Андромеда-2

Орион давно не чувствовал себя таким живым и энергичным, как во время сражения. Слишком засиделся он в кабинете, решая вопросы бизнеса. Короткие тренировки лишь помогали ему оставаться в хорошей физической форме, но не позволяли полноценно сбросить пар и напряжение. Волшебная палочка в его руке безостановочно выпускала лучи заклятий, которые сливались в разноцветную ленту. Он не разменивался на слабые удары, каждое его действие было смертельным. Пистолет тоже не простаивал без дела, давая ему возможность сразить сразу несколько врагов. Стая Фенрира оказалась намного больше, чем они предполагали вначале. Вероятно, тот скрывал новичков, которых успел завербовать по всей магической Британии. Это говорило о том, что его поддерживали люди, имеющие доступ к министерским архивам, где хранились сведения обо всех оборотнях. Однако это не стало большой проблемой для смешанной команды, члены которой были хорошо подготовлены к битвам, в отличие от обычных людей, заражённых ликантропией. Пусть они были сильны, но действовали неорганизованно и хаотично, сражаясь каждый сам за себя. Только небольшая группа, которая составляла костяк стаи, могла сопротивляться ударам. Но и этих оборотней сумели подавить и уничтожить, оставив в живых лишь несколько особей, которые были тяжело ранены. Они то ли не могли сопротивляться, то ли хотели выжить любой ценой, поэтому покорно лежали на залитой кровью земле. Гевин, раненый в руку, хрипло командовал своими людьми, успевая отслеживать обстановку на поле боя. Из-за того, что команда была вынуждена разделиться, он потерял из виду сына, за которого переживал больше, чем за себя. Но пока у него не было возможности найти его и убедиться, что у него всё в порядке. Только спустя час с начала боя, наконец удалось расправиться со всеми пришлыми оборотнями. Над полуразрушенным замком засияли патронусы, передающие вести о том, что здания захвачены и зачищены от обороняющихся. А после этого победители собрались во дворе, освещённом пламенем пожара, начавшегося в одной из башен. Увидев потрёпанного, но живого сына, Гевин смог наконец перевести дух. Он подошёл к нему и, окинув его внимательным взглядом, спросил: — Не ранен? Как себя чувствуешь? — Я в порядке, — ответил тот, улыбаясь. Однако его радость сменилась тревогой, когда он заметил разорванный рукав куртки отца, пропитанный кровью. — Это мелочь, — отмахнулся Гевин, проследив за его взглядом. — Задело осколком, ничего страшного. В этот момент к ним стали подходить старшие групп и докладывать о раненых, которых, к счастью, было не так много. Больше всего пострадали оборотни, так как они сражались с врагами не на расстоянии, а в непосредственных схватках. Их шкуры были разорваны, а кости сломаны. Однако это можно было исправить, выпив несколько зелий. — Соберите трупы. Тех, кто выжил, поместите в клетки, — велел Гевин. — Мы займёмся ими позже, когда вернёмся домой. Лорд Блэк, вы будете присутствовать на допросах? — Если вы не против, — кивнул Орион, который успел проверить своих боевиков и убедиться, что никому из них не требуется срочная помощь целителей. — Тогда прошу вас следовать за нами, — сказал Гевин и первым исчез в вихре трансгрессии. Гости воспользовались портключами, которые накануне операции предоставили им МакНейры, и переместились на площадку перед главным домом. Там они увидели Гвалдарга, который стоял на крыльце. Его лицо было бесстрастным, но взгляд, которым он окинул прибывших, выдавал его беспокойство. — Мы вернулись с победой, глава, — доложил Гевин, поклонившись. — Есть ли потери? — спросил тот, взглянув на Уолтера, который стоял в кругу остальных воинов. — Есть раненые, но ничего серьёзного, — ответил Гевин. — Наши оборотни прибудут после рассвета. — Хорошо. Проходите в дом, — пригласил Гвалдарг и