Мы могли бы...

Море искрилось, качалось, смеялось брызгами, и вместе с водой качалась и смеялась сила внутри. Юури давно подозревал, что Вольфрама так отчаянно укачивает именно потому, что сила огня, окружённая водой, начинала сходить с ума, буквально выворачивая своего носителя наизнанку. — Красиво как, да? — Сара неслышно подошёл сзади. — У меня почти не бывает времени просто стоять и смотреть. Корабль плыл в Сесимарон, соленый ветер дышал солнцем, и Юури меньше всего на свете хотелось работать. Чего хотелось — это взять Сару за руку, и по правде говоря, желания уже становились... проблемой. Нет, Юури понимал, что происходит. Сложно не понимать, когда тебе шестнадцать, ты не раз заставал брата за визуальными новеллами 18+, а от близости Сары дышать трудно и мысли путаются. Еще он прекрасно понимал, что скажут господа фон Вольтер и фон Кляйст. Потому что нельзя. Никак нельзя. Сесимарон — отдельная страна. А Симмакоку — отдельная. Люди и мадзоку могут дружить и жениться, Юури уже издал указ, и, он знал, Сара тоже сильно ослабил запреты — в Сесимароне, разумеется, не в Дайсимароне, до сих пор не избравшем короля. А короли мадзоку и людей — никак не могут. Потому что они короли разных стран. Вот, король Гилберт и королева Алазон попробовали. — Сара, ты не думал... — Юури, ты не думал... Они произнесли это одновременно и рассмеялись. — Давай ты, — сказал Юури. — Ты не думал, что это судьба? С тех пор, как ты стал мао, мир сильно меняется. Мы с тобой очень молоды, леди Флинн тоже. Скоро твоя дочь вернется в Зорассию и тоже будет править. Миром будем править мы. Мир меняется при нас. И мы можем договориться. Я думаю, это судьба. Не хватает только короля Дайсимарона... — Сара... — Я знаю. Твоим советникам очень не нравится мысль обо мне на троне Единого Симарона. Но, Юури, я прошу довериться мне. Ради мира, который мы построим. Сара сейчас был в очках и явно не использовал ходзюцу, но Юури все равно казалось, его гипнотизируют. Голосом, взглядом, прикосновением ладони. Словами. — Сара, почему ты не хочешь просто договориться?.. — Наверное, потому, что Берард меня шантажировал и угрожал мне. А потом Ланжил. Доверься мне, Юури. Придержи своих советников. И тогда договариваться будем мы с тобой. Тогда между людьми и мадзоку будет мир. Юури понимал, почему Сара говорит сейчас. Потому что никто не слышал. Ни Конрад, ни Вольфрам — а их ушами и вовсе не Гвендаль с Гюнтером. — Я не хочу войны, Сара. Как ты возьмешь Дайсимарон без войны? — Я справлюсь. Сара безмятежно улыбался. — А о чем ты хотел спросить, Юури? — О том, что глупо все получается. Не будь мы королями, могли бы... — Могли бы, — ответил Сара. — Но за нами целый мир. Он погладил пальцы Юури и убрал руку. Юури дышал морским ветром и думал: это, наверно, самое большее, что они смогут себе позволить. Если только не изменят мир достаточно.