Андромеда-2

— Меня всегда интересовал вопрос: за что ты так ненавидишь Андромеду? — наконец произнёс Люциус. — Она не получала особых привилегий, её воспитывали в строгости, как и Беллатрикс. Ваши родители уделяли тебе больше внимания, чем твоим старшим сёстрам. Ты была избалована ими и получала всё, что хочешь. Так за что же ты мстишь? — Ты не понимаешь! — в отчаянии заламывая руки, воскликнула Нарцисса. — Она украла у меня всё: расположение родственников, любовь дяди Ориона и тёти Вальбурги, удачу, наконец! — Это случилось после её совершеннолетия, — спокойно сказал Люциус, словно не чувствуя, как во рту появился неприятный привкус желчи. — Однако ты начала ненавидеть её намного раньше. Так в чём же настоящая причина? Нарцисса отвела взгляд, стараясь скрыть эмоции. Её губы дрожали, а пальцы сжимались так сильно, что ногти впивались в ладони, причиняя боль. Она не хотела говорить, потому что не могла выразить словами свою ревность к Андромеде. Казалось, при мысли о ней в её душе пробуждалось нечто тёмное и жестокое, требующее крови ненавистной сестры-соперницы. Люциус тяжело вздохнул, осознав, что не получит ответа от своей «возлюбленной» невесты. Он с трудом поднялся с кресла, чувствуя себя дряхлым, немощным старцем. Каждое движение давалось ему с усилием, и верный камердинер поспешил к нему, чтобы поддержать и помочь дойти до комнаты, где можно было отдохнуть перед возвращением на родину. Оставаться здесь не было смысла. Словно только сейчас осознав положение своего жениха, Нарцисса бросилась к нему, но резко остановилась, заметив его предостерегающий взгляд. — Не трогай меня, — сказал Люциус, и голос его был холоден. — Мне осталось совсем немного, и я не хочу, чтобы это время закончилось раньше. — Я не наврежу тебе, — со слезами на глазах пролепетала Нарцисса. — Ты уже сделала это, — усмехнулся Люциус и медленно вышел из гостиной. В коридоре собрались слуги, их лица выражали тревогу и беспокойство. Они не решались задавать вопросы, опасаясь, что это может ухудшить состояние их молодого господина. Во взглядах людей читалось искреннее сочувствие, но, к сожалению, никто из них не мог помочь ему даже ценой своих жизней. Они подозревали, что Нарцисса каким-то образом связана с болезнью своего жениха, и не знали, как себя вести. С одной стороны, она всё ещё была невестой будущего лорда Малфоя. С другой стороны, если он умрёт в ближайшее время, на неё обрушится гнев магии рода, оставшегося без наследника. Люциус принял болеутоляющее снадобье, выписанное целителем, и смог поспать примерно час. Но отдых не принёс ему облегчения: его преследовали тревожные видения, и он проснулся с болью в груди. Казалось, за это короткое время его самочувствие ухудшилось по сравнению с тем, что было до приезда в Монтрё. — Мы немедленно отправляемся в поместье, — сказал он камердинеру, который помог ему привести себя в порядок и переодеться. — Господин, нам стоит что-либо предпринять в отношении мисс Блэк? — осторожно спросил тот, поправляя узел его галстука. — Организуйте всё, что потребуется для её возвращения на родину. Послезавтра она должна быть в Малфой-мэноре. А до того момента пусть за ней внимательно следят, — сказал Люциус и, усмехнувшись, добавил: — Пришло время ей исполнить свои обязанности, ради которых она так усердно трудилась. — Всё будет сделано, — камердинер склонил голову в знак почтения и на некоторое время оставил своего господина, чтобы передать его волю другим слугам. Нарциссе не дали проводить своего жениха. Она была заперта в спальне и могла лишь с тоской наблюдать, как уезжает автомобиль. В это время служанка торопливо укладывала её одежду, драгоценности и личные вещи в волшебный чемодан, а дуэнья следила за тем, чтобы ничего не было забыто. Путешествие в Берн и дальнейшая транспортировка с помощью магического медицинского портала в Лондон окончательно измотали Люциуса. Он едва держался на ногах, пока его доставили из министерства в ритуальный зал поместья. Там слуги осторожно уложили его на алтарь, и он потерял сознание. Его разбудил голос камердинера, который, стоя в нескольких шагах, звал