Укрощение Бунтарки

      Алаз сидел в своём кабинете, уставившись на её подвеску, как загипнотизированный. Гнев и злость постепенно утихли, оставив после себя лишь груду проблем и руины их отношений. Он почувствовал глубокое раскаяние и сожаление о своих поступках и словах. Он осознал, что, поддавшись ревности и страху потери, обидел Аси несправедливыми обвинениями, а жёсткие слова, которые он сказал, уже невозможно было взять обратно. Они оставили глубокий след в душе Аси, и теперь ему предстояло приложить огромные усилия, чтобы вновь восстановить её доверие и доказать, что он действительно сожалеет и хочет всё исправить.  Закрыв глаза, Алаз тяжело выдохнул и прижал руки ко лбу. В мыслях вновь всплывали её глаза — тёмные, блестящие от слёз, полные боли и разочарования. А в ушах продолжал звучать её голос: «Это был твой последний рассвет со мной».   «Ну уж нет!», — мысленно прокричал он, чувствуя, как вина и раскаяние захлёстывают его. «Что я наделал? Как я мог так поступить, что я за урод!» — корил он себя, осознавая масштаб бедствия, которое он сам и создал. Он вспоминал, как она дрожала, пытаясь сдержать слёзы, и как её голос ломался, когда она говорила. В голове вновь и вновь звучали слова Чаглы: «Ты хоть видел, в каком она состоянии?». Эти слова словно прожгли его изнутри, заставляя осознать, насколько глубоко он ранил женщину, которую полюбил. Алаз поднялся из-за стола, чувствуя, как тяжесть вины давит на плечи. Он не мог больше сидеть на месте. Набрал её номер, но металлический голос автоответчика сообщил, что абонент недоступен. «Неужели она заблокировала меня?» — промелькнула тревожная мысль. Он попробовал дозвониться Чагле, но она сбросила звонок. Тогда он написал СМС: «Как она? Вы где?» Но его сообщение осталось без ответа. Через некоторое время раздался звонок на его телефон, но это был не тот человек, которого он хотел бы услышать. Тем не менее, звонок был важен: — Ахмет, надеюсь, ты меня порадуешь! — обратился он к начальнику охраны. — Мы нашли и привезли его! Приезжайте в гараж при больнице. Алаз быстро покинул кабинет, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь по венам. Его мысли были заняты только одним: увидеть того, кто осмелился опорочить честь его семьи и поставить под сомнение его репутацию. Проходя мимо охранников, он уловил их понимающие взгляды — все знали, что происходит, и поддерживали его в стремлении восстановить справедливость. Гараж больницы встретил его холодным эхом шагов. Ахмет, начальник охраны, стоял у входа, его лицо было серьёзным. Рядом с ним находились двое телохранителей, а чуть дальше, в углу, сидел молодой парень, явно напуганный и растерянный. Это был студент-блогер, тот самый, кто опубликовал провокационные фотографии. — Надеюсь, ты доволен, Алаз, — тихо произнёс Ахмет, подходя ближе.  — Парень уже признался, что делал это ради хайпа. Сказал, что не знал, к чему приведёт его статья. Алаз молча приблизился к блогеру. Тот сидел, опустив голову, и казалось, что он готов провалиться сквозь землю от стыда и страха. Его руки дрожали, а на лице читалась смесь раскаяния и отчаяния. — Послушай, — начал Алаз, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри него всё кипело.  — Ты понимаешь, что сделал? Ты не просто опубликовал фотографию, ты опорочил честь моей жены и моей семьи. Ты понимаешь, какие последствия это может иметь? Парень лишь кивнул, не поднимая глаз. Он выглядел жалко и ничтожным, но Алаз знал, что его милосердие в данной ситуации будет важнее любого наказания. — Я мог бы подать на тебя в суд, — продолжил он, — и сделать так, чтобы тебя вышвырнули из университета! Но я дам тебе шанс. Ты уберёшь эту статью немедленно и публично извинишься перед моей женой. И больше никогда не будешь вмешиваться в личную жизнь других людей. Ясно? Студент быстро закивал, его голос дрожал, когда он обещал всё сделать, как сказано. Алаз почувствовал, как напряжение в его груди немного спало. Он знал, что поступил правильно, дав парню шанс исправиться, а не наказывая его по полной программе. — Ахмет, проследи, чтобы он выполнил всё, как обещал, — приказал он, отходя от парня. — И убедись, что больше таких ситуаций не возникнет. Покидая гараж, Алаз почувствовал долгожданное облегчение. Хотя одна проблема была решена, впереди его ждали другие, не менее важные задачи. Теперь, когда он мог сосредоточиться на главном — на восстановлении доверия и отношений с Аси, ему нужно было собрать себя в руки и действовать с холодной головой. Первым делом следовало поговорить и дать ей возможность объяснить, что происходило. Узнать, почему этот мужчина оказался рядом с ней, что он хотел и каковы были её мотивы. Главное, чтобы теперь она сама захотела это обсудить.

