Подо мной

— Ты сдала меня ? — рычит Лу, почти прижимая Мари к стене. — Ты же знаешь, что я бы так не поступила, — резко отвечает Мари, протягивая руку и касаясь её предплечья. Кажется, это единственный способ её успокоить, напомнить, где они находятся. — Да ни хрена я не знаю! На этом терпение заканчивается. — Да чтоб тебя, Лу! Мне уже достали эти твои грёбаные истерики! — вспыхивает Мари, не сдерживая раздражения. Мари и правда начинала злиться. Она просто сидела у себя в камере, читала книгу, пила мятный чай… и вот, чёрт возьми, заявляется Лу. Теперь ей снова приходилось быть той, кто разруливает ситуацию, как будто она отвечает за эту переросшую восьмилетку. Разумеется, крик в ответ только ещё больше разозлил Лу. Хотя что вообще могло её не злить? — Это не истерики, Мари! Я, блядь, злюсь, потому что какой-то ублюдок стучит этим грёбаным надзирателям, и… — Лу, да заткнись ты уже, — резко бросает Мари, а потом, не успев даже осмыслить, что делает, разворачивает её и резко шлёпает по заднице. Громко. Лицо Лу тут же меняется — она словно замирает на месте. — Какого хрена?! Ты… ты только что меня отшлёпала?! Ну да… Отшлёпать Лу Келли, чтобы она успокоилась, явно не самое умное решение, которое когда-либо принимала Мари. — Слушай, Лу. Прости, ладно? Мне не стоило так делать. Но, милая, когда ты постоянно кричишь, это правда становится слишком для меня, и… Она осекается.Лу больше не выглядит злой. Она даже не выглядит ошарашенной. Она выглядит… возбужденной.Её губы приоткрыты, дыхание стало глубже, а в глазах промелькнуло что-то, от чего у Мари на секунду пересохло во рту.Да, часть Лу всерьёз хотела врезать Мари прямо в грудь за то, что она вообще осмелилась так с ней поступить. Но была и другая часть. Та, что хотела, чтобы Мари уложила её на колени и шлёпала, пока та не сможет нормально сидеть всю следующую неделю.Как ни крути, но пульсирующее напряжение между её бёдрами невозможно игнорировать. — Сделай это ещё раз, — Лу выдыхает почти беззвучно, её голос дрожит. Чёрт.Мари чувствует, как жар поднимается к её щекам — Лу правда этого хочет. И, если быть честной, она тоже. — Хорошо, — спокойно отвечает она, надеясь, что Лу не заметит лёгкий румянец на её лице.Но внутри уже начинает зарождаться беспокойство. Соберись, Мари. Ты должна держать всё под контролем. — Иди сюда, — тихо говорит Мари, обхватывая Лу за талию и усаживая её на кровать. Она замечает, как та нервничает — дрожащие пальцы, подрагивающая нога, закушенная губа. — Подожди, — вдруг говорит Лу, сжимая простыню в кулаках. В её голосе что-то такое, что заставляет Мари замереть, внимательно наблюдая за ней. Лу хватает её за подбородок и целует резко, настойчиво.Мари на секунду замирает, но тут же отвечает, её руки скользят вниз, стягивая с Лу толстовку. — Всё нормально? — шепчет она, касаясь её губ.В ответ Лу просто молча поднимает руки, позволяя ей снять одежду. — Можно это тоже? — спрашивает Мари, нежно касаясь края её лифчика, оставляя лёгкие поцелуи вдоль её челюсти — Да… — тихо выдыхает Лу, снова вцепляясь пальцами в простыни. Чёрт, её трясло от нервов. Может, Мари этого и не замечала, но Лу чувствовала это слишком явно.Мари расстёгивает её лифчик и наклоняется, касаясь губами, стараясь, чтобы этот поцелуй успокоил ее. Лу замирает, когда чёрное кружево соскальзывает с её плеч и падает на пол. Внезапно она чувствует себя совершенно обнажённой, даже слишком.Да, конечно, у них с Мари уже была близость, но та никогда не видела её так.Лу знала, что выглядит неплохо, но всё равно… — Чёрт… — почти благоговейно выдыхает Мари, её ладонь мягко скользит по обнажённой коже. — Ты невероятно красива. Милая, неужели ты боялась показать мне это? Лу молчит.