Андромеда-2

Нарцисса уже несколько месяцев находилась в Монтрё — городе, который расположен в предгорьях Западных Альп, на берегу Женевского озера. Когда-то давно мать Люциуса получила этот небольшой особняк в подарок от дяди на своё четырнадцатилетие. Здесь она постепенно училась быть самостоятельной в магловском мире. Во флигеле жила семья из трёх человек: Мари, работавшая горничной, и её родители — кухарка Саманта и садовник Этьен. Они служили ещё при прежней хозяйке и, несмотря на прошедшие годы со дня её смерти, хорошо её помнили. Когда имущество матери перешло по наследству её сыну, он разрешил слугам остаться. Интерьер дома выглядел довольно скромно, но светлые оттенки текстиля, белоснежная мебель и кружевные занавески создавали атмосферу уюта и гармонии. Из окон гостиной и главной спальни открывался великолепный вид на озеро. Под окнами цвели розы, под старой яблоней висели качели, мелодично журчала вода в фонтане. Однако, несмотря на мирное окружение, Нарцисса не могла успокоиться. Она всё ещё кипела от гнева, вспоминая наказание, которое устроил ей Люциус. Её, избалованную и любимую дочь Сигнуса и Друэллы, будущую леди Малфой и спасительницу Блэков, высекли розгами, словно обычную простолюдинку! И словно этого было недостаточно, ей запретили исцелить раны магическим способом, обрекая на невыносимые страдания. Несколько дней она не могла сидеть и спала, лёжа на животе. Это было унизительно и ужасно! На все её истерики и угрозы слуги невозмутимо отвечали, что таков приказ их молодого господина. Со дня экзекуции Люциус не появлялся в Монтрё. За это время он отправил невесте пару писем, которые выглядели как приказы начальника подчинённой, и однажды поговорил с ней по телефону. Выслушав её жалобы, он сухо произнёс: — Я вижу, что ты так и не осознала свою вину. — Это было направлено не на него! — воскликнула Нарцисса. — Ты представляешь, на что мне пришлось пойти, чтобы извиниться за твою «детскую шалость»? — в голосе Люциуса отчётливо слышалась издевка. — Я не хотела создавать тебе трудностей… — Очень на это надеюсь. Мне не нужна жена, которая не способна оценить последствия своих действий для будущего нашего рода. — Прости меня! — Надеюсь, ты больше не будешь делать глупостей. Иначе мне придётся тебя наказать. Звонок завершился, оставив Нарциссу в полном смятении. Она не могла поверить, что её любимый и нежный жених, который всегда был так мил с ней, мог говорить таким холодным и отстранённым голосом. Это было ужасно, словно в его теле поселился злой демон, чуждый всему человеческому. Неужели он так резко изменил своё отношение к невесте всего лишь из-за одной её маленькой ошибки? Разве это возможно? Раньше для него было самым главным её счастье и благополучие, так почему же на этот раз его реакция на небольшое происшествие была столь грубой и жестокой? Кто такие Крамы по сравнению с Блэками или Малфоями? Они являются представителями небольшой страны, которая существует за счёт туризма и сельского хозяйства. И эти скромные люди смеют высказывать претензии к древнейшим и благороднейшим британским родам? Откуда у них столько смелости? Нарцисса лихорадочно перелистывала геральдические справочники в поисках любой информации о Крамах. Однако всё, что ей удалось найти — лишь краткое упоминание в пару строчек о том, что этот малоизвестный род обитает в отдалённой провинции с труднопроизносимым названием. И это всё! Среди них не было известных личностей или представителей королевских семей. Нынешний глава рода сотрудничал с Блэками, но Нарцисса имела весьма смутное представление о семейном бизнесе. Ей не были интересны скучные уроки экономики, ведь это дело мужчин, а забота женщин — дом. Разумеется, она не была необразованной, ведь преподаватели старались дать ей знания, необходимые для становления настоящей леди. Однако из-за своей избалованности и болезненности она часто избегала наказаний за плохую учёбу. Максимум, что могла сделать её мать — это мягко пожурить. Старшие сёстры росли в более суровых условиях, так как были сильными и здоровыми детьми. Их наказывали розгами и заставляли заучивать наизусть огромные отрывки из семейных хроник. Но как иначе воспитать непокорных и своенравных Беллатрикс и Андромеду, которые обладали упрямостью истинных Блэков? Когда Нарцисса вспомнила о жестокой порке, которую ей устроил Люциус, она