Под завесой резни

2006.

Намного приятнее было просыпаться на диване, пусть и раскладном, чем на больничной койке, в которой от матраса только одно название, что, кажется, будто, даже на полу будет удобнее спать, чем на жалкой деревяшке вместо пружин. Брайан предоставил все условия для хорошей жизни – той самой, о которой Джуди и мечтать не могла. По её мнению, если бы они всё же не встретились во второй раз, то сейчас она либо вновь оказалась бы там, где её ни во что не ставят, либо ночевала бы под мостом и грелась около мусорных бочек с огнём внутри. Сложно вспоминать прошлое – то, что сломало её, — но без этого пути она бы просто не оказалась здесь, сейчас, с ним. В 1996 году, когда Коулман переводилась во второй класс, по городу начали распространяться слухи о жестоком убийце, который убивает в основном девушек и женщин, но были также зарегистрированы и некоторые случаи убийств целых семей. Он не делал этого из-за нужды в деньгах, еде, или ночлеге: ему просто хотелось. Всякий раз, когда полиция осматривала места преступлений, было очевидно, что он не то, что к деньгам не притрагивался никогда — он бы и золотой слиток не вынес, если бы тот лежал перед носом. Единственным его мотивом было нечто большее. Может быть, была другая нужда? Та, которую нельзя ни купить, ни украсть? Фредди – глава семейства, был убеждён, что он обезопасил дом достаточно, чтобы не попасть "под обстрел": купил оружие, сторожевого пса посадил на задний двор, где было много кустов и закрытая дорога; даже видеокамеры установил. Однако, когда ружьё находилось на втором этаже в сейфе, пёс храпел настолько громко, что сам себя боялся, а видеокамеры попросту никак не реагировали, стоило ему лишь выйти на балкон покурить, как он получил ножом в брюхо. Потом ещё раз, и ещё. До тех пор, пока глаза маленькой Джуди, которая прибежала поторопить папу к ужину, совсем не остекленели от ужаса. Видеть, как нож входит и выходит из тела родного человека не пожелал бы никто. Тем более, в таком возрасте. Она почти не помнила, как её мать, сжимая нож в руке, вела её на второй этаж, пока убийца медленно шёл за ними, прекрасно понимая, что им некуда деваться. Но одно она помнила точно — животный страх и внезапную мысль в голове: «Убей, или будь убитой». Столь взрослые и жестокие мысли никогда не возникали у неё в голове — от слова совсем: её любили и уважали в семье, но нутро буквально кричало: если она доверится матери и даст ей попробовать помахать ножом перед носом убийцы, они просто вместе умрут. — Джуди, не бойся, ладно? Он не найдёт нас. — Франциска гладила дочь по голове, нервно сжимая нож в руке. Девочка прислушивалась к звукам вне шкафа, в котором они спрятались. Будто он настолько глуп, что не додумается заглянуть внутрь. Это же как напряжённой темнотой ночью, когда не можешь уснуть: первым делом проверишь шкаф, чтобы убедиться, нет ли там какого-то монстра. Только в этом случае монстр был реальным: он уже поднимался по лестнице. Третья ступенька снизу, которая всегда предательски скрипела, подтвердила это. — Я не хочу умирать, мама..., — Светленькая девочка выдавила это из себя, вложив всё, что могла. А женщина дрожала, абсолютно неспособная контролировать страх рядом с той, кого должна была защищать. В таком случае, ей и заряженный пистолет не поможет: она как только увидит окровавленный нож, забудет, как дышать. — Что ты.. Мы не умрём. Ты не умрёшь. Я не умру. Всё будет хорошо... А папу мы обязательно спасём.. — Она пыталась приободрить, обняла за голову и прижала к груди. Но ведь Джуди видела, что от такого количества колющих ударов просто невозможно выжить, он умер где-то на десятом. Ее взгляд был устремлён вперёд, прямо на сталь, которая привлекательно блестела в темноте: можно было даже почувствовать, как от неё веет холодком и скорым запахом железа. Накрыв руку матери своей, в которой она крепко сжимала ручку ножа, попыталась аккуратно вытащить его, но потом поняла, что не получится: что с каждой секундой песочные часы их жизни высыпают все больше и больше крупинок песка, приближая кончину обоих, но так ли это? У Джуди получается переплести их пальцы, отчего нож падает прямо в свободную руку девочки. Ей бы не хватило сил вонзить его туда, куда втыкал убийца её отцу, но она помнила слова двоюродного брата-медика: «Одно из самых уязвимых мест на теле человека — шея». Можно задеть артерию как минимум, и тогда прости-прощай, а как максимум — отрубить голову, но первое казалось более.. Быстрым. Взмах рукой с надеждой попасть куда-то в середину или в бок. Она резко закрывает глаза за долю секунды до того, как её лицо окрашивают брызги крови. Женщина хрипит и крепко сжимает плечо девочки до тех пор, пока не ослабевает и под своим весом просто не открывает дверь шкафа, вываливаясь оттуда тушей. Мужчина, который был одет во всё чёрное, в том числе и в чёрной маской на лице, с сетчатыми прорезями для глаз, отступил назад. Кажется, он удивлён, и даже очень. Его нож, который до этого был занесён чуть вверх, теперь покоится на столике. Он медленно, подобно дикому зверю, нацеливающемуся на жертву, подошёл к Джуди. У неё сердце вырывалось из груди. Присев перед телом женщины, он лениво толкнул её пальцем в плечо, проверяя, действительно ли та мертва. — Я убила её. — Сразу выдаёт та, откладывая нож в сторону, будто боясь, что он решит, что она нападёт на него тоже и начнет защищаться от неë. В ответ она слышит только смешок. Что же скрывается за этой маской? Огромное самолюбие или сплошное гниение и уродство? — Я вижу. — Он снимает капюшон. Его волосы прижаты балаклавой, и он тянет её снизу, чтобы постепенно снять. Подбородок, нос, слегка смуглая кожа, глаза, и в конце-концов он складывает вещицу и убирает себе на коленку. Его чёрные волосы были чуть взлохмачены – или так казалось из-за их густой и кудрявой структуры. Лицо было усыпано редкими родинками, а губы натянулись в непонятной насмешке. Его глаза были зелёными, но создавалось ощущение такой тьмы, которой нет ни в одном из человеческих зрачков. Она мнётся, не понимая, что ей делать, как себя вести. Нужно заплакать? Умолять не убивать? Или броситься в бегство? Ага, попробуй ещё от такого убежать. Но он не позволяет ей много думать и продолжает: — Советую не оставлять следов - твоя работа сделана слишком грязно. Он кладёт руку на её макушку, чуть сжимая и почёсывая, отчего она втягивает голову в плечи, но ощущение опасности постепенно утихает. Советует? Значит, по его мнению, это не последний раз? Она сглатывает и кивает, а потом, кажется, просто теряет сознание. Слишком много произошло