muse for life

Чимин не мог спокойно смотреть на Ёджон, когда та лежала в больнице после того, как ее скинули с лестницы. Все свидетельства указывали на Мин А, но доказательств было недостаточно. Он решил встретиться с ней лицом к лицу, и когда она зашла в аудиторию, он уже ждал. — Ты толкнула ее, — сказал он холодно. — Думала, я не догадаюсь? Мин А улыбнулась, но ее глаза не отражали веселья. — А что если да? Будешь защищать свою другую? Или тебе самому обидно, что тебя перестали бояться? Чимин прищурился, подходя ближе. — Всё, что мне нужно, — сказал он, уловив её небольшой жест, который она даже не заметила, — это твоё признание. Он улыбнулся холодной, защитной ухмылкой. Мин А замерла, понимая, что ведь он действительно умеет считывать людей. Чимин стоял перед Мин А, его глаза вспыхивали холодной яростью. Он разоблачил её, её ложь была раскрыта, и теперь перед ней не оставалось лазеек для побега. Девушка судорожно пыталась подобрать слова, но Чимин не дал ей ни единого шанса. — Ты думаешь, что можешь вот так просто манипулировать людьми? — его голос был ровным, но в нём сквозило ледяное презрение. — Думаешь, я не разберусь в том, кто ты на самом деле? Мин А сжала кулаки, её дыхание сбилось. Она всегда умела выходить сухой из воды, но сейчас её загнали в угол. — Чимин, ты не понимаешь… — Нет, это ты не понимаешь, — он шагнул ближе, вынуждая её отступить. — Я видел, что ты сделала с Ёджон. Думаешь, это останется без последствий? Глаза Мин А вспыхнули злобой. Она быстро соображала, пытаясь найти способ спастись. И тогда она улыбнулась — медленно, змеиной улыбкой. — А ты уверен, что твоя подружка такая святая? — её голос стал маслянистым. — Может, тебе стоит покопаться в её прошлом. Вдруг найдёшь что-то… интересное. Чимин даже не дрогнул. Мин А ожидала увидеть на его лице сомнение, но вместо этого он лишь усмехнулся. — Ты можешь говорить что угодно, но факты против тебя. И теперь все узнают, кто ты на самом деле. Но Мин А не собиралась сдаваться. Она знала, что, если потеряет контроль, её карьера, её положение — всё рухнет. Значит, оставался только один выход — нанести удар первой. — Если я паду, — прошипела она, — то и ты вместе со мной. Она сделала шаг назад, подготавливаясь к очередному ходу, но не успела — Чимин оказался быстрее. Он достал телефон и включил запись. — Спасибо за признание, Мин А, — усмехнулся он. — Теперь у меня есть всё, чтобы навсегда избавиться от тебя. Её лицо побледнело. Она поняла, что загнала себя в ловушку, из которой не выбраться. И теперь вопрос был только в одном — что она предпримет дальше? Потому что Мин А никогда не сдавалась без боя… Чимин нашёл доказательства против Мин А и был готов сообщить об этом, но его опередили. Внезапно пришло сообщение о том, что Мин А отчислена. Он не понимал, кто так быстро провернул это дело. Тем временем Ёджон оставалась в больнице, всё ещё не зная обо всём происходящем. Когда Чимин пришёл к ней, его терзали сомнения — кто мог так быстро убрать Мин А из университета? И почему это случилось именно сейчас? Ответ был очевиден, но никто никогда не узнает правду. Тихий, скрытный манёвр, который навсегда останется в тени. Больничная палата была наполнена стерильным запахом антисептиков, но Ёджон почти не замечала его. Она смотрела в потолок, прокручивая в голове последние события. Чимин разоблачил Мин А, но не успел донести доказательства до университета – кто-то его опередил, и её отчислили. Кто это мог быть? Ответ был очевиден, но никто об этом никогда не узнает. Темин. Он не оставил следов, не дал никому заподозрить его. Всё выглядело так, будто Мин А сама во всём виновата. В каком-то смысле так и было, но факт оставался фактом – её убрали именно тогда, когда она стала мешать. Ёджон чувствовала холод внутри, понимая, что её муж всегда остаётся на шаг впереди. Тем