Теория тройственной любви

Я лежал на кровати и тупо пялился в потолок. Не смотря на солнечное утро, в моей комнате было темно, спасибо маме и шторам блэк-аут. — И че я, дурак, сидел до трех часов ночи? — ругал я себя, — Мне же еще к двум в магазин надо, и к бабушке зайти. Я не хотя встал с уютной теплой кровати, и инаправился в ванную. В зеркале на меня смотрел то ли представитель субкультуры готов, то ли просто побитый жизнью человек. В голове промелькнула мысль: «Ну и видок. Куда уж там, девушку найти. Кто на меня посмотрит вообще?». А за наличие у меня девушки мама начисляла сто очков к моей карме. По мнению этой золотой женщины, ее сынок должен не только хорошо учиться, поступить в престижный университет, найти высокооплачиваемую работу, но и иметь успех на личном фронте. Как любила говорить мне моя мать, Валентина Николаевна: «Тобой только ворон на огороде пугать!». Что сказать в свое оправдание? Да ничего не скажу. Я люблю комфорт, да и в принципе, мне не важно, чтобы вещь красивой была или дорогущей. У нас семья скромная, не можем себе позволить питаться в ресторанах и покупать шмотки по цене равной недельному бюджету среднестатистической семьи. Есть у нас в школе личности, с сомнительными ценностями. Типо самой популярной девчонки в школе, Сони Торгонской, или ее закадычного дружка, Марка Рейса. Вот уж кто гоняется за стилем, модой и популярностью. И у них это отлично получается, скажу я вам. Если уж на чистоту, то спасибо внешности и успешным родителям, которые могут оплачивать все их хотелки. Эти двое кричат, что они только друзья, но вся школа в этом сильно сомневается. Хотя, они бы были идеальной парой, трудно представить рядом с ними других людей, в роли партнера. Приняв душ, я быстро оделся и собирался выходить, как домой из магазина вернулась мама. — Русланчик, сыночка, сколько можно лежать? — чуть ли не с размаху в мою комнату ворвалась мама, — А, так ты уже встал? Куды намылился? — В книжный, заказ пришел. — Фи, книжки… Когда ты уже на свидание бегать будешь, а не за книжками? — Все, я ушел, — на выпад мамы я даже отвечать ничего не хотел, поэтому быстро подхватил рюкзак, надел кроссовки и вышел из дома. Жуть как не люблю торговые центры. Куча людей, куча запахов, куча убитого времени, которое можно было бы потратить на что-то полезное. В своих раздумьях я не заметил стоящую на входе в книжный девушку и случайно пихнул ее плечом. — Простите, — дежурно извился я и пошел дальше, но меня крепкой хваткой удержали за плечо. — Привет, Руслан. А я тебя как раз и жду, удели мне минуту своего времени, — улыбнулась девушка кокетливой улыбкой, — Мы с тобой учимся в параллельных классах. Я Соня Торгонская из 10А. — Да я то тебя знаю, а откуда ты меня знаешь — вопрос, — усмехнулся я. Но стало интересно, что ей нужно от меня. «Еще утром я вспоминал ее, а теперь ей что-то от меня надо. Комично» — иронизировал я. — Знаешь, тебя сложно не знать, — Соня посмотрела мне в глаза с таким видом, будто я сказал невероятную глупость. От такого я немного смутился. Я никогда раньше ни то, чтобы говорил с ней, так и рядом не стоял. Видел издалека, знал, что такая есть, но не приглядывался. Сейчас же я отлично понимаю, почему ее считают самой красивой девушкой школы. Красивые светлые волосы, голубые глаза, правильные и аккуратные черты лица, пухлые губы, маленьких нос, стройное тело. «И правда красивая… Только почему-то глаза грустные». — И что тебе надо от такого известного меня? Автограф дать? — усмехнулся я, смотря на нее с вызовом. Она была ниже меня на целую голову, даже с учетом небольшого каблука на ее ботинках. — Ой, не ерничай. Есть деловое предложение, поговорим? — деловито сказала Соня, скрещивая руки на груди. — Мое время дорого стоит, — попытался отвертеться я. — Пошли, куплю тебе бургер, — предложила девушка, полностью меня обезоруживая. По правде, мне жутко хотелось есть. — А ты умеешь вести переговоры. Мы поднялись на аерхний этаж, где располагался фуд-корт, я остался ждать Соню за столиком, а она пошла делать заказ. Где-то через пять минут она пришла с подносом заваленным едой и двумя стаканчикам колы. — Ты что, думаешь, что я все