за этот вечер, а предсмертные звуки, которые издавала до этого живая мать, поставили точку в ее самочувствии. Она не очень хорошо понимала, считают ли теперь, что это она убила их всех или же нет, но вместо детского дома её отправили в психиатрическую больницу. Там всё было нормально: вкусно кормили, показывали мультики, водили по действительно добрым врачам, пока ей не исполнилось тринадцать, и она не начала читать газеты, которые прежде казались слишком скучными. На второй же странице жирным шрифтом был заголовок об убийце, которого прозвали Ледяным. В её округе, в котором совершены большинство его убийств, и погибла и ее семья. Как одна из его потенциальных жертв, ведь "почерк" убийства совпадал с его привычным. Джуди просто сочли свихнувшейся, перестали обращать внимание на диагнозы и перевели в отделение для "особенных". Там она пробыла до шестнадцати лет. Обклеивала стены вырезками газет, где есть любое упоминание о нём: даже копии хранила в койке, на случай, если их захотят отобрать. Её главной мечтой стала встреча с ним. Когда терпеть это всё стало невыносимо, она решилась на побег. Долго планировала, и когда её вели в её комнату через главный зал, просто рванула, куда глаза глядят. На ней были лишь тонкие больничные тапочки и халат на завязках сзади. Она надеялась, что он всё ещё здесь. Бежать за ней по такой погоде никто не стал: решили, что по весне весь снег растает, и труп легко найдут. Она действительно потеряла обувь в сугробах и не знала, что делать, если Брайан не найдётся... или найдётся, но просто оставит её умирать на улице. А почему нет? Почему он обязан вообще следовать её хотелкам? Это было единственным, чего она хотела от него. Через пол часа она наткнулась на подозрительную фигуру – кто-то стоял в телефонной будке и разговаривал по телефону. Ноги она уже не чувствовала, тело подозрительно начало нагреваться, а это означало одно: ещё немного, и полное обморожение точно накроет. Она не стала ждать, пока он выйдет, нагло распахнула дверь, вошла туда и развернула его к себе, чтобы взглянуть в глаза и узнать в нём того, кто когда-то превратил её жизнь в самый настоящий ад. Но вместо злости и желания ударить, на лице расплылась безумно глупая улыбка. Он повесил трубку, с явным недоумением и беспокойством глядя на, казалось бы, незнакомку. И кто бы не удивился такому внешнему виду? Слово за слово, и она уже в его машине, закинув ноги к обогревателю, чтобы согреться, ведь по словам Брайана: "её могли бы вынести вперёд ногами, задержись она на пару минут". — Как ты запомнила меня? — Он напряжённо постукивал пальцами по рулю. Мозер думал, что детская психика просто не выдержит и сотрёт всё это, как страшный сон, поэтому и убивать не стал, но ведь, разве теперь ей возможно объяснить это? — А как тебя забыть? Ты серьёзно? — Она рыскала руками по машине в поисках еды, пока он всё ещё удивлялся её наглости. Совсем невоспитанная какая-то. Так получилось, что для жизни, как в ее фантазиях, нужно лишь быть его правой рукой в некоторых делах. —Сможешь? Пожалуйста. —Нет? Отправляйся туда, откуда пришла. Его условия были просты, а по сравнению с её – ничто.

2006.

Она красила ногти лаком, который был у Брайана. Иногда он глумился над мертвячками, разрисовывая их ногти. Вероятно, в этом был какой-то скрытый смысл, но они, пока что, не дошли до того, чтобы он спокойно мог поделиться своими мыслями с ней. Лак и лак. Жаль, правда, что, чтобы получить от него подобное проявление внимания, в виде краски ногтей, придётся оказаться "дровами" на его столе. Слышит знакомый шум его машины и сигнал. Значит, пора выходить. Он выключил фары, припарковался как можно ближе к дому и стал ждать, когда спустится Джуди. — Привет. — Она по-быстрому обувает шлёпанцы и подходит к багажнику, который открывает Брайан. Его не было с самого утра, наверное, опять провел пол дня на работе, а потом пошел искать жертву. С недавних пор, как он решил постепенно показываться своему брату, стал чаще пропадать на работе, хотя раньше редко там бывал. Её всегда будет мучать вопрос: откуда у него столько денег, если работа даже не на втором месте в его жизни? Неужели, на грабёж решился? — Это Инга? — Она поджимает губы, вспоминая недавние слова Мозера о какой-то "суке Инге", которая, в тайне от семьи, торгует своим телом. — Тише! — Он резко шепчет, поднося указательный палец к своим губам, а после кивает. Затем, не отрывая от нее взгляда, хватает тело в черном мешке за голову – с таким видом, словно какой-то разочарованный родитель, которому хочется провалиться сквозь землю от поведения своего ребёнка. Она стыдливо опускает взгляд к телу, вспоминая его слова про её неаккуратность и берёт за ноги, начиная идти в дом задом наперёд, занося туда тушу, которая, пока что, была живой, пусть и в отключке. Мозер захлопывает багажник, оглядываясь по сторонам. Никого. Ну ещё бы: в два часа ночи. — Как ты её поймал? — Джуди всегда искала тему для разговора — лишь бы не молчать в его компании, — пытаясь понять его лучше, высказывала своё мнение, даже если, на самом деле, не придерживалась его. Лишь бы он увидел, что они похожи хотя бы немного — Я же говорил, что план со всеми один и тот же. — Он устало выдыхает, одной рукой открывая морозильное помещение, расположенное рядом с гостиной. Джуди, пыхтя, тянет женщину за ноги, укладывая ее на застеленный пол, чтобы потом не пришлось отмывать кровь. Однако, Брайан обречённо улыбается, понимая, что её бесконечный интерес не угаснет. Она радостно запрыгивает на стол, на котором, обычно, происходило расчленение и, покачивая ногами, готовясь его слушать. — Я сказал, что хочу снять её, пока её подружки отошли, и посадил в машину. — Он делает паузу, вытаскивая Ингу из мешка и поднимая её вверх ногами, подвешивая в таком состоянии над глубоким ведром. — Я душил её, пока она не отключилась. Вот и всё. Тебе так интересно это слушать? — Она сразу же кивает. Брайан стирает пот со лба, подходя к столу. — Раздень её. Она скоро очнётся. И завяжи ей руки, как я тебя учил. — Хорошо. — Она спрыгивает на пол и повернувшись спиной к Брайану, недовольно закатывает глаза. Ей совсем не нравилась эта часть их плана. Однажды, когда она работала слишком медленно, жертва пришла в себя раньше, чем Коулман успела её связать, и ударила её в живот, а потом вцепилась в ногу и начала кусать. Синяк только недавно сошёл. Но, понимая, что ей поручили самую простую часть дела, выполняет молча. Сняв с неё майку и срезав юбку, Джуди морщится, разглядывая её, а потом оборачивается на Брайана. Он наблюдал за процессом, подгоняя ее взмахом