Дождливый Питер, счастливые мы.

В Санкт-Петербурге дождь тихо начинает накрапывать за окном. В баре на Невском неожиданно сталкиваются Ангелина и Виктория — обе приглашены на день рождения своей общей знакомой. Когда Виктория заметила Ангелину, то сначала не узнала её: она была в облегающих черных джинсах по щиколотку и черном топе с глубоким вырезом, поверх которой была кожаная куртка. Виктория поддразнила подругу, заметив, что она выглядит так, будто пришла угонять кого-то. Погруженные в весёлые беседы, девушки смеются, поднимают тосты и кружатся в танце среди толпы. Выбегая на улицу покурить под дождём и насладиться ночными видами Петербурга, они возвращаются в атмосферу шумного праздника, танцуя, словно забыв о времени. — Нихуя себе, Ангелина! — восклицает Виктория, когда видит, как подруга зажигает на танцполе. Не упуская момента, она прижимается ближе, погружаясь в ритм. Ангелина обнимает талию Виктории и, двигая бедрами в унисон с музыкой, присаживается. — Девчонки, какие вы горячие! — Поехали ко мне, — предложил мужчина, притягиваясь ближе к ним. Ангелина переглянулась с Викторией, и в их глазах заскользила искорка веселья. Хотя они обе знали, что вечер только начинается, такое предложение могло быть как частью игры, так и ничем не обременённым приключением. — Ты это серьёзно? — с недоумением спросила Ангелина, но в её голосе уже звучало азартное ожидание. — Почему бы и нет? — ответила Виктория; её глаза блестели от шалости. Мужчина, в ожидании ответа, с лёгкой улыбкой наблюдал за их реакцией. Ангелина, не в силах удержаться, засмеялась; её смех смешивался с ритмами танца, становясь частью этой музыкальной симфонии. — Наверное, ты не знаешь, с кем имеешь дело, — усмехнулась она, подмигивая Виктории. — Будь внимательна, мы можем устроить незабываемый хаос, — добавила Виктория, слегка покачивая головой, будто призывая мужчину быть осторожнее с тем, что он предлагает. — Я люблю, когда женщины играют с огнём, — пробормотал он, но его улыбка не оставляла места для сомнений — он искал именно такого рода развлечения. — Да ты нахал! — с искренним смехом произнесла Ангелина, убирая прядь волос за ухо. — А если мы подожжём этот огонь? — Не бойтесь, я знатный пожарный, — улыбнулся он, кажется, уверенный в себе. И в этот момент, наполненный игривостью, они наконец решились. — Мальчик, мы пара. Я не променяю её сладкие стоны на тебя, — сказала Виктория, прижимаясь к губам подруги. Мужчина развёл руками, словно признавая поражение, но в его глазах мелькнула искорка интереса. Он не ожидал, что две такие горячие девушки готовы к приключениям. — О, я вижу, у нас тут настоящая команда, — произнёс он с лёгким смехом. — Это даже интереснее. Ангелина и Виктория обменялись взглядами, понимая, что он просто так не отстанет. Они вновь начали целоваться, словно забыв об окружающем мире. Мужчина, безнадёжно вздохнув, всё-таки ушёл, оставляя их вдвоём. Девушки громко засмеялись, направляясь к бару, чтобы выпить ещё. Когда вечер подходит к концу и гости начинают расходиться, подруги решают продолжить веселье у Ангелины, прихватив с собой пару бутылок вина. Шагая по знакомым улицам мокрого ночного Петербурга, они с трудом добираются до квартиры. Обстановка внутри была уютной, стены обнимали их теплом. Девушки сбросили верхнюю одежду и, быстро налив вино в бокалы, включили музыку на полную громкость. — За этот вечер и за то, что мы сделали! — подняла бокал Виктория. — За нас, за наше безумие! — подхватила Ангелина, смеясь. Каждый глоток вина разжигал их настроение, и вскоре они снова начали танцевать. В ритме любимых треков подруги закружились в вихре движений, забыв обо всех заботах и несостыковках жизни. Виниловые пластинки на полке словно знали, что именно сейчас им нужно создать идеальное настроение. — Давай установим правило! — предложила Виктория, останавливаясь и серьёзно глядя на подругу. — Мы не можем уйти из этой квартиры, пока не выпьем все бутылки и не дотанцуем до утра! Ангелина кивнула с улыбкой. — Согласна! Но только если ты пообещаешь устроить самый дурацкий танец, который сможешь придумать! — — С условием — ты тоже обязана это сделать! — ответила Виктория, и обе рассмеялись, понимая, что сейчас они находятся в самом центре их маленького мира. Как настоящие танцовщицы, они начали импровизировать — их танцы становились всё более смешными и яркими, с каждой секундой включая всё больше рискованных движений и загоняя свои смехи в звуки музыки. С каждой новой бутылкой, с каждым новым танцевальным движением они становились всё ближе друг к