это съем? — удивился я, осмотривая гору вкусняшек, — Не, я, конечно, могу… — Не обольщайся, я тоже есть хочу, — смеясь, перебила меня девушка. От такого заявления я уставился на нее с выпученными удивленными глазами. — Ты же не думал, что я питаюсь одним салатом и ПП херней? — По правде говоря, думал, — честно признался я. От моей честности девушка рассмеялась. «А ей идет улыбка…» — в голове промелькнула непрошенная мысль. — А ты забавный, мне нравится, — спокойной сказала девушка, распечатывая сочный бургер и откусывая смачный кусок. Мое еще недавнее представление об этой девушке рассыпалось, как карточный домик. Она была далеко не такой, какой кажется на первый взгляд. Это разжигало во мне интерес. От осознания того, что она меня заинтересовала, я смутился. — Ты чего красный сидишь и не ешь? Будешь клювом щелкать — я все съем. — Ну, и что ты хотела? — поинтересовался я, наконец откусывая от бургера кусок. — В общем. Ты, может, знаешь, что у меня свой блог в телеге. И я придумала рубрику, для которой мне очень-очень нужен ты, — Соня указала на меня своим изящным пальчиком, с аккуратным черным маникюр. — Будешь ставить надо мной эксперименты? — Ну… Что-то вроде того. — А конкретнее? — Я хочу полностью поменять твой стиль. Убрать все твои балахоны и достать тебя из скорлупы затворника. Я аж поперхнулся колой. — Не понял. С чего ты решила, что я этого хочу и, тем более, что мне это надо? — разозлился я. Меня вполне устраивал мой внешний вид. — Это отличный шанс что-то поменять в своей жизни, тем более, что полностью за мой счет. Посмотришь на себя под другим углом. В конце концов, заведешь девушку, — привела Соня свои доводы и теперь выжидающе смотрела на меня. — Я не собираюсь ничего менять. И уж точно ни за чей-то счет, — я уверенно высказал свою позицию и встал из-за стола, намереваясь уйти. — Да стой же ты! А если, я тебя найму? — девушка решила пойти ва-банк. — В смысле? — В прямом. Сделаем это работой, так сказать. Ты побудешь моей моделью, а я тебе заплачу. — И сколько? — Сколько скажешь! — Ты такая наивная. А если я миллион попрошу? — Такую сумму я, конечно, не смогу тебе дать, — поникла девушка, но потом резко заулыбалась и сделала другое предложение, — А если, я буду должна тебе одну услугу? Поверь, держать меня в должниках — огромная удача. — Да уж, повезло… Вообще, мне стало даже интересно, что может из этого выйти. Ей я, конечно, об этом не скажу. — По рукам? — Соня протянула мне руку, смотря на меня с такой надеждой, как будто от моего согласия зависит вся ее жизнь. — Ага. Только я сам все куплю, что нужно будет. Не хочу, чтобы девушка за меня еще и там платила, — я пожал ей руку. — Нет необходимости. У меня достаточно крупный канал, поэтому есть два договора на рекламу с шоу-румами. Там очень удачно есть и мужская одежда. Так что, можешь не переживать, это и правда работа. Бартер, — Соня просияла и теперь ее некогда грустных глаз не осталось и следа. — Так значит, ты тоже там одежду берешь? — Что-то беру, да. Но, естественно, не все. Давай уже расправимся со всем этим, ты заберешь свою книженцию и мы все обсудим более детально? — Ага. Мы доели бургеры, нагетсы, картошку фри, сходили за книгой и решили, что лучше все обсудить в более спокойной обстановке. — Слушай, пошли ко мне? У меня там как раз все, что надо на компе. Заметки, материалы, подборки, — предложила Соня. — Ну, пошли, — я равнодушно пожал плечами и мы двинулись. Мы вышли из центра и пошли домой к Соне. Как она мне пояснила, живет она не далеко, в новом жилом комплексе «Эволюция „. Дошли мы и правда быстро, где-то около пятнадцати минут пешком и мы на месте. «Мда, по сравнению с нашей старой пятиэтажкой в старом спальном районе, здесь целые аппартаменты класса люкс. Афигеть, здесь и консьерж сидит?» — афигел я, когда мы зашли в подъезд. Видимо, Соня заметила мою реакция и решила прокомментировать: — Удобно, если не хочешь кого-то видеть, — как-то странно сказала она, кивая в сторону мужчины лет сорока с гордым видом, который сидел за стойкой у входной двери и поздоровался с нами слишком учтиво, чем ожидаешь от взрослого человека. — А что, ты не хочешь кого-то