временем Чимин, который не знал всей правды, ворвался в больничную палату, раздражённый и взбудораженный. — Ты хоть понимаешь, что произошло?! – начал он, уперев руки в бока. – Мин А отчислили! Причём всё случилось так быстро, что я даже не успел передать доказательства! — Ты думаешь, кто-то помог этому случиться? – тихо спросила Ёджон, чуть приподняв голову с подушки. — Конечно! Но я не могу понять кто… – Чимин замер, глядя на неё. – Подожди… Ёджон встретилась с ним взглядом, но быстро отвела глаза. Она знала, что он не должен узнать правду. — Это не имеет значения. Главное, что она больше не сможет тебе навредить, – сказала она ровным голосом. — Ты что-то скрываешь, – прищурился Чимин. – Я тебя знаю, Ёджон. Она едва заметно улыбнулась, но ничего не ответила. Чимин знал её слишком хорошо, но даже он не мог догадаться, какой человек на самом деле стоит за этой "удачей". — Неважно, – буркнул он, отступая. – Главное, что всё кончено. Хотя… не люблю, когда загадки остаются неразгаданными. Ёджон молчала. Она знала, что эта тайна должна остаться в тени. Навсегда. Ёджон шла по коридору университета, низко опустив голову. Казалось, стены давили на неё, а каждая пара глаз прожигала насквозь. Она чувствовала их взгляды, слышала шёпот, но продолжала делать вид, что ничего не замечает. Если не обращать внимания, это ведь должно прекратиться, верно? — Шлюха, — донеслось откуда-то сбоку, но Ёджон даже не повернула головы. — Думает, что теперь может всё, раз у неё Чимин на поводке? — усмехнулся чей-то голос. Она сжала ремень сумки, стараясь не выдать дрожь в пальцах. В груди всё сжалось от боли, но показывать слабость было нельзя. Они ненавидели её. Все. Считали, что это из-за неё Мин А отчислили, что она специально пыталась избавиться от всех, кто был с Чимином. Хотя это было полным бредом, никто не хотел слушать её оправдания. Её репутация была окончательно уничтожена. Она подошла к своей аудитории и, глубоко вдохнув, вошла внутрь. Но стоило ей сделать шаг, как раздался звонкий звук — что-то пролилось на неё сверху. Горячее и липкое. Кофе. — Ой, прости, я не заметила, — протянула девушка с фальшивым сочувствием в голосе. Её глаза светились злорадством. По аудитории прокатился смешок. Ёджон почувствовала, как внутри всё переворачивается. Ей хотелось закричать, развернуться и убежать, но вместо этого она лишь медленно смахнула мокрые пряди с лица и спокойно посмотрела на девушку. — Всё нормально, — ровно сказала она, будто ничего не случилось. Девушка явно ожидала другой реакции. Впрочем, её это не остановило. — Ой, но теперь тебе точно придётся переодеться! Хотя... Тебе и так не привыкать оставаться без одежды, правда? — язвительно добавила она. Ёджон чуть приподняла брови, не показывая, как сильно эти слова попали в цель. Но когда она повернулась к своему месту, её ожидал новый удар — её вещи не было. Кто-то выбросил её тетради. Ей пришлось выйти из аудитории и искать их в мусорке рядом. Всё это было слишком унизительно. Но хуже всего было то, что Чимин не знал. Он даже не замечал её теперь. Может, оно и к лучшему? Она боялась, что если он узнает, что происходит, всё станет только хуже. Она не могла ему сказать. Он не должен был знать. Она только сильнее натянула свою маску равнодушия, стараясь не выдать, как сильно всё это её задевает. Но долго ли она сможет так продержаться? И Чимин не знал. Она не хотела, чтобы он узнал. Он был единственным, кто мог поддержать её, но она не хотела выглядеть слабой. Всё шло к тому, что её терпение скоро лопнет. Ёджон шагнула в коридор, ощущая на себе десятки взглядов. Слова ненависти звучали не напрямую, но она чувствовала их в каждом перешёптывании за её спиной. — Думает, что особенная? — шептала одна девушка, когда Ёджон проходила мимо. — Чимин просто её пожалел. Бедняжка строит из себя жертву, — вторила