Незажжённая сига

У этих двоих был точно элитный флирт. Это по-другому назвать нельзя. Каждый раз, раз за разом, слова лестные друг другу. Такие, от которых улыбнуться можно, от которых начать думать можно что-то. Но они-то точно знают, что нет. И легче с этого становится пиздец. Петя глазами её ищет всегда, Аня сразу по два бокала берёт. Она знает, что Петя её найдёт. Только, видимо, не сегодня, видимо, не сейчас. Аня глаза прикрывает, когда на стену сзади опирается. В руках бокалы: один выпит, второй почти. Пети нет, но он должен быть, потому что она его видела. Сразу глазами ищет людей, с которыми бы мог быть. И все здесь. Даже Влад на виду, значит не с ним. Да и как может быть с ним, если шатается от него за три версты. Она бесится, она смотрит на других счастливых, а потом на свой свободный безымянный палец. А может нахуй эту всю медийку и замуж? Было бы за кого. Хотя Петя вариант отличный. Так, ради колечка и красивого платья, потому что с Сашей они этого точно не получат. Он посмеётся, когда узнает её мысли. А она ему расскажет, если найдёт. Девушка оба бокала ставит на подоконник ближайший, а сама сквозь толпу пробирается, головой из стороны в сторону вертит. Спасибо, Пётр, за зарядку. Аня готова телефон достать и написать ему, но вовремя вспоминает, что парень точно не возьмёт. Звук на беззвуке, как, видимо, и его существование. Она решается к кому-то подойти. Не все же мероприятия с Петей проводить, на ухо сплетни шепча. Нужно разнообразие. Нужно процент нужности Пети для Ани рассчитать, а потом убавить. И её откликают быстрее, чем она кого-то. По голосу даже близко на Петю не похоже. И сейчас глаза хочется закрыть и не видеть лица людей, потеряться среди своих мыслей. Но она только улыбается, когда разворачивается и видит Женю. Неожиданно, особенно если учитывать то, что разговаривают они редко, но метко. — Ты не видела Петю? Ему просили просто передать, — он конверт показывает и не интересуется ничем другим ради приличия. Ане такое нравится. Она вздыхает и головой отрицательно качает. — Сама ищу, — секундная пауза, — давай чтобы ты не таскался, я сама отдам, — она руку протягивает и Женя с радостью передаёт, избавляясь от такой ноши, не нужной для него. — Вы стали близки, — Женя улыбается, точно кот. Да, раньше же ты был близок и со мной, и с Петей. А сейчас мы вдвоём и без тебя. Аня усмехается своим мыслям и его словам, «спасибо» говорит одними губами и разворачивается, чтобы уйти. Женька хороший, просто не для неё. Она к подоконнику прижимается, в руках конверт вертит. Белый, обычный, красивыми буквами подписан: Пете. Ну, понятно сразу какому, потому что Петя один. На этом мероприятии точно. И будь Аня сукой, она бы посмотрела точно. Но это не её и, если Петя захочет, сам покажет, прочитает и спросит у девушки, что отвечать. Если это не деньги. Взглядом ещё раз проходится по всему пространству и действительно остаётся только улица. Конечно, курить можно только там. Как же сразу можно было не догадаться. И внутри гложет, что без Пети на людях сложно находится. Будто он уверенность даёт, силу. Она конверт в клач суёт, зная, там или смерть, или деньги. И принесёт она Пете или радость, или «иди-ка нахуй». Сразу персонал искать начинает, замечая милую девушку блондинку. — Извините, — Аня сзади подходит, рукой к плечу прикасается, чтобы на неё внимание обратили. Девушка вздрагивает, глазами бегает. Аня старается на это внимание не обращать. — Здесь есть балконы? Блондинка вздыхает глубоко и будто сразу успокаивается от слов. — На втором этаже, справа по лестнице, — и улыбнуться пытается, но у Ани это получается намного лучше. Благодарит кивком и к лестнице идёт. Задевает кого-то, когда нога подворачивается, но внимания не обращает на это, терпимо. Ей важно сейчас другого человека найти и вздохнуть нормально. И пока к лестнице идёт, бокал один у офианта берёт, мечтая его не пролить. Поднимается быстро, головой вправо-влево смотрит, на мгновенье забывает, где правая сторона. И чувствует, когда ближе подходит, холодный ветер. Да, в одном платье на балкон не очень вариант хороший. И как только подходит, сразу же видит фигуру знакомую. Стоит, руками опирается на ограждение, в одной руке сигарета. Кончено, он просто курит, дура. Она в дверях стоит, пытаясь отдышаться, наблюдая, как Петя тушит сигу, сбрасывает, волосы свои поправляет (Аня так привыкла к ним, что, кажется, они ему идут) и вторую берёт. А может уже и не вторую. — Дай мне тоже, — подаёт голос и ближе подходит, вздрагивая от холода. А Петя будто знал, что сзади него Аня стоит, поэтому только голову поворачивает, чтобы на неё посмотреть, не удивляясь ни капли. Девушка смотрит прямо ему в глаза, протягивая бокал шампанского. — Ты не куришь, — голос хриплый и прокуренный. Бокал принимает, на ограждение ставит и пачку сиг убирает в карман. Аня по сторонам смотрит, не замечая лавочку. И только сейчас она чувствует, как болят ноги от шпилек, как ветер заставляет кожу мурашками покрываться. Но дышать сейчас легче, даже тогда, когда дым от Пети на неё летит. Она привыкла. Ей даже нравится. — Не в одиночестве же курить, — руку снова протягивает и смотрит серьёзно. Только это выглядит смешно, что Петя улыбается и глаза закатывает. — Какая