видеть? — я решил задать интересующий меня вопрос. Девушка как-то помрачнела, а губы на секунду недовольно скривились. Неожиданно меня поразила догадка: «Они что, с Марком поссорились? Что-то его, на удивление, не видно. Они ведь всегда рядом». — Ну… я не знаю, — тихо ответила Соня, когда мы зашли в лифт и она нажала на кнопку с цифрой восемь. — Слушай, это, конечно, не мое дело, но вы что, с Марком поссорились? — рискнул я. — Нет, наверное. Я недавно узнала, что у него есть… — Соня сделала небольшую паузу, нервно сглатывая и понижая голос до полушопота, — девушка. — Девушка? — от удивления я аж воскликнул. — А что тебя удивляет? Он всегда пользовался популярностью у девушек. — Ну, как бы, знаешь, я думал, что вы вместе. Да и не я один. — Всегда удивляло умение людей делать поверхностные выводы, — Соня закатила глаза и недовольно цокнула языком. В этот момент лифт как раз пропел короткую мелодия, обозначая, что мы на на нужном этаже. — Прости, но вы, правда, выглядите как пара, — я пожал плечами. — Хм, он даже не удосужился рассказать мне, что у него есть девушка. То же мне друг, называется, — злилась девушка, мило морща носик, — И вообще, я не понимаю, зачем тебе все это рассказываю. — Действительно, зачем ты мне это рассказываешь? — засмеялся я, — А как ты узнала о девушке? Соня задумалась, останавливаясь перед черной дверью с зеркальным вставками. — Сейчас только поняла, мне с тобой комфортно. Я расслабилась и забылась, хотя утром мне было очень грустно, и я чувствовала себя преданной, — честно призналась девушка, доставая из маленькой сумочки связку ключей. А я от таких слов смутился и почувствовал, как к щекам припал румянец. Еще ни одна девушка не говорила мне такого. Я хоть и не был дамским угодником, но даже у меня был отпыт отношений. В девятом классе мы начали встречаться с моей старой знакомой с соседнего дома, Юлькой Дроздовой. По началу все шло гладко: кино, цветы, ухаживания, первый поцелуй и первый сексуальный опыт. А потом мы как-то начали отдаляться, начались ссоры и, в конце концов, мы разошлись. Если честно, то каких-то сильных чувств у меня к ней не было, скорее влюбленность и интерес. — Я рад, что тебе комфортно. По правде, ты оказалась совсем другой, не такой, какой я представлял. И с тобой легко общаться, — ответил я, поборов смещение. — Я рада, — Соня улыбнулась мне своей красивой улыбкой и открыла дверь, пропускная меня внутрь, — Заходи, раздавайся. Хоромы у Торгонских были шикарные. Стильный, светлый интерьер, много белого цвета и растений. — Красивая квартира у вас. — Спасибо. Ты проходи, вторая дверь слева по коридору. Я сделаю нам чай и подойду, — крикнула Соня уже из кухни и я услышал, как загремела посуда. Комната Сони была такая же светлая и стильная, как и вся квартира. Все лежало по своим полочкам и на своих местах. — А она чистюля. Так и не скажешь, что комната подростка, — сказал я вслух медленно обходя комнату и всматриваясь в интерьер. На рабочем столе, прикроватной тумбочке, на журнальном столике я заметила фотографии Сони и Марка, вставленные в белые рамочки и поставленные на самое видное место. «Они реально были бы красивой парой. И оба красивые, словно со страниц журналов». От собственной мысли мне стало как-то неприятно и я поспешил переключить свое внимание на что-нибудь другое. — А вот и чай. Садись прямо на кровать, у меня больше некуда сесть. Ща возьму свой ноут и покажу свои подборки, — скомандовала Соня, а я послушно выполнил распоряжение. Пока она доставала ноутбук, я по хозяйски плюхнулся на кровать, сложив ноги по-турецки. А что? Мне же резрешили. — Отлично, смотри, какая у меня идея. Волосы значит… — начала Соня, садясь прямо рядом со мной. Так близко, что наши плечи и руки то и дело соприкасались, что вызывало во мне странные эмоции. Договорить она не успела, потому что в комнате откуда-то появился разгневанный Марк. — Соня! Какого черта ты не берешь трубки? И… — он не закончил свою мысль, потому что его взгляд наткнулся на меня, а потом переместился на наши руки, которые были буквально в паре сантиметров друг от друга. — Что вы делаете? — обратился он к Соне, зло сверля меня глазами.