Андромеда-2

У Андромеды больше не было настроения слушать концерт, поэтому она решила вернуться в общежитие. Рабастан и Уолтер последовали за ней. Судя по их молчаливости и сосредоточенности, они обдумывали предстоящие разговоры с родственниками. Ни у кого из троицы не было сомнений, что это очень важно. Девушки из знатных и богатых семей добровольно покидали их, разрывали родственные связи, отказывались от собственных детей, будь они сквибами или волшебниками, и пренебрегали традициями, — всё это считалось среди магов почти равнозначным смертным грехам. Сколько лет продолжалось постепенное разрушение древних родов? Никто не мог дать точного ответа на этот вопрос, потому что статистика не велась. И вряд ли кто-то стал бы признаваться, что их дочери были настолько плохо воспитаны, что забыли о законах, которые передавались из поколения в поколение. — Я вернусь домой, — сказала Андромеда, поставив велосипед на стоянку. — Такой важный вопрос лучше обсуждать лично. — Я тоже, — кивнул Уолтер. — Думаю, нам хватит пары часов. Рабастан, разделяя их мнение, также отправился в родовое поместье, надеясь застать родителей до их отъезда. Ему повезло: Фалько и Эмилия были дома и отдавали последние распоряжения управляющему, стараясь не упустить ни одной детали. Увидев своего младшего сына, они обеспокоенно нахмурились, осознав, что он не вернулся бы без серьёзной причины. — Здравствуйте, матушка, отец, — с поклоном произнёс Рабастан. — Вы можете уделить мне немного времени? Мне нужно вам кое-что сказать. — Пройдёмте в мой кабинет, — предложил Фалько и, отпустив управляющего, подал руку своей жене. — Только, пожалуйста, будь краток. У нас остались незаконченные дела. Когда они устроились в креслах, Рабастан сразу перешёл к главной теме разговора. — Скажите, кто-нибудь отслеживает волшебниц, которые покинули свои семьи, разорвав родственные связи? — Насколько я знаю, нет, — покачал головой Фалько. — С чего вдруг возник такой вопрос? — Цедрелла Блэк, Эйлин Принц, Хестер Лестрейндж, — Рабастан медленно перечислял имена, пристально глядя на своих родителей. — Все они вышли замуж примерно в одно и то же время, несмотря на сопротивление своих близких, и провели похожие ритуалы. Они отказались от своих девичьих семей, а затем от своих старших сыновей. — У Эйлин и Хестер — всего по одному ребёнку, — сильно побледнев, сказала Эмилия и нервно сжала руку мужа. — У Цедреллы — трое, но Артур совсем бестолковый, а Фредерик ушёл в магловский мир и присоединился к своему старшему брату Биллиусу, как только закончил обучение в Хогвартсе. — Ещё есть Молли Прюэтт, которая вышла замуж за Артура, — напомнил Рабастан. — Она старше меня на три года и уже родила сына. — Мы видели её несколько дней назад и почти не узнали, — покачал головой Фалько. — Она выглядит как тридцатилетняя нищая маггла. Печальное зрелище. — Я не слышала, чтобы Молли отказывалась от своего ребёнка, — произнесла Эмилия, а затем, с лёгким раздражением, добавила: — Хотя это не имеет значения. Родители, которые не соблюдают традиции, вряд ли смогут дать достойное воспитание маленьким мажатам. — Уолли тоже отправился домой, чтобы обсудить этот вопрос с прадедом, — сообщил Рабастан. — Возможно, в шотландских кланах были подобные случаи. — Мы обязательно выясним, есть ли другие сбежавшие, — сказал Фалько и строго добавил: — Пообещай мне, что не будешь заниматься этим делом. Оно может быть очень опасным. — Хорошо, — кивнул Рабастан, — но только если Андромеде не понадобится моя помощь. — Ты! — возмущённо воскликнул Фалько, но замолчал, почувствовав, как Эмилия крепко сжала его руку. Он пристально посмотрел на своего младшего сына, но тот ответил ему решительным взглядом. — Кто ещё замешан в вашем заговоре? — спросил он, немного успокоившись. — Только мы втроём, — ответил Рабастан. — Мы не настолько глупы, чтобы обсуждать такие вещи с посторонними. — Ладно, — смирившись, вздохнул Фалько, и проворчал: — Убирайся с глаз моих, пока я не разозлился. Когда за их младшим сыном закрылась