снова ощутила жгучую обиду и фантомную боль. Ей казалось, что с ней поступили несправедливо, и несколько дней она ждала, что он позвонит и извинится. Но телефон молчал, словно насмехаясь над её страданиями. Она не имела никакой информации о своём женихе. На все её вопросы слуги и дуэнья отвечали, что не знают о планах молодого хозяина и не общались с ним с момента его последнего визита. Возможно, это было правдой, так как старый дом не привлекал его внимания, а невеста была в опале. Нарцисса решила узнать последние новости у родителей и, боясь отца, позвонила матери. Когда она увидела в переговорном зеркале знакомое лицо, то не смогла сдержать слёз. Они лились без остановки, и в этот момент она казалась несчастной девушкой, которая столкнулась с серьёзными трудностями. — Что случилось, дорогая? — встревоженно спросила Друэлла. — Тебя кто-то обидел? — Мама, — произнесла Нарцисса, всхлипывая, — он поселил меня в какой-то убогой дыре. Здесь так ужасно, вы даже не представляете! — Пожалуйста, выбирайте слова и будьте любезны, юная мисс, — нахмурилась Друэлла. — Особняк, в котором вы сейчас живёте, раньше принадлежал матери Люциуса и был её первым личным домом. Нарцисса с обидой отвела взгляд, размышляя о том, что аристократы не должны жить в таких скромных условиях. Всего лишь десять комнат в главном здании и флигель для слуг — это жилище было бы более подходящим для обычных людей, но не для молодой леди. Здесь даже не было достойного сада, не говоря уже о парке, — лишь несколько старых деревьев во дворе. — Мама, здешние слуги такие грубые! — продолжила жаловаться Нарцисса. — И они совершенно непослушные. А еда просто ужасная. — Ужасная? — переспросила Друэлла. — Ты не преувеличиваешь? — Нет! — воскликнула Нарцисса, и её глаза вновь наполнились слезами. — Кухарка — неграмотная женщина, она не знает ни одного рецепта моих любимых блюд. Всё, на что она способна, это жарить жирные колбаски и варить картофель, каши и супы. От такой еды у меня болит живот, а на лице появились прыщи. Даже зелья не помогают от них избавиться. Она поднесла зеркало к лицу, чтобы продемонстрировать матери, насколько ухудшилось состояние её кожи. Раньше Нарцисса гордилась своей нежной и утончённой внешностью, но теперь она выглядела как обычный подросток, у которого нет возможности посещать косметолога и приобретать дорогостоящие средства для лечения. — Это просто возрастные изменения, — начала успокаивать Друэлла. — Не волнуйся, дорогая, скоро это пройдёт. — Мама, пожалуйста, заберите меня домой! — взмолилась Нарцисса, заламывая руки. — Я обещаю, что больше не доставлю вам проблем и извинюсь перед родственниками. — Это невозможно, — покачала головой Друэлла. Хотя в её глазах читалась жалость к младшей дочери, она не собиралась спорить с решением мужа, понимая, что он прав. — Мама! — голос Нарциссы сорвался от волнения. — Он избил меня! Люциус наказал меня розгами и запретил исцеляться! — Тебе никто не помог? — с недоверием прищурилась Друэлла. — Врач использовал магловские препараты, — призналась Нарцисса. — Но вы же знаете, что они действуют очень медленно. Мне пришлось мучиться много дней, пока раны не зажили. — Дорогая, мы больше не можем вмешиваться в твои отношения с Люциусом, — с сожалением произнесла Друэлла. — Ты сама сделала выбор, когда заключила с ним неразрывную помолвку. Вы практически уже супруги. Осталось только закрепить ваш брак. Конечно, если ты настаиваешь на аннулировании помолвки, мы можем провести соответствующий ритуал. Однако никто не может гарантировать, что, нарушив магический договор, ты не станешь сквибом. Нарцисса погрузилась в глубокие размышления, взвешивая все за и против. Её лицо побледнело от волнения, а прикушенная губа покраснела, словно вот-вот из неё потечёт кровь. Наконец, она произнесла: — Нет, я люблю Люциуса и не хочу его потерять. — Тогда чего ты ждёшь от нас? — спросила Друэлла. — Как будто мы не знаем, — раздался насмешливый голос Беллатрикс. — Наша принцесса ожидает, что родители выполнят её просьбы. Вы, мама, должны отругать своего будущего зятя и убедить его быть более терпимым к невесте. А отец должен надавить на него, угрожая расторжением союзнического договора между Малфоями и Блэками. Тогда Люциус станет послушным домашним пёсиком Нарси, готовым выполнять все её приказы. — Сестра? — воскликнула Нарцисса, широко