***

Подъехав к дому, Алаз увидел Толгу, который с широкой улыбкой ждал его, держа в руках бутылку виски.  — Привет, брат! Я уже заждался тебя! — сказал Толга, протягивая руку для рукопожатия. — Привет! Были важные дела, — ответил Алаз, пытаясь скрыть своё внутреннее беспокойство. — Пригласишь к себе? С нетерпением жду, когда наконец-то познакомлюсь с твоей загадочной женой, которая смогла тебя так очаровать, что ты, не задумываясь, на ней женился! Надеюсь, ей ремонт понравился! — с искрой в глазах спросил Толга. — Понравился, понравился! Надеюсь, она уже дома, — сказал Алаз, показывая на вход. — Дома ещё никого нет, я звонил! — ответил Толга, направляясь ко входу. Алаз тяжело выдохнул и набрал номер Чаглы, но она упорно игнорировала звонки. Тогда он отправил сообщение: «Чёрт тебя возьми, Чагла, возьми трубку! Почему Аси ещё не дома?» Через несколько секунд пришёл лаконичный ответ: «Потому что ты придурок!» Алаз скрипнул зубами, но постарался сдержать раздражение: «Очень смешно, Чагла! Скажи, что у нас гости, и она должна быть здесь!» Наконец, она ответила: «Едем уже!» «Спасибо!» Алаз почувствовал облегчение, осознав, что вскоре Аси будет дома, и зашёл в лифт. Толга, заметив его задумчивый и грустный взгляд, не удержался и спросил: — Всё в порядке? Ты сегодня сам на себя не похож, — с беспокойством спросил Толга, заметив угнетённое состояние друга. — Долговато рассказывать, — ответил Алаз, избегая прямого взгляда.  — Поругался с женой, не смог сдержать себя и вылил на неё всё, что накопилось. Толга сочувственно кивнул и, положив руку на плечо друга, процитировал: — Мы раним тех, кого любим. Всё наладится, не переживай. Если любит, то простит. Эти слова немного поддержали Алаза, но тревога осталась. Внутри него всё сжималось от тревоги: удастся ли ему всё исправить? Сможет ли она его простить? И главное — сможет ли она полюбить такое чудовище, каким он себя сейчас ощущал? Они вошли в квартиру, и Толга, стараясь облегчить настроение друга, предложил поднять бокалы за переезд, чтобы немного отвлечься и развеяться. Подъехав к дому вместе с Чаглой, Аси нервно сжимала рукав кофты, глядя на величественное стеклянное здание. Внутри неё всё сжималось от волнения перед предстоящей встречей. Чагла, заметив её состояние, заботливо предложила: — Аси, если ты боишься, давай я поднимусь с тобой! — Чего? Я боюсь? Да кто он такой, чтобы я его боялась? Пусть он меня боится! — с напускной храбростью ответила Аси, пытаясь скрыть своё волнение. — Не переживай, Чагла, я его не прибью, хотя очень хочется! — с усилием рассмеялась Аси, пытаясь разрядить напряжённую обстановку. На самом деле она очень боялась, но не его, а встретиться с его медовыми глазами, которые всегда умели проникать в её душу. Она боялась вновь сдаться ему в плен, боялась утратить контроль над своими чувствами. Но она твёрдо решила, что больше не позволит себе оказаться в таком положении. — Ну хорошо, раз так, — еле заметно улыбнулась Чагла, но в её глазах всё ещё была тревога. — Звони, если что! Я всегда на связи, — добавила она, стараясь придать голосу уверенность. — Спасибо! — горячо обняла её Аси, пытаясь скрыть внутреннюю дрожь. — Правда, огромное спасибо за поддержку и за то, что пришлось провозиться со мной полдня! — Не говори ерунды! Я всегда буду рядом и поддержу тебя, знай это, — сказала Чагла, крепко сжимая руку подруги, словно передавая ей частичку своей силы. Аси глубоко вздохнула, стараясь успокоить бешеный ритм сердца. В этот момент она чувствовала, как внутри неё разгорается пламя решимости. Выпрямив спину, она вышла из машины и решительно направилась ко входу. Каждый шаг отдавался гулким эхом в её сознании, но она знала, что этот момент неизбежен. Она должна доказать ему, что он не сломил её, что её сила духа не поколебима.

