Зайка

Боль, терзающая и всепоглощающая боль. Сколько мне осталось - неделя, день, час? Поскорей бы. Нет, на самом деле я очень хочу жить, но не так, не в увечном теле страдающим от фантомных болей и медленно умирающим. Что со мной? А так ли это важно, если это не исправить? Нет. Я не хочу думать о том, что со мной случилось. Не хочу думать о том, как бы сложилась моя жизнь… не хочу. Хочу что бы эта боль закончилась, почему они не могут просто отпустить меня?       Сижу в своей комнате нервно постукивая карандашом по тетради и вчитываюсь в мелкий шрифт книге. Голова кипит от объемов информации, что я впитала в свой многострадальный мозг за последние несколько часов. Глаза бегают по строкам, а разум отказывается осознавать прочитанное. Рядом мощно завибрировал старый Сони Эриксон, ненадолго прерывая стук карандаша, лишь для того, что бы я не глядя сбросила звонок. Достали - я тут учиться пытаюсь! С улицы слышаться настойчивые крики как женские, так и мужские, выкрикивают мое имя. Почему люди свято верят, что если я не желаю идти на контакт, то крики под окном обязательно помогут? Благо жители дома, одни из первых в районе, организовали домофон и достаточно выключить аппарат, чтобы тебе не досаждали. Если бы не это, визитеры сейчас долбились бы в дверь. Вопрос лишь в том, как скоро кому-то из жильцов понадобиться куда-то выйти… ну или зайти, что бы самые наглые решились проскочить в подъезд…       Очень нежно и осторожно меня берут за руку, вырывая из воспоминаний в которых я пытаюсь спрятаться от боли. Следом чувствую, как теплые пальцы едва касаются щеки. Я слышу как бьется сердце визитера, как его грудь разрывается от еле сдерживаемых слез. Мои глаза закрыты, но я буквально чувствую положение гостя, словно вижу его силуэт. Хочу обнять его, кричать и биться в истерике выплескивая все скопившееся. Хочу многое сказать, как минимум попрощаться. Но не могу, как бы не пыталась, я не могу даже век поднять. По словам врачей - я в коме. Но я все слышу, все чувствую но не имею власти над своим телом…       Я одиночка - всегда себя таковой считала. Дружба, любовь - все это лишнее. Главное учиться и достичь своих целей. Я всегда пыталась избегать общения, запиралась в комнате обложившись книгами да тетрадями. Вот только одноклассники имели иное мнение на мой счет. Мою замкнутость принимали за скромность, а тягу к одиночеству за стеснительность. Я понимаю, что это не типично. Мне очень повезло с классом. В любом другом, меня скорее всего предпочти бы задирать и выделять в совсем иной роли. А так, я была неким талисманом - миниатюрная, милая, тихая но до жути умная. При каждом удобном, и не совсем, случае меня пытались вытащить на улицу. Даже зная, что в последствии я буду вредничать и ворчать отпуская едкие замечания за то, что меня оторвали от книг. И да, я поддавалась лишь тогда, когда понимала что проще согласиться, чем терпеть их “домогательства”. Класс был дружным. Меня любили, а вот я была больше озабочена своим будущим.       Вновь нежное касание вырывает из раздумий. Не представляю какого ему сейчас, видеть меня в таком состоянии и… надеяться на лучшее. Самым ужасными были первые дни после того, как я пришла в себя. Мое тело лежало неподвижно, а я запертая в нем сходила с ума. Внутренне я кричала и билась в истерике, пытаясь вырваться их этого состояния. Это было очень похоже на сонный паралич, но к сожалению это не он. После, я узнала о состоянии своего тела и оно было плачевным. Врачам пришлось ампутировать ноги по колени, как впрочем и левую кисть. Помимо этого есть серьезная травма мозга и позвоночника, а так же множественные повреждения внутренних органов. После очередной истерики я просто ушла в себя не желая дальше бороться.       Время шло и все менялось и мой класс так же не стал исключением. На прогулках в компаниях стал появляться алкоголь, а мальчики стали смотреть на девочек совсем иными глазами, а те нередко отвечали им взаимностью. Веселые прогулки медленно перетекли в “веселые” посиделки во дворах, а те, в куда более неприличные посиделки в квартирах. Соответственно мое участие во всем этом сократилось до нуля. Я очень негативно отношусь к алкоголю в общем и к пьяным людям в частности. Тем не менее, некоторые личности все еще пытались привлечь меня в свои забавы, то ли из привычки, то ли из иного интереса.       Чувствую его губы на своей руке, слышу как он тихо плачет, как соленая влага стучит по больничной простыне. Мне больно от его действий и не только физически. Он готов мириться с моим состоянием, приходит каждый день. Каждый день скрашивает мое существование. Что-то говорит или же молча держит за руку. Обидно, что все… так. Я эгоистка, знаю. Он надеяться на мое пробуждение, а я надеюсь на скорую смерть. Но меня можно понять. Сознание ясное всегда, я не могу забыться в небытие, не могу спать, не могу шевелиться. Круглосуточно я чувствую боль и слушаю гудение и шипение аппаратуры, что поддерживает жизнь во мне. Уже месяц мое сознание заперто в этом теле. Месяц я схожу с ума от болей и невозможности даже на время затушить свое сознание. Нагружала себя математическими расчетами, вспоминала исторические даты, визуализировала анатомию человека - делала все, что бы утомить разум и уснуть, хотя бы на час. Но увы, судя по словам тех же врачей - “активность мозга минимальна”. Из чего следует, что вся мыслительная деятельность вообще не связана с моим мозгом. Физически все ощущаю, но думаю совсем не тем местом судя по всему. Грустно улыбаюсь этой уже приевшейся шутке и вновь представляю как обретаю возможность двигаться, хотя бы на короткое время, и отключаю себя от аппаратуры жизнеобеспечения.       Я намеренно отказывала себе в мирских удовольствиях. Не то, что бы мне не хотелось расслабиться и развлечься, дать отдых разуму и телу. Я до жути хотела отпустить себя броситься во все тяжкие. Влюбиться, познать радость и удовольствие чужих прикосновений, почувствовать опьянение, что срывает все тормоза, забыть об учебе и заботах. Но здравый смысл и понимание, что никто, вместо меня, не станет загружать в мою голову знания и навыки заставляло упорно учиться. Да и алкоголь, как уже говорилось ранее, вызывал невольное желание зажать нос. И да, я завидовала многим девушкам, что были недостаточно умны, чтобы посмотреть на себя со стороны. Красивые и одновременно мерзкие в своем легкомыслии, что радостно “по секрету” рассказывали подругам у кого из парней лучше член, а кто не способен продержаться во время секса и пару минут. Завидовала и в очередной раз покидала компанию, планируя свою дальнейшую учебу. Так, со временем я превратилась из талисмана класса, в странную заучку. Без друзей, подруг, парня и сексуального опыта. Девственница и ботанка - иначе меня не называли, а жаль. Сейчас я бы хотела ощутить все то, в чем себе отказывала… Аппаратура тревожно запищала, а я ощутила как в груди медленно разрастается боль. Сердце пошло в разнос, забирая вслед за собой и иные органы. Мне бы закричать от усиливающейся боли, что от груди стала расползаться по всему телу и даже по отсутствующим конечностям. Вокруг меня суетились врачи и тот единственный, что был почти всегда рядом после произошедшей трагедии. Вот только мне до этого не было дела - я умирала. Умирала с сожалением о том, что не ощутила в своей жизни. Умирала с горечью в мыслях и улыбкой на устах. Да, мои губы улыбались встречая смерть…