Ненавижу тебя!

      Сколько раз я говорила ему, что не стоило и пытаться уговорить отца о путешествиях во времени?       Но нет, Пятый настолько упрямый, что ни разу не думал об отказе от своей идеи. Применять свои силы на нём я не хотела.       Боялась. Боялась не справиться, случайно сломать ему психику. Мозг человека слишком сложная штука. Стоит надавить чуть сильнее, и человек сойдёт с ума. Может забыть что угодно, а может и полностью всё человеческое.       Даже сам отец не знал, насколько позволяет моя сила залезть человеку в мозг. Поэтому я редко участвовала в миссиях.       Вот только если я иногда участвовала в них, Ваня вообще не участвовала в них. Иногда мне было до безумия жаль её. Одинокую девочку, которая не справлялась со своей силой.       С каких пор Пятый стал мне ближе остальных, я не знала. Меня вдруг стало волновать его состояние. Психическое или физическое? Какая разница? Хотелось касаться его, видеть улыбку.       Но в тоже время, я знала, что отец против отношений. Я знала о Лютере и Эллисон, потому что третий номер доверяла мне. И я сохранила их секрет, обманывала отца, чтобы прикрыть их. Не помогло. Отец узнал об этом и жестоко наказал.       Такой судьбы для нас я не хотела.Точнее для Пятого. Отец и так был недоволен мной в последнее время. Каждая тренировка давалась всё сложнее и сложнее. Кроме того я тренировалась отдельно ото всех, возможно причиной этого было то, что все остальные, кроме седьмого номера и меня, отлично владели своими способностями.       Было до безумия жаль птиц, которых вылавливали специально для моих тренировок. Я заставляла их думать, что они в клетке, когда на самом деле они были в пустом помещении. Искажала восприятие реальности. Если бы это относилось к людям, сказали бы, что я манипулирую ими. И именно этого добивался отец, хотя моя сущность всячески сопротивлялась этому.       Пятый. С каких пор твоё имя стало звучать как-то по особенному? Словно на мой мысленный зов, Пятый стоит около моей двери. - Можно? - немного неуверенно спрашивает он. - Да, конечно.       Он подходит к моей кровати и со вздохом садится. Я моментально беру его за руку, не боясь, что отец увидит. По расписанию, которое я уже выучила наизусть, он сейчас должен сидеть в кабинете. Увидит Пого, просто предупредит, чтобы мы не попадались отцу. Увидит кто-то из братьев или сестёр, поймут. Для каждого из них я была той, кто поддержит и поможет. - Что-то случилось, Пятый? - голос полон тревоги, несмотря на мои попытки скрыть это.       Он молчит, а я всё больше чувствую тревогу за него, что растёт с каждой секундой. - Пятый, - я перехожу на шёпот. - М? - он поднимает голову, и я замечаю пугающую пустоту в его глазах. - Что тебе сказал отец? - в голосе появляются нотки злости и холода, - Пятый, не молчи! - Он не дал разрешение. - Что и стоило ожидать. Может оно и к лучшему? -с надеждой спрашиваю я, а после тихо добавляю, - Пятый, я не хочу терять тебя.       Он вздыхает, а я смотрю в родные глаза. Что ж, пора признаться самой себе, что мне нравится Пятый. Точнее не так. Я влюбилась, и в кого? В брата, пускай и не родного, но всё же. Что-то настойчиво внутри меня кричит, что это неправильно!       Признаться Пятому? Ну уж нет. Он, конечно, не будет смеяться, но...       Я вздрагиваю, когда пальцы Пятого касаются моей щеки. Я тону в тёмной густой хвое его глаз. Снова.       Невольно краснею и отворачиваюсь. Он усмехается. - Неужели номер восемь смутилась? - насмешливо спрашивает Пятый. - Заткнись! - шиплю я.       Он снова усмехается. - Да иди ты! - я скидываю его с кровати.       Пятый успевает схватить меня за плечо, поэтому мы оба падаем с кровати. - Пятый! - Что Пятый? - он стонет от боли, - слезь, ты тяжелая. - Тяжёлая?! - я задохнулась от его наглости.       В него моментально полетел предмет, который первый попался мне под руку. Я успеваю заметить синюю вспышку, прежде чем понимаю, что Пятый телепортировался. Вот же козёл!       Я хмурюсь и кручусь вокруг себя. Никогда не знаешь, где он появится в следующую секунду.       Я не успеваю среагировать, когда меня поглощает синяя вспышка, а пальцы Пятого касаются моей талии, перемещая меня вместе с ним.       В следующую секунду я борюсь с приступом тошноты. Ненавижу тебя Пятый Харгривз!       Я хочу открыть глаза, но он мягко кладёт свои ладони мне на глаза. Тихий шёпот. - Не открывай глаза, номер восемь.       Через некоторое время я ощущаю, как держу что-то колючее. Я открываю глаза и с удивлением обнаруживаю, что у меня в руках роза. Красная, я закусываю губу. А затем улыбаюсь Пятому. - Романтик хренов, хоть бы предупредил о перемещении. - Вечно недовольная.       Я вздохнула и подошла к окну на чердаке. Подняла форточку вверх и села на подоконник. - Пятый, - я смотрю на звезды, пытаясь скрыть мокрые дорожки на щеках.       В ответ ни звука, а я не хочу поворачиваться к нему. Не хочу, чтобы видел меня слабой, не хочу, чтобы успокаивал. Хочу, чтобы просто выслушал и понял мой выбор.       Мы оба знаем, что наши чувства взаимны, вот только никто из нас не говорил об этом другому. Мы просто знали об этом. Догадались по действиям, по тону, по чему-либо ещё. - Ты права, мы не можем пока что быть вместе.       Я всё ещё любуюсь звёздным небом, когда Пятый подходит ближе и обнимает сзади. ***       Следующее утро в академии начинается как обычно. Утренняя тренировка, завтрак.       Все завтракали в тишине, слушая очередную пластинку отца - ещё одно негласное правило Академии Амбрелла.       Я вздрагиваю от неожиданного стука вилки об деревянный стол. Я перевожу взгляд в поисках причины быстрее, чем мозг отдаёт команду об этом.       Пятый. Я неосознанно напрягаюсь. - Отец, я уже готов для путешествий во времени. - Сядь, номер Пять.       Дальнейший их разговор я не слышу. В ушах оглушительно стучит, и я начинаю тревожиться за целостность своей головы.       Вновь возвращаюсь в себя только, когда дверь хлопает. Это Пятый выбежал из дома. Мгновенно хочу подняться и пойти за ним, но чья-то рука удерживает меня. Ваня.       Весь остальной день я была на взводе - Пятый так и не вернулся в Академию. На тренировке с отцом мне и вовсе не удаётся сосредоточиться.       За окном комнаты стремительно темнеет.       Хочется зарыться в подушку, расплакаться, что я и делаю. Плевать, пускай все слышат! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу себя, его, весь мир! Хочется разнести его к чертовой матери!       Я поднимаю взгляд на зеркало. В нём отображается заплаканная девочка, и я тихо всхлипываю. Нельзя, нельзя поддаваться эмоциям, иначе я действительно случайно разнесу весь мир.       Я закусываю губу, удерживая себя от очередной порции слëз, а затем перевожу взгляд на одиноко стоящую розу. Процедила сквозь зубы, глядя на кровавый цветок: - Ненавижу тебя, Пятый Харгривз.