Искусственное тело

— Джонни, ты какие там каверзные вопросы собираешься спрашивать у нашего мальчика? Полиграф уже был готов. Стоит на столе, а за ним сидит Саймон. Как раз он сейчас и обращался к учёному. Джон мог бы и сам заняться всем этим в одиночку, в жизни чего только не приходилось делать. Только, будто уже традиция какая-то, всегда на такие сеансы зовёт Солуса. Потом стал присутствовать и Дилан, у него была задача приводить мироходцев в комнату, а дальше оставался просто из любопытства. Вот так и сложилась некая традиция. — Это не наш мальчик, а обычный эксперимент. Жертва для моей цели, понимаешь? Мне надо у него узнать, точно ли ничего не помнит, — пройдясь по всей комнате, где проходят обычно процедуры Лололошки, учёный доходит до самого Солуса. Облокотился и чуть присел на край стола, вытянул ноги и скрестив руки на груди. — Вот оно что… В принципе, этого стоило от тебя ожидать. Вообще, Лололошка может быть действительно выглядит так, будто потерял память… Но стоит проверить. — И без тебя знаю, — Харрис махнул рукой и отвернул голову. Пожимая плечами, Саймон лишь ненадолго кинул взгляд на своего создателя. Такая реакция давно стала для него привычной, намного более странно услышать от Джона что-то не в подобном духе. В отличие от Дилана… Солус частенько выслушивал от другого автоматона много лестных слов об учёном. С этого становилось лишь забавно, да и идти и рассказывать об этом Харрису не имелось значения. Тот и так точно знает, что о нём говорят за спиной. Для него самое главное, чтобы это не влияло на работу, а так, пусть говорят, что хотят. Наказывать за такое смысла не видел, а вот слегка напугать… Помнится Саймону случай, как однажды он со своим создателем пошёл в лабораторию за новым тестовым образцом. В один момент их карьеры пытались углубиться даже в создании лекарств. Опыт удачный, до сих пор препараты от Харриса продаются, но дальше заниматься не стали. Там и мироходцы уже пошли, да и скучно такое учёному. Как только они зашли в нужное им помещение, работники этого не заметили, продолжали шептаться об их главном. В принципе… Все эти слова Джон уже слышал. Не зря же во всей лаборатории стоит прослушка, но некоторые из этих людей просто не додумались об этом. А тут так сразу такие слова перед учёным. Отличная возможность, чтобы разыграть театральную драму. Харрис сделал вид, будто его сильно оскорбили, ну и переигрывал осознанно. Все эти напуганные лица лишь забавляли сильнее, особенно та часть, где они начали просить прощения. С тех пор, стоит заметить, рабочие действительно стали аккуратнее в выражениях, оглядывались постоянно. Полностью, конечно же, обсуждение Джона не исчезло. Может, ему даже льстит, что он объект обсуждения всех. Кто-то за пределами огромной территории лаборатории им восхищаются, завидуют, критикуют. Тут же его боятся, ненавидят. В принципе, всё равно, и так считает себя выше остальных. Особенно когда сможет стать мироходцем… Тогда точно — новый уровень. — Какие-то ещё вопросы будешь задавать? Или планируешь потратить моё время ради одного? — Саймон чуть расслабился, облокотился об спинку стула и, прокряхтев, сложил руки у себя на груди. Несмотря на титановый корпус и детали, спина вполне себе напрягается и болит. При возможности, конечно, это можно в себе исправить, но и часть «человечности» терять не собирается. Пока боль не столь сильная, не переживает, это он, к слову, уже отрегулировал. — Ох ты посмотрите, занятой ты наш, — возгласил Джон, чуть всплеснув руками в воздухе, после чего ладони со шлепком упали на ноги. — Работать он не хочет. Ладно, будут ещё вопросы. Проверить ещё кое-что интересно. — Не рассматривал исход событий, что он в принципе говорить не захочет? — несмотря на заявление Харриса, спросил спокойно. Будто тот совсем недавно не начал возмущаться. — Нервничать может начать в любом случае. Тем более, если он действительно потерял память, то почему не ответит? Не находишь? — пальцы учёного взялись за оправу очков и он чуть стянул их вниз, оглядев своего