать такое со мной... — Этого никогда не случится! Господь не допустит такого! — ответил Джордж и присел на корточки рядом с Рафаэлем. — Он же допустил такое с... Витей... — Витя... у него был такой образ жизни... потом его постоянное пьянство и болтливость... — Это ужасно несправедливо! — перебил его Рафаэль. — Никто не заслуживает... — он посмотрел на Алексея, который с интересом следил за ним. — Так вот, после вашего рассказа мы смогли понять, что такие раны могли быть нанесены розгами для садо-мазо сексуальных игр, — продолжил он. — Если жертва жила у епископа, то предположительно это мог сделать он. Это даёт нам зацепку. И возможность произвести обыск у него дома. Нам не позволили обыскать комнату жертвы. Скорей всего, у епископа есть влиятельные люди в органах. Но теперь у нас есть основания требовать новое разрешение на обыск. — Нельзя, чтобы наши имена упоминались! — быстро сказал Рафаэль. — И я уверен, вы ничего не найдёте у него дома. Столько времени прошло, он давно всё вычистил. — Нам нужно только оказаться там. Ты недооцениваешь меня. Я очень хочу найти того парня... твоего одноклассника и поговорить с ним. — У него есть свой человек в полиции, — сказал Джордж, высыпая сваренную пасту на дуршлаг. — Думаю, он будет знать заранее и даст возможность епископу спрятать Лёшу в другом месте. — Посмотрим. Кстати, насчёт того полицейского. Я нашёл в базе всех, кого зовут Константин. Хочу, чтобы вы опознали его, — он опять полез в свою папку и достал пачку фотографий. — Сначала будут те, у кого светлые глаза. Потом с другим цветом, на случай, если ты ошибся. Рафаэль покачал головой, взяв увесистую пачку. И начал листать. — Я пойду возьму очки, — произнёс Джордж и вышел из кухни. Рафаэль быстро перекладывал фотографии и где-то на шестой остановился. На ней был он. Сжатые губы и, казалось, крепко стиснутые зубы. Колючий взгляд смотрел прямо в камеру. У Рафаэля аж побежали мурашки по коже. — Это он! — тихо сказал парень. — Ты уверен? — Алексей смотрел на него с каменным, ничего не выражавшим лицом. — Это он, — повторил Рафаэль, и Алексей вернул отложенные фотографии назад в общую пачку. Вернулся Джордж в очках и взял пачку со стола. — Я не рассматривал его, когда мы сталкивались, но постараюсь вспомнить. Он медленно листал, складывая просмотренные фото в конец пачки, пока не остановился и положил фото на стол. — Мне кажется, это он. Да, эти глаза... Рафаэль точно описал... как лёд. — Что ж, — сказал Алексей, забирая пачку из рук Джорджа и кладя фото, отложенное им, сверху, — вы указали на одного человека, — он посмотрел на Ксению. — Мы проверим его. Кто он, откуда, какие у него связи. Вы нам очень помогли. Кстати, у Вити был такой предмет... — Алексей достал ещё одно фото. Рафаэль посмотрел. — Что это? — Ты не знаешь? — спросил Алексей. Рафаэль помотал головой. — А вы? — он посмотрел на Джорджа. — Это... это анальная... — Верно, это анальная пробка. Используется для того, чтобы анус растянулся перед анальным сексом. Вы не знаете, для чего он пользовался ею, если у него давно не было партнёров? Рафаэль побледнел. — Он рассказывал, что у одного из друзей епископа... — он посмотрел на Ксению. — Продолжай, — сказал следователь. — У него слишком большой... После него неделю болит... «очко», как сказал Витя. И епископ отправил его в тот город... кажется... Черновцы. Алексей опять прищурил глаза. — На той автостанции не останавливаются рейсы на Черновцы. Мы проверили все автобусы, которые останавливались там в то время. Никто из водителей не опознал убитого, — он задумался. — Давайте уже поедим! — сказал Джордж. — Рафаэль, накрывай на стол. Парень доставал тарелки, а Алексей вышел из кухни, чтобы кому-то позвонить. Слова про анальную пробку въелись ему в мозг. Через что пришлось пройти бедному Вите? Он только сейчас осознал, насколько ужасной была его жизнь. Насилие в детском доме. Потом насилие от того, кто обещал позаботиться. А потом ты просто объект для удовлетворения похоти... Для всех... Рафаэль застыл с тарелками в руках. Ксения подошла к нему и забрала тарелки. Она что-то говорила о том, что расселась как принцесса. Джордж сказал какую-то шутку, и они посмеялись. А он просто стоял, не в силах пошевелиться, чувствуя, как глаза застилает влага и он уже не может видеть чётко. Вот она потекла по щеке, щекоча. Рафаэль чувствовал, как она прокладывала путь по его лицу, пока не исчезла на полу. Потом были руки... которые схватили его, развернули, и он уже видит перед собой обеспокоенное лицо Джорджа. Он что-то ему говорит, но Рафаэль не слышит. Джордж прижимает его к себе, и только тогда чувства возвращаются к нему. Только тогда он может опять дышать. — Что случилось, ангел мой? Рафаэль понял, что он на кухне. Рядом его любимый, рядом Ксения взволнованно смотрит на него.