Больше некого любить Часть 1 Рафаэль

Прошла неделя. Рафаэль привык к своим новым условиям. Он, как и прежде, оставался примерным студентом днём, а после колледжа — заботливым другом для Антона и опекающим парнем для Джорджа. Его друга должны были вот-вот выписать, хотя кашель ещё не прошёл полностью. Что касалось его парня, тот тоже шёл на поправку, но врачи рекомендовали побыть под наблюдением ещё минимум неделю, пока анализы не придут в норму. Его отношения с Ксенией переросли во что-то неожиданно тёплое. Он всеми силами старался заботиться о ней, быть полезным, а она дарила ему тепло, от которого у него замирало сердце. Это не походило на материнскую заботу. Он видел в ней скорее старшую любящую сестру. Их вечерние откровенные беседы перед включённым телевизором дарили ему незабываемый опыт. Ему было интересно, как видит мир женщина, что она чувствует. Ксения учила его правильно ухаживать за кожей, и он впитывал эти новые знания. Незаметно для себя он стал копировать её жесты и интонацию. Всего неделя — а они уже сильно сблизились. Рафаэль часто вспоминал Аню, представляя, как ей было бы интересно с настоящей женщиной, а не с полуфанатичной сестрой из церкви. Он даже позвонил тёте Тане, чтобы узнать о своей сестре. Та сообщила, что Аня объявила отцу бойкот: отказывается есть и почти не разговаривает ни с кем. Только она может заставить сестрёнку поесть и выйти из комнаты. А вечером Ксения с улыбкой заявила: — Завтра у нас будут гости. — Гости? — переспросил Рафаэль. — Кто? — Твой дружок. Его завтра выписывают, и он просится к нам с ночёвкой. Мама не хотела его отпускать, так что мне придётся следить, чтобы он пил лекарства. Рафаэль просветлел. Его друг — наконец-то он будет рядом. На следующий день, после посещения Джорджа, он мчался домой, по дороге заскочив в магазин, чтобы купить яйца. Нужно было что-то приготовить вкусное. Но когда он вошёл в квартиру, из кухни неслись аппетитные ароматы. Работница Ксении доставала из духовки запечённую курицу. — Хорошо, что ты пришёл! — сказала женщина, заметив парня. Они встречались всего однажды, когда Ксения их познакомила. — Мне нужно срочно домой. Всё уже готово. У вас сегодня гости? — Ага, — Рафаэль принюхивался, ощущая, как от запаха ему очень захотелось есть. — Антон приедет. Это брат Ксении. — Я никогда не видела его. Жаль, что не увижу сегодня. — Она начала резать курицу на кусочки. — Ты ни разу не видела его? — Нет, он никогда не приходил. Ксения говорит, что ты будешь жить здесь месяц? — Да, пока мой постоянный попечитель не получит права на меня. — Господи, это звучит ужасно! Как будто ты какая-то вещь. Женщина не осознавала, как это прозвучало. А ведь в каком-то смысле она была права — его жизнь действительно напоминала вещь, которой распоряжаются другие. Рафаэлю снова стало грустно. — Спасибо вам за то, что готовите для нас, — тихо сказал он дрогнувшим голосом и пошёл в свою комнату переодеваться. Рафаэль услышал, что пришли Ксения с Антоном, когда в прихожей раздались разговоры и шум. Он в это время смотрел видео, которое выложил Саша — то самое, с представления в колледже. В итоге это получилась очередная реклама его танцевального класса. Саша не показал поцелуй в конце, сделав упор на «целомудренность» для родителей потенциальных учениц группы. Хотя танго и целомудренность, в понимании Рафаэля, — разные вещи. Он сразу увидел Антона, когда вышел. Ксения улыбнулась ему и перевела взгляд на своего брата, который стоял спиной к Рафаэлю, снимая куртку. Почувствовав, что на него смотрят, он обернулся — и тут же расплылся в улыбке. Рафаэль бросился к другу. Они крепко обнялись, и Антон поцеловал его в щёку. От него всё ещё немного пахло больницей и лекарствами. Он смутился, взглянув на сестру. Рафаэль взял его за руку и потянул на кухню. — Мойте руки и садитесь за стол, — сказал он, доставая тарелки. Антон был непривычно разговорчив. Увлечённо рассказывал о людях, с которыми столкнулся в больнице. Ксения с улыбкой слушала его. От доброты, которую излучали её глаза, Рафаэлю тоже стало тепло. Когда Джорджа выпишут, он должен устроить такой же ужин. Потом они сидели перед телевизором, и Антон прижимался плечом к плечу Рафаэля, иногда невольно касаясь его коленом. Рафаэль не