приятеля. — Ого, даже в правильную сторону посмотрел. Ещё не совсем ослеп? — насмешка следует со стороны Саймона. Джон на это закатывает глаза. Уже думает, следует ли читать очередную лекцию своему творению. Зрение у Харриса начало падать ещё в подростковом возрасте. В одно время носил линзы, но в последние годы на нём видны лишь очки. Впрочем, они ему очень даже идут, по мнению самого Джона, естественно. Что там думают другие, его не волнует. — Смотри, чтобы ты не перестал в один момент видеть, Саймон. — нацепив очки себе на нос поправил их оправу. — Ну раз идёт речь сейчас о зрении… Не думал, м-м-м, всё же вернуть Дилану глаз? — решил поинтересоваться, всё же обещание давал, а попытка поговорить об этом не первая. — Опять ты за своё… Ты что, на стороне этого предателя, Солус? — У меня своя сторона, Джонни. Просто парень, мне кажется, уже всё осознал… Не думаешь так? — голова автоматона чуть склоняется вбок. Локти кладёт на стол, а сверху кистей рук разместил подбородок. — Осознал он, ага, как же. Если бы Дилану нечего было бы скрывать, то не стал глушить сигнал. Понимаешь, о чём я? Так сразу всё ясно. — Конечно… Но больше признаков заглушений сигнала не было, верно? Осознал, думаю. Тем более, глаз можно в любой момент снова отобрать. Я прав? — рассуждения шли дальше, всё произносил спокойным голосом. Не стоит показывать Харрису, что он требует этого, только хуже будет и Дилан действительно останется без глаза. С ответом Джон не очень то и спешит. Взгляд учёного задержался на полиграфе. Была бы его воля — своё второе творение на нем бы проверил. Неосознанные автоматоны вполне себе могут пройти подобное, а вот Солус и Дилан… С ними не сработает. Гениальные создания, которые этим и раздражают порой учёного. Зато он точно убеждён в том, что двоих умников ему достаточно. Особенно учитывая их возможность бунтовать и вести себя как предатели. С ними проблем больше, а возможность контролировать их всё меньше. Вероятность того, что учёный просто не особо умеет ладить с людьми, тоже имеет место быть. На памяти самого Джона друзей у него не было, только если Саймона можно таким считать. Сам создал себе друга, даже звучит смешно. — Ты меня бесишь. Ладно, я рассмотрю это предложение. Но если Дилан снова подобное вытворит — точно из него тостер соберу. Буду каждое утро готовить себе на завтрак тосты и думать, что вот теперь то наш дорогой работник хоть немного полезен! — Джон, закончив высказывание, отходит от стола. Его карие глаза зациклились на двери. Уже скоро должны привести Лололошку. Рука учёного прошлась по волосам. Укладка и без этого хорошо держится, скорее это просто привычка. Раньше ходил и с другими причёсками, попробовал многое, стараясь найти то, что ему идёт больше всего. Сейчас успокоился в этом плане. Волосы не лезут в глаза, выглядят опрятно, прилично, а самое главное — ему действительно идёт. Солидный вид придает. Внешний вид действительно заботил его, он старался выглядить безупречно. Для него первое впечатление очень важно, смог же как-то всех за пределами лаборатории заверить в своём превосходстве, благодаря складу ума и в гениальности. Интервью Джон давал весьма редко, от многих вопросов уклонялся, давал неясные ответы. Заметная и главная черта Харриса — он никогда не врёт, ненавидет ложь в принципе. Ему противно от подобного. Поэтому на некоторые вопросы просто предпочитал не отвечать или, опять же, уклоняться. Не соврал в конечном итоге. При всём этом, узнать правду от него составит труда, это только если он сам не хочет рассказать или не видит смысла. Предпочитает молчать… Прямо как сейчас, если узнать, зачем ему «Искусственное тело». Одну и ту же версию твердит, что ему это ради славы в других мирах, распространять там свои гениальные изобретения. Отчасти да, но… Причина кроется глубже. Помимо него самого об этом знает Саймон, раньше ещё и Дилан. После ему стёрли воспоминания, так что второй автоматон в нынешнем времени ничего не знает. Солус не говорит об этой теме. — Ох да, Джонни, как ты благороден.

