Болезненное влечение

      Ян наблюдал, как Лэйн возилась с импровизированным чайником — они грели воду в металлическом ковшике. Она заваривала лапшу, увлеченно рассказывая свой забавный сон, и, открывая пакетик, случайно рассыпала приправу. Засмеялась и посмотрела на него притворно виноватым, игривым взглядом. — Не нужно было отказываться от моей помощи, — усмехнулся он. — Ты бы тоже рассыпал, — засмеялась Лэйн, — упаковка как будто уже начала разлагаться. Дверь открылась, и в комнату вошел Дмитрий. Он взглядом скользнул по ним обоим, задержался на Лэйн и улыбнулся. — Что это у вас за апокалипсис? — спросил он, подходя и беря салфетку. Ян смотрел, как Дмитрий аккуратно убирает за ней, как его пальцы на секунду задерживаются на ее запястье. Раньше это вызвало бы в нем волну раздражения. Сейчас же… он просто смотрел. Лэйн откинула голову назад, и ее смех, звонкий и беззаботный, разлился по комнате. А Дмитрий… Дмитрий смотрел на нее тем самым взглядом. Точно так же, как когда-то смотрел на него. Ян отвел взгляд, но эта картинка уже запечаталась перед глазами — Дима стоял слишком близко, его рука лежала на ее талии, и это выглядело даже правильно. Раздражало. Его рука, та самая, которая когда-то цеплялась за его бедра, впивалась в его кожу, сжимала его шею в порыве страсти. Теперь она принадлежала ей. Но и Лэйн принадлежала не только генералу. Эта совершенно странная и безумная связь зародилась хаотично. Лэйн словно не могла выбрать меж двух огней — они по-своему нравились ей. Поэтому выбрала обоих сразу. Дмитрий всегда был собственником. Ян знал это лучше всех — они же были… близки. Ян все еще не понимал, как он вообще мог согласился на это — делить ее с ним. Видимо, готов терпеть все ее прихоти. Генерал перед Лэйн был готов склонить голову. Он сильно втюрился в нее — смотрит на нее слишком влюбленно. Еще немного, и челюсть выпадет. Глаза-сердечки, чертов Дмитрий. Да, сначала генерал был просто невыносим. Не хотел их ни на секунду оставлять одних. — Какого чёрта ты делаешь? — тогда генерал застал их в тренировочном зале. — Давно ты знаешь тут каждый угол? — тогда Ян вызвался вместо Ноа проводить Лэйн до ее комнаты. — Ян, помоги расчистить холл, там осталось совсем немного, — его любимое. Конечно, это нужно было сделать именно поздно вечером, перед сном. Именно когда он собирался пойти к ней. Хмурый тон, суровый, словно полный ненависти, взгляд. Лэйн настолько сильно ему нравится? Определенно. Дима действительно влюблен в нее. И, кажется, готов был терпеть даже присутствие Яна рядом с Лэйн, лишь бы угодить ей. Ян начал этот фарс с холодным расчетом: флиртовать, соблазнять, отвоевывать ее у Дмитрия по кусочкам. Но Яну компания Лэйн нравилась. Да, Лэйн была идеальна. Говорила то, что другие боялись произнести, прикасалась к нему с такой легкостью, будто его тело не было покрыто шрамами и тенями. Она была чертовски красива с этими длинными ногами, тонкой талией, а волосы всегда пахли вкусно. У нее такое манящее тело. Когда Лэйн тянулась куда-то и под слоями одежды виднелся небольшой участок кожи, у Яна перехватило дыхание. Так хотелось раздеть и прижаться… Он хотел ее. Но Дмитрий смотрел на нее по-другому, как на спасение, как на последний глоток воздуха перед тем, как пойти ко дну. Он будто влюблялся в нее, как влюбляются впервые, безрассудно и глупо. Лэйн пропадала три года. Три чертовых года, и никто не знал, где она была. Но стоило ей появиться, улыбнуться, бросить пару фраз — и Дмитрий уже был готов пасть к ее ногам. А Ян? Его подозревали, отталкивали. Ян был готов пойти навстречу, но Дмитрий не подпускал его близко. «Ты доверяешь ей, но не мне?». Это грызло его изнутри. Некогда близкие отношения стали полны напряжения, недоверия, недосказанности. Но