Расплата Принцессы Рейнис

      Королевская гавань готовилась к празднику, королева-мать старалась всё подготовить в самом лучшем виде, для помолвки своего второго сына. Если положить руку на сердце, то Алисента не ожидала, что Эймонд вообще вступит в брак, настолько он по её мнению не интересовался поиском спутницы жизни. Конечно, её сын посешал бордель, но одно дело физиологические потребности нормального мужчины, а другое девушка на всю жизнь. И вот, она вместе с дочерью готовятся принять лордов в Красном замке, на помолвке Эймонда и принцессы Корианы Мартелл. Выбором невесты Эймонд тоже удивил свою мать, но она испытала гордость, узнав имя будущей своей невестки. Впрочем чего ещё ожидать от Эймонда, он всегда был выше своих братьев на несколько голов, причём во всём. — Матушка, — обратилась к ней Хелейна. — Вы как я вижу довольны этой помолвкой. — Да, я боялась, что Эймонд вообще никогда не женится, но теперь я спокойна, — улыбнулась Алисента. — А что вас беспокоит? — спросила королева, а её мать вздохнула, от её единственной дочери ничего не скроется. — Самое страшное, чего я боюсь, так это того, что исчезнувшая принцесса Рейнис что-то совершит на празднике твоего брата, — сказала испуганно бывшая королева. — Ну и конечно меня беспокоит и тот факт, что Рейнира с семьёй тоже приглашены на помолвку. Как бы не случилось очередного скандала. — Эймонд всегда сможет поставить их на место, — ответила молодая королева. — Тебе не стоит волноваться. И потом, у меня предчувствие, что этот праздник принесёт нам больше радости чем горя. — Все лорды уже здесь, а Рейнира с семьёй прибудет только к вечеру, хотя собирались и пораньше, — отметила Алисента. — Видимо погода сильно ухудшилась. — Они не упустят возможности побывать здесь и покрасоваться перед лордами своей сплоченной семьёй, — сказала Хелейна. — Но на этот раз у них ничего не выйдет. — Будем надеяться, — сказала Алисента. — Я хочу спокойствия для себя и вас, моих детей.       Пока молодая королева и её мать готовились к помолвке принца Вестероса и принцессы Дорна, король и принцы вели собственный разговор. — Скажи Эймонд, — сказал Дейрон. — А если сейчас у тебя вылупилось бы драконье яйцо, что бы ты сделал? — У меня есть моя Вхагар, — хмыкнул принц. — Я её ни на кого не променяю. — Но если бы яйцо в твоих руках вылупилось, что бы ты сделал? — спросил молодой король. — У вас бы была связь, такая же как и с Вхагар. Выбросил бы маленького дракончика? — Ты явно не в своём уме, брат, — серьёзно сказал Эймонд. — Если бы такое случилось, то у меня было бы два дракона, уверен, что моя Вхагар заботилась бы о нём. А ты сам, Эйгон, что сказал бы мне, ведь с твоей подачи наши племянники смеялись надо мной из-за отсутствия у меня дракона. — И я перестал в ту секунду, когда мама рассказала, как именно с тобой поступил наш отец, — серьёзно ответил молодой король. — Я просто не ожидал такого от Визериса. — Всё забыто, Эйгон, — сказал Эймонд. — Хватит об этом. Лучше скажите, как обстоят дела в столице на сегодня? — Золотые плащи сообщили, что подогревают недовольство жителей, тем более прошло не так много времени с момента трагедии, всё это сделать легко, — ответил Эйгон. — А вообще, что ты собираешься делать брат? Зачем тебе всё это нужно? — А сам как думаешь? Зачем мне всё это нужно? — поинтересовался старший из двух принцев. — Ну, не знаю, — проговорил уже Дейрон. — Просто, принцесса Рейнис исчезла, а её дракон сейчас в Дрифтмарке, она наверное погибла. Хочешь найти её труп? — Я уже сказал, что хочу приструнить Рейниру и Деймона, — ответил Эймонд. — И если нужно, я труп Рейнис притащу сюда, но любимицу отца я приструню. И потом, либо она, либо её семья, должны заплатить за смерть наших подданых. Эта старая тварь думала, что заступничество любимицы короля и её очередного кобеля защитят её от наказания. Нет, не защитят. — Жду твоей помолвки, Эймонд с нетерпением, — улыбнулся