руки. Джуди берет верёвку и крепко связывает женщине руки, а удостоверившись, что все сделано правильно, отходит, гордясь собой, будто совершила нечто выдающееся. — В этот раз ты не отхватила от полуживой суки. Это похвально. — Он посмеивается, и настрой Джуди оседает. Она раздражённо проводит руками по штанам, будто пытаясь стереть с себя от прикосновения к женщине. — Ты хочешь убить её? — Он поворачивается лицом к девушке, протирая нож. Он не шутит. С одной стороны, это стоит многого, и Брайан явно оценит рвение лишить кого-то жизни собственными руками, а с другой: Джуди очень не хотела запускать этот механизм и вспоминать то, что с ней когда-то случилось, ведь Брайан убивал жертв именно путём разрезания горла. Но, может, именно это поможет ей больше не бояться тех воспоминаний? — Наверное? — Сжавшись изнутри, она переводит взгляд на женщину, которая начинает приходить в себя. — Я не заставляю. Могу сделать это сам. — Брайан делает пару шагов и оказывается рядом с жертвой, наклоняясь перед ней. — Будешь кричать, если я вытащу это из твоего рта? — Он тыкает пальцем в скомканную и мокрую ткань у неё во рту. Инга, не до конца понимая, что происходит, машет головой, пытаясь разглядеть всех присутствующих в ярком свете. — Я буду надеяться. — Мозер улыбается и неспеша вытаскивает тряпку, бросая её Джуди. Та брезгливо морщится и бросает её в тот же пакет, из которого он достал проститутку. — БДСМ не входил в наш договор.. И секс втроём тоже. — Она будто пытается сама себя успокоить, надеясь, что сейчас будет не скорое убийство, а просто что-то против её воли, что-то намного меньшее, чем лишение жизни. Джуди от таких заявлений возмущённо складывает руки на груди. Она что, похожа на извращенку? Ладно, он. Но она?! Мозер смеётся и оборачивается, всё ещё протягивая нож, взглядом спрашивая, будет ли она сегодня более активна или всё как всегда. Но Коулман решила не рисковать своим самочувствием и отмахнулась. — Ты профессионал, Брайан. Мне нравится смотреть, как ты это делаешь. — Она решила, что раз уж не действиями, то словами заслужит его признания. Кому не нравится лесть? Тем более когда она идёт от чистого сердца. Во взгляде женщины сразу страх читается. Всё же, она находится в максимально беспомощном, в буквальном смысле, в подвешенном состоянии, и спасти её уже ничего не сможет. — Почему ты делаешь это?! — Резко голосит та, начиная дёргать ногами, отчего её тело стало раскачиваться вперёд-назад. Мозер мгновенно хватает ее за горло, и ее красное от прилива крови лицо темнеет до фиолетового. — Пожалуйста.. — Хрипит она из последних сил. Он проводит ножом по её горлу. Она захлёбывается когда видит, как собственная кровь стекает по носу и начинает капать в ведро, и теряет сознание. — У неё, видимо, гемофобия. От этого так быстро не умирают. — Совершенно спокойно произносит брюнет. Один из многих пунктов, почему он ей так нравится. Мало в ком встретишь такое хладнокровие и спокойствие в подобных ситуациях. Даже Джуди порой бросает в дрожь, когда видит, как глаза жертв постепенно приобретают мёртвый оттенок, а ему хоть бы хны. И это создаёт большую полярность с тем, как он ведёт себя, когда ищет информацию о брате в сети, пишет что-то про него, а иногда рассказывает, когда настроение уж очень хорошее. Джуди было не очень интересно это: не потому что она не уважает Мозера, а потому, что завидовала. Почему бы не дать ей тоже такой привязанности? По его словам, он потратил не меньше двадцати лет на слежку за братом. Кто б её так любил. Дальше всё как всегда: Это настолько обыденно для них обоих и скучно, что даже на словах это всё описать невозможно. Дождаться, когда стечёт вся кровь, после Брайан расчленит труп сам, потому, что даже для него некоторые места, по типу шеи, даются сложно, осушить части тела, кристаллизировать их клетки, и при этом не замёрзнуть в помещении. Джуди выходит, когда ее помощью не нужна. Она ходила проверять его, когда Брайан был там дольше, чем обычно, всякий раз думая, что он там правда свалился, но вместо его обморочного состояния она наблюдала искреннее удовольствие от дела, далее просто решая не мешать. — Джуди. — Он наконец закрывает эту чёртову дверь, ведь до этого минут пять была нараспашку, гоняя холод по всей гостиной. Она лазила в его ноутбуке, лёжа, свисая вниз головой с дивана. Ноги закинула на спинку, подняла голову когда он подошёл спереди, пытаясь понять, чего от неё хотят. — Ты дольше, чем обычно. Она видит его какой-то странный вид и двигается чуть в сторону, давая ему место, чтобы тоже присесть и занимает нормальное положение. — Задумался. — Он раслабленно выдыхает, когда наконец садится, спустя несколько часов на ногах. На часах уже почти десять утра. — Я встретился с Декстером — он был со своей женой. Я помог ей с работой, и меня пригласили на семейный вечер. Можно прийти не одному. Хочешь пойти со мной? Джуди радостно подскакивает на месте, устраиваясь поудобнее. Она и представить себе не могла, что он когда-то предложит ей что-то подобное. Грустно, конечно, что он ей не рассказал раньше, что у него получилось каким-то образом наконец проконтактровать с младшим братом, но об этом сейчас она вообще почти не думала. Её волновал только один вопрос: в качестве кого она пойдёт туда? И Коулман не улавливала, стоит ли ей уточнять это, или же он сам на месте решит. Может, намекнуть? — То есть, я бы хотел, чтобы ты пошла со мной. — Он не даёт ей заговорить, ненамеренно перебивая. — Мне нужно создать видимость типичного работяги с семьёй, со своими тараканами, но, в целом, не примечательного, понимаешь? — Он знал, что Декстер ни в коем случае не должен был усвоить то, что Мозер не тот, кем он является. — И никакого «Брайан». Только Руди, даже не думай ошибиться — я слишком долго шёл к этому, чтобы так быстро сбиться с пути. Это может стоить мне свободы или жизни. Джуди, это не шутки. Ты же не хочешь, чтобы я умирал? — Нет, не хочу. — Она заговорила уже не так резво, представляя, как Брайану перерезают горло, ведь он рассказал ей во всех деталях то, как убивает Декстер. И как оставил шрам на его щеке, чтобы взять кровь для сохранения очередного трофея. — Это значит, то что я буду твоей девушкой? — Именно это и значит. — Он смеётся с такого обозначения. Ладно, в любом случае, в документах, которые он ей сделал, её возраст немного увеличен. — Единственный день, когда ты можешь быть ближе ко мне, ты же мечтаешь об этом, а? — Он встаёт, похлопывая по своим коленям и неспеша идёт на кухню, пока до девушки постепенно доходят его слова. — Я знаю, что ты заходишь ко мне по ночам.