ведь именно Ян должен был злиться. Потому что если и кто-то и предал когда-то — так это Дмитрий. Предал, сделав фатальный выбор, который он счел тогда правильным. Ян видел, как его глаза снова загораются, как он снова улыбается, по-настоящему, глядя на нее, и ненавидел себя за то, что его сердце все ещё пропускало удар от его улыбки. — Ян, ты чего такой задумчивый? Нежный голос Лэйн прерывает его мысли. Он хотел ответить колкостью. Хотел схватить Диму за воротник и вытрясти из него этот идиотский, преданный, влюбленный взгляд, но вместо этого он лишь усмехнулся. — Просто думаю. — О чем? Он медленно перевел взгляд на Лэйн. «О том, что я не должен так ревновать. О том, что я не знал о том, что буду так реагировать. И о том… что, в какой-то степени, я просто использую тебя, чтобы снова быть рядом с ним». — Ни о чем важном, — сказал он, фальшиво улыбаясь. Лэйн фыркнула, а Дмитрий нахмурился. Раньше все было иначе. Они познакомились в академии — Ян был упрямым, дерзким курсантом, который сначала не воспринимал всерьез своего душного наставника, а потом… Потом все перешло грань. Первый поцелуй украдкой, когда никого не было рядом. Первая ночь под предлогом, что это просто случайность, эксперимент, ничего серьезного. Первая ссора, когда Ян дал понять, что для него это оказалось не просто экспериментом. Дмитрий не принимал себя. Ян словно всегда знал — при первой же возможности променяет он его на женщину. — Ты вообще понимаешь, чем это грозит, если узнают? — каждое слово Дмитрия било прямо в сердце. — Тем, что нас выгонят? Ну и что? — Не только. Ян знал, что он имел в виду. Дмитрий, в отличие от него, всегда думал о карьере, о долге, о том, что скажут. О том, что скажет отец. А Ян? Он думал только о том, как чертовски больно видеть, как тот отдаляется. Боится своих чувств. «Дмитрий никогда не будет моим». И в тот самый день, когда все разрушилось, когда они потеряли Павла, Ян понял, что для Дмитрия это и правда словно ничего не значило — он бы не направил пистолет на него, не задумываясь, был бы Ян действительно дорог ему.

***

      Снова оказались они втроем. Она действительно прекрасна. Ее обнаженное тело безупречно. — Идите ко мне. Лэйн действовала стремительно, жадно. Она поцеловала сначала Яна, потом Дмитрия, тягуче и медленно. Она лежала между ними и улыбалась, запрокидывая голову, когда их руки скользили по ее телу. Дмитрий прижал губы к ее ключице, его большие руки обхватили ее талию, Ян целовал ее шею, пальцы впились в мягкие бока. Он дышал тяжело, и каждый его выдох заставлял ее кожу покрываться мурашками. — Ближе, — сдавленно прошептала она, и они послушались. Дмитрий поднялся над ней, его руки раздвинули ее бедра. Ян перехватил ее губы в поцелуе, одновременно чувствуя, как Дмитрий входит в нее, медленно, постепенно. Дмитрий стонал. Тихо, сдавленно, он ведь всегда сдерживал себя. Они двигались в странном, несовершенном ритме. Дмитрий толкался плавно, ускоряясь, а Ян ласкал ее, его пальцы скользили по ее животу, губы — по соскам. Лэйн страстно вздыхала, ее руки метались между ними — то хватаясь за волосы Дмитрия, то царапая спину Яна, позволяя парням сменять друг друга. Яну нравилось, как она выгибалась под ним, когда он проводил языком по линии ее ключицы. Как ее пальцы впивались в его спину, оставляя дорожки, которые потом щипали под душем, как она стонала его имя — нежно, но с хрипотцой, которая заставляла его двигаться быстрее. Когда Лэйн горячо принимала его, ее глаза темнели от желания, она тянулась к нему, тянулась так отчаянно… — Ян… — она прошептала его имя, и что-то внутри него сжалось. В эти секунды ему было просто хорошо. Без мыслей. Без прошлого. Без этой вечной, грызущей пустоты. Лэйн прикоснулась к его