Как одна кисуля с другом в бар сходила

Tell me what you want What you like It's okay I'm a little curious too Tell me if it's wrong If it's right I don't care

I can keep a secret can... you?

Cool For The Summer – Demi Lovato

Девушка быстрым шагом идёт по дорогам шумного, большого города, дерзко и женственно покачивая бёдрами. В проводных наушниках играет "Cool For The Summer" от Demi Lovato, а губы накрашены ярко-розовым блеском. Эти губы красиво переливались на свету солнца, что садится прямо за горизонт. Во рту сладкая жвачка. У неё есть привычка ходить повсюду с жевательной резинкой за щекой. Этим летним вечером ей не хотелось скучать одной, но увы, судьба распорядилась так, чтобы она сегодня гуляла в компании с самой собой. Один козёл с утра послал ей смс-ку, мол, она - уродина, что испортила ему жизнь. Этот козёл - её... Парень? Хм-м, она, на самом деле, не знает. Они не объявляли официально, что встречались, но в принципе, это не так важно, правда? Чо Миён никогда не заботилась о чувствах окружающих, что казалось ей совершенно адекватным. Именно она сейчас одета в грязно-зелёную футболку, которая была нарочно завязана в узел, выставляя напоказ её прелестную фигуру, джинсовые шорты, что были ей в обтяг и привлекали много внимания со стороны идущих мимо людей. Подумаешь, дырявые, сейчас все так ходят! И нет, она не будет признавать, что эти дыры чуть ли не оголяют её задницу. Прямые, каштановые волосы длинной где-то до уровня лопаток, были распущены. На шее красовалась её самая яркая изюминка - чёрный чокер, по которому можно сразу сказать, что девушка не из простых, и в свои двадцать шесть лет не теряет чувство "бунтарского" стиля. Телефон в кармане шорт резко начал вибрировать, отвлекая Чо от её прогулки "одинокой кисули". — Боже, ну кому ещё нужна моя персона? – с максимальным презрением она достаёт из кармана телефон с модным, по её мнению, чехлом. На нём изображена мордашка бурого мишки. Миён очень нравились вещи, что подходят её настроению. С людьми она обращается по такому же принципу. Ей звонил один её хороший знакомый, что часто поднимал настроение своей природной забавностью. Чо, немедля ни секунды, подняла трубку. — Да, зай? – не подумайте ничего лишнего, эта привычка с ней ещё с далёкого 2016. Тогда было модно отвечать всем таким образом, вместо привычного "ало",  — Ну ладно тебе. Всё-всё, я помню, ты просил меня не называть тебя так, – хихикает Ми, накручивая прядь волос на указательный палец. Она слышит, как её собеседник, которого, к слову, зовут Чон Мичжун, возмущается своим смешным голоском. — Нуна, а вы сегодня вечером свободны? – спрашивает парнишка. Она старше его на два года. Миён безумно нравилось, когда её называют нуной, особенно, когда это говорит он. Хотя, Чо не испытывает к нему ничего большего, чем простую жалость. — Нуна сегодня совершенно одна разгуливает по людным улицам мегаполиса, – плаксивым, до жути наигранным голосом произнесла Ён, игнорируя косые взгляды проходящих мимо. Она любит подшучивать над Мичжуном таким образом, ведь он часто воспринимает её слова слишком серьёзно, как и происходит сейчас. — Нет, не плачьте! Хотите, я за вами заеду? Я так не хочу, чтобы вы грустили, – крайне обеспокоенно запищал голос из трубки. Старшая залилась смехом, присев на ближайшую лавочку. Она надула очередной пузырь из жвачки, а после лопнула его с характерным щелчком. — А если скажу "да", то куда поедем после? – спрашивает девушка, улыбаясь во всё тридцать два. Настроение с утра паршивое, хотелось сходить, да напиться за чужой счёт. А Мичжун, как вы