другая. Кто-то «случайно» задел её плечом так сильно, что она чуть не упала, а в её тетради появились злобные надписи. Парни смотрели на неё либо с презрением, либо с явным интересом, отчего становилось ещё противнее. На лекциях никто не садился рядом. Даже преподаватели смотрели на неё с холодным равнодушием. В какой-то момент, когда она открыла рюкзак, то обнаружила, что её бутылку воды кто-то вскрыл и вылил содержимое прямо внутрь, испортив конспекты. Ёджон глубоко вздохнула, скрывая эмоции. Ей нельзя было показать, что это её задевает. Но кульминация произошла позже. Когда она вошла в пустую аудиторию, чтобы забрать забытый свитер, дверь за её спиной резко захлопнулась. Ёджон обернулась и услышала звук защёлки. — Чёрт... — она бросилась к двери, но её не открыли. Снаружи слышались приглушённые смешки. Её закрыли. Без телефона, без возможности выбраться. Она стукнула кулаком по дереву, но в ответ — тишина. Она села на стул и закрыла глаза. Если она сломается — они победят. Но как долго она сможет выдерживать это давление? Она не знала ответа. Ёджон пыталась игнорировать происходящее, но ситуация только ухудшалась. Слухи расползлись по университету, и теперь её встречали взгляды, полные презрения и ненависти. Девушки перешёптывались за её спиной, некоторые бросали в неё язвительные фразы: — Думаешь, если переспала с Чимином, ты особенная? — Сколько ты заплатила, чтобы Мин А отчислили? Парни смотрели на неё с насмешкой или с откровенной похотью. Кто-то «случайно» толкнул её в коридоре, рассыпав её книги, кто-то пролил на неё кофе в столовой, и никто даже не извинился. В тетрадях появились гадкие надписи, а преподаватели начали относиться к ней холодно, будто верили слухам. Однажды, выходя из аудитории, она столкнулась с Юнги. Он смотрел на неё пристально, и в его взгляде читалось подозрение. — Ты выглядишь ужасно, — тихо сказал он. — Просто не выспалась, — натянуто улыбнулась она и прошла мимо, но он не отводил взгляда. На следующий день случилось кое-что ещё хуже. После занятий, когда коридоры почти опустели, кто-то толкнул её в спортзал и захлопнул дверь. Телефона не было — она оставила его в сумке в другом кабинете. Ёджон попыталась открыть дверь, но та была заперта. Она осталась одна в темноте. Она ударила кулаками по двери, но никто не отзывался. В панике она начала метаться по залу, пытаясь найти другой выход, но его не было. Часы тянулись бесконечно, страх сковывал её грудь. Никто не знал, где она. Никто не искал её. Когда дверь наконец открылась, Ёджон выбежала наружу, дрожа от холода и страха. Но даже тогда она не позволила себе сломаться. Она просто выпрямила спину и пошла дальше, словно ничего не случилось. Толпа медленно расходилась, оставляя после себя следы унижения и боли. Ёджон стояла одна в пустом коридоре, вцепившись в ремешки сумки так сильно, что пальцы побелели. Её сердце колотилось, но лицо оставалось спокойным, как маска. — Эй! — прозвучал незнакомый голос. Она вздрогнула и посмотрела в сторону. Перед ней стояла девушка — высокая, с мягкими чертами лица и добрыми глазами. На фоне остальных её вид словно светился. — Ты в порядке? — спросила она с искренним беспокойством. Ёджон хотела сказать «да», но язык не повернулся. Она молчала, разглядывая незнакомку, которая, казалось, совершенно не боялась запачкаться, протягивая руку тому, кого все остальные предпочитали растоптать. — Я Ан Чеён, — представилась она. — Ты можешь не отвечать, если не хочешь. Но знаешь... тебе не стоит оставаться одной. Чеён смотрела прямо в глаза Ёджон, и в её взгляде не было ни презрения, ни жалости — только спокойствие. Это было так неожиданно, что Ёджон на секунду потерялась. — Почему? — выдохнула она наконец. Чеён улыбнулась. — Потому что даже сильным людям иногда нужна помощь. Она протянула руку, и Ёджон, сама того не понимая, ответила на этот жест. Её пальцы коснулись чужой ладони, и в этот момент что-то внутри сдвинулось. Ненадолго, но страх отступил. Она ещё не знала, кем была Ан Чеён на самом деле. Но этот миг останется в её памяти. После неожиданного вмешательства Ан Чеён атмосфера в университете немного изменилась, но это вовсе не означало, что жизнь Ёджон стала легче. Теперь ей приходилось не только избегать новых нападок, но и разбираться с последствиями своих поступков. Однажды, выходя из аудитории, она столкнулась с Чимином. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на неё так, словно вот-вот соберётся дать лекцию. — Ты выглядишь ужасно, — заключил он, оглядев её с ног до головы. — Спасибо, — мрачно ответила Ёджон. — А ты всё так же приятен, как удар коленом в живот. Чимин ухмыльнулся: — Ну, если у тебя опыт в таких ударах, это объясняет, почему тебя все ненавидят. — Может, потому что я перешла дорогу неправильному человеку? — язвительно заметила она. — Ты перешла дорогу себе самой, — пожал плечами Чимин. — Слушай, мне плевать, но может, прекратишь быть живым магнитом для проблем? Я устал слышать о твоих подвигах. Ёджон закатила глаза: — Ах, как тяжело тебе живётся, бедняжка. Может, ещё пожаловаться в студсовет? — Может, ещё скажешь, что это я виноват? — Чимин прищурился. — Что, по-твоему, мне делать? Защищать тебя? — А ты бы смог? — вдруг спросила она, приподняв бровь. Он открыл рот, но тут же закрыл его, не найдя достойного ответа. Ёджон улыбнулась: — Именно. Так что оставь своё мнение при себе. Развернувшись, она пошла дальше по коридору, оставив Чимина в задумчивости. А он, проводив её взглядом, почувствовал раздражение. Почему эта девчонка всегда могла выбить его из колеи? Ёджон старалась не обращать внимания на шёпот за спиной и язвительные взгляды, которыми её провожали в коридорах университета. Каждый шаг давался с трудом, но она держала спину прямо, делая вид, что ничего не происходит. Однако это было ложью. Очередная пара заканчивалась, и как только она вышла в холл, кто-то незаметно подставил ей подножку. Потеряв равновесие, она едва не упала, но успела схватиться за ближайшую парту. — Осторожнее, а то упадёшь, — насмешливо прошептала одна из девушек, проходя мимо с подружками. Ёджон сжала кулаки, но промолчала. Она знала, что любое слово лишь усугубит ситуацию. Но следующего удара избежать не удалось — в столовой кто-то "случайно" пролил на неё кофе. Жидкость обожгла кожу, но ещё сильнее обжигало чувство унижения. — Ой, прости, я не хотела, — фальшиво улыбнулась та же девушка. И тогда рядом раздался спокойный, но твёрдый голос: — Думаю, тебе стоит быть аккуратнее с такими "ошибками". Ёджон повернулась и увидела перед собой девушку с длинными, идеально уложенными волосами. Она выглядела безупречно, словно сошла с обложки модного журнала. Это была Ан Чеён. Она спокойно смотрела на обидчицу, и та тут же стушевалась. — Д-да, конечно, — пробормотала она и поспешила уйти. Ёджон посмотрела на Чеён с недоумением. — Спасибо… но зачем ты… — Я просто не люблю несправедливость, — мягко улыбнулась Чеён, как настоящий ангел. Ёджон хотела ответить, но в этот момент услышала знакомый раздражённый голос: — Я думал, ты наконец-то научишься не влипать в неприятности, но, кажется, ты притягиваешь их, как магнит. Чимин стоял в дверях, скрестив руки на груди. Его взгляд был одновременно насмешливым и раздражённым. Ёджон закатила глаза. — Ой, только не начинай, Чимин. — Начинать? Да я просто поражаюсь твоей способности создавать хаос вокруг себя! — он усмехнулся. — Может, тебе открыть курсы по разрушению собственной репутации? У тебя талант. Она сердито посмотрела на него. — А ты что, записаться хочешь? — Мне? — Чимин хмыкнул. — Нет уж, я предпочитаю не мараться во всём этом. — О, как великодушно! — язвительно бросила Ёджон. Их