• • •

— Он такой же, как и тебе подобные. Если бы я не сказал тебе, кто он на самом деле, ты бы этого попросту не поняла. Знаешь, иногда даже смешно наблюдать, как он пытается вести себя как все.. — Брайан как всегда жуёт какую-то булку, решив не есть дома и попутно рулём крутит. Уже темно было. Ведь время переваливало за восемь, но так, как было лето, природа не выглядела зловеще. Она вызывала только доверие, тем более, учитывая такого вот "друга". Интересно, если бы она попала в беду, он бы помог? Или оставил всё, как есть и нашёл бы себе кого-то другого? — Брайан, а если бы я попала на стол к Декстеру, как твоя сообщница, ты бы спас меня? — К сожалению, Джудит не была лишена розовых очков и мыслей, что даже в этой ситуации он, как принц на белом коне, придёт и поможет ей. Она смотрит на его лицо, замечая, как напрягается его челюсть. — Не разочаровывай меня, Джуди. Мы ещё не приехали - свои женские и глупые вопросы оставь на потом, пожалуйста. И естественно, она обидчиво отворачивается к стеклу, водя по нему пальцем. Хотелось что-то сделать ему на зло: сейчас или как приедут! Но иногда его реакция на её проступки была слишком непредсказуемой. Он мог накричать, мог заставить весь дом вылизывать или приказать самой вскрывать живот и вытаскивать эти вонючки-органы, вместе с толстой кишкой, когда рвотные позывы появляются лишь об одной мысли об этом; а мог просто посмотреть так, как будто это именно она перебила всех его родных, покачать головой и молча уйти. Последнее было страшнее всего, ведь именно тогда она чувствовала, что на самом деле обида уколола не её, а его. Такое обычно случалось, когда Коулман его просто не слушала или спорила на счёт того, в чём он явно знает толк, ведь пережил много всего. И если по приходу к семье Декстера она наложает, её просто выгонят, в лучшем случае. Да и Брайан не будет Брайаном, если разучится умело и быстро управлять её настроением. Если, сидя в машине она всё ещё дулась, когда же они вышли, и он её приобнял за плечи, подходя к входной двери, обиду как рукой сняло. Она крепко держала подарки в руках - ведь не приходить же с пустыми руками - пока брюнет звонил в дверь. Это было настолько редко, что он, казалось, вот таким вот обычным взаимодействием мог снять с себя всю вину за свои слова или даже действия. Дверь открывается, и Брайан входит первый, здороваясь с Декстером и крепко обнимая его, хлопая по спине. Шатен не понимает, с чего такие телячьи нежности, ведь для него Мозер — всего лишь человек, с которым он знаком от силы несколько дней, но не говорит ничего против, полагая, что это выставит его перед Ритой в лучшем свете. — Здравствуйте! — Она заходит вслед за Брайаном, закрывая дверь. Они все выглядели взросло, и Рита, пожалуй, самой молодой. Лет на.. 30? Смотрит с каким-то ожиданием: когда же уже дарить подарки? — Привет. — Блондинка улыбается и принимает первый подарок, а второй передаёт Декстеру. — Не стоило, Руди и так хорошо помог мне. — Она оборачивается на двух мужчин. Брайан заговаривает зубы Декстеру, беспрерывно что-то рассказывая, а другой натянуто улыбается, шагая в гостиную. И обе счастливы. Одна от того, что у её молодого человека появился новый друг, а другая от того, как искренне Брайан хочет провести с ним больше времени. И он бы сказал намного больше, если бы не скрывался. — Я могу помочь? — Джуди неловко посмеивается, а Рита кивает, давая им время посидеть одним. Им, наверное, это было нужно. Они проходят на кухню. Коулман сидит за столом и раскладывает на тарелку закуски, а Рита распаковывает подарок, ведь Джуди уже не терпелось увидеть её реакцию. Она никогда не делала подарков, и Мозер позволил ей купить, выбрать что-то самой, ведь "она девушка, ей виднее". — Ой.. — Она чуть ли не ахает, доставая из коробочки белый атласный халат. — Ты выбираешь очень.. Нестандартные подарки в честь знакомства. Я думала, там будет что-то типа набора столовых приборов, знаешь, полотенец там. — Она хихикает, дабы это не выглядело грубо: всё же, ей нравилось. — Но это же дорого? Выглядит очень красиво. — Неважно, сколько это стоит, главное, что я смогла тебе угодить, не зная твоих вкусов. — Она слизывает соус с большого пальца. — Ты выглядишь достаточно молодо. Ты учишься в университете? — Беннет присаживается рядом и помогает, укладывая всё на поднос и открывая газировку, которую понесёт детям в комнату после. — Ну.. Можно и так сказать. — Она отводит взгляд, понимая, что совсем забыла продумать то, что она будет отвечать на самые базовые вопросы. Резко захотелось к Брайану, который, как обычно, скажет всё за неё. — А как вы познакомились с Руди? — Она смотрит с нескрываемым интересом. — Вы выглядите хорошо вместе. Джуди сглатывает. Неловко будет, если их версии с тем, что расскажет Мозер, не совпадут. Но она решила сказать то, что более-менее похоже на правду. — Я приходила на практику в больницу, и так получилось, что мне, как и ему, интересна тема протезов. Это очень кропотливая работа, которую совсем недооценивают. Так и познакомились. — Лучше уж она будет думать, что она такая же помешанная на медицине, чем чокнутая девочка, которая на шею готова залезть к тому, кто является убийцей её отца. — А вы с Декстером? Вы тоже смотритесь очень мило вместе. Её лицо сразу озарила улыбка. Она словно цеплялась за каждый шанс доказать себе, что их отношения с Декстером вполне себе нормальные. — У меня были трудности в жизни, и сестра Декстера, не родная, познакомила нас. — Джуди ещё никогда не видела, чтобы настолько мечтательно накладывали еду. — Он показал мне ту жизнь, которую без него я бы даже в фильмах не увидела. Это звучит странно, но я обрела спокойствие именно тогда, когда и познакомились. Я сразу почувствовала, что он именно тот, я думаю, ты