добавил, обращаясь к Ориону: — Лорд Блэк, будьте гостем МакНейров. Мы окажем вам и вашим людям достойный приём. *** Уолтер появился на воскресном завтраке, выглядя сонным и измученным. Усевшись на своё место, он зевнул, прикрыв рот ладонью, а затем энергично растёр лицо. — Хорошо повеселился? — спросил его Генри, аккуратно нарезая колбасу на тарелке. — Замечательно, — вяло ответил Уолтер и посмотрел на стол преподавателей. — Как многолюдно. У нас какой-то праздник? — Скоро прибудет министерская комиссия, — сказал Рабастан, не отрываясь от чтения свежей газеты и не обращая внимания на еду. — А чего так рано? — удивился Уолтер. — До экзаменов ещё полно времени. — Они для проверки, — ответила всезнающая Лиззи. — А ещё будут обсуждать кандидатуры на пост декана Гриффиндора. Профессор Блэк покидает школу после окончания этого учебного года, а Дамблдор, говорят, совсем не в себе. — Он помогает брату в пабе и узнаёт только старых друзей. Очень старых, — усмехнулся Рабастан. — Забавно, раньше он был знаком с половиной британских волшебников, а теперь смотрит на них, как тролль на учебник трансфигурации. — Что за проверка? — спросил Уолтер, пытаясь сообразить, о чём идёт речь. Он смутно припоминал, что кто-то упоминал об этом, но подробности ускользнули от его внимания. — Попечительский совет выступил с инициативой, так как со следующего года планируется ввести несколько новых учебных предметов. Говорят, что они пригласят иностранных мастеров, — ответила Лиззи и с сожалением добавила: — А мы выпускаемся. — Даже ради этого я не хочу учиться ещё год или два, — передёрнул плечами Генри. — Семь лет — более чем достаточно. Этот замок мне надоел. Хочу на волю. Слизеринцы с некоторой долей недовольства обсуждали, как сильно они устали за время, проведённое в Хогвартсе. Лишь совершеннолетние ученики могли покинуть школу на выходные, а остальным такой шанс предоставлялся только на каникулах. Даже в Хогсмиде учителя следили за ними, чтобы никто не попытался сбежать домой. — А где Блэк? — спросил Уолтер, наконец поняв, что кого-то не хватает за столом. — Она теперь ещё более занятая, чем раньше, — хихикнула Лиззи, бросив взгляд на помрачневшего Рабастана, который шумно сворачивал газету. — Князь Долохов выбрал её своей ассистенткой, и сейчас они составляют учебный план. — У неё и так нет времени, — нахмурился Уолтер. — Библиотека, подготовка к экзаменам и уроки, а теперь ещё и помощь профессору. — Она не смогла ему отказать. Сказала, что должна ему услугу, — тихо произнесла Александра. — В любом случае, его сиятельство не будет мешать её учёбе. Рабастан резко встал из-за стола, и его стул с громким звуком проехал по каменному полу. Когда он покинул зал, Генри произнёс: — Не завидую я Лестрейнджу. Он совершенно безнадёжен. Уолтер, намазывая масло на тост, с грустью размышлял о несчастной судьбе своего друга. Тот был так одинок со своей любовью к девушке, которая совершенно не проявляла к нему интереса. У него, конечно, ещё оставалась надежда, пока она не вышла замуж, но это казалось лишь иллюзией. — Благодарю за компанию, я пойду к себе, — произнёс Уолтер, быстро закончив завтрак. Он чувствовал непреодолимое желание спать, а действие бодрящего зелья подходило к концу. Ночной бой и последующие допросы, на которых ему довелось присутствовать, сильно вымотали его как физически, так и морально. Хотя Уолтер и не был слабым человеком, не каждый смог бы оставаться бесстрастным, наблюдая за пытками. Он был поражён тем, как лорд Блэк вёл себя на допросах. Тот не произносил ни слова и не прикасался к пленникам, но его ледяной взгляд заставлял их дрожать, словно перед ними предстала сама смерть. Поэтому они честно отвечали на все вопросы, не пытаясь увильнуть или солгать. Орион напоминал Гвалдарга своим невозмутимым спокойствием и