перепалка продолжалась, а Чеён наблюдала за ними с лёгкой улыбкой, словно внимательно изучала их взаимодействие. А ведь она действительно изучала. Чеён стояла у окна в аудитории, перебирая пряди своих длинных, шелковистых волос. Солнечный свет мягко освещал её профиль, придавая чертам лица особую нежность. Чимин на мгновение задержал взгляд, а потом, осознав, что делает, резко отвернулся. «Что за чушь?!» — он мысленно себя одёрнул. — «Она просто девушка. Привлекательная? Да. Но я что, первый раз вижу красивую женщину?!» Он собирался выйти из аудитории, но вдруг услышал её голос: — Чимин-ши. Он замер. Глубокий голос, мягкий и чуть насмешливый, заставил его невольно обернуться. Чеён смотрела на него с лёгкой улыбкой, чуть склонив голову. — Ты что-то хотел? — спросил он, стараясь звучать безразлично. — Нет, просто… — она улыбнулась шире. — Ты так смотришь на меня, будто хочешь что-то спросить. «Чёрт», — он почувствовал, как его дыхание стало чуть сбивчивым, но быстро взял себя в руки. — Да мне просто показалось, что ты витаешь в облаках, вот и всё, — буркнул он, надеясь, что его голос звучит достаточно убедительно. — Забавно, — её глаза хитро блеснули. — Потому что мне кажется, что это ты сейчас задумался о чём-то очень важном. Чимин фыркнул и, не отвечая, направился к выходу. Но стоило ему закрыть за собой дверь, как он вдруг почувствовал, что эта лёгкая дрожь, появляющаяся в груди при её присутствии, никуда не делась. «Что за хрень со мной происходит?..» Обычный день с Чимином и Ёджон начался так же, как и всегда: с лёгкой перепалки. Чимин сидел рядом, уставившись в одну точку, будто мысленно витал где-то далеко. Ёджон, лениво листая книгу, бросала на него косые взгляды, пока наконец не выдержала: — Ты чего завис? Влюбился, что ли? — протянула она с хитрой улыбкой. Чимин вздрогнул и выпрямился, натянуто усмехнувшись: — С чего ты взяла? Может, я просто размышляю о высоком! — О чём именно? — прищурилась она, явно предвкушая момент, когда он начнёт выкручиваться. — О... погоде? — попытался выкрутиться он. Ёджон фыркнула. — Ну да, конечно. Особенно о её прекрасных карих глазах и шелковистых волосах, да? — она хихикнула, заметив, как он напрягся. — Ты бредишь, — быстро бросил Чимин и отвернулся, но по тому, как покраснели его уши, стало ясно — она попала в точку. Ёджон расхохоталась. — Ты выглядишь так, будто попался на месте преступления! Ой, подожди, ты правда влюбился? — Закрой рот, Ёджон, — пробормотал он, потирая висок. — Ой, мамочки, Чимин, тот самый "мне никто не нужен", пускает слюни по кому-то?! — продолжала она его дразнить, игнорируя предупреждающий взгляд. — Я тебя сейчас стукну, — пробормотал он сквозь зубы, но Ёджон только продолжала хихикать. Чимин вздохнул и закатил глаза. — Ты слишком много болтаешь. — А ты слишком подозрительный, — парировала она, продолжая веселиться. Они шли рядом, и несмотря на все подколки, ощущение лёгкости не покидало их. После всего, что произошло, этот момент напоминал им, что не всё потеряно. Ёджон сидела на скамейке в университетском дворе, закрыв глаза и наслаждаясь тёплым солнцем. После всех недавних событий ей хотелось хоть на мгновение почувствовать спокойствие. Но нет. Спокойствие? Слишком скучно. — Ты что, решила стать статуей? — раздался знакомый насмешливый голос. Открыв один глаз, она увидела Чимина, который с хитрой улыбкой навис над ней. — А ты что, снова забыл, что у тебя есть дела? Или решил посвятить свою жизнь раздражению меня? — лениво ответила она, но уголки губ всё же дёрнулись вверх. — Почему бы и нет? Это же весело, — он плюхнулся рядом, откидываясь на спинку скамейки. — Ты знаешь, что выглядишь как бабушка, сидящая в парке? — Ты знаешь, что выглядишь как человек, который вот-вот получит подзатыльник? Чимин рассмеялся, но внезапно вскочил на ноги, сделав испуганное