Андромеда-2

Для празднования был выбран ресторан, который располагался на первом этаже старинного здания на тихой пешеходной улице. К удобствам волшебников в этом месте была предусмотрена специальная трансгрессионная комната. Из неё можно было попасть в обеденные залы, пройдя по коридору через потайную дверь. Генри заранее забронировал отдельный кабинет, и всю компанию сразу провели в уютную комнату. Интерьер был оформлен в нежных бледно-лиловых тонах, а его изысканность подчеркивали изящные рамы картин, старинные зеркала и белая мебель, обитая серебристым шёлком. Взгляд Андромеды невольно возвращался к прекрасным лицам официантов, а её мысли блуждали, не позволяя сосредоточиться на главном. Она вдруг вспомнила, что после замужества в прошлой жизни была в ресторанах лишь дважды: когда они с Тедом купили свой дом, и когда праздновали семнадцатилетие Нимфадоры. Конечно, они не могли позволить себе ужин в таком дорогом заведении, как эта «Золотая утка», но воспоминания о блюдах, приготовленных не ею, а профессиональным поваром, до сих пор вызывали у неё приятные чувства. В те трудные времена это было как глоток свежего воздуха и пьянило не хуже выдержанного вина. Рабастан, вероятно, обратил внимание на странное поведение Андромеды и сразу же помрачнел. Его взгляд, обычно тёплый и нежный, стал ледяным и колючим, а исходящая от него опасность заставила всех присутствующих почувствовать себя неуютно, словно от резкого порыва холодного ветра. Он так сильно сжал в руках меню, что кожа на костяшках пальцев побелела, а прочная обложка заскрипела от напряжения. Казалось, что ещё одно мгновение, и у него случится магический выброс. К счастью, Уолтер внимательно следил за другом и хлопнул его по плечу, заставив успокоиться. — Что-то не так? — спросила Андромеда, наконец отвлекшись от своих воспоминаний. — Тебе здесь не нравится? — Нет, всё в порядке, — справившись с эмоциями, ответил Рабастан. — Насколько я знаю, это лучший ресторан Оксфорда. Клиенты прекрасно отзываются об этом заведении. — О, чудесно, — кивнула Андромеда и добавила, улыбнувшись официанту, который стоял рядом с ней: — Мне, пожалуйста, вегетарианские фаршированные болгарские перцы, радужную форель на пару с запечённым картофелем и хлебный пудинг. — Какие напитки предпочитает леди? — уточнил сомелье. — Я полностью полагаюсь на вас, — ответила Андромеда. Её друзья тоже сделали заказы, кроме Рабастана, который по-прежнему выглядел недовольным и внимательно изучал меню. Казалось, он намеренно усложняет жизнь официанту, стоящему рядом с ним. Бедняга побледнел, вероятно, опасаясь гнева клиента, из-за чего он мог лишиться не только премии, но и работы. Заметив его растерянный взгляд, Андромеда легко улыбнулась и, наклонившись к Рабастану, спросила: — Басти, здесь нет блюд, соответствующих твоему вкусу? Может быть, ты хочешь пойти в другой ресторан? — Нет, — немного успокоившись, ответил он. — Простите, что заставил вас ждать. Мне, пожалуйста, пирог с лососем, тефтели из баранины и апельсиновую запеканку. Следуя примеру Андромеды, компания доверила выбор напитков сомелье. Никто из них не злоупотреблял алкоголем, так как на следующее утро им предстояло участвовать в торжественной церемонии начала учебного года. Вела церемонию глава магического отделения Оксфорда, Гризельда Марчбэнкс, и никто не хотел выглядеть неподобающе. Вскоре официанты принесли первые блюда, и за столом завязался непринуждённый разговор. Генри, выпив половину бокала вина, почувствовал себя свободнее и решил поделиться с друзьями некоторыми подробностями о своей семье. Оказалось, что Поттеры были очень обеспокоены непослушным поведением Джеймса, сына Флимонта и Юфимии. — Этот мальчишка совершенно неуправляем! — воскликнул Генри в негодовании. — Его родители совсем избаловали его, и теперь он делает всё, что пожелает! Когда я был в его возрасте, меня пороли за малейшую провинность, а он, в лучшем случае, получает от матери выговоры. Отец же совершенно не участвует в его воспитании. Разве можно так потакать капризному подростку? — Он же единственный ребёнок в семье? — поинтересовался Уолтер, с удовольствием прожевав кусочек сырного суфле. — Да, — раздражённо ответил Генри. — Я уже