Белый король и чёрный ферзь

Из темноты коридора вдруг вышел Дмитрий. Он присел рядом и поставил на стол небольшой деревянный футляр. — Так и знал, что найду тебя здесь. Как успехи? — Снова топчусь на месте. А что такое? Немного помолчав, генерал указал на принесённую им вещь. Ею оказалась сложенная шахматная доска. — Сыграем? Задумавшись, я прикрыла книгу и отодвинула её, освободив место для доски. Дмитрий раскрыл футляр. Красивые старинные фигуры были украшены искусной резьбой. На некоторых стёрся лак и отклеился фетр на основании. Это делало их похожими на своеобразные реликвии. — И почему я не удивлена, что ты умеешь. — В детстве я любил играть с отцом, когда у него было время. Иногда и с Анной, но ей не особо нравилось. Подумал пару секунд. — Он говорил, что шахматы развивают стратегическое мышление. — Пожертвовать слоном, чтобы забрать ферзя — выгодный размен. Генерал поднял на меня удивлённый взгляд, будто я прочитала его мысли. Затем посмотрел куда-то в сторону, вглубь себя. По опустошению, мелькнувшему в его глазах, было видно, что он очень много думал об этом, и мысли эти не приносили никакого утешения, только выжигали душу. Солдаты как фигуры на доске: их ценность не в личных качествах, а в пользе, которую они могут принести. Не могу представить насколько это тяжело, решать, кто будет жить, а кем можно пожертвовать. Дмитрий вздохнул, поставив на доску последние фигуры. — И это тоже. Ты всё понимаешь. Я не хотела погружать его в пучину этих размышлений и решила отвлечь. — Можно я буду играть чёрными? Он качнул головой, прогоняя мрачные мысли. — Лэйн, ты азартный человек? — Возможно. Зависит от того, что стоит на кону. — Значит, не против сыграть на что-то? — Например? Кроме книги у меня ничего нет. — Меня устроит, если просто поможешь кое с чем. А у меня можешь просить что угодно. — Так уж всё? — Насколько большие у тебя запросы? Задумавшись, я окинула взглядом библиотеку. Генерал увлечённо наблюдал за мной. Вероятно, мой серьёзный подход к игре показался ему забавным. — Не можешь придумать? Ну ничего себе. Значит, у тебя есть всё, что хочешь? — Нет кое-кого, но на других спорить нетактично. Я многозначительно посмотрела на Дмитрия, пытаясь не смутиться. Его глаза сверкнули. Он на секунду задумался, а затем придвинулся ещё ближе. — Я тоже азартный человек. Так что, может, рискнёшь озвучить желание? Подвинув доску, я облокотилась на стол и подпёрла подбородок руками. — Тогда пусть Шепфа придёт и поведает мне все секреты книги. Генерал усмехнулся: он явно ожидал услышать что-то другое. — Что? О нём я ничего не знаю. А другие люди вольны сами решать, чего они хотят. Желания должны быть обоюдными. Дмитрий кивнул и сощурился. Он прекрасно понял мой намёк. — Что ж… в моих силах только отправить тебя к нему. А так как делать я этого не собираюсь, могу предложить свою помощь в чём-нибудь другом. — Это звучит почти как приказ, так что не смею отказываться. Дмитрий мягко улыбнулся. Поправив доску, он сделал первый ход. — Кто бы из нас ни выиграл, я всё равно буду в плюсе. Начало партии и так редко сопровождалось длительными размышлениями, но сейчас просчитывать кучу комбинаций и развилок не хотелось вовсе. Я делала первое, что придёт в голову, незаметно поглядывая на мужчину. Конь на f6, слон на c3, пешка на d5. Я оторвала взгляд от доски. Генерал был расслаблен и сосредоточен на игре, которая явно стала отдушиной за долгое время. Доска стояла на краю стола ближе к углу, так что ничего не закрывало нас друг от друга. Дмитрий сидел, вытянув одну ногу, а на согнутое колено второй опирался правой рукой, левая лежала на столе. Бесконечно можно смотреть на огонь, воду и на то, как человек чем-то увлечён. Ненавязчиво я подвинула свою руку ближе к его, продолжая смотреть на доску. Ладья бьёт d5, конь на c8 — шах, король на d7… Генерал слегка взъерошил волосы, затем вернул руку на место, ещё ближе ко мне. Я засмотрелась. Его ладонь была заметно больше моей, кожа выглядела грубее, вероятно, из-за перепадов температур и тяжёлой работы. Запястье огибал красноватый след от ремешка часов. На костяшках и чуть ближе