его: — Господин, господин… — Что случилось? — хриплым голосом спросил Люциус. После нескольких часов отдыха он немного восстановил свои силы, но всё ещё чувствовал лёгкое головокружение. — Виконт Вильерс прибыл в поместье с визитом. — Проявите к нему максимум внимания, — произнёс Люциус, усаживаясь на тёплый, словно нагретый солнцем шершавый камень. — Сообщите ему, что я встречусь с ним, как только приведу себя в надлежащий вид. Камердинер, почтительно поклонившись, быстро удалился, и в ритуальный зал вошли слуги, чтобы помочь своему молодому господину добраться до его покоев. Поскольку идти ему было трудно, его перенесли с помощью магии, а затем переодели в чистую одежду и усадили в кресло-коляску. Сигнус неспешно прохаживался по комнате, любуясь картинами, украшающими стены. Услышав, как открывается дверь, он обернулся и замер в изумлении, увидев Люциуса. — Прошу прощения за то, что не могу приветствовать вас должным образом, милорд, — сказал тот, сохраняя самообладание. — К несчастью, моё самочувствие оставляет желать лучшего. Я лишь недавно вернулся из Берна, где прошёл обследование в больнице. — Я понимаю, — ответил Сигнус, пытаясь взять себя в руки. Он не ожидал, что состояние его будущего зятя так быстро ухудшится, и от энергичного юноши останется лишь тень. — Прошу вас, милорд, присаживайтесь, — предложил Люциус. — Мне нужно сообщить вам кое-что важное. Сигнус опустился в кресло и пристально посмотрел на него. Он испытывал противоречивые эмоции: ему было жаль этого молодого человека, но в то же время он понимал, что Малфои не были надёжными союзниками Блэков. Им нельзя было доверять не только из-за их связи с Гриндевальдом, но и по другим причинам. — Мне стало известно, что Нарцисса стала причиной моей болезни. Это произошло непреднамеренно: она случайно передала мне магического паразита, который питается моей магией и отравляет мой организм, — сказал Люциус, не выражая никаких эмоций, словно речь шла не о нём. — Как вы об этом узнали? — Специалист, к которому я обратился за помощью, уже имел дело с подобными ситуациями. Я проанализировал его информацию и пришёл к выводу, что Нарцисса могла совершить это на торжестве по случаю окончания школы вашей средней дочери. — На балу было много гостей, — нахмурившись, произнёс Сигнус. — Нарцисса сама это признала, — с горькой усмешкой сказал Люциус. — Я задал ей всего один вопрос, и она проговорилась, выдав свой секрет. — Если она совершила это случайно, то кого она хотела заразить? — Мисс Андромеду. Сигнус, прищурившись, задумался. Они с Орионом предполагали, кто был целью Нарциссы, но получить подтверждение всё равно было тяжело. Как отец он любил всех своих дочерей, но в последнее время, сталкиваясь с одной неудачей за другой, понял, что не справился с задачей воспитания детей. — Целитель сказал, что я могу получить противоядие от создателя паразита, но, к сожалению, я не могу найти его след, — продолжил Люциус. — Нарцисса приняла этот подарок от покойной Винды Розье. — Есть ли у вас описание паразита? — Да, — кивнул Люциус и подал знак своему камердинеру, чтобы он передал гостю больничную карту. Изучив документ, Сигнус произнёс: — Вашу проблему можно решить не только противоядием. Люциус с надеждой посмотрел на него и, заметив странное выражение на его лице, осторожно спросил: — Этот способ слишком сложен? — Он прост в исполнении, однако вам придётся… принять решение, — покачал головой Сигнус и медленно добавил: — Паразита можно передать близкому кровному родственнику посредством ритуала. Однако даже после этого вам понадобится не один год, чтобы восстановить здоровье. Люциус отвёл взгляд, стараясь скрыть свои эмоции. В британской ветви рода Малфоев было всего два представителя, поэтому выбор был невелик. И если раньше его действия против отца можно было объяснить чрезмерной заботой о его здоровье, то теперь это не могло служить оправданием. — Есть ли более короткий путь стать предателем крови? — произнёс он с горечью. — Мы не в силах постичь замыслов магии. Возможно, она посчитает, что ваше выживание важнее, чем выживание вашего