отодвигался — наоборот, чуть подался ближе. И, казалось, именно этого ему всё время не хватало: мужчины рядом, контакта с тёплым телом. От этого становилось так спокойно. Рафаэль рассказал, что согласился на коллаб с Мистером Жимом, про Пашу, который передавал привет, и о своём беспокойстве — Джорджу ведь нельзя будет заниматься в спортзале какое-то время из-за травмы. Антон сказал, что обязательно составит для него новую, щадящую программу. — Я пойду к себе, — сказала Ксения, вставая с дивана. — Нужно ещё немного поработать. Если захотите есть — не стесняйтесь. Рафаэль немного подождал, потом повернулся к Антону: — Серёга не звонил тебе? Тот отвёл взгляд. — Нет... Ты всё же думаешь, что это он прислал подарок? — Я в этом уверен. Тебе нужно позвонить ему. Антон помедлил. Его пальцы теребили край подушки. — Я не знаю... Мне хочется и не хочется одновременно. Он теперь с Сашей, — Антон сложил ладони вместе и засунул их между колен, сомкнув ноги. — Но и ты с Лизой, — возразил Рафаэль, положив голову другу на плечо. — Вы ничего не обещали друг другу. Но, мне кажется, этот подарок — знак, что ты можешь его вернуть, если не будешь тянуть. Позвони ему. — И что я скажу? — Вы ведь так хорошо общались. Пригласи его в кафе. Только ты и он. — А если он не захочет? — он совсем поник и ещё сильнее сжал колени. — Ты никогда не узнаешь, если не позвонишь. Чего ты боишься? Антон помолчал минуту. — Страшно, если он откажет, и я буду выглядеть дураком. Если он скажет «нет»... Меня колбасит от одной мысли. Рафаэль покачал головой, видя грусть своего друга. — Послушай, просто позвони ему. Он ведь может согласиться. Вы ведь друзья. И раньше почти каждый день обедали вместе. Ну хочешь, я позвоню? — Я лучше сам. Рафаэль вытолкнул его на кухню и вернулся к телевизору. Он вспомнил, как когда-то сам боялся, вдруг Джордж откажется, не примет его любовь. Как уходила земля из-под ног и было такое ощущение, что ты падаешь в бездну. Зато потом появилась надежда, которая не давала ему упасть. Антона не было десять минут, и когда он вернулся, то выглядел спокойным. — Что он сказал? — нетерпеливо спросил Рафаэль. Антон сел рядом и облегчённо выдохнул. — Мы встретимся. Завтра. Потом он перевёл взгляд на друга и робко спросил: — Можно, я буду спать сегодня с тобой? Рафаэль медленно повернул голову и внимательно посмотрел на Антона. — Только, если не будешь приставать ко мне. Улыбка пробежала по лицу его друга. — Я во сне могу прижаться к тебе и обнять... Это ведь не приставания? — Думаю, что нет. Рафаэль положил голову на грудь парню, и тот нежно обнял его. — Я хотел бы завтра сходить к Джорджу с тобой. — Конечно, давай сходим. Он будет очень рад тебя видеть. За эту неделю Джордж хоть и стал чувствовать себя лучше, но Рафаэль щадил его, позволяя себе только оральный секс. Если они один день пропустят, ничего страшного. — У нас завтра будут гости. — неожиданно раздался голос Ксении, и Антон быстро убрал руку, густо покраснев. Женщина подошла к ним. — Гости? У нас? — переспросил Рафаэль, поднимая голову. Он всё ещё прижимался к Антону. — Алексей хотел поговорить с тобой и я пригласила его к нам. Ты ведь не возражаешь? — Нет, конечно. Нужно будет приготовить что-нибудь. Антон отстранился и опять зажал руки между коленями, явно смущаясь от того, что Ксения поймала момент их близости с Рафаэлем. — Мы... смотрели телик... — зачем-то начал оправдываться он. — Может, Антон будет спать со мной? — вдруг спросил Рафаэль и бросил взгляд на ещё больше покрасневшего друга. Тот испуганно посмотрел на Ксению, которая молча улыбалась. — Если хочет, пусть спит где угодно. — она встала перед братом. — Ты только что обнимал его, а как только я вошла, убрал руку. Мне немного обидно, я ведь не надзиратель. А каково Рафаэлю? Ты стесняешься его? Антон смотрел на Ксению снизу вверх, не зная что ответить. — Я давно заметила, что в присутствии Рафаэля ты ведёшь себя немного иначе. — продолжала женщина, наклонившись к лицу брата. — Помнишь, в детстве ты мог принести замёрзшего воробья и отогревать его за пазухой? Мама ругалась, а ты плакал. А потом... потом ты стал похож на отца. Стал холодным и твёрдым. Но сейчас... — она посмотрела на притихшего Рафаэля, потом снова на брата, — Мне так не хватало