***

Лололошка уже сбился со счёту. Сколько дней он тут находится? Как долго это будет продолжаться? Помимо болезненных процедур, на него давила обстановка. Слабость в теле, головные боли, постоянный недосып. За ним постоянно следят, но при этом чувствует себя он жутко одиноко. Глаза болят уже от этого назойливого освещения и белого цвета. Обычно спокойный парень стал более раздражительным. Ему хочется покоя, чтобы его никто не трогал, чтобы все просто ушли от него. Противное чувство беспомощности. Сделать ничего не может, ни сбежать, ни дать отпор. Двигаться никак не хотелось. Единственная его надежда — это Дилан, если его план действительно сработает и они сбегут… Но надо ждать, а сколько конкретно — неизвестно. Он будто сходит с ума уже в этом месте. Лололошке тяжело, на него всё давит. Его рана на ноге уже немного затянулась. Ходить стало проще, хромает только. Заживает у него всё действительно быстрее, чем у обычных людей. Искра помогает… В последнее время она всё чаще ныла и пульсировала. Приносящий дискомфорт наталкивал на мысли, что это всё происходит как раз из-за раны. Не желая спрашивать причину у учёного, Лололошка сам для себя решил, что именно так Искра реагирует на регенерацию. Также она иногда слабо светилась… Об этом ему сказал Дилан. Только мысли об автоматоне возникли в голове — так он сразу и появился. Мироходец задержал взгляд на фигуре, которая стояла за стеклянной дверью. Тот доставал карточку из кармана. Что-то внутри Лололошки успокоилось, будто напряжение спало. Если бы не общение тут с Диланом, было бы всё ещё более печально. К сожалению, разговаривать они могут не так долго. Время ограничено, за ними следят, но кажется, его собеседник находит обходные пути… Было интересно узнать про него получше и как именно это у него выходит. Ещё и история с глазом… Этот Джон точно псих. — Не скучаешь? — автоматон заходит в палату, закрывая за собой дверь. На его лице по прежнему находится повязка. — М-м-м. Нет, а если мне прямо сейчас нужно идти на процедуры — то я предпочитаю остаться тут. Здесь хоть веселее, — ранее лежащий мироходец упёрся локтями в кровать и немного приподнялся. К нему уже и собеседник подошёл, садясь с ним рядом. — Ну, чел, раз ты так просишь… — Не дразнись, — чуть приподняв уголок губ, Ло окончательно сел и тяжело вздохнул. За ним пришли ради одного, конечно, отвести к Харрису, не иначе. Дилан хмыкнул и покачал головой. Сегодня ему не сказали точно, для чего нужно привести Лололошку… Скорее всего учёный опасается, что Дилан может всё рассказывать заранее. Но это глупо, зачем скрывать, если это и так сделают с мироходцем? Спрашивать самому было подозрительно, поэтому узнают вместе. — Давай, пошли. Тебе помочь? — совсем немного посидел, пришлось вставать уже. Протянул руку для Ло, предлагая ему свою помощь. Без особых раздумий мироходец берётся за чужую ладонь и встает на ноги. Неприятная ноющая волна прошлась по его телу от самой раны. Вся нога в напряжении. Стоять приходится неудобно, иначе будет просто болезненно. Придётся хромать. Хотя, всё же, факт наличия регенерации радует, иначе было бы хуже. Лололошка отпускает ладонь автоматона. Вместе они так забавно смотрятся. Один с повязкой на лице, а второй хромой. Дилан молча кивнул в сторону выхода, направляясь не очень быстрым шагом к двери. Там он ждёт Лололошку, после чего открывает дверь. Ему нет смысла держать мироходца или пристально следить. И без того ему очень детально объяснял, почему сейчас подобные попытки убежать глупы. Теперь за ним следить в коридорах проще, спокойно идёт рядом. Ну, или так было только вместе с автоматоном… — Терпимо? — поинтересовался Дилан, кинув краткий взгляд на ногу Ло. — Да, могло быть и хуже. А ты? — может и не совсем ясно спросил, но автоматон и так понял. — Знаешь, будто привык, — пожимая плечами, слабо улыбнулся, наклоняя голову слегка вбок. Шли они не торопясь. Бежать к учёному не хотелось, да и хромая получается не очень быстро идти, если не сильно напрягать ногу. В коридоре помимо них ходили в разные стороны сотрудники. Все они были заняты своим делом, кто-то нёс отчет, а кого-то срочно вызывали. Одеты они одинаково, почти никто не отличается. Будто они искусственные… Созданы для одного дела, где внешний вид особо не важен. Мысли может и глупые, всё же они люди, устают наверняка и поэтому могут казаться будто бездушными. В любом случае, можно потом поинтересоваться у Дилана обо всем. Если время, конечно, появится. Вновь та дверь. За