Ты не один, Ричи.

Холодный осенний ветер пронизывал насквозь, проникая под одежду, словно пытался достучаться до самого сердца. Ричард Труман стоял на остановке, засунув руки в карманы брюк, и смотрел на приближающийся автобус. Ночное небо было затянуто тяжёлыми тучами, а фонари отбрасывали тусклый свет на мокрый асфальт, отражаясь в лужах мутными разводами. Он должен был уехать. Но, чёрт возьми, он не мог заставить себя шагнуть вперёд. Внутри бушевал знакомый, но от этого не менее неприятный хаос. Мысли перескакивали с одной на другую, каждый вариант действий казался дерьмовым. Вернуться в свою квартиру? Где его не ждут, где только пустые стены и эхо собственного разочарования? Да пошло оно всё к чёрту. — Ричи, ты в порядке? — голос Рэна Миллера прозвучал мягко, но в нём явно чувствовалось беспокойство. Ричард чуть повернул голову, встречаясь взглядом с серо-синими глазами друга. Рыжеволосый парень стоял рядом, держа руки в карманах чёрной кофты, его белая рубашка слегка выглядывала из-под ткани. Он выглядел спокойным, но внимательным, и это раздражало. Нет, не из-за Рэна самого по себе, а из-за того, что его хреновая интуиция снова оказалась права — Миллер действительно заметил его колебания. — Нахера ты спрашиваешь? — хмыкнул Ричард, опуская взгляд на носки своих ботинок. — Разве это не очевидно? — Очевидно, — кивнул Рэн, не теряя своего спокойствия. — Но мне важно услышать это от тебя. Ричард скрипнул зубами. Он ненавидел такие разговоры. Ненавидел, когда кто-то слишком близко подбирался к тому дерьму, что творилось у него в голове. — Я не хочу возвращаться, — выдохнул он, опуская плечи. — Там… там просто нечего ловить. Миллер чуть нахмурился, его взгляд стал серьёзнее. Он знал, что у Ричарда проблемы. Знал, что его дом — это скорее место заключения, чем убежище. Но услышать это вот так, прямо… — Оставайся у меня, — вдруг предложил он. — На ночь. Или на сколько надо. Ричард резко поднял на него взгляд, в его карих глазах промелькнуло удивление. — Ты серьёзно? — хрипло переспросил он. — Абсолютно, — кивнул Рэн, наклоняя голову набок. — Ты можешь остаться у меня, сколько потребуется. Я не собираюсь позволять тебе возвращаться туда, где тебе плохо. Ричард сглотнул, чувствуя, как в груди разворачивается что-то странное, не то тёплое, не то пугающее. Его нахмуренные брови дрогнули, а язык метался между колючими словами и… благодарностью? Какого хрена? — Ты уверен? Я не самый приятный сосед, знаешь ли, — буркнул он, пытаясь вернуть себе привычную маску. Рэн усмехнулся, чуть качая головой. — Да ладно, я как-нибудь переживу твой мерзкий характер. Тем более, если ты, наконец, научишься варить нормальный кофе. Ричард усмехнулся, но потом быстро спрятал улыбку, будто боялся признаться, что этот придурок смог его хоть немного рассмешить. — Ладно… хрен с тобой. Показывай дорогу. Дорога к дому Рэна заняла минут двадцать. За это время Ричард успел продрогнуть ещё сильнее, и когда они наконец-то вошли внутрь, тёплый воздух квартиры ударил ему в лицо, заставив поёжиться. — Добро пожаловать, — бросил Миллер, сбрасывая кроссовки у входа. — Тут не хоромы, но, думаю, тебе понравится. Ричард молча стянул ботинки и огляделся. Комната была небольшой, но уютной. Полки с книгами, стопки блокнотов, повсюду художественные принадлежности. И картины. Чёрт возьми, сколько тут было картин. Большие, маленькие, в рамах и без, некоторые недописанные, но во всех чувствовалась душа. — Ты талантлив, — признал Ричард, сам того не ожидая. Рэн замер, удивлённый его словами, а потом отвёл взгляд, чуть смущённо потирая шею. — Спасибо… Я просто люблю рисовать. Это помогает. Ричард кивнул, понимая, о чём он. У каждого был свой способ справляться с дерьмом в голове. — Чай будешь? — спросил Миллер, уже направляясь на кухню. — А у тебя есть что-то крепче? Рэн хмыкнул. — Нет. Но если ты хорошенько попросишь, может, найду какао. Ричард фыркнул, но спорить не стал. Он опустился на диван, облокачиваясь на спинку, пока Рэн возился с чайником. Тепло квартиры, запах чая, эти дурацкие картины — всё это постепенно снимало напряжение с его плеч. Он чувствовал себя странно… не в безопасности, но ближе к этому, чем когда-либо за последние месяцы. Рэн вернулся, протягивая ему кружку. Ричард принял её, ощущая, как горячая керамика согревает пальцы. — Мы можем поговорить, если хочешь, — предложил Миллер. — Или просто посидеть молча. Ричард посмотрел на него, встречаясь с его серо-синим взглядом. Спокойным. Надёжным. — Я… не знаю, с чего начать, — признался он. Рэн мягко улыбнулся. — Как насчёт того, что беспокоит тебя прямо сейчас? Ричард вздохнул, отводя взгляд. Он не привык к такому. К тому, что кто-то его слушает. Но… — Я просто заебался, Рэн, — выдохнул он. — Постоянно чувствую, что задыхаюсь. И никто даже не замечает. Рэн кивнул, не перебивая. Он не спешил с пустыми утешениями, не пытался принизить его чувства. Он просто был здесь. — Знаешь, — сказал он спустя минуту. — Иногда главное — это сделать первый шаг. Ты уже сделал его. Ты здесь. Ричард тихо фыркнул, но внутри что-то дрогнуло. Может, Миллер был прав. Может, первый шаг уже был сделан. И, может, впервые за долгое время, он не был один.