Эйгон. — Если честно, я всегда хотел для тебя самого лучшего, но я дурак, и не смог этого показать. — Зато у тебя есть время сейчас, — поймал своего короля на слове и младший из братьев. — Эймонд, сначала разоблачение, а потом помолвка, так? — Я сначала хотел устроить небольшие разборки с семьёй, а уже потом, думал провести помолвку, — ответил одноглазый принц. — Но люди будут слишком взбудоражены, и не думаю, что смогут быстро всё оставить позади и сосредоточиться на моём празднике. Не хочу обижать этим Кориану, и хотя она и её отец в курсе наших планов, но для девушки всё-таки важно, чтобы её помолвка прошла как полагается. Поэтому сначала праздник, а уже потом всё остальное. — Ты молодец, — сказал старшему брату Дейрон. — Уже сейчас заботишься о будущей жене. А вот Эйгону не мешало бы хоть чем-то порадовать нашу сестру. — Я себе жену не выбирал, — нахмурился молодой король. — Я даже никогда не смотрел на неё в этом аспекте. Она моя сестра и только. — Уверен, что и Хелейна не желала тебя в мужья, — сказал Эймонд. — Но она родила от тебя троих детей, и наша сестра заслуживает от мужа хорошего отношения. И хватит уже плодить бастардов. У тебя есть жена, и не просто жена, а мать твоих детей, и да, она также и твоя сестра. Прояви к ней заботу, и я уверен, что ты получишь от Хелейны такую же доброту в многократном размере. — Я согласен с Эймондом, — кивнул королю и принц Дейрон. — Хорошо, сочту это, как совет десницы, — улыбнулся Эйгон.       Братья оставались вместе до того времени, как им не сообщили, что принцесса Рейнира с семьёй прибыла в столицу, на корабле. — На корабле? Что, наша сестра летать на драконе разучилась? — усмехнулся Эйгон. — Она в очередной раз беременна, — скривился Эймонд. — Беременной она никогда не летала. — Бедная её Сиракс, — вздохнул Дейрон. — Она так станет слишком толстой, дракону нужно летать. — Увы, драконы не всегда рождаются только у достойных, вот сама Рейнира не заботится о Сиракс, — ответил Эймонд. — Пойдём их встречать? — спросил Дейрон. — Нет, — Эймонд был категоричен. — Пусть сами придут сюда.       И действительно, вскоре в зал, где сидели трое принцев, вошла вся семья принцессы Рейниры. Муж принцессы даже не стал скрывать омерзения при виде племянников, Рейнира смотрела на них как на пустое место, а вот их дети выглядели виноватыми. — У вас видимо нет манер, — хмыкнул Порочный принц. — Даже не думаете вставать, чтобы поприветствовать нас. Зелень есть зелень, во всём. — Дядюшка, — практически пропел Эймонд, прекрасно зная, как брату его отца ненавистно, когда его так называют дети Алисенты Хайтауэр. — Согласно этикету, именно вошедшие в помещение должны первыми поприветствовать того, кто уже там находится. Но это видимо не для тебя с твоей тёмной, ничтожной душонкой. Чернота есть чернота, во всём. — Эймонд, не груби, — пыталась осадить брата Рейнира. — Вы должны вставать когда я вхожу, я наследница престола. — Но не королева, — ответил Эймонд Таргариен. — мы с тобой равны. А вот твой муж вообще королём никогда не станет. А десницей его сделаешь в своём правлении? Он ведь так долго этого ждёт. Годы, а если быть точным, то не один десяток лет, и всё никак. — Хватит, — вмешался Джейкерис, видя, что его отчим сейчас взорвётся и наговорит грубости. — Матушка, тебе нужно отдохнуть после дороги. Идёмте.       