ней Лололошка впервые очнулся в этом месте, впервые в него вкололи сыворотку, там он терял сознание и ему наносили раны. Интересно, его только в эту комнату водить будут? На вид тут огромное помещение с бесчисленным числом комнат и палат, а его только сюда водят. Может оно и к лучшему? Рассуждать на эту тему трудно. Лучше бы его вообще не трогали. Дилан берётся за дверную ручку, открывая помещение. Первый проходит автоматон. А вот Ло не спешил… Работник в его глазах заметил тревогу. Вздыхая, он берёт мироходца за запястье и немного тянет на себя. Очень нехотя, но тот поддаётся. — Ну наконец-то! Ждать вас ещё пришлось, — произнёс Джон, приближаясь на пару шагов к этим двум, скрещивая руки на груди. — Извините, господин Харрис, — Дилан отпускает руку Лололошки, после чего кивнул Джону в знак извинений ранее. Ло старался в принципе не смотреть на Харриса. Его взгляд устремился куда-то в сторону. Заметил сейчас и Саймона за столом, а рядом с ним какое-то устройство… Лололошка не помнил его названия. Глаза встретились с Солусом. Этот мужчина в возрасте чуть улыбнулся юноше. На вид он может и добрый, но Лололошку смущало, что он вроде часто находится в компании Джона… Это представление всё перечеркивало. — Ну что, красотка! Давай-давай, иди, присаживайся! — активно произнёс Харрис, оказавшись совсем близко к своему эксперименту. От такой внезапности мироходец слабо дёрнулся. Его взгляд был полон возмущения, метался сверху вниз по всему силуэту Харриса, когда он внезапно схватил Лололошку за бок. Джон торопливо повел его к стулу, не обращая внимания на чужое состояние. Тот успел лишь дёрнуться, попытался оттолкнуть от себя учёного, но вдруг уже оказался в сидячем положении. Парень нахмурился. Возможно на зло Харрису, Лололошка попытался встать, но руки того схватили его плечи. — Ну уж нет! Красотка, сиди на месте. Не бойся, сегодня ничего особенного не будет, только детектор лжи! Видишь полиграф? — пальцы немного вжались в чужую плоть. Он удерживал его на месте, а Лололошка почти сразу расслабился. Нахмурившись, Ло с возмущением глянул на Харриса, а потом и на стол. Находился он от него всего в одном метре. Его действительно удивили… Сегодня правда ничего такого не будет? Где подвох? Сыворотку то вряд ли сегодня пропустят. Учёный дал указание Дилану подключить мироходца к устройству. Кивая, автоматон подходит к Лололошке. — Лололошка, Джон будет тебе задавать вопросы. Отвечай на них верно, а я лишь буду наблюдать за их правдивостью, — внёс ясности Солус. Его голос звучал спокойно. — Готово, — Дилан уже закончил со своей задачей и отошёл от парня на несколько шагов, убирая руки за спину. Мироходец немного нервничает. Он просто не понимает, что у него хотят спросить. Ничего не помнит, что ответить в таком случае? Всё слишком сложно. Появились в голове Лололошки мысли, что они хотят как раз проверить, точно ли он потерял память… Сейчас действительно врать смысла не видел. Его взгляд метнулся к своему единственному тут приятелю. Автоматон, заметив это, слегка кивнул. Будто подал знак, что ничего страшного не случится, если Ло будет отвечать. Сам он почему-то сразу поверил в его потерю памяти… Даже без доказательств. — Итак, красотка… Правда ли то, что ты ничего не помнишь до момента, как тебя поймали и привели в это место? — Джон говорил это с ухмылкой на лице. Стоял прямо напротив эксперимента. Карие глаза внимательно следили, будто прожигали насквозь. Лололошка вздохнул. Ответить на этот вопрос правдой можно было. Но если спросят о том, замышляют ли они что-то с Диланом… Будет ужасно. — Да, я ничего не помню, — наконец подал голос учёному. Саймон сидел и смотрел в устройство. Это молчание нагоняло интригу. Даже сам Лололошка начал сомневаться в правдивости своего ответа. Так глупо… Харрис кратко кивнул и глянул на коллегу. Данный ответ многое бы объяснил. Будет уверенность хотя бы в том, что тот не использует Искру намеренно… Ну, вопрос о том, умеет ли пользоваться ей, тоже, естественно, задаст. — Это правда, — по-прежнему с улыбкой подтвердил Солус. Взгляд учёного вернулся к эксперименту. Это действительно дало некой ясности в их ситуацию. Ему, по крайней мере, не соврали изначально. Теперь будут мучать вопросы, как конкретно Лололошка всё забыл… Или это намеренно? Может мироходец перед приходом в другой мир нашёл способ стереть себе память? Может, у него есть какие-то тайны? Всё же интерес к нему присутствует, но чисто в научных целях. — Хорошо. Ты знаешь, как