Мари улыбается, нежно проводя пальцами по её щеке, прежде чем снова её поцеловать. — Тебе не нужно стесняться рядом со мной, — шепчет она, мягко укладывая Лу на кровать. Её язык скользит по шраму под ключицей, затем медленно спускается ниже, к её груди. — Чёрт, Мари… — Лу выдыхает сквозь сжатые зубы, когда её губы захватывают сосок, а зубы чуть-чуть прикусывают чувствительную кожу. Она прикрывает глаза, её пальцы запутываются в хвосте Мари, сжимая его сильнее, а горячее, влажное прикосновение её рта только усиливает пульсирующее напряжение между бёдрами. — Пока хватит, — твёрдо произносит Мари, вдруг отстраняясь. Глаза Лу тут же распахиваются в удивлении. — Ложись на живот, — спокойно говорит Мари. Лу фыркает. Какого чёрта? — Я тут главная, Уинтер. Ты не можешь просто так мне приказывать, — огрызается она. — Ложись на живот, Лу. Чёрт. Она не шутит. — Ладно, ладно, полегче, — пробормотала Лу, осторожно переворачиваясь. Сердце бешено колотилось, в груди разливалось напряжение — смесь предвкушения и чего-то, что она не могла до конца осознать. Мари усмехнулась. Она добилась своего. А теперь собиралась дать Лу то, чего та, похоже, жаждала не меньше.Медленно наклонившись, она зацепила пальцами пояс спортивных штанов Лу и стянула их вниз. Лу зажмурилась, уткнувшись лицом в подушку, её тело дрожало — от возбуждения, от нервозности, от осознания, что пути назад уже нет. Вот дерьмо. Это реально происходит.Мари вот-вот увидит её полностью обнажённойю Это должно было быть унизительно. Это было унизительно. Но, чёрт возьми… ей хотелось этого. Хотелось сильнее, чем она была готова признать. Мари берётся за резинку её нижнего белья. — Можно снять? — спрашивает она, выводя Лу из её задумчивости. Лу кивает, и прежде чем успевает осознать, её бельё оказывается на полу рядом с остальной одеждой.Её пальцы дрожат, внутри нарастает желание закрыться, спрятаться под одеялом и больше не выходить. Почему ей вообще показалось, что позволить Мари отшлёпать её — хорошая идея? — Какое у тебя стоп-слово? — спокойно спрашивает Мари, словно интересуется временем. Ох, чёрт. Дело было не в том, что у Лу не было стоп-слова — оно у неё было уже лет десять. Но когда Мари так медленно, размеренно гладит её по заднице, сосредоточиться на чём-то становится почти невозможно. — Мисо-суп, — наконец выдыхает Лу. Мари резко замирает. **Мисо-суп?** Она точно правильно услышала? Лу поворачивает голову и сталкивается с её удивлённым взглядом. — Я обожглась им, когда мне было двенадцать, — поясняет она. Мари прищуривается. — Что? — Это, блядь, реально было больно, Мари. Мари только пожимает плечами. Неважно. У неё сейчас есть куда более важные вещи, на которых стоит сосредоточиться.Вдруг её взгляд падает на что-то на полу.Майка Лу, та самая, которую она сняла минуту назад.Мари прикусывает внутреннюю сторону щеки. — Можно мне завязать тебе запястья, милая? — спрашивает она, её голос становится мягче, но в нём слышится явный вызов. Лу замирает от слов Мари, её пальцы ещё сильнее сжимают подушку. Она уже уступила достаточно, позволив Мари уложить себя на колени, но… — Д-да… Давай. Мари улыбается. Это всё, что ей нужно.Она наклоняется, подбирая с пола майку Лу, но её ладонь остаётся на месте, мягко удерживая её. Лу не уйдёт, пока Мари этого не захочет. — Заведи руки за спину. Лу беспрекословно выполняет, чувствуя, как напряжение между её бёдрами только усиливается. Когда она двигается, чтобы удобнее расположиться, влажность становится ощутимее, её тело ноет от желания.Если Мари прямо сейчас ничего не сделает, Лу точно сойдёт с ума. — Хорошая девочка, — шепчет Мари, аккуратно затягивая майку вокруг запястий Лу. Лу глубоко выдыхает, сжимает веки, напоминая себе, что это Мари.Всё в порядке. Мари кладёт ладонь на её поясницу, мягко, но уверенно удерживая её на месте. — Готова, милая? — спрашивает она, сжимая пальцами её левую ягодицу. Лу снова делает глубокий вдох. — Готова. Она думает, что знает, чего ожидать от первого удара. Она заблуждается. — БЛЯДЬ! — Лу вскакивает, чуть ли не спрыгивая с коленей Мари. Мари крепче сжимает её бёдра, удерживая на месте, и медленно проводит рукой по пояснице. — Если тебе нужно будет остановиться, просто скажи, — ровно произносит она, прежде чем нанести ещё один горячий, пульсирующий удар. Лу снова застонала в подушку, ощущая, как жгучее покалывание разливается по телу, уходя глубже, прямо в самое нутро.