Больше не серая

—Что ты делаешь?  Чуя еле заметно вздрогнул от неожиданного голоса в метре за его спиной. Он так глубоко ушел в свои мысли, что не заметил появления Дазая в квартире, этот придурок ходил как всегда слишком тихо. Это всегда раздражало Накахару, но сегодня ему было не до раздражения. Он бы.. рад? Да, определенно. Он стоял около этой стены уже 4 час и то, во что она превратилась оправдывало все его ожидания.  Когда Дазай вернулся домой, он несколько раз позвал Чую, но так и не услышал ответ. Безошибочно найдя его в их спальне, парень замер в недоумении. Их привычная, серая стена сейчас горела множеством огней, на ней висели их совместные фотографии, глупые картинки котов и рыб, на полках стояли растения. Все это было.. завораживающе. Осаму и сам не заметил, как глаза загорелись, словно самые яркие из огоньков гирлянды.  —Это самая большая стена в квартире, но она такая серая. —однажды сказал Дазай, между каким то бредом, как обычно ушедший в свои философские мысли и великие рассуждения перед сном.  И Чуя запомнил. Отложил это в своей памяти даже с учетом огромного количества работы в последние месяцы. Дазай знал, у его Чиби иногда чертовски короткая память, но почему то это никогда не касалось Осаму и его слов, словно для этого было особое место в мозгу Накахары. И это.. приятно. Было приятно в 16, в 18, в 22 и даже сейчас, когда обоим уже почти 25 лет. Их отношения прошли многие стадии за это время, они отпустили старые ошибки и стали исправляться, больше слушать, слышать друг друга. Чуя научился давать волю эмоциям не только через гнев и ругань, а так же через более простые, радостные вещи. Именно он первым начал преображать их квартиру в нечто живое, наполненное эмоциями и чувством дома. И..  Черт возьми, это реально светильник в виде лотосов? Где этот слизень раздобыл вообще подобное?!  Чуя проследил за его взглядом и лишь усмехнулся своей блядской улыбкой. Как он делал это из раза в раз, заставляя сердце Дазая буквально сделать сальто.  —Теперь стена не серая.  — Ответил ему Чуя и легонько качнул гирлянду, словно довольный кот, что вот вот играючи повиснет на ней и сорвет. Но все же Чуя не был котом (только если глубокой ночью, когда слишком уставал и позволял Дазаю играться с его вьющимися волосами, чуть ли не мурча от удовольствия).    Подняв свои небесно голубые, в которых словно отражалось темно синее дно океана, глаза, Чуя в очередной раз заставил утонуть в них. Сколько лет прошло, сколько сравнений, метафор, эпитетов  он придумал чтобы объяснить цвет этих глаз, но.. Ничего так и не подошло. Ничего не могло даже близко описать глубину цвета глаз Накахары.  —Осаамууу, але, ты опять нажрался чего то по дороге? —Чуя пару раз щелкнул перед его глазами, привлекая внимания.  Ох, он снова завис.  Губы Дазая расплылись в довольной улыбке, он обхватил запястье Чуи и резко наклонился, накрывая мягкие, чуть треснутые губы коротким, чувственным поцелуем, заставляя Накахару на мгновение удивлено раскрыть глаза и после ответить, так же страстно, тихо мыча от удовольствия. Не успевает обескураженный Чуя что-то сделать, как Дазай уже отстранился и принялся воодушевленно восклицать  —Чиби! Это так мило!! Откуда у тебя эти фотки? С каждой секундой Осаму замечает все новые и новые детали. О, это были не просто фотографии. Даже простой пейзаж с набережной.. время его запечатления, ракурс, идиотские надписи сверху или рядом, понятные только им, местоположение на стене — все имело смысл. Это была их история, написанная тысяча и одним шифром, понятная только им. С виду простой, хаотичный разброс бреда по некогда серой стене, значил слишком много для обоих. Это их воспоминания, привязанность, доверие, построенное годами - то, о чем никто другой не сможет узнать никогда. Даже если кто-то прочитает все это, приведет тысяча и одну теорию, проведет параллели с их жизнями, он не сможет сложить пазл воедино.