поняли, неровно к ней дышит и готов сделать всё, дабы эта дама обратила на него свой холодный и иногда пугающий взгляд. Что, что, а вот макияж Миён делать умела. Её глаза становились куда острее, жёстче, а форма лица изменялась до неузнаваемости. Часто это умение помогало в экстренных ситуациях по типу: быстренько сбежать из ресторана, не заплатив за ужин, прикинувшись другим человеком. Там, конечно, есть свои нюансы, но делиться секретами успеха Миён не намерена. — Туда, куда вам захочется, – смущённо произносит Чон, по видимому, заводя машину. Были слышны его суетливые действия и звук хлопка входной двери, что свидетельствовало о его выходе из дома. — Давать мне такую свободу выбора - ошибка, ты же знаешь, – хитро улыбнулась Миён, осматривая окресности. Судя по тому, что она шла куда глаза глядят, а скорость шага была до безумия высокой (ей так казалось), так и пейзаж вокруг не был ей знаком, она заблудилась. И попросту не могла понять, где находится. Открыв карту на телефоне, она поняла, что прошла немало за эти долгие и мучительные три часа одиночества. — Я пойду туда, куда пойдёте вы. Скажите, где вы сейчас, я уже выезжаю, – слышно, что тот захлопнул дверь машины. — Ты так мил, когда заботишься обо мне. Неужели я так много для тебя значу? – опять же, наигранным и неискренним голосом спрашивает Чо, нагло закинув ноги на подлокотник лавочки. Девушка удобно улеглась, приложив телефон к уху плотнее. Ей показалось, что звук в динамике слишком уж притих, однако звонок не был прерван. Чего это он молчит? Миён часто так незатейливо флиртует, должен был привыкнуть. К тому же, разве она виновата в том, что он за ней бегает? Сам себе вырыл яму. — Простите, нуна, я не думаю, что вас это на самом деле волнует. Отвечать не буду. Пришлите своё местоположение, я приеду, – его голос стал... немного поникшим? Не то, чтобы Миён как-то отреагировала, ей плевать, но наверняка только внешне. Внутри что-то дрогнуло. Тронулось. ♧♧♧ — Ха-ха-ха! Нет, ты представляешь! Зай, она заняла второе место в конкурсе красоты только потому что, – она пригнулась и прошептала, — Спит с организатором. Мичжун заехал к старшей уже через двадцать минут после звонка, а далее они отправились в то место, которое выбрала Миён. Естественно, этим местом был бар. Понимал ли Мичжун, что его используют? Да, понимал. Но ему не хотелось прекращать позволять ей это делать, ведь тех, от кого нет пользы, Чо выбрасывает. Он это знал. Пусть его кошелёк постепенно пустеет, но он может видеть улыбку на её лице - это главное. — Эх, даже этот стакан сейчас пуст. Хы-ы-ы, вселенная, за что мне это? Зай, закажи своей нуне ещё один бокал этого чудного напитка, а? Ну пожалуйста, – совсем бесстыже ноет Ми, чуть ли не засыпая на барной стойке. — Вы уже много выпили, нуна. Я за вас волнуюсь, – сказал Мичжун, разглядывая её облик. Они часто выпивали вдвоём. Точнее, она выпивала, а парень сидел рядом за компанию. Если напрячь голову, можно вспомнить, как Чон отвозил её домой каждый раз после очередных посиделок допоздна. Мичжун боялся, что Миён перестанет ему отвечать. Каждый раз, когда она рассказывает истории про свои ежедневные ссоры с окружающими людьми, ему становится страшно, что он также не будет ей нужен. Он ничем не отличается от других, таких же её мимолётных знакомых. — Чон Мичжун-а! – она редко произносит его полное имя, из-за чего парень слегка дёрнулся. Язык Миён постепенно тяжелеет и немеет, что слышно по её невнятной речи. — Поехали домой? Я вас отвезу, – в привычной доброй, нежной манере предлагает Мичжун, выглядя при этом невероятно мило. Его