лицо. — О нет, у тебя такая угрожающая аура! Прямо вижу, как от тебя тёмные волны исходят! Пощади, леди Ёджон! — Ты идиот, — она фыркнула, но тоже встала. — Кто бы говорил, — Чимин резко потянул её за запястье и неожиданно бросился бежать, утягивая её за собой. — Бежим! — Куда?! — Просто бежим! Считай, что это побег от скуки! Она хотела было возмутиться, но, поймав его сияющий взгляд, не смогла сдержать улыбку. Они побежали по университетскому двору, лавируя между студентами, весело смеясь. Чимин резко остановился у фонтана, и Ёджон налетела на него, потеряв равновесие. — Ой! — выдохнула она, когда он поймал её за плечи. — Ой! — передразнил он, дразняще заглядывая ей в глаза. Ёджон толкнула его в бок, но Чимин увернулся и тут же схватил её за талию, притворно грозясь столкнуть её в фонтан. Она взвизгнула, запаниковав, и вцепилась в него. — Ты не посмеешь! — Посмею, — он ухмыльнулся, но, увидев её панику, отпустил. — Ладно-ладно, сегодня ты везучая. — Лучше беги, Пак Чимин, иначе... Но он уже мчался прочь, смеясь. Ёджон покачала головой и бросилась вдогонку. Пусть жизнь последнее время не давала им много поводов для радости, но в такие моменты всё становилось проще. По крайней мере, пока. Чимин и Ёджон продолжали дурачиться, подшучивать друг над другом, словно дети. Он пытался стащить у неё телефон, а она защищалась, смеясь и пытаясь увернуться. Их беззаботное веселье привлекло внимание окружающих, но им было всё равно. — Ты просто завидуешь, что у меня более ловкие руки! — хохотнул Чимин, держа телефон высоко над головой. — Пфф! Да ты его даже включить не сможешь без моего пароля! — фыркнула Ёджон, делая попытку прыгнуть и выхватить гаджет. Именно в этот момент рядом оказалась Ан Чеён. Она остановилась, наблюдая за ними с лёгкой ухмылкой, а потом невинно произнесла: — Вы так хорошо смотритесь вместе. Прямо идеальная пара. Чимин и Ёджон замерли на секунду, а затем почти одновременно воскликнули: — Что?! — Мы просто друзья! — добавил Чимин, отшатываясь. — И вообще, я замужем! — поспешно вставила Ёджон, отчего Чеён загадочно улыбнулась. — Ну-ну, — протянула она, качая головой. — Но вы точно ведёте себя не как просто друзья. С этими словами она ушла, оставляя их наедине с неловкой тишиной. Ёджон почувствовала, как у неё загорелись уши, но решила перевести всё в шутку. — Фу, представь нас парой, — с притворной дрожью сказала она. — Да уж, отвратительно, — фыркнул Чимин, но почему-то не смотрел ей в глаза. Чеён всегда знала, с кем имеет дело. Чимин — не тот, кто привязывается, не тот, кто ищет чего-то большего, чем мимолётное развлечение. И всё же она не отступала. Она никогда не напрашивалась на его внимание, но и не отталкивала. Её движения были лёгкими, ненавязчивыми. Она словно призрак скользила рядом, появлялась в поле зрения ненадолго, чтобы оставить после себя едва ощутимый след. Чимин замечал её. Он замечал, как она не смотрит на него прямо, но всё равно остаётся в его поле зрения. Как её холодность контрастировала с тем, как другие девушки старались привлечь его внимание. Как она не делала ничего, а он всё равно чувствовал её присутствие. Но он не подавал вида. Оставался равнодушным. Или делал вид, что равнодушен. Чеён улыбалась про себя. Она знала, что рано или поздно лёд тронется. Вечернее мероприятие было в самом разгаре. Приглушённый свет создавал атмосферу таинственности, бокалы с вином поблёскивали в руках гостей, а мягкая музыка лишь подчёркивала напряжённые взгляды, пересекающиеся в толпе. Чимин лениво водил пальцем по краю бокала, не особо вовлечённый в беседу друзей. Ему не нравились такие события, но отказаться было невозможно. Он бросил взгляд на зал и вдруг заметил знакомый силуэт. Чеён. Она выглядела так, будто случайно попала сюда из другой реальности. В простом, но изящном платье, с чуть неловкой улыбкой