понимаешь это чувство? И детям он сразу понравился, и они ему. Он умный, спокойный.. — Она вздыхает, останавливая себя, дабы не затянуть эту слащавую историю любви на час. Но Коулман это нравилось. И ещё больше ей нравилось думать, что когда-нибудь у них с Мозером будет точно так же. Все эти рассказы вызывали у неё приятные бабочки в животе. — А как ты поняла, что ты тоже ему понравилась? Ну, знаешь, действительно понравилась, а не просто, на словах. — Она вытирает руки и облокачивается о свою ладонь щекой, улыбаясь. — Когда я поняла, что он внимателен к деталям. После нашего первого свидания я позвонила ему и призналась, что было у меня в жизни до него, и что у меня также есть дети. А он просто ответил мне, что Дебра ему уже всё рассказала. И он сказал, что хотел бы узнать обо мне ещё больше. Он не притворяется, понимаешь? — Рита поднимается с места, прокручивая в голове те события. Пора заканчивать эти посиделки, кажется, а то кое-кто может заскучать. Хотя, как только Джуди зашла в главную комнату, поняла, что они, видимо, даже не вспоминали про них. Мозер, будто, так и не замолк с того момента, как они разошлись по комнатам. Он стоял около патифона, засунув туда пластинку с музыкой. Шатен сидел на полу и наблюдал за этим всем. Царила какая-то.. Домашняя атмосфера. В компании Брайана это было непривычно, ведь сколько бы она не пыталась с ним сблизиться, поговорить по душам — ничего не получалось. Она даже как-то попыталась сделать романтический ужин, пусть это и было глупо, она надеялась хотя бы на намёк ответных чувств. Но он просто подметил, что свет работает; потушил свечи, быстро поел и поехал куда-то по делам. Он строил из себя какого-то дурачка, который не понимает ничего, но как он может не понимать? Ему же не 10. — Вот и еда. — Джуди попыталась влиться в компанию, пока Рита бесшумно поднималась вверх по лестнице, чтобы отнести ребятам сладости. Она поставила поднос со снеками и бутербродами на столик и присела на диван. Мозер наконец развернулся, и он.. Улыбался. — Люблю классическую музыку. — Он чуть пританцовывает, отчего Коулман давится смешком. Он так умеет? В смысле, развлекаться. — Не веселитесь без меня. — Наконец в комнату заходит Рита и присаживается рядом с Декстером. У неё в руках какой-то альбом. — Что это? — Джуди чуть привстаёт, заглядываясь на то, что у неё в руках. Страницы переворачивает. — Самые яркие воспоминания. Я подумала, что было бы неплохо показать вам это, раз у нас такой значимый вечер. — Она облокачивается щекой о плечо Декстера, а он неловко улыбается. — Ты показываешь это всем новым знакомым? — Выдавив из себя смешок, он сглатывает. Кажется, она опять начнёт показывать всем фотографии, на большинстве из которых запечатлены именно они с Декстером, иногда и с  Деброй, и иногда с детьми. Но Брайан неожиданно меняет пластинку, и теперь вместо спокойной музыки играет рок. Радостная атмосфера меняется на какую-то возбуждённо-энергичную, и он чуть скачет на месте, двигая руками так, словно играет на электрогитаре, причём, сразу двумя. — Не знала, что ты умеешь. — Джуди обращается к нему, и он, протянув самую длинную мелодию, падает на диван рядом с ней. — Тебе ещё много предстоит узнать. — Он касается её волос и аккуратно запускает в них пальцы, массируя её затылок. От этого у неё будто шестерёнки в голове поворачиваются. Брайан странно улыбается, по крайней мере, она еще не видела, чтобы он так улыбался ей. — Может выпьем, а? — Сиди, я принесу. — Декстер обращается к Рите и встаёт, пока она с пониманием смотрит на гостей. Молоды, ну, относительно, полны сил и чувств, ведь так? — Так вы.. Давно вместе? — Рита не поднимает на них взгляд и неспеша листает альбом, попутно думая о чем-то своём. Брайан начинает говорить сам, не давая Джуди шанса на то, чтобы облажаться или сказать что-то не то. — Около месяца. — Он дёргает бровями, переводя взгляд на Коулман, чуть тормоша её за плечо, прижимая к себе. — Это видно. — Беннетт смеётся. — Есть какие-то планы на будущее? Или вы ещё не думали над этим? — Да. Я бы хотела поехать и отдохнуть с.. — Она замолкает, едва ли не назвав его Брайаном по привычке. В его глазах читается лёгкий испуг. — С Руди, мы планируем это. Я отговариваю его от того, чтобы он переводился в другой город - ему предложили там рабочее место. Мне нравится Майями. — Тут красиво по вечерам, особенно у моря, но, всё-таки, выходить иногда опасно даже днём, особенно, если ты девушка. — Рита замолкает, обдумывая, стоит ли говорить гостям что-то. — Декстер рассказал мне про серийного убийцу, которого они сейчас ищут. Обычно, он не говорит про свою работу, но тут, видимо, всё слишком серьёзно. Он убивает только девушек. — Последнее предложение она произнесла тише, оглядываясь на проход. Вдруг, это какая-то секретная информация, про которую вообще никому нельзя рассказывать: Морган просто решил поделиться, а она тут всем это рассказывает? Лицо Джуди тускнеет, а взгляд опускается в пол. Брайан кладёт свою руку поверх её. Они должны были сделать вид взаимно-страдающей из-за этой информации пары. Одна боится умереть и попасть в лапы этого безжалостного монстра, в итоге став грудой костей, а другой переживает за сохранность своей девушки. — Я не хотела пугать. — Беннетт обеспокоенно выпрямляется, замечая резкую смену в поведении обоих. — Ничего. — Коулман смотрит то на одного, то на другую. — Сложно бояться кого-то, когда рядом с тобой любимый человек. — Она сжимает его руку в ответ. От такого заявления Мозер внутри рассмеялся во весь голос. Умеет же она сценки слащавые разводить. Заботливо улыбается, будто слова её подтверждая. — Моя знакомая — одна из его жертв. Это ужас, на самом деле. — Брайан поднимает тёмные брови, убеждающе глядя на женщину. — Страшно представить, что