карие, глубокие глаза так обворожительно и трогательно смотрят на неё, голова слегка склонена в правую сторону, а губы растянуты в невинной, ясной улыбке. Его тёмные волосы отливали необыкновенным синим. Или это уже алкоголь бьёт в голову и ей мерещится? Он такой краси- Стоп. Только сейчас Миён поняла, что пялится. Смотрит с таким непривычным для неё интересом. Почему-то ей стало так любопытно, что будет, если вдруг поцеловать его в щёку? Как он отреагирует? Будет ли ругаться своим смешным голосом, который, казалось бы, хотелось слушать только тогда, когда настроение не очень? Или он просто будет в ступоре? Миён хочется узнать получше. — Да. Поехали, – сейчас она звучит странно. Говорит без своего ехидства и задорства. Что-то изменилось? Встав со стула и слегка подправив волосы, Миён неустойчивым шагом побрела к выходу. Она никогда бы не подумала, что в ней что-то изменится. Но чувствует девушка себя по-другому. Мичжун же, заплатив за выпитое, побежал за ней, дабы она не упала, будучи в таком состоянии. А такое случалось нередко. Усадив непривычно спокойную Чо в автомобиль, он сел за руль, вбивая в навигатор часто используемый адрес. Ехать минут тридцать, учитывая то, что сейчас час пик. Он взглянул на её лицо, что сейчас не изображало ничего. Это... Необычно. — Нуна, а вы- Чон уже хотел спросить, что не так, но его перебили громким: — Тихо! – завизжала Миён, подняв ладонь вверх. Её выражение лица изменилось: брови нахмурились, глаза намокли, а губы сжаты, искусаны в кровь. Парень не понимал, что произошло. Он сильно волновался за неё, пусть она и не считает его важным в своей жизни. Он был просто рад существовать в ней. Тем не менее, девушка плачет! Надо что-то делать! А что? Перед ним Миён не плакала так. Всегда шуточно, но в этот раз она была серьёзна. Какой же ты трус, Мичжун. Твоя любимая плачет прямо на твоих глазах, а ты ничего сделать не можешь? Сидишь и наблюдаешь? Сделай что-нибудь, ну же! — Почему ты так бесишь? Такой милый, заботливый, добрый ко мне, аж раздражает! А я думаю о тебе, когда не могу заснуть. Я такая дура, разве ты не видишь? – в горле неприятная горечь, — Я так много раз тебя использовала, а ты всё также... — Мне не важно. Я же сам виноват в том, что полюбил вас, – он, что, умеет читать мысли? — Разве ты не должен сейчас вылить на меня всю свою злость? Разве не должен взять и бросить все попытки? Почему ты так усердно пытаешься- — Поехали домой, нуна. В тебе говорит алкоголь, но не ты. На самом деле, я для тебя вовсе не важен, – он отворачивается, взяв руль в руки. В салоне гробовая тишина, это создаёт странную атмосферу. Миён не нравится эта повисшая неловкость. Ей так хотелось снова начать вести себя по-обычному, проигнорировать этот день, диалог, чтобы всё вернулось на свои места. Но ком, вставший в горле, мешает это сделать. Она не может выдавить из себя и слова. Почему вдруг стало так горько? Это не похоже на обычное её состояние после алкоголя, ведь Чо умеет пить. Почему же? Неужели ей в кои-то веки стало... стыдно? В машине послышался громкий храп. Девушка звездой разложилась на переднем сиденье. Её голова болталась туда-сюда во время поездки. Чон, заметив это, опустил спинку кресла, чтобы старшая приняла лежачее положение. Ему было не легко общаться с этой дерзкой, эгоистичной "кисулей", как она любила себя называть. Ещё тяжелее её любить. Любить всем сердцем. Он уважал каждое её слово и переживал, когда та снова впутывается в неприятности. Жаль, что она этого не замечает. Кто-то ему сказал, мол, каблук ты, Мичжун, что терпишь выходки какой-то