и взглядом, полным робкого интереса. Казалось, она даже не привыкла к таким местам, словно подросток, которого впервые пригласили на взрослый вечер. Чимин сжал губы. Он знал, что это не так. Её невинность была слишком продуманной. — О, Чимин! — голос Чеён был лёгким, чуть удивлённым, как будто встреча с ним была для неё неожиданной. — Я и не думала, что ты бываешь на таких мероприятиях. — Я тоже, — отозвался он без особого энтузиазма, бросив быстрый взгляд на неё. — Что ты здесь делаешь? Она смущённо пожала плечами, поправляя край своего платья. — Меня пригласили. Хотя, честно говоря, я чувствую себя немного не в своей тарелке. Чимин хмыкнул. Её голос, мягкий и аккуратный, её жесты — всё это было слишком идеально. Он наклонился чуть ближе, словно пытаясь уловить нотку фальши в её дыхании. — Правда? — его голос был спокойным, но внимательным. — Ты выглядишь вполне уверенной. — Ой, нет, — она смущённо засмеялась, опустив взгляд. — Я просто стараюсь не выделяться… Она посмотрела на него снизу вверх, её губы дрогнули в лёгкой улыбке. Чимин поймал себя на том, что на долю секунды задержал взгляд на её лице. Было в ней что-то… раздражающе цепляющее. — Тогда тебе это плохо удаётся, — заметил он сухо. — Ты привлекаешь к себе внимание. Чеён чуть вздрогнула, но тут же снова улыбнулась, делая вид, что не восприняла его слова всерьёз. — Разве? — она наклонила голову, её волосы мягко скользнули по плечу. — Я просто… рада, что здесь есть знакомое лицо. Её тон, её взгляд — всё в ней было пропитано невинностью. Слишком искусной, слишком правильной. Чимин не был уверен, что ему это нравится. Он чуть прищурился, наблюдая за тем, как она осторожно, но уверенно прокладывает путь к нему, пусть и в обёртке застенчивости. Он не знал, в чём именно её игра, но что-то подсказывало ему, что он не хочет становиться её пешкой. Но было уже поздно. Она задела в нём что-то. Лёгким касанием, мимолётным взглядом. Игра только начиналась. Вечернее мероприятие было в самом разгаре. Вокруг смеялись и разговаривали люди, мелькали вспышки камер, звучала ненавязчивая музыка. Чимин устал от всего этого шума. Он взял бокал с напитком и вышел на террасу, наслаждаясь прохладным воздухом. Наконец-то можно было расслабиться. — Прячешься? — раздался голос позади. Он медленно обернулся и увидел Чеён. Она выглядела невинно, даже немного растерянно. В её руках был бокал с соком, а сама она, казалось, не знала, как себя вести. — Просто хочу побыть в тишине, — ответил Чимин безразлично, делая глоток. Чеён подошла ближе и облокотилась на перила. — Здесь красиво. Но такие мероприятия утомляют, правда? Чимин хмыкнул. Обычно он не любил разговоры ни о чём, но сейчас ему не хотелось сразу отталкивать её. Он чувствовал себя спокойно. — Ты часто бываешь на таких вечерах? — спросила она, склонив голову. — Иногда, — коротко ответил он. Она улыбнулась, сделала вид, что случайно касается его руки, но он не убрал её. В этот момент он наблюдал за толпой внутри, слушал музыку, и ему было хорошо. Он почти забыл обо всём. Чеён почувствовала это. Она знала, что не может действовать резко, но ей хотелось ещё немного приблизиться. Чимин был словно в своём мире, но именно это его спокойствие завораживало её. — Ты выглядишь иначе, когда расслабляешься, — заметила она. Чимин лишь усмехнулся и, наконец, посмотрел ей в глаза. — А ты выглядишь иначе, когда пытаешься быть невинной. Она замерла. Он раскусил её? Или просто дразнит? Напряжение повисло в воздухе, но Чеён не могла позволить себе проиграть. Она опустила взгляд, будто смутилась, а потом сделала шаг назад, оставляя его наедине с мыслями. — Не буду мешать, — мягко сказала она и ушла. Чимин проводил её взглядом. Что-то в этом вечере было странно, но он решил не задумываться слишком глубоко. Сейчас он просто хотел насладиться моментом тишины.