к большому пальцу едва заметно светлела пара заживших царапин. Вдруг я почувствовала на себе взгляд и заметила, что Дмитрий смотрит на меня уже какое-то время. Он улыбнулся одними глазами. — Твой ход. Я вернула внимание к партии. — Часто ты играешь так с кем-то здесь? — Нет. Времени на это не так много. Да и играть умеют только Ноа и Анна. Я понимающе кивнула. Внезапно захотелось растормошить его, заставить забыть об опасности, заражённых, отродьях хоть на мгновение, увидеть его живым и смеющимся. Это казалось невыполнимой задачей, но только раззадорило меня. Я заправила прядь волос за ухо, взяла теперь уже последнего оставшегося слона и, подержав в руке поставила в центр поля… но с белой диагонали на чёрную. Так ходить слоны не могли. Теперь главное не смотреть, чтобы не понял сразу. Дмитрий пару мгновений сидел неподвижно. Затем его взгляд скользнул от чёрного слона к его прежнему месту и обратно, брови еле заметно сошлись. Боковым зрением я заметила, как он глянул на меня. Облизнув губы, скрыла улыбку: я ожидала, что он заметит уловку и вернёт фигуру на место. Но… он просто сделал следующий ход. Быть не может! Не увидел ошибку? Через пару ходов он вдруг сдвинул коня на одно поле дальше, чем нужно. Генерал решил подыграть. От этой мысли непоседливый чёртик в моей голове радостно подпрыгнул. Я с непроницаемым лицом подставила свою ладью вплотную к белому коню, что тоже было не по правилам. Дмитрий чуть склонил голову на бок. Он был актёром получше моего, и «съел» конём ладью, не поведя бровью. Друг на друга мы подчёркнуто не смотрели, чтобы сохранять иллюзию серьёзной игры. Сюдя по его взгляду, мне удалось его отвлечь. Да, чувства юмора Дмитрию не занимать. Наплевав на вековые каноны, мы дурачились, хоть и со стороны это выглядело как обычная партия. Мимо изредка проходили солдаты и учёные, о чём-то переговариваясь. Кто-то останавливался посмотреть на необычную для этого места картину, но лишь на мгновение. Не успела я завершить очередной «ошибочный» ход, как Дмитрий тоже потянулся к доске, будто случайно задев мою руку — сдвинул пешку. Не отставая, я схватила ферзя и, нырнув под его локоть, приставила фигуру к белому королю. Шах. Генерал проигнорировал опасность и взял мою пешку своей. Он уже улыбался, а я вошла в азарт и еле сдерживала смех от абсурдности «правил», по которым велась партия. Наконец я подняла глаза, наши взгляды встретись и мы рассмеялись как дети. — Генерал, тебе уже 6 ходов как шах. — Да, лаборант? А тебе мог бы быть мат ходов так 13 назад. — А почему не поставил? — Слишком уж забавно было наблюдать, как ты пытаешься не засмеяться. Шулер из тебя никакой. Я фыркнула. Мужчина мягко усмехнулся и откинулся на спинку стула. Он сейчас смотрел на меня с таким теплом, что я задержала дыхание, стараясь запечатлеть в памяти каждое мгновение. Хотелось показать Дмитрию насколько ценен для меня каждый момент, проведённый с ним. Несмотря на приподнятое настроение мой голос прозвучал серьёзно. — Я помогла бы тебе независимо от исхода игры. Его взгляд мельком скользнул по моему лицу, волосам. — Тогда будем считать, что это ничья, я тоже выполню свою часть. Не думаю, что ты попросишь что-то, чего я не смогу сделать. Немного подумав, я поставила ладонь ребром и аккуратно сгребла с доски оставшиеся фигуры. На поле остались белый король и чёрный ферзь: они всё также стояли рядом. Генерал обратил внимание на доску, оценив эффектный жест. Кажется, я слышала как в этот момент что-то сломалось — ещё одна преграда между нами. Пусть и совсем немного, но мы стали ближе благодаря этому замысловатому совместному досугу. Такие моменты порой даже ценнее откровенных разговоров, потому что позволяют расслабиться и почувствовать себя комфортно рядом с человеком. Это укрепляет доверие. Одной рукой я взяла две фигуры и убрала к остальным, чтобы не делать жест слишком очевидным и театральным. — Договорились. Дмитрий протянул руку и мы подвели итог партии рукопожатием. Хоть где-то шахматный этикет был соблюдён. Вскоре фигуры были собраны в футляр, который генерал унёс собой, а я забрала книгу и пошла в свою комнату.