чувствуют родители бедных девушек или их супруги. — Что за знакомая, Руди? С работы? — Джуди чуть пихает его в бок, пытаясь вывести всё на драму с ревностью. Так, как будто это не она помогала ему расчленять её тело. — Я не хочу влезать, но Декстер сказал мне, что его жертвы — только девушки лёгкого поведения. — Беннетт как-то виновато прикусывает губы, думая, что разоблачила прямо сейчас тайные похождения Купера. — Ты сейчас хочешь приревновать меня к трупу? — Руди смотрит на неё из-под лба. Его рука опускается чуть ниже и начинает постепенно сжимать талию, всё сильнее и сильнее, пытаясь дать понять, что это не смешно. — Мы обсудим это потом. — Господи, давай ты не будешь показывать характер при всех? Мне хватает этого дома. — Брайан закатывает глаза, продолжая разыгрывать спектакль. И, будто на помощь Рите, которая стала явно чувствовать себя не в своей тарелке из-за лёгкой перепалки пары, наконец заходит Декстер. Он принёс бутылку тёплого «Jägermeister» и несколько банок с пивом. — Я взял на свой вкус - можете выпить ещё сока, если для вас это будет крепко. — Декстер пытался отшутиться, но все плоды, которые дало это подобие шутки - натянутая улыбка Риты. Первые стаканы шли тяжко, особенно для Джуди, которая, за всю свою не особо длинную жизнь, пила от силы раза два. Когда проходила мимо стола охраны в больнице и увидела открытую фляжку с вином, и когда Брайан пил пиво - любезно налил ей один стакан. Но потом стало даже вкусно, особенно, когда горло не противно жгло, а приятно согревало. Атмосфера стала ещё расслабленней, Рита уже давно уложила детей спать, чтобы ни дай Боже они не спустились и не увидели в мясо пьяных взрослых, а кое-кто опять начал танцевать: теперь уже Джуди не скрывала смеха. С тем, как он ведёт себя дома, это вообще не пересекается! — Не стесняйся, давай, иди ко мне. — Брайан двигает пальцами, подзывая к себе Джуди, которая сидела на диване и лакала ликёр. Она сомневается в себе, особенно, когда ноги уже почти не держат, но всё же встаёт, не выпуская из рук стакан. Мозер притягивает её к себе, лёгкими постукиваниями пальцев пробегается по её спине, а затем кружит Джуди вокруг её оси за ладонь, да так резко, что она спотыкается о собственную же ногу. Со страху, что упадёт и сломает себе что-нибудь, она выпускает из рук стакан, уже готовясь приземлиться прямо лицом в пол, но её вовремя хватает брюнет, а вот с алкогольным напитком, который вот-вот окажется на брюках Декстера, уже ничего не поделаешь. Коулман побаивается обернуться, понимая, что она скорее всего сейчас испортила чью-то одежду, стоя лицом к Брайану, а он улыбается. — Блин.. — Она чуть поворачивает голову назад. Да, Морган встал и начал чуть оттягивать мокрую ткань своих штанов от ног. — Прости, я не хотела. — В её голосе слышится настоящая доля грусти. — Ничего. Так, эм.. — Рита пытается привести свои мысли в порядок. — Ты оставлял у меня некоторую свою одежду, я думаю, там найдётся что-нибудь. Пойдём. — Она встаёт вслед за ним, и после они оба поднимаются наверх. — Тебе настолько понравилось танцевать со мной, что твои ножки тебя не выдержали, да? — Он чуть выкатывает нижнюю губу, имитируя жалость, а затем утягивает девушку вместе с собой на диван. Он залпом допивает содержимое своего стакана и усаживает всё ещё какую-то поникшую Джуди к себе на колени. — Правда не хотела или просто нашла повод спровадить их? — Он слегка скалится, с тихим рыком проводя носом по её шее. — Почему ты не ведёшь себя так, когда мы у нас? — Джуди не отвечает на вопросы — она сама их задаёт. Правда, пока кое-кто не включит свою гордую натуру. На автомате она сжимает голову в плечи из-за мурашек, которые пробежались по спине от таких действий, но от подобного времяпровождения она не отказывается. Даже наоборот. — Тебе нравится, когда есть какой-то риск? — Риск чего, малышка? — Он тихо смеётся, едва хрипя. — Риск того, что нас заметят за занятием чем-то непристойным? Ты это хотела сказать? — Брюнет продолжает настойчиво изучать её тело, и в какой-то момент его крепкие, закалённые временем руки, остаются на бедре Джуди довольно сильной хваткой. Из её лёгких вырывается вздох то ли протеста, то ли мгновенного согласия на всё, что бы сейчас не произошло. — Может быть и это. — Её голос горит радостью и желанием, когда она чувствует прямо сейчас то, о чем она обычно только мечтала, пусть это даже и не половина её фантазий. — А с чего ты взяла, что что-то сейчас будет? — Брайан продолжает дразнить, одна его рука скользит до женской коленки, а вторая обнимает её за живот, притягивая к себе впритык так, что она даже может почувствовать его сердцебиение спиной, если захочет. А, возможно, и не только сердцебиение, что она и пыталась прочувствовать всеми своими нервными окончаниями, чуть вдавившись в него, откинувшись назад, но так ничего и не поняла. Неужели, он решил действительно "просто поиграться"? — Ой.. — Рита поспешно входит в комнату, а потом сразу же жалеет, наблюдая подобную картину. Но решила всё же сказать, зря что ли отвлекла их? — Декс лёг спать - он сильно устал сегодня, и мне нужно убраться. — Блондинка тонко намекнула на то, что им пора бы уже уходить. — Поэтому.. — Конечно. — Брайан пару раз шлёпает Джуди по бедру, дабы она встала с него. — Спасибо за вечер. Будем рады видеть вас с Декстером у нас в гостях в следующий раз. — Он приветливо улыбается, подхватывая Джудит под руку, чтобы не споткнулась нигде ещё и не разбила ничего ни себе, ни им. — Пока. — Коулман машет рукой, оборачиваясь на Риту. — Пока-пока. — Беннетт поправляет свои волосы, махая в ответ до тех пор, пока дверь не закрывается. Прохладный, но всё ещё приятный ветер, бьёт в лицо, пока Джуди идёт к машине, крепко держась за руку Брайана. Может быть, это