женщины. Как вообще можно так думать о той, кого ты любишь? Пусть его будут называть кем угодно, пусть его счёт на банковской карте полностью опустеет, но он не может отказаться от неё. Раз уж эти странности - черты характера Миён, то он, как мужчина, должен их принять, разве не так? Погружённый в размышления, он не заметил, как оказался у до боли знакомого подъезда. В голове всплыли картинки. Он вспомнил, как они бежали под дождём после того, как бывший парень Миён пригрозил ударить в неё молнией. Та захотела проверить это и позвонила Минчжуну, чтобы ей было не так скучно скакать под противной дождевой водой. Причём, назвала это "срочным проишествием", из-за чего Чон мчался к ней изо всех ног. Ему так хотелось наговорить грубостей, но увидев улыбку на её нежном лице, он забыл, на что обижался. Миён всегда наносила толстый слой макияжа на своё лицо, словно пытаясь выдать себя за другого человека. Ей удавалось делать линию челюсти острее, подбородок чётче, а ещё Ми обожала скулы. Ярко-выраженные скулы и такой же ярко-розовый блеск для губ - вот её фишка. Но Чон не помнит, чтобы в тот день на ней был макияж. Хотя... Он, наверняка, был, просто его смыла дождевая вода. Тогда он увидел её настоящий облик. Он был поражён. Мичжун помнит это мгновение, будто оно происходило вчера. Он помнит, как её каштановые волосы намокли, слипаясь друг с другом, помнит, как смягчился её обычно острый взгляд, помнит, как нежно выглядели её губы. Помнит, как она искренне улыбалась. Тишина. И только редкое сопение старшей возвращало парня в реальность. Он выходит из уже припаркованного автомобиля, обходя его и открывая дверь. Мичжун знает, что Чо точно не проснётся, а идти самой и подавно не сможет. Он аккуратно взял девушку на руки, как вдруг, из её заднего кармана выпали ключи от дома. Пришлось класть её обратно в кресло, поднимать с асфальта упавшие ключи, а затем снова брать её спящее тело на руки. А учитывая то, что Чон уже давненько не занимался собой и своей физической формой, нести её было нелегко. Терпи, Чжун, твоя нуна живёт на четвёртом этаже... С Божьей помощью ему удалось дотащить старшую до нужной двери. И даже её открыть. Не спрашивайте, как, он сам не верит, как ему удалось выполнить невозможное. Последние шаги давались с огромным трудом. Огромным. Еле как, чуть ли не стоя на коленях, он наконец-то уложил Миён на диван. Он мог бы быть разумнее и дотерпеть до спальни, только вот она находилась куда дальше, чем зал. Выдохнув, Мичжун достал из кармана джинс телефон. На часах уже восемь вечера. Да уж, сегодня они не долго гуляли. Он бегал по квартире в поисках чего-то, похожего на одеяло. В итоге пришлось зайти в спальню, где он обнаружил пушистый, белый пледик. Такой милый, прямо как и его хозяйка. Накрыв им сладко спящую Чо, он сел на пол недалеко от неё. Вот же. Забыл смыть макияж. Он часто слушал то, как она с возмущениями ныла каждый раз, когда она забывала снять с себя слой косметики. А просыпаться с зудящими глазами - неприятно, он об этом также наслышан. Мичжун не знал, чем она пользуется для снятия макияжа и уже, казалось бы, был в ступоре. Что делать? Она говорила что-то про какую-то воду... Мицеллярная? Ладно, он посмотрит в интернете. После поиска туториалов от мейкап-блогеров, он наконец-то понял, как и что делать. Взяв в руки круглый ватный диск, который он нашёл в ванной так же, как и эту вашу мицеллярку, он начал осторожно протирать её глаза. Обычно Миён спит крепко, особенно, после алкоголя, так что она не должна проснуться. Он старался сделать всё максимально аккуратно и быстро, чтобы