***

Ей казалось, что лифт поднимается бесконечно долго, и с каждым этажом её решимость тускнела, уступая место нарастающему волнению. Наконец двери лифта открылись на нужном этаже, и она ступила в просторный, но пустынный коридор. Её сердце гулко стучало, словно барабан, отбивающий ритм тревоги. Подходя к двери квартиры, она глубоко вдохнула, наполняя лёгкие воздухом, и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь обрести спокойствие. В голове мелькали мысли: "Смогу ли я выдержать этот вечер? Смогу ли я противостоять своим чувствам?" Затем она встряхнула голову, расправила плечи и гордо подняла голову. Чувствуя, как внутри разливается решимость, она уверенно открыла дверь и громко захлопнула её за собой, давая понять, что она здесь. Звук хлопка эхом разнёсся по квартире, словно сигнал: "Я пришла, и я готова к этому". Бросив ключи на тумбочку, она направилась в гостиную, готовая к предстоящей встрече, но внутри её всё ещё кипела борьба между чувствами, злостью и здравым смыслом. Алаз и Толга сидели в гостиной, медленно потягивая виски, когда громкий хлопок двери разорвал тишину. Алаз мгновенно подскочил, интуитивно понимая, что это пришла Аси. Его сердце забилось быстрее, а в голове закрутились мысли о том, как она отреагирует на его присутствие. Толга, заметив реакцию друга, вопросительно посмотрел на него. — Это она? — тихо спросил Толга, чувствуя напряжение в воздухе. Алаз лишь кивнул, не в силах произнести ни слова. Он услышал, как ключи упали на тумбочку, и понял, что Аси направляется в гостиную. Внутри него всё сжалось от ожидания и тревоги. Он знал, что сейчас увидит её, и не был уверен, что сможет найти нужные слова. Аси вошла в комнату, её глаза были полны злости и скрытой боли, а губы сжаты от напряжения. Алаз почувствовал, как его горло пересохло, и он машинально поставил бокал на стол. Но Аси, заметив незнакомого гостя, немного расслабилась, понимая, что она не наедине с Алазом. Толга, почувствовав напряжение, вскочил с дивана, чтобы представиться. — Добрый вечер! — произнесла Аси, даже не глядя на Алаза, и обратилась к Толге с вежливой улыбкой. — Аси… — начал Алаз, делая шаг вперёд, но она резко отстранилась, показывая, что к ней лучше не приближаться. — Вижу, у нас гости? Познакомишь? — выдавила она на своём лице притворную улыбку, стараясь скрыть свои истинные эмоции. — Толга, это моя Аси! — неловко представил её Алаз, заметив, как она напряглась от его слов. Её всю передёрнуло от этого его «моя», и она бросила на него недовольный взгляд, который он поймал и нервно сглотнул, продолжая: — Аси, это Толга, мой верный друг детства! — Очень приятно познакомиться, Аси! — с улыбкой подошёл Толга, протягивая руку для рукопожатия. — И мне очень приятно, Толга! — ответила Аси, принимая его руку и слегка обнимая в знак дружелюбия. Заметив, как перекосилось лицо Алаза от её действий, она довольно улыбнулась, наслаждаясь его дискомфортом, и продолжила: — Друг детства? Приятно удивлена, как ты смог выдержать его характер столько лет? — с лёгкой иронией спросила Аси, бросив быстрый взгляд на Алаза, который стоял в стороне, явно чувствуя себя неуютно. — Ну, Аси, я думаю ты знаешь, что на самом деле Алаз хороший и добрый парень, и он много чем помог мне! — попытался оправдать друга Толга, заметив, как она саркастично усмехнулась. — О, дааа! — с явным сарказмом подтвердила Аси.  — Я думаю, лучше всех знаю, какой он на самом деле «приятный» человек. Предполагала, что все друзья Алаза типа этого Рюзгара, рада видеть, что ты не похож на него! — О, ты и с ним уже знакома? — удивлённо спросил Толга, заинтересовавшись её тоном. — Ну, как знакома... Но думаю, что он запомнил меня на всю жизнь! — с усмешкой ответила Аси, слегка приподняв бровь, словно подразумевая, что их знакомство было далеко не приятным. — Алаз? Как так вышло, что этот придурок познакомился с твоей женой раньше меня? — Толга с улыбкой перевёл взгляд на друга, встретившись с его недовольным лицом, немного смутился. — Это Чагла постаралась, потом расскажу! — буркнул Алаз, отводя взгляд и стараясь избежать дальнейших комментариев. — Аси, ну как тебе ремонт? Понравился? Это моя фирма занималась, я лично участвовал, помогая Алазу, — быстро переключил тему Толга, стараясь разрядить обстановку и направить разговор в более позитивное русло. — Да ты что? Правда? Очень понравился! Как кстати, дай, пожалуйста, свой контакт, мне скоро нужно будет сделать ремонт в моей квартире! — восторженно произнесла Аси, и её глаза загорелись интересом. — В какой квартире? — перебил Алаз, чувствуя, как внутри него поднимается волна раздражения. — Потом, Алаз! — сухо ответила она, и её голос, полный холодного отчуждения, прозвучал как удар по его сердцу. От этого понимания в сердце Алаза скребли кошки. Толга, почувствовав напряжение, протянул ей свою визитку. — Не нужно, Толга, я дам твой номер, и вместе всё обсудим, — вмешался Алаз, пытаясь перехватить визитку, но Аси быстрее выхватила её из рук, вызвав удивлённый взгляд Толги. Он понимал, что молчаливое напряжение между ними растёт, но не знал, как его снять. — Да, конечно, Алаз, как будете готовы, только дайте знать, встретимся, всё обсудим, всё сделаем быстро и оперативно! — заверил Толга, стараясь разрядить обстановку. Алаз благодарно кивнул, но Аси не согласилась: — Нет, в этот раз я всё хочу решить сама. Спасибо! — твердо заявила она, подчеркивая свою независимость. Повисла неловкая пауза, и Аси, заметив растерянный взгляд Толги и поникший вид Алаза, решила смягчить ситуацию: — Я бы предложила вам чего-то перекусить, но, простите, у нас в доме даже чая и кофе нет! — смущённо произнесла она, отводя взгляд, но тут же заметила бутылку виски на столе.  Едва сдерживая раздражение, она продолжила: — Зато любимый виски Алаза есть! Смотрю, он тебе уже предложил! Было приятно познакомиться, Толга. Не буду вам мешать, отдыхайте. Я пойду к себе! Созвонимся! — сказала она, подмигнув Толге, и направилась наверх. — Аси! — резко двинулся за ней Алаз, но она даже не обернулась. — И мне! — тихо добавил Толга, чувствуя себя третьим лишним и понимая, что попал в гости не в лучшее время. Аси уже почти успела захлопнуть дверь в комнату, когда Алаз резко преградил ей путь, подставив ногу. — Аси! — сказал он, стараясь удержать её. — Чего тебе? — холодно спросила она, пытаясь закрыть дверь. Но он не дал, сильным движением руки он приоткрыл дверь шире. Аси сложила руки в боки и гордо смотрела на него. — Я слушаю, я так понимаю, ты не угомонишься? — язвительно произнесла она. — Нам нужно поговорить! — настаивал Алаз. — Наговорились уже! — зло ответила Аси, пытаясь снова закрыть дверь. — Аси, что за квартира, какой ремонт? — спросил он, не отступая. — А тебе какая разница, Алаз? Тебе же плевать! — Моя квартира, мой ремонт, и сделаю там так, как хочу, без твоей помощи! — ответила она, поднимая подбородок. — Аси, но у нас есть наш дом. Если тебе что-то не нравится, переделывай как хочешь, — попытался он убедить её. Аси