предчувствую, сколько неприятностей этот хулиган доставит всем нам, пока будет учиться в Хогвартсе! Андромеда отложила столовые приборы и постаралась вспомнить всё, что слышала о Джеймсе Поттере из своей прошлой жизни. Однако, к её удивлению, она обнаружила, что ей известно совсем немного. Причина в том, что она была оторвана от магического мира. Её болезненное состояние также препятствовало получению новостей. Римус нечасто делился подробностями о своём друге, а Гарри почти ничего не знал о своём героическом отце. Остальные знакомые лишь повторяли, каким замечательным человеком был Джеймс, но не могли дать более конкретных сведений. Создавалось впечатление, что всем им подправили память, стерев ненужную информацию. Она не знала, как Сириус стал лучшим другом Джеймса, и как образовалась шайка «Мародёров». Кто из них первым предложил взять в свою компанию оборотня и ничем не примечательного Питера Петтигрю — детей из обычных семей, которые могли рассчитывать лишь на покровительство так называемых «мажоров». — Больше всего меня раздражает, что этот негодник позволяет себе неуважительно высказываться обо всех факультетах Хогвартса, кроме Гриффиндора, — продолжил жаловаться Генри. — И это при том, что дядя Флимонт — рейвенкловец, а тётя Юфимия — хаффлпаффка. — Возможно, стоит проверить его на наличие ментального воздействия? — с лёгкой усмешкой предположил Уолтер. — Вдруг ему «промыли мозги», как говорят маглы? — Э-э… — Генри в замешательстве замер, не донеся до рта бокал с вином. — Я никогда не задумывался об этом… — Почему? — с удивлением взглянула на него Лиззи. — Разве это не первое, о чём думают волшебники, когда сталкиваются с неразумным поведением и маниакальной зацикленностью родственников? — Кто стал бы брать под «империо» ребёнка? — после долгой паузы сказал Генри. — Таким заклинанием можно легко свести его с ума! — Разве это остановит тех, кто добивается своих целей? — разумно заметил Рабастан. — Детей из нашего рода иногда похищали и подвергали пыткам, — произнесла Андромеда. — Не все преступники стремились получить выкуп в денежной форме. У нас много недоброжелателей и завистников, готовых пойти на всё ради мести. В комнате воцарилась напряжённая тишина. Казалось, все присутствующие впервые осознали, что Блэки не только пользуются привилегиями своего положения, но и расплачиваются за них дорогой ценой. Просто они предпочитали решать проблемы, не привлекая внимания и не требуя жалости. — С тобой тоже случалось такое? — тихо спросила Александра. Она побледнела от волнения, а её руки слегка подрагивали. — Да, однажды нас с Беллой похитили кровные враги рода, — спокойно кивнула Андромеда. — Мы провели в плену шесть дней. — Сколько вам было лет? — с трудом задал вопрос Рабастан. — Мне было три года, а Белле — четыре, — ответила Андромеда. Она усмехнулась и добавила: — Как иронично, что хорошие события быстро забываются, а плохие навсегда остаются в памяти. Я не помню свой первый детский бал, зато могу повторить каждое слово, сказанное нашими похитителями. — Вы сильно пострадали? — сочувственно взглянула на неё Лиззи. От её обычного легкомыслия не осталось и следа. — Это разговор не для праздничного застолья, — с беззаботной улыбкой отмахнулась Андромеда. Однако в её глазах застыл холод, а лицо стало очень бледным. — Мы выжили — это главное. Правда, после того случая Белла стала одержима боевыми искусствами, но это пошло ей на пользу. Друзья молча вернулись к трапезе, украдкой поглядывая на неё. Они, кажется, пытались понять, как сильно похищение повлияло на двух маленьких девочек и через что им пришлось пройти до того, как их освободили из плена. Заметив это, Андромеда добавила серьёзным тоном: — Тогда нам очень помогли МакНейры. Они первыми нашли нас с Беллой и сделали всё возможное, чтобы защитить до того, как появились Блэки. Уолтер тяжело перевёл дух, услышав её слова, и произнёс: — Союз между нашими кланами нерушим. Так было и будет всегда. — Благодарю вас, наследник МакНейр, — склонила голову Андромеда. — Блэки никогда не предадут вашего доверия. Официанты, принесшие новые блюда, разрядили напряжённую атмосферу. Лиззи, оживившись, начала рассказывать о своих планах на ближайшее время: о том, на какие