Семья Рейниры Таргариен ушла в злости, точнее, ушли такими только родители, а вот их дети за их спинами переглядываясь между собой, думали о том, что они слишком долго оставались слепцами, глупыми слепцами. Перед их глазами, Деймон предъявил абсолютно глупые претензии к Эймонду и его братьям, явно только ради того, чтобы из ещё раз унизить и показать свою власть. Только какую власть? Эймонд совершенно правильно сказал, что его мать не королева, а значит она и дети короля и королевы равны между собой. Но она поддержала своего мужа, а не справедливость. И так было всегда. — Я вот думаю, что Эймонд и его семья не зря волнуются о своей судьбе в случае воцарения вашей матери, — сказала Бейла, после того, как они разместившись в покоях, а после собрались в комнате Люка. — Вы видели, что Рейнира встала на несправедливую сторону отца. Ведь согласно этикету, именно отец и ваша мать должны здороваться первыми. — Ты права, — вздохнул Джейкерис. — А мы родителей глупо слушали, а самое главное верили их словам. Это мы, а не они разъединяем нашу семью. — Но самое главное, что мы всё исправим, — воодушевился Люцерис. — Уверен, что Эймонд оценит наш подарок. — А принцессе Кориане мы подарим колье из валирийской стали, — сказала Рейна. — Оно принадлежало нашей маме, но думаю, что она бы не обиделась на нас за то, что мы его дарим другой девушке. — Да, она говорила, что его должна носить самая достойная и сильная, а принцесса, готовая стать женой Эймонда действительно сильная, — подтвердила слова сестры Бейла Таргариен. — Осталось дождаться праздника, — Люцерис очень ждал этого праздника. — Но сначала я поговорю с мамой, — уверенно сказал Джейкерис. — Пусть усмирит мужа, и оба сидят тихо до окончания помолвки. — Думаешь она послушает тебя? — спросила Бейла. — Я найду что ей сказать, — ответил невесте Джейкерис. — Но помолвку дяде они не испортят.       Следующий день был очень суматошным. Слуги бегали по всему замку, исполняя приказы королевы Алисенты. Королева хотела, чтобы свадьба её сына прошла так, как её заслуживают и жених, и невеста. Рейнира и Деймон практически не показывались. Правда они желали увидеть Визериса, но их в покои короля не пустил мейстер, сославшись на плохое самочувствие короля, и нежелание правителя видеть кого-то. — Хм, Рейнира, ты всерьёз решила быть паинькой и не трогать жениха и его невесту? — спросил Деймон, развалившись на диване. — С чего такая щедрость к этому зелёному ублюдку Хайтауэр? Хочешь, чтобы эта помолвка прошла спокойно? — Не щедрость, Деймон, — ответила Рецнира закатив глаза. — Ты забыл видимо, кто его невеста? У нас с Дорном плохие отношения, принц Кворен даже поддерживал Триархию против нас. Если ты сейчас испортишь помолвку его любимой дочери, то мои отношения с этим Домом навсегда нарушатся, и знаешь, это мне нисколько не поможет, когда я сяду на Железный трон. — А брак дорнийской принцессы с Эймондом поможет тебе? — спросил Порочный принц. — Нет, но открытое противостояние с детьми моего отца, а они к сожалению его дети, и мы этого никак опровергнуть не сможем, достаточно только посмотреть на них, может нас объявить на весь Вестерос, как жестоких людей, не уважающий свою семью, — ответила мужу Рейнира. — А учитывая, что недавно одна из Таргариенов убила много людей в столице, то мы прослывем из-за разногласий с семьёй ещё и жестокими правителями. Я не хочу бунта Деймон, поэтому прошу и тебя вести себя спокойно, ведь все лорды тоже будут на празднике. А им только дай повод что-то сказать о нас. — Ладно, я буду сама доброта, — кивнул Деймон. Он мог с лёгкостью дать своей жене такое обещание, поскольку ожидал, что его дочери и сыновья Рейниры посмеются над Эймондом вдоволь. Учитывая их подарок этому одноглазому, ему самому не переплюнуть ребят А за деяния детей, он отвечать не собирался.       Вечером этого же дня, все гости собрались в главном обеденнойм зале Красного замка, праздновать помолвку принца Эймонда Таргариена и принцессы Корианы Мартелл. Невеста была очень красива, дорнийцы вообще очень красивые люди, а её счастливая улыбка, делала невесту поистине прекрасной. Принц Эймонд был ей под стать: высокий, стройный, красивый, гордый. Его чёрный цвет в одежде (зелёный он в одежде не любил), прекрасно подходил принцу, а его повязка на глазу только завершала образ красивого и опасного мужчины. Многие лорды приехали на приём со своими взрослыми дочерьми или сёстрами, и все они грустно вздыхали, смотря на то, как такой красивый мужчина жениться. Хотя большинство гостей сходилось во мнении, что красивее пары во всём Вестеросе просто нет.       