нервозно рассмеялась. — Ты не понял, Алаз! Это! — она обвела комнату пальцем и ткнула в его сторону. Твоя квартира, и твой дом, и я здесь надолго не задержусь! Ремонт мне понравился, поэтому я предоставлю Толге сделать ремонт в моей квартире, в моем доме, куда я перееду, когда избавлюсь от тебя и разведусь! — Аси! Этого не будет, я тебя не отпущу! — воскликнул он, чувствуя, как внутри него всё сжимается. — Алаз, напомню тебе: мы вместе только по договоренности, и наш договор не вечный. Всё это скоро закончится, как только это произойдёт, ты меня не увидишь. — Аси, я… — Я всё сказала, Алаз! Неприлично ждать гостя одного, иди к Толге! — и захлопнула дверь перед его носом. Алаз остался стоять у закрытой двери, чувствуя, как его сердце разрывается от боли и злости. Он прижался лбом к двери и прошептал: — Нет, Аси, ты так просто от меня не избавишься. Я добился тебя один раз и добьюсь ещё и ещё, сколько потребуется.

***

Алаз медленно спустился по лестнице, погружённый в свои мысли. Из глубин раздумий его вывел Толга, который всё ещё сидел на диване: — Ну, я так понимаю, вы не помирились? — осторожно спросил Толга, заметив потухший взгляд друга. — Нет, — мрачно подтвердил Алаз, опрокидывая в себя очередной стакан. — Что будешь делать? — Не знаю... Просто постараюсь быть рядом, — ответил он, пытаясь скрыть разочарование. — Правильно! — поддержал Толга, заметив, что другу нужна смена темы.  — Слушай, так что было с Рюзгаром? Аси меня заинтриговала, — с улыбкой спросил он, надеясь поднять настроение другу. Алаз сделал пару глотков, вспоминая тот вечер, когда ослепительная и смелая Аси преподнесла урок Рюзгару. Его губы тронула легкая улыбка, и он, смеясь, начал рассказывать историю. — Серьезно? Хотела бы я на это посмотреть! Наконец-то Рюзгар получил по заслугам! — смеясь, воскликнул Толга, радуясь за друга. — Алаз, ну тогда всё встало на свои места, она идеально тебе подходит! Твоя жена — настоящий огонь, я рад за тебя! — искренне добавил он. — Да, она моя бунтарка! Только я всё испортил, — горько произнёс Алаз, снова погружаясь в свои мрачные мысли.  — И теперь у меня уже нет никаких идей... — Алаз, просто сейчас исполни то, что она хочет, — предложил Толга, пытаясь найти выход из ситуации. — Что? Позволить уйти от меня? Я её не отпущу ни на день! — категорично заявил Алаз. — Нет, она хочет квартиру? Подари! В вашем доме ещё куча вариантов свободных? Пусть займётся ремонтом, отвлечётся, а мы сделаем так, чтобы ты всегда был рядом! — Ага, Толга, ты её не знаешь! Она на зло мне будет спать на холодном полу, лишь бы не рядом со мной! — с горечью ответил Алаз. — А ты, значит, будешь спать рядом! — с улыбкой предположил Толга, пытаясь подбодрить друга. Алаз задумался над словами Толги, обдумывая его предложение. Он понимал, что надо действовать решительно, но в то же время дать ей время остыть. А потом просто быть рядом и пытаться собрать то, что он разрушил. Сейчас самое важное — доказать ей, что всё, что он наговорил, пытаясь её обидеть и задеть, было всего лишь блефом, исходившим от его неуверенности и страха. Он понимал, что, возможно, Толга прав. Они ещё немного посидели, обсуждая общие дела, пока не настало время проводить друга. Толга, поблагодарив за гостеприимство, ушёл, оставив Алаза наедине с его мыслями. Он сразу же поднялся наверх к их спальне, решив попробовать поговорить, но обнаружил, что дверь заперта. На ней висела самодельная табличка с надписью: «Алазам вход воспрещён», а ниже был нарисован