пользоваться Искрой? — Нет, — сразу без особых раздумий ответил мироходец. Сыворотка по мнению Лололошки тут действительно бесполезна, лишь придаёт больший дискомфорт и прибавляется болезненная процедура. Но вот для Харриса она имеет место быть. Кто знает, вдруг его очередная жертва чисто случайно переместится в другое место? Сам не поймёт, что произошло, а сделает. К тому же, она придаёт слабость, а значит делает его менее опасным. Телосложение у Лололошки крепкое, рука, ясное дело, тяжёлая. Вдруг навредит Харрису? — Это тоже правда, — прерывает тишину голос автоматона. Второе подтверждение слов прозвучало. Глаза Джона немного сощурились, взгляд всё так же задержан на Лололошке. Утренний дискомфорт в его Искре усиливается… Будто какое-то предупреждение. Но о чём? Ноющая боль перерастает в резкую. Внезапная волна дала во всё тело. Ло, стискивая зубы, тихо шипит. Под его футболкой на спине происходит слабое свечение, со временем становясь всё интенсивнее. — Ты планируешь побег? Эти слова будто эхом разносятся в голове. Лололошка молчит, не зная, что ему стоит отвечать. Взгляд его теперь устремлён в пол, не может даже на эмоции Джона или Дилана сейчас посмотреть. Дыхание становится всё тяжелее, а перед глазами всё расплывается и появляются будто тёмные пятна. Резкая боль всё чаще, она не прекращается. Будто ножом прямо в его Искру бьют множество раз. Он не понимает, что происходит. Жуткий звон разносится в ушах, будто только усиливая надоедливую головную боль. Перед ним всё рябит, будто откуда-то совсем далеко разносится его имя. Лололошку зовут… Но кто? Голоса напоминают Джона, Дилана и Саймона, но будто есть кто-то четвёртый… Женский голос. Незнакомый совсем. Тело его совершенно не слушается, оно становится будто неуправляемым, невесомым. Темнота перед глазами окончательно его окутала.

***

Холод по всему телу. Лололошка медленно открывает глаза. Он больше не чувствует ту боль, да и в принципе не узнаёт это место… Лежит, кажется, на чём-то тёмном, но стоит немного приглядеться, и понимает, что находится просто в воздухе. От осознания тело дёргается, резко переходя в сидячие положение. Ладони были мокрыми и будто в чём-то липком… Притянув их к себе с них стекала густая жидкость, по цвету точно такая же, как и пространство под ним. Среди всей этой… Пустоты? Скорее всего. Среди всей этой пустоты виднелись маленькие светящиеся точки, напоминающие звезды. Подняв взгляд, Ло аж приоткрыл рот от удивления. Он будто в космосе. Огромная пелена, в которой присутствуют мягкие переходы между пятнами. Тут не просто нечто тёмное, не просто пустота, а нечто большее. Будто небо, переходящие в разные цвета. Фиолетовый, где-то напоминает даже розовый, синий, даже слегка зелёный. Среди них также виднеются звёзды, или планеты, или даже целые миры. — Что… — смог лишь выдавить из себя мироходец. Неужели его Искра сработала и теперь он где-то между мирами? Что теперь ему делать? Глаза медленно опустились вновь вниз. Ради интереса снова опускает руки в пустоту, но теперь его ладони проходят ниже… Действительно находится в воздухе. Только походу он может регулировать факт того, сможет ли устойчиво тут находиться. Желая разобраться получше в этом месте, Лололошка принял удачную попытку встать на ноги. Действительно, стоит будто на земле. Стоит ему чуть сильнее надавить одной ногой, как она становится на уровень ниже, также можно и обратно. Удивительное место… Но что дальше? Оглядевшись по сторонам, Ло неуверенно идёт вперед. Любознательный взгляд так и мечется в разные стороны, желая всё изучить. — Неужели я сбежал… — тихо произносит сам себе под нос парень. Сколько бы он ни шёл, но так и не приблизился ни к чему. Будто они слишком далеко, или это он находится на одном месте. По ощущениям прошло много времени, но буквально ничего. Неужели застрял в непонятном месте без шанса что-либо сделать? Если действительно сработала Искра… То это чистая случайность. Как пользоваться ейя всё ещё не имеет представления. Сидеть и ждать, пока она снова по стечению обстоятельств подействует — слишком глупо и наивно. — Лололошка. Вновь тот женский голос раздался эхом по всему этому месту. Мироходец мгновенно замер на месте. Это первый звук, который он тут услышал. Парень начал быстро оборачиваться по сторонам, крутиться на месте, будто в надежде увидеть человека, которому принадлежит этот голос. Он тут один, больше никого, но прятаться негде… Неужели в его голове? — Кто ты? Где я? — громко спрашивает самые