Грани Катамарановска

      Для прекрасной и очаровательной телеведущей Танечки Восьмиглазовой дом всегда был самой главной опорой, защитой и родным местом, где можно оставаться собой и не бояться ничего на свете.              Воспитанная доброй и заботливой бабушкой, Танечка переняла у неё прекрасные, как она считала, привычки. Девушка хорошо умела готовить и знала, как из муки, воды и пару яиц приготовить вкусный ужин, как отмыть даже самую застарелую плитку, накрахмалить скатерть и из самых простых бытовых вещиц организовать самую добротную и красивую квартиру города. Бабушка научила Танечку всем премудростям ведения домохозяйства, причём делала это с такой лаской, что девочка переняла от неё не только знания, но и любовь к обустройству домашнего уюта.              Именно поэтому, когда Танечка поступила в институт и переехала в общежитие, она ловко и с радостью сделала из маленькой комнатушки добротное и уютное гнёздышко с новеньким, пусть и простеньким ремонтом, выкрашенным шкафом и кроватями, выстиранными занавесками и кучей комнатных растений. Комендантша даже наградила студентку банкой солёных огурцов за такую очаровательную красоту. И это Таня ещё не рассказала, что по фирменному совету Катамаранова всех тараканов прогнала!.. Куда они убежали — история умалчивала, но девушка надеялась, что у них всё в порядке и они нашли себе пропитание не у кого-нибудь в квартире.              Когда Таня начала жить с Ричардом Сапоговым, она решила: раз здесь теперь их общее гнёздышко, обязательно следовало его хорошо обустроить. Получив разрешение от молодого человека, девушка в одиночку переклеила обои, положила на пол новый линолеум, закупила прекрасные шторочки, новую накрахмаленную скатерть и даже нашла в одном из магазинов привезённый из Чехословакии красивый чайный набор. Бабушка, в отличие от многих своих ровесниц, всегда говорила внученьке, что незачем тратить жизнь на сбережение красивых вещей, жить и пользоваться ими надо здесь и сейчас. Поэтому Танечка в первый же вечер достала этот сервиз, испекла фирменный бисквитный торт и угостила им Ричарда. Тортом Ричард остался доволен, ремонтом — тоже, на чашки внимания особого и не обратил, но Танечке это было не так уж и важно. Главное, что не осудил — и порядок. И Танечке от этой уютной кухоньки, обустроенной её заботливыми ручками, было более чем хорошо.              Позже судьба завела её вить новое гнездо — теперь уже у Юрочки Грачевича. И здесь Таня снова своей заботливой мягкой рукой навела порядок в холостяцкой квартире, куда журналист почти и не заглядывал, вытрясла все паласы, принесла откуда-то новые цветы взамен засохших (Танечка удивилась, что цветы здесь вообще имелись), покрасила полы и даже притащила новый матрас, приобретённый на скопленные денежки. Юра отвешивал ей постоянные комплименты, благодарил за приготовленный супчик и котлеты с макаронами, и Танечка мило улыбалась, чувствуя себя довольной. Не счастливой почему-то — но довольной. И ей хватало и этого.              Семейная жизнь с Юрой не задалась, и путями-дорогами Танечка оказалась в квартире полковника Жилина — и без неё уютной и тёплой. Здесь уже были и приятные ароматы домашней картошечки, и плетущиеся цветы на подоконнике, и накрахмаленные занавески, и добротный ремонт… Танечке так хорошо и приятно было у Жилина, и она не знала, чем ещё может улучшить и сделать эту маленькую квартирку ещё более уютной. Но девушка очень старалась: выстирала старенькие, но милые занавески, намывала полы чуть ли не до блеска, вытирала пыль, скопившуюся, видимо, за время отсутствия полковника дома — преступность-то не дремала…              — Ты эт-та… чего тут делаешь? — пробубнил появившийся из ниоткуда Катамаранов.              — Да вот, помогаю вам с Сергеем Орестовичем, — улыбнулась Таня.              С детских лет Катамаранов и Жилин были не разлей вода, и сейчас, во взрослой жизни, остались такими же. Тесная дружба, зародившаяся ещё в школьные годы, переросла во что-то трепетное и скрытое от людских глаз. Никто бы их в Катамарановске не осудил, но они всё равно предпочитали жить в своём особенном мире по своим странным правилам. Жителям оставалось лишь только снисходительно улыбаться на очередной перфоманс Игоря Натальевича и бежавшего за ним Жилина с угрозами «пятнашечки». Сколько раз и сама Таня улыбалась… А теперь вот — жила с ними и любила их двоих. Одинаково — сама не знала, как так получилось. Иногда и сама не верила собственному счастью… Однако почему-то они не просто впустили в её мирок, но и уделили ей почётное место. Ей и её дочери от Ричарда, которую воспитывали, как родную.              — Ч-чего напр-рягаешься… — буркнул Игорь. — Теб-бе нельзя… Кормишь… Алинку-то…              Катамаранов отхлебнул немного скипидара из неизвестно откуда взявшейся бутылки.              — Да можно, я же немного, — заметила Таня. — У вас дома и так всё так хорошо и очаровательно, я хоть просто чуть пыль протру…              — Отдохни, — выдохнул Катамаранов. — Уст-тала же… В тел-визоре была, в-дел т-бя сегодня. И не нагр-жай себя. Сер-рёге всё расскажу… Р-шит ещё, что ты так платишь ему… Ру-гаться будет…              Танечка улыбнулась. Игорь с детства был таким добрым и заботливым! Даже сейчас, хоть и выпивши, а всё равно так внимателен!              Догадалась Таня и о другом: Катамаранов подумал, что она, честная и скромная, решила хоть как-нибудь отблагодарить их за любовь, доброту и предоставленный кров. В своё время Жилин наотрез отказался брать у неё квартплату, а затем вместе с Катамарановым помогал и в домашних делах, и в воспитании Алиночки… Но не знали её мужчины самого главного: что для Тани в радость наводить уют и порядок, счастлива она от воссоздания домашней красоты и делать дом по-настоящему домом. Местом, где будет так спокойно и легко…              — Игорь, я просто очень люблю заботиться о доме, — улыбнулась Таня. — Украшать, делать с ним что-нибудь очаровательное… Вот ты любишь экскаватор?              Катамаранов пожал плечами.              — А скипидар?              Теперь кивнул.              — Вот, а я так люблю душу вкладывать в домашнее обустройство. Кому-то не хочется лишний раз убирать, а для меня и новые цветочки посадить дома — радость, — ответила ему Таня. — Это же так здорово: оставлять дома частичку себя в наведении красоты!              Мужчина явно задумался и почесал затылок.              — П-нял… Щас будет, — пробормотал он и резко выскочил из квартиры, оставляя Танечку в полном недоумении.              А вскоре Танечка ещё один раз поняла, что выбрала абсолютно правильных и хороших мужчин. Ведь, узнав правду о любимом деле Тани, Катамаранов откуда-то притащил ей несколько кустов цветов на рассаду, а прибывший со смены Жилин натаскал пару вёдер земли и достал припасённые для редиса удобрения.              Втроём пересаживая прекрасные растения в ванной, Танечка чувствовала себя очень и очень счастливой. Ведь её мужчины не только приняли её любовь к ним и привычку наводить уют и порядок, но и сами пожелали приложить к нему свою руку, несмотря на огромное количество дел и забот… Но нет, решили и понять и принять, и это для Тани было ценнее любых благосклонных слов.              И пересаженные красивые прекрасные фиалки и мирт давали понять, что любовь в этом доме поселилась очень прочно.