фак. Этот символический жест вызвал у него смешанные чувства: с одной стороны, его позабавило такое ребяческое поведение, с другой — он чувствовал, как сердце сжимается от безнадежности. Алаз понял, что это её способ установить границы, но он не мог смириться с тем, что она полностью отсекла его от себя. Аси, закрыв дверь от Алаза, посмотрела на смятую постель, которую утром они забыли застелить. Слёзы подкатили к её глазам, когда она вспомнила, как была счастлива в эти мгновения. Упав без сил на кровать, она уткнулась головой в подушку, чувствуя его запах, и ей хотелось изо всех сил заорать. Она не жалела о проведённой ночи, не жалела о том, что именно ему отдала свою девственность, ведь он подарил ей прекрасные чувства, которых она ранее не испытывала. Она жалела лишь об одном — что сама возвеличила его и создала такой идеальный образ. Злясь на себя и на него, она резко схватила простынь и начала снимать всё постельное бельё, чтобы больше не чувствовать его запах и не представлять его руки и поцелуи. Истерика вновь обхватила её, и она пошла в душ, чтобы немного прийти в себя и смыть остатки его парфюма. Но он словно тень преследовал её, возможно, просто впился в её голову. Она легла в чистую свежую постель, но раздался стук в дверь. — Аси, что за детский сад! Открой дверь! Давай поговорим, расскажи, как так получилось! Да, я был не прав, погорячился, не дав тебе оправдаться! Давай сейчас спокойно поговорим! — Алаз говорил серьёзно, но его голос дрожал от волнения. Дверь резко открылась, и Алаз увидел глаза Аси, метавшие молнии. Лицо её выдавало злость, и она начала кричать: — Я не собираюсь оправдываться! Ты уже сделал выводы и получил всё, что хотел от меня. Можешь больше не притворяться и продолжать жить как жил раньше! — Аси, прости! Я такой дурак, что наговорил тебе глупости! Это всё неправда, я так не думаю на самом деле! Расскажи, что произошло, — попросил он, стараясь сдержать свои эмоции. — Что? Дай-ка вспомнить! «Алазу Сойсалану изменяет жена!» Вот представляешь, он её наконец-то затащил в постель, а она, неугомонная, захотела новых ощущений! Не повезло тебе, бедненький! — с горечью пересказала Аси его реакцию, и её голос дрожал от сдерживаемой ярости. Алаза всего перекосило от этих слов. Он понял, насколько мерзко они звучали, и почувствовал, как его сердце сжимается от боли и стыда. Его лицо исказилось от внутреннего протеста, но он не мог найти слов. — Аси... — начал он, делая шаг вперёд, но она резко прервала его, отступив назад и выставив руку, словно барьер: — Не приближайся ко мне, Алаз! Найди себе новую игрушку и делай с ней что хочешь, а меня больше не трогай! — её голос был полон решимости, но в глубине его звучала боль, которую она старалась скрыть. Алаз остановился, чувствуя, как его мир рушится на части. Он хотел сказать что-то, чтобы объяснить, что его слова были продиктованы ревностью и страхом, но понимал, что сейчас это будет напрасно. — Давай определимся: ты обещал мне, что если мы переедем, у меня будет своя комната? Где она? Хоть одно обещание ты можешь сдержать? — холодно спросила Аси, глядя на него с вызовом. — Это она, — тихо ответил Алаз, указывая на спальню. — Хорошо, тогда оставь меня и выйди отсюда! — отрезала она, не оставляя ему шансов на компромисс. — Спокойной ночи, Аси, — произнёс он, чувствуя, как его сердце сжимается от боли. — Иди нахрен, Алаз! — бросила она, захлопывая дверь перед его носом. Он понял, что сегодня её лучше не трогать, и ушёл спать на диван.