поврежденной щеке и утянула Яна в сладкий, тягучий поцелуй. Парень ощущал взгляд Дмитрия даже с закрытыми глазами. «Смотри внимательно, Дима. Скучаешь ли ты по мне? Нравится делать вид перед ней, что ничего не было между нами? Я вот скучаю, сука». Ян замечал — Дмитрий касался Лэйн совсем не так, как касался его. С ним — всё было быстрым, резким, грубым. Пальцы впивались в бёдра до синяков, губы оставляли отметины на плече. С ним Ян лишился девственности — в прокуренной казарме, на жесткой койке, без романтики и нежностей. И черт возьми, как же это было горячо. От этих воспоминаний до сих пор сводило живот, ноги поджимались, а член наливаться кровью. Но сейчас… Сейчас Дмитрий делал вид, что ничего между ними не было. Чертов мудак. Хотя… Если бы можно было повернуть время вспять — Ян ни за что не отказался бы снова предаться той безумной страсти. Да кого он обманывает? Он бы продал душу, чтобы вернуться в то время — до всего этого ада. Самое счастливое время в его жизни. Кто бы мог подумать, что самым счастливым окажется время, когда он ютился с ребятами в тесной казарме, когда Дмитрий изредка зажимал его в укромных местечках (после блядских провокаций Яна, конечно же). Приходилось постоянно скрываться, не шуметь. — Тише, Ян… Нас все услышат, — шепот горячий и прерывистый, прямо в ухо. — Блять, мне плевать. И Дмитрий затыкает его рукой. Никаких нежностей. Наверняка Дмитрию хотелось слышать умоляющий голос и горячие стоны Яна не вполшепота, а полностью… Слышать, как громко и отчаянно он кричит его имя, сжимаясь на нем и содрогаясь. Наверняка хотелось брать его не наспех, а долго, страстно, без оглядки на правила и приличия. Но все это так и осталось несбыточными мечтами. Никаких долгих ночей, никакой свободы — только жар, только ярость, только желание обладать, контролировать, сдерживаться, чтобы не шуметь, брать здесь и сейчас. И всегда быть начеку, чтобы никто никогда не заметил. Но с ней… с Лэйн Дмитрий был абсолютно другим. Ян видел это — как его большие, грубые ладони скользили по её коже медленно, будто боялись оставить след. Как он шептал ей что-то на ухо, и её глаза загорались, а губы растягивались в улыбке. Романтика, нежность, и все то, чего у них с Яном никогда не было. И самое неприятное? Ян завидовал. Не потому, что хотел таких же глупых ухаживаний, а потому, что видел, что Дмитрий с ней — настоящий. Без страха, не отрицающий свои чувства. Тот самый Дима, которого он так и не смог до конца разгадать, теперь раскрывался перед ней. И это… это очень ранило. Лэйн получила то, чего он так и не удостоился. С ним Дмитрий стыдился своей нежности, а с ней разрешил себе ее. Ян отстранился. — Ян? — Лэйн обернулась к нему, ее губы зацелованные, взгляд мутный от желания. Дмитрий тоже поднял глаза — слегка нахмуренный взгляд. — Ты что, ревнуешь меня? — смеется Лэйн. Да. Чёрт возьми, да. Но не ее. Его. Все это время… Он просто хотел, чтобы Дмитрий снова посмотрел на него так, как раньше. Он видел, как Дмитрий смотрит на нее — как будто она центр вселенной. И знал, что сам смотрит на Дмитрия точно так же. Но Ян просто загадочно улыбнулся ее словам. Дмитрий любил Лэйн — чисто, нежно, «правильно». Притворялся, что не замечает, как Ян смотрит на него. Притворялся, что не помнит, потому что иначе сойдет с ума, ведь Ян постоянно напоминал ему о том, что он пытался отчаянно забыть. И самое невыносимое — ему не хватало его. Лэйн была ангелом. А Ян… этот парень всегда был дьяволом, которого он добровольно пустил в свой ад. Длинный, дерзкий и упрямый. Он очень скучал. Но вслух он говорил только: — Ты прекрасна, Лэйн, — целуя в макушку. Внезапно Лэйн хитро рассмеялась. Звонко, с той самой ебанцой в глазах, которая всегда предвещала неприятности. — Ну