Все гости обратили внимание на то, как сплочены младшие дети короля Визериса. По мнению лордов, именно такой и должна быть правящая семья, распрям там места быть не должно. Особенно у тех, кто летает на драконах.       После прекрасной церемонии, молодой паре стали преподносить свои подарки прибывшие на помолвку гости. От обилия дорогих тканей, украшений, золота и драгоценных камней, не доставало места в зале. Принц Кворен подарил дочери и будущему зятю большое имение недалеко от Дорна, с большим участком плодородной земли, и проживающие на ней люди, теперь служили младшей принцессе и её будущему мужу. — Слишком дорогой подарок принц, — недовольно отметил Деймон Таргариен. — Решили разделить Дорн между тремя детьми? — Нет, это имение отошло мне по одной старой сделке, к Дорну оно не относиться, но является ленником моих земель, с самостоятельным правлением, — хмыкнул Кворен Мартелл. — Я понимаю, вы рады за племянника, но сразу скажу под знамя Семи Королевств оно не попадает, оно ближе к Эссосу находиться, не на землях Вестероса. Так что, вам не нужно о нём беспокоиться. — Щедрый подарок принц Кворен, — встал со своего места Эйгон Таргариен. — Но и у короны Вестероса тоже есть стоящий подарок для моего брата и принца и его прекрасной невесты. По указу короля Вестероса, принцу Эймонду Таргариену и его будущей семье навсегда передаётся во владение Драконий камень, этот замок и земли более не считаются вотчиной наследников Железного трона. — Какого чёрта! — подскочил со своего места разгневанный принц Деймон. — Драконий камень этому одноглазому Хайтауэрскому выродку.       В зале загудели недовольно лорды. Никому не понравилось, что брат короля так говорит о своём родном племяннике, тем более так похожим на него самого. — Как ты назвал принца? — спросил Кворен Мартелл. — Хайтауэрский выродок? Господа, вы слышали? Принц Деймон сомневается, что мой будущий зять Таргариен по крови. — Видимо он с возрастом лишился рассудка, — сказал недовольно Баратеон, который после преступления, совершенного его родственницей Рейнис Таргариен, решил поддерживать корону, дабы спасти свою семью от клейма позора. — Принц Эймонд вылитый он сам, выходит принц Деймон тоже не Таргариен.       Деймон не ожидавший такого поворота событий от своих же собственных слов, резко побледнел и замолчал. — Чушь всё это, — сказала недовольна Джей Аррен, — Деймон просто завидует тому, что у его брата законнорожденные дети, а вот сыновья принцессы Рейниры нет. — Леди Аррен, — подскочила со своего места Рейнира. — Как вы смеётесь сомневаться в моей порядочности, а всегда была благочестивой женщиной.       Чего не ожидали Рейнира и её муж, так это громкого смеха от всех без исключения лордов, причём совместного. — Деймон, а в своих пасынках ты не сомневаешься? — спросил Кворен Мартелл, рьяно ненавидящий принца Таргариена. — Вот уж кто точно не капли не похож на валирийцев, так это они. На кого они похожи, забыл. Подскажите господа! — На верного защитника принцессы Рейниры — Харвина Стронга, — засмеялся Джейсон Ланнистер. — Прямо одно лицо и не только оно. Говорят Стронг очень любил этих детей, прямо как родной отец.       Рейнира и Деймон покрылись красными пятнами, но не могли остановить поток оскорблений в свой адрес. — Господа, леди, — вмешался в нужный ему момент принц Эймонд. — Давайте не будет осквернять мою помолвку с принцессой Корианой. Мне не нужно, чтобы несмываемая грязь Рейниры и её жалкого и завистливого муженька портила такой прекрасный вечер. — Вы правы принц, — ответил лорд Баратеон. — Но я хочу увидеть, что племяннику подарит принц Деймон, а может и принцесса Рейнира вспомнит, что сегодня помолвка её родного брата.       