интересующие и важные сейчас вопросы. Останавливаясь, Лололошка разворачивается, начиная пятиться назад. Будто ожидал кого-то увидеть за своей спиной… Но никого снова нет. Как сейчас может думать, это какой-то другой мироходец с ним разговаривает. Иначе как оказаться обычному человеку в этом месте? Никого не видно, это самое пугающее. Ощущение одиночества, но при этом присутствие кого-то незнакомого. Кисти рук сжимаются в кулаки, после чего, повернувшись, Лололошка продолжает свой путь по этому месту. Он надеется увидеть тут хоть что-то, хоть какой-то силуэт, напоминающий человека. Перед ним лишь пустошь. В этом пространстве нет ничего, кроме дальних миров и странной жидкости. Всё ещё не укладывается в голове то, что увидел, как только очнулся… Его руки были в непонятной тёмной субстанции, как и одежда. Она так легко стекла с него, не оставляя ни грязи, ни мокрых следов после себя. Стал буквально сухим. Приглядевшись к своей обуви, он вдруг заметил вязкие, тёмные нити той жидкости, которая прилипла к его подошве. Это место будто само хотело, чтобы Лололошка тут задержался. — Джон. Он хочет сделать это. Нельзя. С ним наконец заговорили. Нервно оборачиваясь, Лололошка надеется хоть сейчас что-то увидеть, но опять ничего. Смысл слов был понятен… Ясно, что до него хотят донести, только саму причину не говорят. Вокруг его обуви окутываются слои вязкой неизвестности. Напоминает, будто это место засасывает мироходца. Пугает то, что он сейчас находится в пустоте. Не видно конца, начала. Можно переходить то ниже, то выше, сам волен идти в любом удобном направлении. Только как субстанция находится тут и как она покрывает тело? Куда оно пропадает? Неужели пустота — это ещё не всё? Не желая проверять всё на себе и становиться очередным опытом, Лололошка побежал. Вперёд, просто в пустошь. Не хочется тут застрять. Для сравнения, если взять это место и тот мир, в который он попал — тут на первый взгляд лучше и спокойнее. Стоит только задуматься о еде, сне и других требованиях, с трудом стоит признать, что даже в лапах Харриса условия для какой-то жизни лучше. — Что произойдёт? Почему нельзя? — надеется на хоть какую-то ясность ответа, задавая эти вопросы. — Конец. Ответ доходит долго до него от всей этой обстановки. Можно расценивать эти слова по разному… Одно слово ничего сейчас ему не даёт. Ло продолжает бежать, будто за ним прямо сейчас гонится страшный монстр. Сзади никого не было, но напряжение от этого не спадало. Неизвестное место, без единой мысли как отсюда ему сейчас выбраться и кто говорит эти странные вещи. Мироходец в перерыве между их диалогом слышит лишь биение сердца, тяжёлое собственное дыхание. Бежать становится будто только труднее. Возможно та самая субстанция становится только более вязкой и липкой. Не хочется сдаваться. Не хочется погрязнуть в неизвестности. Прошлая усталось и тяжесть от сыворотки будто совсем пропала, словно его тело никогда не познавало этого. Придаёт только больше сил и дальше стремиться найти источник голоса и хоть куда-то добежать. В голове Лололошки всё время крутиться это слово… Конец. Что закончится? Може, Джон хочет сделать «Исскуственное тело», захватить Вселенную и в конечном итоге настигнет их всех катастрофа? К примеру, как раз конец Вселенной. Всему живому. — Что Джон собирается делать?! Уничтожить всё?! — кричит в пустоту. Ему нужны ответы сейчас. На мгновение показалось, что кто-то схватил его за запястье. Голубые глаза Лололошки сразу метнулись к своей руке, но ни рядом, ни сзади себя никого не заметил. Может просто показалось? Это повторилось снова. Будто невидимые руки на долю секунды хватались за него. Напоминает попытки остановить его, заставить стоять и не бежать дальше. Внутренняя тревога возникает в груди, расплываясь по телу. Никого не видит тут, но чьё-то присутствие точно чувствует. Вокруг негде прятаться, это и пугает больше всего. — Нельзя… Наступит конец… Эти слова, которые снова пренадлежат тому самому женскому голосу, доносятся уже откуда-то издалека. Лололошке кажется, что он не приблизился, а только отдалился от владельца этих слов. Направление, по правде, не сменил. Задача стоит ещё убежать от этих загадочных прикосновений. — Нет, постой! Не уходи! Что случится?! Мне нужно знать! Что Джон собирается делать?! — никак не унимался от попыток заполучить ответы на свои вопросы. Его ноги лишь сильнее затягиваются в неизвестность. Само место не хочет, чтобы он продолжал свой путь. Мимолетные прикосновения перетекают