же, — прошептала она, и ее руки скользнули по их затылкам. Рывок — и их лица столкнулись. Шок. Ян замер, ощущая чужие губы — знакомые, слишком знакомые, даже спустя годы. Дмитрий не отстраняется, он целует его, и Ян отвечает, чувствуя рой диких бабочек в животе. — Лэйн, — спустя пару секунд Дмитрий вырвался первым, голос хриплый. Она лишь ухмыльнулась, наблюдая, как они оба тяжело дышат, не глядя друг на друга. Дмитрий поднял на Лэйн глаза — удивленные, растерянные, испуганные, но под этим всем — что-то еще. Ян почувствовал дикий стыд за мгновенную ответную реакцию тела. Пиздец. Он же будет прокручивать этот момент в голове все время в ближайшие дни. Лэйн наблюдала за ними с довольной ухмылкой, она медленно облизала губы, явно наслаждаясь реакцией. — Ну что, мальчики, кажется, вам это даже понравилось? — её голос звучал игриво. «Ты бы знала, как понравилось». Как Ян давно хотел снова его поцеловать. Этого было мало. Хотелось еще, но он слишком труслив. А Дмитрий делает вид, будто ничего особенного не произошло. Они снова продолжают это безумие втроем. Ян чувствовал, как его собственное тело напрягается в истоме. Каждое движение приближало его к краю, но он не мог оторвать взгляда от Дмитрия - от того, как тот смотрит на нее, как его глаза темнеют, когда она касается его. Как его голос срывается на низком, хриплом стоне, когда Лэйн проводит пальцами по его груди. Губы Дмитрия слегка приоткрыты, влажные от поцелуев, его скулы горят слабым румянцем, кожа на висках блестит от пота, а в глазах — та самая тьма, которую Ян помнит так хорошо. Только теперь она направлена не на него. Его брови слегка сведены. И самое страшное — его взгляд. Он смотрит на Лэйн так, словно готов раствориться в ней — с преданностью, обожанием, тем голодом, от которого у Яна сводит живот. Раньше этот взгляд принадлежал ему. Теперь — нет. И когда Дмитрий закидывает голову назад, его тело напрягается, а на лице появляется то самое выражение — совершенно искреннее. Ян чувствует, как что-то внутри него рвется, но он не отводит глаз. Он должен это видеть. Запомнить. Мышцы живота резко напрягаются, тепло разливается по всему телу. Оргазм накрыл его внезапно и сильно, вырвав короткий, сдавленный стон. Он томно выдохнул, а потом сразу же отвернулся, проводя рукой по волосам, делая вид, что всё в порядке. Что он не чувствует, как эта близость разрывает его на части. В тишине комнаты было слышно только их тяжелое дыхание. Никто не говорил, что все в порядке, но никто и не сказал, что это ошибка. Но каждый раз, видя, как Дмитрий касается Лэйн — так, как никогда не касался его — Ян чувствовал, как что-то внутри него ломается. И он молчал и продолжал играть в эту игру, потому что даже такая, нездоровая близость с Дмитрием была лучше, чем ничего. Осознание пришло, как нож в сердце. Ян любил Лэйн по-своему, но Дмитрий любил Лэйн сильнее. Сильнее, чем когда-то в прошлом любил Яна. Это было невыносимо. А что делать Яну с его ненужными чувствами? Чертов Дмитрий. Болезненное влечение, яд, отравляющий его душу. И как же тебя отпустить? — Ты опять в своем мире, — Лэйн повернулась к Яну и обняла его, заставив вздрогнуть от неожиданности. — Просто вспоминал кое-что, — пробормотал он. Лэйн прищурилась. — Что-то плохое? Он посмотрел на Дмитрия. — Не знаю. Тот встретил его взгляд — и на секунду в его глазах мелькнуло что-то знакомое. Старое. Их. Но уже в следующую секунду Дмитрий отвел глаза, и Ян понял — показалось. Прошлое мертво. А он все еще стоит над его могилой, не в силах уйти. Он хотел любить ее так же безумно. Хотел, чтобы ее присутствие заполняло пустоту, которую оставил Дмитрий. Но… Лэйн была солнцем. А Яну нравилось жить при луне. И теперь, обжигаясь о ее свет, он тосковал по своей тьме.