тебя настоящего. Но я всегда тебя любила и буду любить. Если только ты не будешь нарушать закон. Она села рядом с ним и вытащила его руку, слегка сжав её. Взгляд Антона в тот момент казался немного перепуганным. — Даже если я окажусь не тем, кем всегда казался? — Ты ведь, как прежде — мой брат. Кем ты можешь ещё быть? То, что Антон, возможно, принял себя, вовсе не означало, что он мог рассчитывать, что его примут другие. Его сомнение во взгляде говорило Рафаэлю, что он ещё не научился доверять другим. Хотя, вероятно, Ксения была самым близким его человеком. И он мог пока не понимать этого. Утром Рафаэль как обычно готовил завтрак. Теперь на троих. Этой ночью он спал крепче, чем обычно, несмотря на то, что Антон постоянно прижимал его к себе. Хотя, может быть, и благодаря этому. Он впервые за долгое время ощущал, что его оберегают. — Привет! — раздался сонный голос Антона. — Доброе утро! — Рафаэль посмотрел на него и улыбнулся. — Как спалось? — Хорошо. Я не думал, что так вырублюсь. Я не прижимался к тебе... как в прошлый раз? — Нет, ты вёл себя, как джентльмен. По крайней мере, я ничего не помню. Тоже крепко спал. Антон подошёл, обнял парня и, уткнувшись носом за его ухо, глубоко втянул воздух. Почти как Джордж. Только тот ещё покрыл бы его шею поцелуями. — Ты пойдёшь в колледж? — спросил Рафаэль, не поворачивая головы. — Я ещё болею. Поеду с тобой, покажусь, а потом займусь своими делами. Сегодня опять буду ночевать с тобой, если ты не против. Рафаэль не был против. К последней паре Антон ждал его у кабинета. Он был серьёзен, и от утренней мягкости ничего не осталось в его взгляде. — Что-то случилось? — спросил Рафаэль, тот только покачал головой. — Я немного волнуюсь перед встречей с Сергеем. Вдруг он скажет, что не хочет ничего со мной? — Тогда ты будешь точно знать, что он не хочет. Или ты предпочитаешь жить в фантазиях? — Может быть, не знать правду и надеяться — гораздо легче, чем потерять всё... — Но ведь... ты к нему что-то испытываешь? — Рафаэль перегородил ему дорогу, заглядывая в глаза. — Я не знаю... — Антон опустил взгляд. — Я вспоминаю, как он показал... И мне хочется потрогать его. Иногда так сильно, что я улетаю в своих фантазиях и представляю... Я не хочу об этом говорить. — он посмотрел куда-то в сторону. — Ты боишься своих фантазий? — Иногда... Не то, чтобы я боюсь, просто... Я не знаю, что я буду чувствовать, если хоть одна из них станет реальностью. Как я буду относиться к себе. — Ты ведь не станешь другим. Твои фантазии не сделают тебя плохим или испорченным. Это будешь ты — Антон, мой лучший друг. Наконец, они попали на тренировку. Прошло несколько дней с тех пор, как Антона выписали. Рафаэль пытался отговорить друга, потерпеть пока он окончательно поправится, но тот ничего не хотел слышать. — Понимаешь, я так давно этим занимаюсь, что просто не могу. Если я не чувствую как болят мышцы после тренировки, у меня начинается что-то вроде ломки. Я и так страдаю уже две недели. — пояснял он. В фитнес-зале было спокойно в это время. Они легко нашли себе места со свободными тренажёрами и спокойно занимались около часа. Антон всё же решил себя немного поберечь и уменьшить нагрузку, но загонял Рафаэля. Когда они шли на беговые дорожки, Рафаэль заметил Мистера Жима в окружении тех парней, которые предлагали ему сделать тату. — Как ты относишься к татуировкам? — спросил он, когда они подошли к дорожкам. — Никак. Я безразличен. А ты хочешь сделать? — Нет. Мне предлагали те ребята. — он кивнул в их сторону. — Ты видел татуху у Мистера Жима? Почти на весь живот. — Тебе нравится? — Антон настраивал трек под себя. — На это интересно посмотреть. У него, как живая картина на теле. — Рафаэль опять повернулся и посмотрел на Диму, стоящего вдалеке. Тот заметил, что на него смотрят и, сказав что-то парням, направился к ребятам. — Чёрт, он идёт к нам! Антон оглянулся и следил, как Дима подходит к ним, а Рафаэль быстро залез на дорожку. Но только он включил её, как раздался голос. — Привет, парни! — он протянул Антону руку и тот поспешно пожал её. — Антон, если не ошибаюсь? Рафаэль говорил, что ты болел. Уже лучше? Антон расплылся в улыбке. — Да, пролежал в больнице десять дней. Воспаление. — он похлопал себя ладонью по груди.