в долгие окутывающие узы. Невидимые глазу руки хватаются за его одежду, с силой заставляют замедлиться или же вовсе остановится. Из последних сил мироходец пытается продолжить свой путь. Не готов вот так сейчас поддаться. Не хочется просто сдаться и утонуть в пустоте. Лололошка готов бороться до конца, пока его окончательно не поглотит насильно пустота. — Конец… Нельзя… Уже совсем издали звучат эти последние слова. Больше женского голоса он не слышал. Только себя. Собственное сердце, дыхание и жалкие попытки двигаться дальше. — Стой! Нет! Мне нужно знать! — всё, что успел крикнуть, перед тем как упасть. В надежде на некое спасение, мироходец тянет руку куда-то вперёд. Все его конечности окутывает субстанция, блокируя какое-либо сопротивление в данный момент. Он пытался ползти, как-то встать или выбраться, но всё тщетно. Неужели проиграл? Но кому? Сам себе? Просто пустоте? Думать об этом даже тошно. Перед глазами снова всё темнеет, но уже иначе… До этого терял сознание, а теперь… Нежное прикосновение рук к его лицу. Ладони незнакомца накрывают его лицо, закрывая взор на красивое, но такое опасное место. Это пугало. Точно был здесь не один. Понятно было одно: с ним присутствовал тут другой мироходец. А кто — остаётся загадкой. Перед ним темнота. Не видно больше миров, удивительного перелива, лишь чёрное полотно. Холод проходится по его телу. Сейчас чувствует себя полностью беззащитным. Пустота поглотила его спустя попытки убежать от неё. Она его настигла. Заставила утонуть в ней снова.

***

— А вот и нашатырный спирт… Дилан, а ну отойди! Он просто упал в обморок, не умирает же. Сейчас приведём его в чувства! — приказывает своему работнику Харрис. Учёный наблюдает, как его автоматон встаёт с колен на ноги и делает пару шагов в сторону, открывая проход к лежащему на полу Лололошке. Перед ними открылась тут целая сцена. После того самого вопроса Ло лишь сидел, а Джон старался его окликнуть именем. Тот не отзывался, а в конечном итоге просто взял и свалился на пол без сознания. Всё это недолгое время Харрис ждал, пока Саймон принесёт им нашатарный спирт. Такую реакцию в конечном итоге ожидал. У каждого разная реакция на длительное применение сыворотки. Стоит заметить, что всё это время Искра его эксперимента мерцала слабым светом. Указывает лишь на то, что тело мироходца старается бороться со всеми этими врачебными вмешательствами. Сильный же к нему экземпляр попал. Наверное, это даже к лучшему. Интересующий его вопрос пришлось отложить, надо сначала с этим Лололошкой разобраться и привести его в чувство. Садясь на одно колено рядом с парнем, Джон машет ваткой с очень резким запахом рядом с чужим носом. Заметив изменение в таком знакомом лице, а после и вовсе открытые глаза, лишь гордо улыбнулся. — Ну вот, я его привёл в чувство! Как спалось, красотка? — в шутку произносит учёный, практически сразу вставая ровно. Только Лололошке было не до веселья. Ещё совсем недавний разговор с незнакомцем был в его голове, который никак нельзя было отпустить. Видя Харриса, его довольное выражение лица, становилось тошно только сильнее. Ло не выдержал, эмоции взяли над ним верх. Обычно достаточно спокойный по своей натуре парень, несмотря на всю усталость и вновь ощущение сыворотки в организме, быстро встаёт на ноги, приближаясь к этому психу. Не успел тот среагировать, как мироходец схватил чужой халат. — Из-за тебя наступит всему конец! — подал голос, вслед за которым следует удар кулаком по лицу Джона. Если бы не усталось в теле, он бы ощущался гораздо больнее. Слышится сдавленый крик. Харрис, не намеранный терпеть всё это хватается за плечи своего эксперимента, стараясь оттолкнуть его от себя. Хватка не дала этого сделать, а лишь повалила обоих на пол. Лололошка вновь предпринял попытку нанести очередной удар по Джону, но сам получил по лицу. Мироходца не сломить просто одним кулаком. Он готов сейчас терпеть боль. К тому же физическая подготовность у них хоть и разная, но сейчас можно практически приравнять. Учёный не так силён, но и способности Лололошки ограничены. Можно их двоих поставить на один уровень. Желая выбраться из-под этого психа, недолго думая, Ло пинает коленом прямо в живот другого. Хватка действительно ослабла. Харрис в рефлексе немного сжался от боли, издавая болезненный стон. Саймон, который всё это время стоял рядом с удивлённым от сцены Диланом, хватает под руки своего создателя, помогая ему встать на ноги и в принципе держаться на них. — Так, мальчики! Споры