распахнув глаза от удивления. Она возмущённо произнесла: — Как же так? Ты что, слышала весь наш разговор? Как тебе не стыдно шпионить! — Во-первых, я была здесь с самого начала, и мама знала об этом, — усмехнулась Беллатрикс, появившись в отражении зеркала. — Во-вторых, мы находимся в поместье Лестрейнджей, а не Блэков, в моих собственных комнатах. Если бы ты не стала жаловаться, не узнав, удобно ли маме говорить с тобой, я бы не услышала этого. Поверь, твоё нытьё — не то, о чём я скучаю. Нарцисса вспыхнула от гнева, но не смогла найти слов, чтобы достойно ответить своей старшей сестре. Она немного побаивалась её, поскольку та, казалось, стала совсем чужой и даже не пригласила её на свою свадьбу. За последние месяцы они общались всего пару раз, обмениваясь формальными приветствиями. — Мама, что вы делаете у Лестрейнджей? — наконец спросила Нарцисса, её голос звучал очень слабо. Обычно этот приём действовал на родителей как волшебное зелье, вызывая у них жалость к младшей дочери. Однако на этот раз мать не проявила сочувствия и, улыбнувшись, сказала: — Я пришла проведать нашу любимую внучку. — Внучку? — изумлённо переспросила Нарцисса, не в силах поверить в услышанное. — Какую внучку? — Мою дочь, — ответила Беллатрикс и грубо добавила: — Даже не проси показать её. У тебя дурной глаз и недобрые намерения. — Дорогая, не стоит так говорить о своей сестре, — укоризненно взглянула на неё Друэлла, однако в её тоне не было ни раздражения, ни осуждения. — Вы даже не поставили меня в известность… — с трудом произнесла Нарцисса, чувствуя, как во рту растекается горечь, а руки леденеют. — Вы вообще считаете меня своей родственницей? — Я — нет! — решительно возразила Беллатрикс, снова появившись в зеркале рядом с матерью. — Я презираю предателей, — произнесла она с жёсткостью в голосе. Затем, усмехнувшись, добавила: — А вот Малфоям ты точно подойдёшь. Нарцисса, ошеломлённая жестокими словами сестры, не могла произнести ни слова. Завершив звонок, она залилась слезами и, упав на кровать и уткнувшись лицом в подушку, рыдала, пока не почувствовала полное опустошение. Лишь спустя долгое время ей удалось подняться и пройти в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок при помощи косметических чар. Теперь она осознала, что никто из членов семьи не сможет прийти ей на помощь. Это означало, что она должна полагаться лишь на Люциуса и Абраксаса и строить совместные планы на будущее только с ними. Малфои станут её опорой и помогут ей отомстить тем, кто сейчас относится к ней с пренебрежением. Осталось только придумать, как побыстрее занять место старшей леди рода. За ужином Нарцисса была очень тихой и без особого аппетита ковыряла еду на тарелке, так и не съев ни кусочка. Дуэнья, заметив её угнетённое состояние, спросила: — Что случилось, мисс Блэк? Вам нехорошо? Может быть, стоит вызвать целителя? — Нет, — покачав головой, тихо ответила Нарцисса. — Я просто скучаю по Люциусу. Мы так давно не виделись с ним. — Хозяин немного приболел, — сообщила дуэнья. — Сейчас он находится в Германии. — Что с ним произошло? — испуганно взглянула на неё Нарцисса. — Откуда вы узнали? — Мой отец уже много лет служит дворецким в главном поместье милорда. Пару дней назад он рассказал мне об этом. Нарцисса в волнении сжала вилку и нож так сильно, что костяшки пальцев побелели. Она была заключена в этом доме, где её окружали лишь несколько слуг и репетиторов, словно пленница, в то время как за его пределами разворачивались важные события, которые могли повлиять на её будущее. — Что известно о болезни Люциуса? — наконец спросила она, справившись с эмоциями. — Я ничего не знаю о состоянии хозяина, — с огорчением произнесла дуэнья. — Мы с отцом не настолько влиятельные люди, чтобы с нами делились такой информацией. — Я могу навестить его? — с надеждой взглянула на неё Нарцисса. — Это мой жених! Я очень волнуюсь за него! — Прошу прощения, мисс Блэк, но вам запрещено покидать этот дом, — сказала дуэнья. Её тон сразу же стал строгим, а взгляд — решительным. — Пожалуйста, оставайтесь здесь и спокойно ждите, пока не придёт хозяин. Нарцисса опустила глаза, чтобы скрыть злость и раздражение. Она действительно чувствовала себя пленницей, но теперь её заточение исходило не от Блэков, а от Люциуса, который когда-то помогал ей. Кто же теперь может стать её спасителем?