тени прошлого

Жизнь в доме Кло была... безжизненной. Пенни чувствовала себя словно заточённой в золотой клетке. Она не могла привыкнуть к этому месту — ни к роскоши, ни к постоянному контролю. Каждый её шаг здесь был тщательно продуман, а каждое слово звучало в этой тишине как предостережение. Она сидела в своей комнате, на мягком кресле, с глазами, устремлёнными в пустую стену. Это было её укрытие — тихий уголок, где она могла на какое-то время забыться. Но забыться не получалось. В голове всё крутились одни и те же мысли. Кло, его злая рука, его ожидания. И — её слабость. Дверь комнаты открылась, но Пенни даже не сразу повернула голову. Это был Талон. Она знала, что он всё равно найдёт её. И хотя она не хотела видеть никого, она всё-таки ждала его. Он был её единственным напоминанием о жизни до всего этого. Когда она снова могла быть собой, а не просто марионеткой в руках Кло. — Ты выглядишь... — Талон остановился, не зная, как подобрать слова. — Ты выглядишь хуже, чем я думал. Она не улыбнулась. Просто опустила голову, сжав пальцы на руке. Он знал, что она не ждала сочувствия. Он знал, что она не просила помощи, но всё равно не мог не почувствовать боль за неё. — Всё нормально, Талон, — её голос был тихим, почти безжизненным. — Всё нормально. Он подошёл и присел рядом. Тихий стон прошёл через её грудь, и она посмотрела в его глаза. Талон чувствовал, как нарастающая напряженность в комнате почти осязаема. Он знал, что она ничего не скажет, но её молчание было даже громче слов. — Ты... не хочешь поговорить? — его слова были на грани отчаяния. Он не знал, как подойти к этому. Как её поддержать, когда она так закрыта. Пенни подняла взгляд и встретила его глаза. Талон был там — рядом, и она, казалось, впервые за долгое время почувствовала, что она не одна. Но это не давало ей облегчения. Это лишь усиливало её внутреннюю боль. Она слишком привыкла быть в одиночестве, чтобы почувствовать, что кто-то может её понять. — О чём говорить, Талон? — она произнесла эти слова почти шепотом, не веря, что она их произносит. Но в этом вопросе было что-то отчаянное, что-то от потери. Талон отложил руку на её плечо, чуть касаясь её. Он знал, что в такие моменты нельзя торопить события. Он не мог быть её спасителем, но он мог быть рядом. — Ты не обязана быть сильной, Пенни. Ты не обязана скрывать всё это, — его слова были тихими, но твёрдыми. — Мы все ломаемся. Но мы не должны проходить через это в одиночку. Она снова опустила взгляд, но её дыхание стало чуть более ровным. Он был рядом, но она не могла позволить себе стать слабой перед ним. Пенни наклонилась вперёд и глубоко вздохнула. Этот вечер был особенным. Талон был рядом, и хотя между ними не было ничего романтического, Пенни чувствовала, что есть нечто большее. Но она не могла позволить себе это. Она не могла позволить себе чувствовать, что у неё есть поддержка, потому что это означало бы, что она уязвима. — Талон, — её голос был тихим, почти туманным, как если бы она не хотела, чтобы её слова дошли до его ушей. — Я не могу позволить себе быть такой, какой я была раньше. Я не могу позволить себе чувствовать. Он молчал, понимая, что не может её заставить вернуться к тому состоянию, в котором она была раньше. Это было бы ошибкой. Но он не знал, что сказать, чтобы не усугубить её боль. Талон тихо вздохнул, его рука сжала её плечо чуть сильнее. Он просто сидел рядом, не пытаясь её утешить словами. Он был там, рядом с ней, в этом молчаливом, напряжённом моменте, когда слова не имели значения. Пенни чувствовала, как её глаза становятся тяжёлыми. Она так устала от всего, от этой жизни, от того, что ей приходилось скрывать свою боль. Она не знала, как жить дальше, но хотя бы на этот момент она могла позволить себе быть рядом с ним, не скрываясь, не пытаясь держать всё в себе. Талон аккуратно поднялся и сел на пол перед ней, затем потянулся к её рукам и осторожно взял их в свои. Он был внимателен, он не давил, он просто держал её, как если бы это был самый важный момент. — Ты не одна, — сказал он, и это было всё, что ей нужно было услышать. Пенни взглянула на него, её взгляд был полон боли, но в этом взгляде было и что-то другое. Она не знала, как выразить это, но чувствовала: Талон был тем, кто мог быть рядом, не требуя ничего взамен. И это означало для неё больше, чем она могла себе представить. Он просто сидел рядом, и её мир на миг стал чуть легче.