не разбудить девушку. Та лишь сладко сопела, иногда смешно улыбаясь. Закончив с этим нелёгким делом, Чон с кряхтением поднял себя с пола. Он заботливо убрал всё за собой. Парень потянулся, издав странный звук и побрёл ко входной двери, напоследок заглянув к Миён. Та не двинулась ни на миллиметр. Мичжун со спокойной душой отправился к выходу, уже натягивая обувь, как вдруг, ему показалось, что Миён назвала его имя. Нет, ему реально показалось, не может такого быть- — Минчжун? – зовёт Чо, приоткрыв глаза. Она не видит перед собой фигуры парня. Стало так... Грустно. Хочется, чтобы он остался с ней. Хочется, чтобы он провёл с ней больше времени, чем обычно. Хочется забрать себе. Может, это сон? Да, определённо, она всё ещё спит. Ей это всё кажется. Мичжун же, замер. Замер, а после принялся стягивать с себя еле как налезший на ногу кроссовок. Он, к сожалению, засел так туго, что пришлось помучиться. Внезапно, парень уронил ложку для обуви, что стояла у порога. Она издала громкий звук. У Миён появилась надежда на то, что он не оставил её одну. И почему она хочет, чтобы он был рядом? Разве он не был таким, как все ещё несколько часов назад? Она попыталась поднять себя на ноги, но сильное головокружение не давало ей этого сделать. Такой реалистичный сон. Спустя несколько секунд, длившихся будто вечность, Миён всё же, встала. Она подошла к двери, что вела к коридору. Перед ней размытый силуэт человека, до боли напоминающего ей его. В уголках глаз собрались слёзы, из-за чего зрение ухудшилось донельзя. — Нуна, вы проснулись, – в удивлении произносит Чон, заметив её, стоящую в дверном косяке. Она резко двинулась с места, крепко обхватив парня руками. Тот, будучи в шоке, встал по стойке смирно, прижимая руки к своим бёдрам. — Не уходи-и-и... Останься со мной, Мичжун. Почему ты уходишь? – ей всё также казалось, что она находится в своих грёзах. Но боль в груди и слёзы, что намочили её щёки были слишком реальными. — Я.. — Ну же, назови меня по имени. Хотя бы во сне, давай, – она всё также не отпускает. Вдыхает аромат приятного одеколона. Этот запах не описать словами. Он пах цитрусом, самым свежим цитрусом, что есть за этой планете. И как сны вдруг стали настолько похожими на реальность? — Миён? – неловко произносит Чон, сжимая ладони в кулаки. Миён резко отстранилась, отходя на два шага назад. — Подожди, а? Это не сон? Ты не ушёл? То есть, ты собрался уходить? Боже, что я только что несла, – много вопросов. Стоп. Ей только что было стыдно. За свои слова. Ей. Было. Стыдно. — Аа-а-э... Н-нуна? Всё в порядке, если вы хотите, я... Э-э-э, уйду? – он нервно теребит свои волосы. — Д-да, ага... – Боже, так неловко ей не было никогда в жизни. Мичжун, выглядя невероятно мило, продолжает натягивать обувь на ноги. Его лицо смущённо покраснело, а пальцы теребили край футболки. Нет, она не может сдержать любопытство. Он открывает дверь, дёргая за ручку и уже собирается выйти в подъезд. Мичжун оказывается за порогом. Он кланяется и произносит: "До свидания", всё также будучи красным с головы до ног. Миён хватает его за запястье и притягивает к себе, целуя. Целуя нежно, чувственно, сминая чужие губы. По телу проходит ток, а ладонь сжимает запястье сильнее. От его тела исходит жгучий жар, а сам он находится в глубочайшем шоке. Поверить не может, что это она его целует. Отходя на несколько шагов назад, она быстро и резко поклонилась, произнося неловкое "Пока" на прощанье. И быстро захлопнула перед собой дверь. Что это было? Что-ж, ни он, ни она не знают. Но после этого странного дня их жизни точно не будут прежними.