сон? Каким-то чудесным образом она оказалась в машине и, почти засыпая, вздрагивала каждый раз, когда они наезжали на кочки или резко останавливались. Он как будто специально не давал ей уснуть, а она бесилась. Так не хочет её на руках нести до дивана?! Мозер помог ей вылезти и, закрыв машину, повёл девушку в дом. Темно было настолько, что ему даже приходилось её приподнимать, дабы она о порог себе ноги не разбила. Придерживая её за локоть, он включил свет в прихожей и стал замыкать входную дверь. — Ты хочешь спать? — Он оборачивается на Джуди, и она протирает глаза, не совсем понимая, к чему вообще вопрос. Неужели, в морозильной не убрался, и ей придётся сейчас отмывать всё? — Ну так. — Она собирает последние мысли в кучу, привыкая к свету. — Не отказалась бы от того, чтобы прилечь. — Я думал, ты со мной захочешь пойти, отдохнуть вместе. — Задумчиво играя бровями, шагает чуть вперёд, а она назад, к нему лицом. — С тобой? — Переспрашивает, думая, не послышалось ли ей. Сон почти снимает. Она теперь сама держит его за локти. Всё же, получилось уломать его на очередной грех в его жизни? — Хочу. — Тогда пойдём. — Он смеётся. Коулман кажется, что это что-то игривое, а он просто представляет, как поступит с ней дальше. В итоге, положив её на диван, он одеяло на неё натягивает, пока в её глазах ещё царит надежда на что-то большее, чем просто чмок перед сном, хотя даже его он никогда ей не давал. И эта надежда начинает угасать тогда, когда он просто складывает руки по бокам и начинает отходить. — Проспись, нимфетка. И он просто уходит к себе. Джудит была бы рада встать сейчас и надавать ему по голове за такие игры с её чувствами, да вот только даже просто повернуть голову нет сил, да и веки быстро тяжелеют.. Но его слова она ещё надолго запомнит! На утро она видит стакан с водой и таблетки на столике. Хоть о самочувствии её позаботился в кои-то веки. Первые пол часа она в себя прийти пыталась, водой холодой умывалась, а потом вообще решила сразу ополоснуться, чтобы не ходить пол дня не щёлкать просто так. Мозер как всегда был занят. Печатал что-то без конца в своём ноутбуке. Но теперь у неё был план! Блондинке показалось, что вчера он вёл себя слишком.. Слишком не так, как ведёт обычно. Для неё это был явный сигнал: знак того, что этот айсберг между ними начинает наконец таять. Нужно попробовать подобраться ещё ближе, чтобы понять, что творится в его голове. Вот только, как это сделать? Разум Джуди сейчас, да и в общем, как только её взгляд падал на Брайана, был зациклен только на одном, и это совсем не моральное удовлетворение от того, что он рядом, хотя этого иногда тоже не хватает и, к счастью, просто посидеть рядом с собой он всегда разрешает, «главное, чтобы не жужжала под ухом». Поэтому, средства она решила предпринять такие же. Так открыто ей ещё никогда не приходилось одеваться. Кажется, никакая её одежда настолько сильно не "проветривает", как это подобие пижамы, которую Мозер купил ей через тонну уговоров. Всегда ей за одеждой они ездили с Брайаном, так как его деньги, и ей он не особо доверял свою карточку. Одну он её оставлял только для того, чтобы она купила себе свои женские штучки, как говорит сам брюнет, потому что ему это, видите ли, неинтересно совсем. Поэтому, когда она выбирала себе остальное, он был с ней. Оправдавшись тем, что нынче ночи очень жаркие, особенно в июле и августе, таки получилось выпросить миленькую пижаму из флисовой ткани, состоящую из бледно-розовой маечки и такого же цвета шорт, которые едва ли прикрывали ягодицы, точнее, не делали этого вообще. Кто сможет устоять перед молодой, непорочной девушкой? Гей, разве что, да и тот обязан задержать взгдяд! В общем, Джуди была более чем уверена, что для Брайана это будет последней каплей, поэтому, быстро переодевшись, в комнату вошла. Он так и продолжал что-то делать в ноутбуке: непонятно, чем он там так долго вечно занят при том, что раньше Джуди из интереса пыталась найти, чем он так увлечён, но тот, видимо, всё чистил или очень хорошо прятал. Повезло, что кресло, в котором он сидел, стояло прямо напротив дивана. Чуть потягиваясь на ходу, краем глаза поглядывая на Брайана, пытаясь понять, смотрит ли тот, Коулман уселась на диван, распустив волосы, и как только она легла на живот, они красиво расползлись по спине, чуть свисая с дивана. Поправив их пару раз для более подходящей и естественной картинки, она потянулась за журналом, который лежал на столике, начиная его листать. Он всё никак не мог поднять на неё свой взгляд и оторваться от грёбаного ноутбука! Блондинка нетерпеливо ёрзает животом по дивану, чуть двигаясь назад, отчего ткань шорт задирается ещё сильнее, начиная больше походить на нижнее бельё. Одна её нога медленно поднимается вверх, неспеша покачиваясь. Она не хочет привлекать его внимание словами, потому что суть всех её действий состоит в том, чтобы не давить на него самой и дать ему шанс на то, чтобы он сам понял, чего от него хотят. Хотя, листать журнал она стала намного громче и активнее. — Господи. — Мозер перестаёт печатать. Она хочет видеть на его лице похотливую улыбку, но вместо этого видит только одно презрение. Но она не останавливается даже после подобной реакции. Отложив журнал, она тянет руки вперёд, слегка сжимая мягкие подлокотники, поворачивая голову в его сторону и улыбаясь, уже не так уверенно в себе, скорее, неловко. — Сходи-ка переоденься лучше и не заставляй меня путать тебя с теми, кого я всегда вижу во время "охоты". Сопливая ещё. Это было достаточно неприятно. — Что за херня, Брайан? — Она-таки опускает шорты ниже, теперь присаживаясь, закрывшись полностью в позе: сложила руки на груди и ногу на ногу закинула. — Вчера ты пристаёшь ко мне, лапаешь, а сегодня отшиваешь? Или скажешь "пьяный