сентиментальность, — но пачку вытаскивает снова и кладёт рядом с бокалом. — Ой, сходи нахуй, — Аня чувствует, как от одних слов её заполняет что-то хорошее, что-то светлое. И пока на пачку смотрит, понимая, что смысла всё-таки брать нет, чувствует на плечах пиджак Петин. — Какая воспитанность, — отвечает почти тем же, замечая на парне только белую футболку. Джентльмен. И хорошо, и не холодно, и даже не тревожно. Она вниз наклоняется, чтобы расстегнуть шпильки эти сраные, но ботинок от Пети Аня точно не ждёт. Только пальцами в его руку впивается, когда задницей на ограждение садится и старается вниз не смотреть. Рядом Петя, она не упадёт. И парень усмехается, когда делает шаг в сторону, а девушка сильнее впивается и губы поджимает, не прекращая ногами мотать. — Удивительно, как задница поместилась, — он бокал берёт, глоток делая, и морщится, — какая гадость. — Завидуешь моей заднице? — Аня голову назад поворачивает, смотря вниз. Если упасть, то не высоко, но точно будет травма, если не инвалидность. Она снова на Петю смотрит, который глоток ещё делает, будто его «какая гадость» были просто словами в никуда. — Завидую тем, кто её держать будет, — он локтями опирается на ограждение каменное, пальцы Анины за плечо держатся. И слова не принимает близко к сердцу, знает, что у этого человека интерес совершенно другой. Но приятно может и становится каплю, но только от того, что её не толкают вниз. Аня усмехается от того, как они прижились друг к другу, как словами обмениваются, как держатся друг за друга. Ну, Петя и за сигарету ещё, которой в руках сейчас нет. Выкурил? — Что ты тут один делаешь? — вопрос, который её весь путь сюда волновал, который почти забыла, когда его нашла. Петя улыбается одним уголком, ладонями по лицу проводит, глоток делает. А Аня наблюдает, позволяя ему головой к ней прислониться. — Я искала тебя, — добавляет как маленькая обиженная девочка для улыбок на лицах. — Я его поцеловал, — от этих слов Аня ногами дрыгать перестаёт и в Петю взглядом тупым утыкается, — сказал, что на эмоциях после выигрыша, сука, — он руки свои сжимает. Аня глазами моргает, пытаясь хотя бы понять, когда он успел. — Да тут не сука, а ебать мой ахуй, — она рукой, которая в плечо впивалась, теперь по волосам Петиным проводит. Его нужно будет заставить сначала постричься. Ногтями по коже головы ведёт, за ухо уходя, пока Петя смеётся с реакции. Он губы облизывает, бокал берёт, но Аня забирает быстро и допивает всю жидкость. Петя вроде бы старше её, — не на много, но всё же, — но слышать от него про любовные утехи не то, чтобы убивает, а под дых даёт точно. Аня голову наклоняет. Готова даже сигарету из пачки взять, заруинив все свои принципы. — Влада? — Кого ещё? — и вздыхает громко. Блядство. Он поцеловал Влада. Не кого-то другого, а человека, у которого детство в заднице. — Могу только поздравить и сказать, что горжусь за такой смелый шаг, — Аня удивлена, как речь толкает серьезную, но в следующую минуту срывается смех, который Петя тоже подхватывает. И смеяться легко, хоть и тема не для смеха, хоть и серьёзность должна быть, советы, в конце концов. Для чего тогда Аня, как не для того, чтобы сказать пару слов про действия, смелость и правильную интонацию для «иди нахуй». Она глазами за клач зацепляется, который незаметно в дверях упал. — Точно, — шепчет, сразу же успокаиваясь. И с камня спрыгивает мимо шпилек, босыми ногами по полу идёт, слушая, как Петя дурой её называет. Взрослый какой, потому что девушке неважно простудится или нет: ей весело и хорошо. Аня клач берёт и сразу же обратно идёт, садясь, и бормочет под нос ругательства. Петя на неё смотрит непонимающе, но вопросов не задаёт, пока ему в руки конверт не передают. — Женя передал от кого-то, — клач вниз кидает, волосы поправляет, которые из-за ветра стали не пойми какими. Петя смотрит на конверт и в сторону хочет положить. — Э, — Аня сразу прерывает это действие, — открывай, мне интересно, — в ответ смех Петин, слова под нос, что он знал, что так будет. Ну и ладно, что знает! Главное знает и, видимо, лучше всех других знает, потому что не отходит далеко, а только поворачивается, и руку только на секунду убирает, чтобы конверт открыть, потом обратно на ограждение ставит, позволяя Ане его охватить. Спокойствие. Бумажка сложена в несколько раз, но когда раскладывать уже нечего, там видно лишь пару слов, которые Петя читает вслух, но тихо. — «Извини, пойдём на свидание? Влад», — последнее слово он читает, будто не верит буквам. — Детский сад, мог и лично сказать, — закатывает глаза для вида, цыкает, но улыбается оттого, как Петя губу закусывает и тихо смеётся. — Я тебя ему не отдам, не мечтай, мне ещё кольцо на безымянный от тебя нужно, — говорит всё-таки про что думала, когда искала и смеётся громко, заставляя Петю на неё посмотреть. Ощущается слишком охуенно. Только в следующее минуту с улицы слышно: — Щербакова, ты охуела? — Трусова. — А вот и твоё кольцо на безымяный, — тихо шепчет Петя, а потом громче добавляет: — Я могу тебе сейчас её скинуть, думаю потеряем мы только вид её задницы. Петя получает в плечо, а Аня замечает незажжённую сигу на полу. А через месяц думает, что всё-таки причёска Пети даже ничего, когда смотрит на блонд Трусовой.