отца, — сказал Сигнус. — В конце концов, это ведь так естественно, когда родители готовы пожертвовать собой ради своих детей. Главное, чтобы они сделали это добровольно. «Не в моём случае», — подумал Люциус, а вслух произнёс: — У меня осталось не так много времени. — Вот именно, — подтвердил Сигнус. — Если вы передадите паразита другому носителю, то у вас появится шанс дождаться противоядия. Возможно, наблюдая за ним, вы сможете найти способ уничтожить его. Этим вы окажете огромную услугу многим волшебникам. Люциус скептически улыбнулся, слушая его аргументы. Если принять их за истину, то можно вообразить себя благородным героем, спасающим человечество. — Я обдумаю это, — наконец кивнул он. — Я хочу обсудить с вами ещё один важный вопрос, касающийся Нарциссы. — Конечно, — пристально взглянул на него Сигнус, догадываясь, что именно услышит. — Так как моя жизнь может оборваться в любой момент, я хочу как можно скорее заключить брак. Люциус не упоминал о своей главной цели — зачатии ребёнка, но это было очевидно для его будущего тестя. Тот мог бы выразить своё несогласие, но не стал этого делать, молчаливо признавая, что Нарцисса сама создала эту ситуацию и рождение наследника для Малфоев станет её искуплением. — Я сообщу об этом своей супруге, — сказал Сигнус, тем самым выражая согласие. — Ритуал состоится через два дня, — сообщил Люциус. — Пока мы будем держать это в тайне, чтобы не возникло ненужных разговоров. После свадьбы Нарцисса получит необходимую помощь от квалифицированных специалистов. — Хорошо, — кивнул Сигнус. — Пожалуйста, позаботьтесь о ней и о себе. Они осознавали, что не следует устраивать пышные празднества в честь бракосочетания даже для самых близких людей. Когда придёт подходящий момент, Блэки и Малфои проведут традиционные церемонии и пригласят гостей, но это произойдёт лишь в том случае, если Люциус останется жив. — Я незамедлительно займусь оформлением документов для передачи приданого, — заверил Сигнус. — Это займёт некоторое время. — Благодарю вас, сэр. — Люциус склонил голову. Он ощутил, как боль в груди снова усиливается — время действия нового лекарства подходило к концу. Ему нужно было принять ещё одну порцию зелий, чтобы сохранить ясность ума, или отправиться к алтарю и немного восстановить силы. Обратив внимание на то, что его будущий зять выглядит встревоженным и бледным, Сигнус решил завершить разговор. Прежде чем уйти, он оставил детальные инструкции о том, как можно избавиться от паразита с помощью ритуала. Орион находился в своём кабинете и, увидев кузена, отложил в сторону перьевую ручку и спросил: — Как всё прошло? — Мы были правы, — ответил Сигнус, сев в кресло. Он потёр пальцами виски, пытаясь избавиться от напряжения, а потом рассказал всё, что узнал от Люциуса. — Нарцисса стала для него настоящим бедствием, — сказал Орион, задумчиво раскуривая трубку. — Она словно притягивает неудачи к семье Малфоев. Чем сильнее их связь, тем больше несчастий их постигает. — Я до сих пор не могу поверить в то, что она так жестока к собственной семье. — В этом есть и ваша с Друэллой вина. Если бы вы не потакали ей во всём, она, вероятно, не совершила бы столько ошибок. Сигнус угрюмо смотрел в окно, осознавая правоту своего кузена. Но теперь было уже поздно сожалеть о совершённых промахах. Им предстояло лишь разбираться с последствиями деяний Нарциссы. К счастью, в скором времени она полностью перейдёт к Малфоям, и ответственность за её поступки ляжет на них. — Тебе нужно моё присутствие на свадьбе? — поинтересовался Орион. — Нет, — покачал головой Сигнус. — Мы с Друэллой справимся сами и не будем сообщать об этом родственникам. — Ты прав, тут нечем гордиться. — Как ты думаешь, Люциус отважится провести обряд передачи паразита? — спросил Сигнус, выдержав значительную паузу. — Я уверен в этом, — ответил Орион и, усмехнувшись, добавил: — Абраксас всегда утверждал, что ценит своего наследника, так пусть докажет свои слова делом. Сигнус опустил глаза, размышляя о том, что его младшая дочь, которую они считали спасительницей, чуть было не уничтожила два древних магических рода.