другу, понимая, что это время навсегда останется в их памяти. Ночь, полная смеха и свободы, накрыла их, и они забыли о мире за пределами четырёх стен. Постепенно компьютерный экран начал мигать, напоминая, что время неумолимо движется вперёд, но это сейчас их не волновало. Все думали только о том, чтобы не останавливать эту фантастическую ночь. Внезапно Виктория, охваченная неожиданными эмоциями, берёт подругу за лицо и с лёгким смятением произносит: — Ты удивительная, я тебя обожаю. — Едва завершив свою фразу, она углубляет взгляд в глаза Ангелины, которая с лёгкой улыбкой отвечает: — Нет, это я тебя обожаю. — В этот момент Виктория, словно поддаваясь порыву, стремительно наклоняется и кладёт губы на губы Ангелины, на что та немедленно отвечает взаимностью. Поцелуй оказался не просто игривым, а полным чувств. В тот миг мир вокруг них исчез, и остались только они двое — полные страсти, веселья и откровенности. Виктория, поддаваясь волне эмоций, обняла Ангелину крепче, позволяя своим рукам скользить по её спине, вжимая её в стену. Её руки потянулись к ширинке джинсов, потянув ползунок вниз. Её сердце бешено колотилось, когда она почувствовала, как ткань джинсов скользит по коже, открывая новый уровень близости и доверия. Ангелина аккуратно сняла футболку с подруги, потянув за собой лифчик, не отрывая взгляда. Она поцеловала её в плечи и шею, обняв сзади. Виктория притянула Ангелину на диван, нежно целуя её шею, руки и живот. Спускаясь вниз, она подтянула подругу к себе, разводя её ноги в стороны. Каждый поцелуй на внутренней стороне бедер приближал её к центру наслаждения, и, наконец, она осторожно провела языком по коже. Ангелина вздохнула; её тело ответило на каждое нежное прикосновение, и она почувствовала, как внутреннее напряжение постепенно растёт. Виктория с удовлетворением наблюдала за реакцией подруги; её глаза сияли, когда она осмелилась углубить свои ласки. Она нежно лижет, время от времени ускоряясь и замедляясь, добавляя прикосновения пальцев. Стоны Ангелины звучат как сладкий нектар для слуха. Она не останавливается, извлекая всё новые звуки. Она ощущает дрожь, передавая яркий и сладкий звук последнего стона, поднимая взгляд на женщину, она улыбается. Ангелина, одним решительным движением, берёт инициативу в свои руки. Она оказывается сверху, оставляя следы на шее и вжимая в диван, не забывая при этом о груди, когда нежно обхватывает сосок. Это заставляет издать первый полный эмоций стон. Спускаясь ниже, она пленяет второй сосок лишь губами. Слыша уже пронзительный стон, она улыбается, опускаясь на колени и резко притягивая к себе женщину. Виктория, охваченная волнением, сама разводит ноги, не в силах сдержаться. Ангелина, радуясь такой покорности, смело проникает сразу двумя пальцами и касается губами клитора. Райдос вскрикивает от наслаждения, жадно ловя воздух ртом. Ангелина не останавливается, продолжая свою сладостную пытку, увеличивая скорость движений пальцев до предела и помогая языком. Сжимая бедра Виктории изо всех сил, Ангелина ощущает, что та уже на грани. Женщина стонет, переполняемая страстью, издавая звуки, которые могли бы затмить даже порноактрис. Ангелина убирает пальцы и погружается языком до предела, вырывая последние стоны из Виктории, ощущая, как её руки крепко сжимают волосы. Но она не останавливается, продолжая свои манипуляции и забирая все оставшиеся следы возбуждения языком. Подобно грациозной пантере, она поднимается и притягивает к себе Вику, жадно прижимаясь губами к её губам. — Я в ахуе от твоих талантов, Ангелина, — шепчет Райдос, пытаясь отдышаться. Женщина отвечает громким смехом. — Эксперименты в молодости не прошли даром, — всё ещё смеясь, говорит она. — Я такая счастливая, — Виктория излучала радость. — Это означает, что ты решилась остаться? — спросила Ангелина. — Если мне тут рады, — Ангелина с нежностью потянула её к себе для нового поцелуя. Виктория закрыла глаза, наслаждаясь теплом губ Ангелины, словно каждая секунда этого поцелуя могла бы замереть навсегда. Она чувствовала, как с каждым мгновением исчезают все страхи и сомнения, оставляя только свет и тепло. Смех и разговоры казались им совершенно естественными. Дни, недели, месяцы — всё это потеряло значение. Теперь для них существовал только этот момент, их вечность, связанная дружбой, обретённой близостью и бесконечными возможностями. Таким образом, две подруги, полные надежд и мечтаний, продолжили веселье, наслаждаясь каждой минутой, в то время как Петербург за окном продолжал медленно утопать в дожде, напевая свою собственную мелодию