дверь, Эмилия задумчиво произнесла: — Почему мы не обратили на это внимания? Хестер ушла из семьи, и нам следовало бы выяснить обстоятельства этого события. Но нам как будто было всё равно. — Я не знаю, — поморщился Фалько и, поднявшись с кресла, достал из стола переговорное зеркало. Когда на его звонок ответили, он произнёс: — У меня есть кое-какая информация к размышлению. — Ты, как всегда, говоришь загадками, — послышался ленивый голос Долохова. — Что же так взволновало твою светлость, что ты перестал паковать чемоданы? *** Андромеда вышла из камина, и перед ней появился домовик, который с поклоном сообщил: — Хозяин находятся в будуаре хозяйки. — Они могут меня принять? — спросила Андромеда, и вскоре ей было разрешено пройти в покои Вальбурги, которая вернулась на родину всего на пару дней. — Милорд, миледи, — поприветствовала она своих приёмных родителей, приседая в реверансе. — Как официально, — удивлённо приподнял брови Орион. До этого он непринуждённо беседовал с супругой за чашкой чая, удобно расположившись на изящной кушетке. — Что-то случилось? Андромеда устроилась в глубоком кресле и, сделав глубокий вдох, начала свой рассказ о девушках, которые ушли из дома, и о том, как они бросили своих старших или единственных сыновей. Она вспомнила своё прошлое и задала вопрос: — Возможно ли, что это заговор против старинных волшебных семей? — Вполне, — задумчиво кивнул Орион. — Цедрелла должна была стать следующим ритуалистом Блэков, но отказалась от этого ради замужества. Хотя у неё не было полноценного дара, Кассиопея обучала её с пяти лет. Они даже заключили ученический контракт, разрыв которого чуть не сделала Цедреллу сквибом. — Кому достались её деньги? — поинтересовалась Андромеда. — У неё ведь было приданое и солидный капитал, об этом рассказывала бабушка Каллидора. — Приданое вернулось в семью, — ответила Вальбурга. — А личные деньги и недвижимость были разделены между её сёстрами. — Бабушка Каллидора вышла замуж за Арфанга Лонгботтома после этого события или до него? — спросила Андромеда. — После, примерно через два года, — прищурившись, ответил Орион. — А Чарис — до, хотя она самая младшая в семье. Каспер Крауч был влюблён в неё с раннего детства и настоял на заключении брака, как только ей исполнилось семнадцать лет. — Значит, мы можем исключить Краучей из списка подозреваемых, — кивнула Вальбурга. — Это хорошо, — с облегчением вздохнула Андромеда. Ей нравился младший Барти, и она не хотела, чтобы он попал в ряды врагов Блэков. — Значит, опять Арфанг Лонгботтом… — задумчиво произнёс Орион. — Хорошо, мы присматриваем за ним. Не волнуйся. — Где сейчас Альбус? — спросила Андромеда. — Он собирается в путешествие, — ответила Вальбурга. — Первое место назначения — Нью-Йорк. Он вылетает на самолёте завтра утром. — Постойте, — с подозрением сощурила глаза Андромеда. — Басти сказал, что его родители тоже отправляются в Северную Америку. — И тем же рейсом, что и Альбус, — подтвердил Орион. — Мы пока не поняли, случайно ли это совпадение, или кто-то подтолкнул его купить билет на определённую дату. — Мне это очень не нравится, — побледнев, сказала Андромеда. — Вы можете попросить лорда Фалько изменить способ путешествия? — Эмилия слишком слаба для межконтинентальных порталов, она не выдержит такого перемещения, — покачала головой Вальбурга. — Но если вдруг случится авиакатастрофа, они не смогут трансгрессировать над океаном. Это очень опасно. — Я немедленно свяжусь с Фалько, — сказал Орион, вставая с кушетки. — Мы должны предупредить их. Родольфус и Рабастан не смогут справиться с ситуацией, если с их родителями что-то случится. Он покинул будуар, оставив Андромеду и Вальбургу в напряжённом ожидании. Обе женщины нервничали, не зная, удастся ли ему убедить Лестрейнджей. К счастью, Фалько был встревожен разговорами с младшим сыном и Антоном и поэтому охотно согласился отложить поездку на несколько дней. Когда Орион вернулся и сообщил об этом, Андромеда наконец обрела спокойствие. Она взглянула на часы и произнесла: — У меня совсем не осталось времени. Как жаль, что на первом курсе мы обязаны жить в общежитии. Это значительно ограничивает мои возможности. — Ни о чём не волнуйся, мы обо всём позаботимся, — улыбнулся Орион. — У тебя есть старшие родственники. Андромеда попрощалась с ними и поспешила в каминный зал, переполненная радостью от того, что они, возможно, смогли предотвратить ужасную трагедию. Она не испытывала сострадания к Альбусу, он был ей безразличен, но Лестрейнджи имели большое значение не только для Блэков, но и для всего британского волшебного сообщества. Перед тем как отправиться обратно в университет, она решила заглянуть в «Лазурную звезду» и взять с собой несколько книг, которые могли бы ей пригодиться в ближайшие дни. Китти сразу же засуетилась, увидев её, и начала собирать различные закуски и десерты в волшебную корзинку, ворча: — Хозяюшка снова похудела! Что за напасть! — Разве это плохо? — рассмеялась Андромеда, складывая книги в браслет с чарами незримого расширения пространства. — Откуда возьмутся силы для колдовства, если от хозяюшки останутся только кожа да кости? — возмущённо фыркнула Китти. — Не сердись, нянюшка. — Андромеда, улыбнувшись, погладила её по голове, щедро делясь магией. — Обещаю, что буду хорошо питаться. — И есть мясо хотя бы раз в день! — настойчиво произнесла Китти. Шутливо поторговавшись, они попрощались, и Андромеда отправилась в университет, нагруженная домашними угощениями. Когда она вышла в общей гостиной, то увидела своих подруг, которые уже вернулись с прогулки и отдыхали, расположившись на диване. — Где ты была? — с подозрением спросила Лиззи. — Ходила за перекусом, — улыбнулась Андромеда, поставив корзинку на стол. — Моя домовушка приготовила вкусные десерты. — Это очень подозрительно, — сощурив глаза, взглянула на неё Лиззи, но через пару секунд, не выдержав, бросилась к угощению. — Мои любимые ореховые бисквиты! — радостно воскликнула она. — Мисс Блэк, вы просто душка! Андромеда прошла в свою комнату и начала расставлять книги на полке. Вскоре к ней постучалась Александра и, получив разрешение, вошла. — Я тебе не помешала? — спросила она, закрыв дверь. — Нет, — покачала головой Андромеда. — Ты хочешь что-то спросить? — Скорее, рассказать. Я услышала ваш разговор с Уолтером, — ответила Александра. — У нас тоже был подобный случай. В сорок восьмом году моя двоюродная тётя Лисандра Роули ушла из семьи и вышла замуж за магла. Её родители и младший брат не смогли вернуть её домой, потому что она провела ритуал разрыва родственных связей. Андромеда, поражённая, села на кровать, пристально глядя на неё. После долгого молчания она спросила: — У неё есть дети? — Она родила двойню, но через несколько лет отдала их в приёмную семью. Её муж был против волшебников и не позволял ей колдовать. Когда у малышей случился первый стихийный выброс, он велел ей избавиться от них. — Что с ними произошло? — спросила Андромеда, вспомнив, что в её прошлой жизни британские Роули тоже исчезли. Последний представитель этого рода был казнён после окончательной победы над Волдемортом как один из самых ярых его сторонников. — Мы не знаем, — ответила Александра. — Приёмные родители переехали в Германию, после этого их следы затерялись. — Могу я задать тебе вопрос, который может показаться слишком личным? — спросила Андромеда. Получив разрешение, она продолжила: — Кто унаследует ваше состояние и имущество, если все представители главной ветви вашего рода погибнут? — Магловскую часть — те, кто сможет доказать родство, — с бледным лицом произнесла Александра. — А магическую — те, у кого хватит сил взять контроль над алтарём. — Значит, теоретически это могут быть дети твоей тёти Лисандры? — Да, — кивнула Александра и с тревогой спросила: — Ты подозреваешь, что их забрали специально? Наш род в опасности? — Я пока не уверена, — ответила Андромеда, не желая пугать её своими догадками. Однако знание о том, что через десять-двадцать лет в Британии не останется ни одного «тёмного» рода, наводило на размышления.