не всегда решаются кулаками! — автоматон пытается немного разрядить обстановку этим заявлением. Пока удалось выиграть время, Лололошка решил действовать. Раз уж начал — не стоит лежать и ждать своего наказания. Судя по методам Харриса, у него вполне могут тоже забрать глаз или нечто подобное. Терять нечего уже, слишком поздно думать о разного рода последствиях. Решил уже вредить Джону — стоит продолжить это дело. Дилан также не вмешивался. Даже как-то наслаждался этой картиной избиения своего создателя. Пока ему приказ не отдавали, можно ничего не предпринимать. За это ему не должно влететь… Наверное. В любом случае, можно притвориться невинным и послушным и всё скинуть на ожидания плана действий. Вскакивая на ноги, глаза мироходца мечутся по всему помещению. Взор падает на железный поднос, который находился на тумбе. В этом металлическом предмете лежит скальпель… Разум затмила злоба, желание остановить Харриса от его бредовых затей. Он даже не знает, правильно ли расценил и осознал те самые слова, но уже делает поспешные выводы. Не хочется всё это дело замять и просто сидеть послушным, пока этот учёный возможно жаждит всё захватить, что в конечном итоге разрушит вселенную. Но так ли это? Всё же Лололошка хватает скальпель и приближается к Джону, который в этот раз вовремя среагировал. Харрис хватает за запястье мироходца, с силой впечатывая его спиной в стену. Издав кряхтение от резкой боли, Ло старается вырваться из чужой хватки, но всё бесполезно. В надежде хоть как-то отогнать от себя его, пинает ногой прямо под колено, это сработало. Лишь на мгновение хватка ослабла и мироходец был готов нанести удар, да вот не успел. Лишь поцарапал тыльную сторону ладони Харриса, как вдруг Саймон перехватил Лололошку. — Солус, немедленно вколи ему успокоительное!

***

— Чел, ну ты и смелый. — с неким восхищением твердит Дилан. Он уже отвёл Лололошку в палату. После того, как ему вкололи препараты, Джон на удивление всех пока что этот бунт никак не покорал. Возможно, это будет чуть позже… Вернее, с большей вероятностью. — М-м-м… Так нужно было. — спокойно и совершенно без эмоций произносит тот. Успокоительные делали своё дело, а сыворотка лишь усилила. Теперь его жутко клонило в сон. Садясь на свою койку, парень поднимает глаза на автоматона. — Я никуда не пропадал? От такого вопроса работник лишь удивлённо поднял брови. Внезапно, конечно, такое у него спросили, даже как-то связь определённую найти не мог. — Э-э-э… Чего? Чел, ты сейчас вообще о чём? Ты просто лежал на полу без сознания, в обмороке. — почесав затылок, Дилан решил присесть рядом с приятелем. Взгляд бродил по мироходцу, который сейчас просто повернул голову прямо и теперь смотрел в пол. — Значит не перемещался? — задал немного по-другому свой вопрос. — Ну нет… А что, ты чёт видел или слышал? Может, это пока в обмороке лежал, ввсякое привидилось? Честно не знаю, я никогда подобного на себе не испытывал. — Ты никогда не падал в обморок? Ответил автоматон не сразу. Как бы сильно не был похож на человека, нр подобное не испытывал ни разу. Возможно Солус убрал в нём эту функцию на одной из диагностик. Чтобы, к примеру, в лишний раз не тратить на это время, или же чтобы какого-то дискомфорта не было. Подобное, конечно, можно устроить, но ранее Дилан даже никогда и не думал терять сознание намеренно как живой человек. Его отключали, когда меняли некоторые детали… Сравнить конечно можно, но это далеко не то. Там просто будто быстро засыпал и знал об этом, а не внезапно. — Может не помню просто. Так ты что-то видел? — перевёл тему, а в ответ сразу же получил слабый кивок головой. — Меня предупреждали о чём-то… Знаешь, мне кажется, что Джон совершит нечто ужасное. — медленно произносит. Дилан вздыхает. Теперь ему понятна причина такого резкого нападения. Он будто Лололошку только сильнее сейчас зауважал. Несмотря на всю свою беспомощность и слабость сейчас, тот не намерен отставать и казаться слабым. Это многого стоит. Возможно глупо так сильно рисковать своей шкурой, но тем не менее. — Думаешь, мне завтра настанет конец? — его выражение лица наконец-то меняется. Брови поднимается вверх, изображая некое удивление от своей же фразы. Это спокойствие и такое проявление на чужом лице вызывают у автоматона смешок. Жалко его, конечно, зато хоть немного смог дать отпор Харрису. Жаль только, что сильнее его не побил. Рука работника переместилась на плечо мироходца, чуть хлопая по нему. — Определённо, чел. Определённо.