экскурсии она хотела бы отправиться. Генри с преувеличенным энтузиазмом пообещал исполнить все её желания в лучшем виде. Вскоре все присутствующие немного пришли в себя и снова приступили к еде, как будто бы забыв о неприятном разговоре. Только Рабастан и Уолтер продолжали пристально смотреть на Андромеду, и было заметно, что они едва сдерживаются, чтобы не задать ей вопросов. — Давайте поиграем во что-нибудь! — предложила неугомонная Лиззи, когда официанты подали десерты. Йен только насмешливо закатил глаза, прекрасно зная о её любви к сплетням и желании узнать чужие секреты. Он уже предполагал, какое развлечение выберет сестра, и не ошибся. — «Правда или действие»! — О нет! — притворно застонал Генри. — Пожалейте нас, моя леди! — Вы такие скучные, как старики! — воскликнула Лиззи, возмущаясь. Она достала свою волшебную палочку и с её помощью превратила салфетку в рулетку с семью секторами, на каждом из которых было написано имя одного из членов их дружной компании. — Итак, тот, на кого укажет стрелка, должен будет ответить правду или понести наказание! Лиззи раздала всем по несколько листочков бумаги и попросила написать вопросы и «пытки». На её лице появилась озорная улыбка. Казалось, она была полна решимости отлично провести этот вечер. — Кто будет ведущим? — уточнил Йен. — Каждый из нас по очереди, — решил Уолтер. — Так будет справедливо! — Чур, я первый! — сказал Генри и раскрутил барабан, не дожидаясь возражений. Когда стрелка указала на Рабастана, он с торжественным видом засунул руку в корзинку и, достав один из листочков, прочитал вслух: — Ты был когда-нибудь напуган по-настоящему? — Да, — ответил тот и замолчал. — И это всё? — возмутилась Лиззи, поняв, что он не собирается продолжать. — Ты должен рассказать об этом! — Дай угадаю, этот вопрос написала ты? — усмехнулся Уолтер и, заметив её смущение, рассмеялся. — Мисс Розье, вы так и остались любопытным ребёнком! — Теперь моя очередь, — с невозмутимым видом сказал Рабастан и раскрутил рулетку. Некоторое время игра была шутливой, и все предпочитали отвечать правду, а не получать наказания. Когда очередь дошла до Андромеды, она сказала: — Я выбираю действие. — Что тебе выпало? — с любопытством спросила Лиззи, но не получила ответа. Андромеда с невозмутимым видом испепелила листок с вопросом, а затем приняла наказание — продекламировала наизусть смешное детское стихотворение о маленьком цыплёнке, при этом забавно хлопая руками, как крыльями. Вся компания весело смеялась, наблюдая за её импровизированным выступлением, не замечая, как потемнели её глаза. Казалось, она находится где-то далеко от Оксфорда и этого ресторана, там, где её не смогут найти посторонние. Игра длилась, пока не закончились все фанты. После этого друзья наконец покинули ресторан и вернулись в общежития, где, попрощавшись, разошлись по своим комнатам, чтобы наконец отдохнуть после долгого дня, наполненного событиями. Андромеда приняла ванну и легла в постель, укутавшись в одеяло. Она закрыла глаза, но сон не шёл к ней. Воспоминания, вызванные простым вопросом, который она прочитала на листочке, словно обжигали её сердце. «Какими ты видишь своих потомков?» — что может ответить человек, который потерял свою единственную дочь и любимого внука, оставшегося в другом мире. Из глаз Андромеды хлынули горячие слёзы, которые, впитываясь в подушку, оставляли на наволочке влажные пятна. Она закусила губу до крови, пытаясь справиться с охватившей её тоской и не завыть, как дикий зверь. За последний год с ней произошло столько необычных и загадочных событий, что не было времени на раздумья. Но теперь, достигнув первой значимой цели в списке желаний, она наконец-то смогла остановиться и оценить своё положение. Андромеда долго плакала, пока не уснула, обессиленная переживаниями. Ей приснился Тедди, который что-то писал в журнале, сосредоточенно нахмурив брови. Его кожа сильно загорела, а необычный халат и куфия придавали ему экзотический вид. Словно почувствовав её присутствие, он поднял взгляд, улыбнулся и тихо произнёс: «Я в порядке, ба, не волнуйся. Надеюсь, что и у тебя всё хорошо. Я скучаю по тебе, но хочу, чтобы ты была счастлива там, куда отправилась. Когда-нибудь мы встретимся снова».