Чёрт, она уже насквозь мокрая, её клитор пульсирует с каждым движением руки Мари. — Похоже, тебе это действительно нравится, Лу, — тихо говорит Мари, едва касаясь её клитора большим пальцем на короткий миг. Лу резко вздыхает, подаваясь вперёд, жадно ища больше прикосновений, но вместо этого получает резкий шлепок по бедру.Мари снова заносит руку, новый удар, затем пальцы сжимаются на её коже, оставляя едва заметные следы. Лу стискивает зубы, её тело напрягается, ощущая, как боль и возбуждение сплетаются воедино.Мари наблюдает за тем, как кожа Лу наливается жарким румянцем, и ощущает странное удовлетворение.Лу больше не может терпеть. — Пожалуйста, трахни меня… — хрипло выдыхает Лу, её голос едва слышен. Не в первый раз Мари доводит её до того, что она начинает умолять. И, скорее всего, не в последний.Её два пальца легко скользят внутрь, заставляя Лу ахнуть и задрожать. Она так резко подаётся навстречу, что становится почти больно, и если бы её руки не были связаны… — Как ты думаешь, что бы сказали остальные… если бы узнали, что их главная сука становится такой мокрой… — Мари толкает пальцы глубже, — от шлепков и верёвок? Лу зажмуривается, её тело содрогается, а в подушку вырывается сдавленный, безнадёжный стон. Она так чёртовски близко, ей нужно кончить, ей всё равно, что подумают другие, плевать на всё, кроме этого. — Да плевать мне на них, Мари! Пожалуйста, просто заставь меня кончить! — взвизгивает она, изо всех сил подаваясь назад, ловя ритм её движений. Мари больше не шлёпает её, вместо этого медленно проводит ладонью по покрасневшей коже, её большой палец снова находит клитор Лу и начинает двигаться. — Тише, милая… Никто об этом не узнает, — мурлычет она, толкая пальцы глубже, чувствуя, как Лу сжимается вокруг них. — Никто не узнает, как я заставляю тебя кончать. Или как ты снова и снова стонешь моё имя… Это будет нашим маленьким секретом, дорогая, — шепчет она прямо ей в ухо, позволяя тёплому дыханию скользнуть по коже. Лу совсем на грани. Мари чувствует это — по влажности, стекающей по её запястью, по тому, как пальцы Лу судорожно цепляются за простыни, как её тело дрожит, готовое сорваться. — А теперь… Ты ведь будешь хорошей девочкой и кончишь для меня? — тихо спрашивает Мари, её голос низкий, почти ласковый. Она закрывает глаза, прислушиваясь к тяжёлому, сбившемуся дыханию Лу. — Чёрт! Мари, Мари, Мари! — кричит Лу, её тело содрогается, выгибаясь под рукой Мари, пока, наконец, она полностью не растворяется в этом ощущении. — Вот так, красавица, кончай для меня. Прямо в мою руку, отдай мне всё, что у тебя есть. Всё для меня, ты просто умница… — мурлычет Мари, и Лу снова начинает всхлипывать, потому что это чертовски хорошо. Когда Мари вытягивает из неё последние остатки напряжения, развязывает её запястья, Лу медленно встаёт. Её ноги дрожат,как будто не держат, а голова кружится от осознания всего, что только что произошло.Мари отшлёпала её. Трахнула её. Заставила её умолять. И Лу понравилось каждое, блядь, мгновение. Если это неправильно — ей всё равно. Она никогда не захочет быть "правильной". Проходит почти минута, прежде чем кто-то из них нарушает тишину. — Знаешь, я надеялась, что теперь моя очередь, — лениво тянет Мари, уголки её губ дрожат в хитрой улыбке. Она медленно раздвигает ноги, давая Лу понять, чего хочет .Лу, всё ещё полностью голая, опускается на колени (чёрт, больно-то как), разводит бёдра Мари ещё шире, срывает с неё штаны, затем бельё, хватает её за бёдра и резко притягивает к своему рту.Мари резко втягивает воздух сквозь зубы, её бёдра невольно двигаются, подаваясь вперёд, тёплый язык Лу скользит между её губ, находя самое чувствительное место. Она уже на грани, держалась слишком долго, и когда Лу начинает сосать её клитор, всё остальное перестаёт существовать. — Лу… Лу! — Мари задыхается, её пальцы цепляются за рыжие кудри, сжимая их крепче. Лу тихо стонет прямо в неё, её хватка на бёдрах становится сильнее. Она доводит Мари до оргазма. Она делает это.Мари кончает прямо под её языком, её соки текут по подбородку Лу, тёплые, липкие, сладкие, как мякоть спелого яблока. Чёрт, если есть рай, он выглядит именно так.