Ни Деймон, ни Рейнира не готовили подарки, и очень об этом сейчас жалели. Они понимали, что сейчас ещё больше разозлят лордов, но ничего поделать уже не могли. — У нас есть подарки, — встал со своего места Джейкерис Веларион, а за ним его брат Люцерис и обе дочери принца Деймона. — Не смейте это дарить, — пытался остановить детей Деймон. Идея подарка каменного яйца в такой ситуации усугубит реакцию лордов. Но принцы и их невесты уже подходили к принцу Эймонду и его невесте. — Принцесса Кориана, — обратилась к ней Бейла Таргариен. — Вам подарок выбирали мы с сестрой, сами понимаете, парням трудно что-то подарить плохо знакомой девушке. Прошу вас, примите этот подарок от нас. — Какое красивой колье, — воскликнула принцесса Дорна, доставая из красиво обидой коробочки колье из валирийской стали с сапфирами. — Это колье принадлежало нашей матери Лейне Веларион, — сказала Рейна, игнорирую яростный взгляд своего отца. — Наша мама говорила, что он должен принадлежать сильной женщине, а вы именно такая, поскольку единственная, кто смог покорить нашего неприступного кузена Эймонда Таргариена. Оно ваше.       Весь зал зааплодировал словам двух девушек Таргариен. Но вот настал черёд подарка принцев своему дяде, и все затаили дыхание, поскольку каждый знал, что дети короля, и дети принцессы Рейниры совершенно не ладят. — Дядя, — сказал Люцерис. — Мы узнали, что яйцо, из которого вылупился дракон моего брата должно было принадлежать тебе. Но моя мать забрала его у тебя для своего сына, мы не знали, что тебе даже шанса на дракона не дали. Мы просим за это прощение, и за всё что в связи с этим натворили, включая и потерю твоего глаза. Это исключительно моя вина. — Поэтому, — взял слово Джейкерис. — Мы с Люкои и Джоффри решили, что ты как Таргариен, имеешь право получить драконье яйцо. И несмотря на то, что у тебя уже есть великая Вхагар, мы дарим тебе это драконье яйцо. Возможно, ты будешь первым Таргариеном, у которого будет два дракона.       В зале все охнули, а Люцерис открыл красиво укращенный ящик и протянул его своему дяде. Эймонд всё ещё смотря недоверчиво, протянул руки и достал из него красное драконье яйцо. — Благодарю племянники, я буду хранить его, как знак того, что каждый может измениться и…       Не успел Эймонд договорить, как послышался треск. Всё без исключения в зале смотрели на драконье яйцо, которое прижимал к груди одноглазый Таргариен. Через нескольцо секунд скорлупа яйца полностью распалась, а в руках Эймонда оказался маленьких красный дракон с черными рожками, лапами и крыльями. — У моего брата два дракона, — подскочил со своего места принц Дейрон Таргариен. — Он единственный Таргариен, у кого есть сразу два дракона.       Со всех строн послышались аплодисменты и поздравления. Мать, братья и Хелейна бросились обнимать Эймонда, принцеса Кориана тоже обняла жениха. Всё были рады за принца. — Благодарю за такой подарок, — искренне поблагодарил племянников Эймонд. — Всё наши разногласия забыты, все. — Да все, — кивнул счастливо Джейкерис, а остальные закивали соглашаясь. — Случившееся сегодня доказывает, что у тебе давно мог быть дракон, если бы не вмешательство моей матери. — Возможно, то яйцо было не для меня, а только моя Вхагар и этот детёныш мои, — сказал Эймонд.       До позднего вечера гости веселились на празднике, радостных поводов было очень много. Жених и невеста улыбались, их семьи тоже. Только Деймон сверлил взглядом семью брата ненавистным взглядом, еще и из-за того, что его дочери и пасынки пересели от них к детям Хайтауэр, и теперь веселяться с ними вместе. — Господа, — объявил как старший из братьев Эйгон, когда гости стали практически засыпать за столами. — Думаю пора всем расходиться по покоям и отдохнуть. А завтра, вас ждёт ещё один повод для радости, мы продолжим наш праздник. И наш отец Визерис Таргариен присоединиться к нам тоже.       При этом трое братьев Таргариенов понимающе переглянулись между собой. Завтра действительно многое решиться для Вестероса и для Таргариенов.