непоколебимой уверенностью в себе. От него исходила явственная аура власти, а его магия была настолько мощной и подавляющей, что Уолтер не мог не чувствовать некоторого беспокойства, несмотря на то, что не был виновен перед Блэками. — Куда ты направляешься в таком состоянии? — улыбнулась Андромеда, спускаясь по лестнице. — Иду в общежитие. Спать хочу, — ответил Уолтер, с трудом сдержав зевок. — Ты поел? — с тревогой в голосе спросила Андромеда. — Может быть, тебе следует обратиться в больничное крыло? Или, возможно, тебе понадобятся какие-то зелья? — Ты похожа на мою маму, — невольно улыбнулся Уолтер. — Она тоже очень заботилась обо мне. — Прости, — произнесла Андромеда, вспомнив, что его мать ушла из жизни несколько лет назад. Уолтер лишь махнул рукой, показывая, что не сердится. Он уже давно принял свою утрату, хотя его сердце всё ещё страдало от разлуки с близким человеком. — Тебе выпала огромная честь стать ассистентом профессора Долохова? — Да, это настоящее счастье, которое обрушилось на меня внезапно! — пошутила Андромеда. Не успели они переступить порог гостиной, как за их спинами послышались шаги, а затем знакомый голос произнёс: «Анди». Уолтер резко развернулся, чуть не поскользнувшись на каменном полу, и в изумлении уставился на Ориона, который приближался к ним. Он был свежим и бодрым, словно провёл всю ночь в удобной постели. А ведь они расстались всего пару часов назад. Даже молодые бойцы выглядели уставшими и явно мечтали о полноценном отдыхе. — Милорд, — поклонилась Андромеда. — Что привело вас в Хогвартс? — Я вхожу в состав комиссии, — ответил Орион и взглянул на Уолтера так, будто они не сражались вместе прошлой ночью. — Мистер МакНейр? — Милорд, — также склонился в поклоне тот. — Не возражаете, если я поговорю с Андромедой? — улыбнувшись, спросил Орион. — Конечно, милорд. Счастлив был встретиться с вами. — Уолтер кивнул Андромеде и вошёл в гостиную, плотно закрыв за собой дверь. — Проводить вас в клубную комнату? — предложила та. — Лучше в покои Поллукса, — покачал головой Орион и первым направился обратно к лестницам. По дороге они оба молчали, и только войдя в небольшую гостиную, Андромеда спросила: — Зачем вы прибыли на самом деле? — Скоро узнаешь, — с усмешкой произнёс Орион, с облегчением опустившись в кресло. — Я уже слишком стар для таких волнений. — Что случилось? — Стая Фенрира уничтожена. — Кто с ним был? — с тревогой спросила Андромеда. Её интересовал конкретный человек, который совершил много ужасных поступков в её будущем-прошлом. — Скабиор устранён, — сообщил Орион, и в ответ услышал её прерывистый вздох. — В стае Фенрира было ещё несколько человек, которые могли бы стать егерями. Похоже, их банда существовала уже давно. У них были дорогие защитные артефакты и огнестрельное оружие. В их лагере были обнаружены деньги: более десяти тысяч галеонов и около пятидесяти тысяч фунтов стерлингов. — Откуда у них столько ресурсов? — нахмурилась Андромеда. — У них есть спонсоры. Кто-то серьёзно заинтересовался оборотнями. Боюсь, если бы мы не предприняли действия первыми, вскоре в Британии могла бы появиться небольшая армия, подконтрольная террористам. — Егеря ловили маглорождённых и полукровок и заключали их в резервации. У них отбирали всё: деньги, волшебные палочки, документы, и заставляли работать бесплатно. А тех, кто был достаточно силён, отправляли на алтари. — Думаю… — Орион не успел закончить фразу, как его прервал стук в дверь. — Милорд, — поклонился Люциус, войдя в гостиную. — Мистер Малфой, присаживайтесь, — предложил Орион, указывая на кресло. — Мне уйти? — спросила Андромеда, но в ответ услышала только решительное: — Нет! Я не возражаю против вашего присутствия, мисс Блэк, — произнёс Люциус. — В любом случае, вы будете связующим звеном между мной и лордом Блэком.