был, значит не считается"? — Следи за языком. Не забывай, с кем ты разговариваешь. — Он захлопывает ноутбук. Ой-ей. Но Коулман задели за живое. — Почему я должна следить, а ты нет? — Она напыженно встаёт с места. Становится очень обидно и больно. — Потому, что у меня есть все возможности для этого, а тебе я просто все рога твои обломаю, если продолжишь пререкаться. Иди и переоденься сейчас же. — Он перестаёт смотреть на неё, а это значит, что он ей больше и слова не скажет, и она обязана промолчать, ведь последнее слово всегда должно быть за ним, иначе, ситуация приобретёт крайне плачевную форму. Она так и поступает: разворачивается и уходит. Однако, очень уж хотелось сказать ему что-то эдакое, не прям в лоб, чтобы наглостью не пахло, но и чтобы слышал. Заденет — задумается, может. Кого такое может вообще не задеть? — Импотент хренов. — Она закрывает дверь и пугливо проворачивает замок, на всякий случай. Но он не идёт к ней ломиться, просто через две минуты где-то хлопает входной дверью и уезжает. В этот раз пронесло.. Хотя, смотря куда он поехал. Она считала, что была права в этой ситуации. Как можно игнорировать тот факт, что рядом с тобой всегда девушка, которая готова на всё, что угодно, лишь бы угодить? Да она ему убивать помогает! А в ответ что? Дом, еда.. Но ведь этого не хватает. И над её словами нужно было задуматься. Во-первых, за всё время, что она жила с ним, он никогда даже намёка не давал на то, что он с кем-то встречается или даже просто остаётся на одну ночь, никогда с жертвами не спал, хотя они были буквально созданы для этого, и, почему бы сначала не заставить её сделать свою работу, а потом и убить? Во-вторых, любой другой нормальный мужчина, парень, хотя бы один раз, но обязательно бы пошутил бы как-то грязно, в какой-то степени даже неприятно, а он ведёт себя так, будто слово "секс" для него, как чеснок для вампиров. От него даже обычного комплимента не дождёшься. А может, у него встаёт только на кровь? Или отрубленные конечности? Иначе, его особый интерес к этому охарактеризовать нельзя И теперь остаётся только вылёживаться на его кровати, пока его нет дома и нюхать рубашку, которая висела на вешалке, представляя, что это он рядом. Когда Брайан уезжал, она делала так всегда, и даже сегодня исключением не было, несмотря на огромную обиду на брюнета. | — И кто из вас готов поехать со мной сегодня? — Чёрная машина остановилась около поворота в не особо приятном райончике, подметив небольшую компанию девушек, по которым сразу было видно, чем они занимаются. — Снимаю на всю ночь и если будете думать быстрее, накину сверху пятьдесят долларов. Поторопитесь. — Он был в кепке, которая хорошо закрывала половину лица. Ошарашив девчонок таким заявлением, наблюдал, как те, чуть ли не ссорясь, решают, кто пойдёт. — .. Слишком странно, я от Глорис слышала, что это одна из схем кидал. Зачем кому-то вообще переплачивать, если меня почти все о скидке ещё просят. — Она косится на автомобиль. — А я вообще слышала, что какой-то чувак всех наших почти перебил в четырёх кварталах отсюда, там почти уже никто не работает - боятся. — Пугливо обняв себя руками, самая молодая из них отходит чуть в сторону. — А если это правда? — Смуглая девушка лет тридцати как-то с сомнением, но и надеждой, смотрит прямо на мужчину за рулём. — Я кредит как раз закрою, мне там немного осталось. — Дамы, я могу просто уехать! — Поторапливая всех, он для вида заводит машину. И, конечно же, последняя шагает вперёд, открывая дверь машины и, в конце-концов, усаживаясь на переднее сиденье. Она из них казалась самой "белой" и невинной, но как только он начал уезжать в другое, более уединённое место, в него так вцепились, что он лишний раз вздохнуть боялся, чтобы она не приняла это за стон. Игнорируя тот факт, что они едут, Вивиан сначала просто щупала, пытаясь понять, в чём же подвох, ведь и личиком вышел, и денег много предложил, неужели и с телом всё в порядке? Убедившись, что руки и ноги на месте, она начала расстёгивать его ремень на брюках. — Успокойся, сейчас мы приедем, и ты получишь то, что хочешь.. — Он сглатывает. Появляется желание придушить её прямо сейчас. — Я тебе не мешаю, просто получай удовольствие. — Управившись с ремнём, она расстёгивает ему ширинку, и он выруливает в какую-то подворотню. Резко затормозив, он разворачивается к ней и хватает за горло. Она опешила, но глупо верила, что это всего лишь странные желания клиента. Всё же, его желания - закон. Она совсем не сопротивлялась, только делала вид, что ей это нравится, уложив одну руку себе на грудь, а вторую поверх одной ладони Мозера, но, когда кислорода стало совсем не хватать, голова начала кружиться и болеть, а хватка так и не ослаблялась, она начала принимать попытки освободиться, вот только поздно уже было. Мозер был на взводе. Так, как Джуди, его ещё никто не называл, и как она предполагала, его это действительно задело по самое не хочу. Но доказывать что-то ей и даже себе он не стал. Кто его будет слушать вообще, если он скажет, что если ты почти двадцать лет будешь видеть одну и ту же картину, убивать одних и тех же людей, тебе не то, что спать с ними - просто смотреть на них не захочется? Оставалось только выплеснуть злость на очередной проститутке. Или.. | — Джуди! — Он открывает дверь и кричит, вырывая её из сна. Кое-как обувшись, на ощупь она выходит в коридор, вспоминая ситуацию, которая случилась днём. Видимо, он всё ещё зол. — Пойдём, поможешь мне. И она идёт и помогает. Как всегда вытащив тело, заносит в морозильную комнату, но в этот раз он не стал подвешивать тело. Просто на стол его положил, как всегда, ещё живую, и пленкой обмотал. Как надёжно. — Мы не будем сливать кровь? — Джуди становится чуть поодаль. Она словно чувствует, что что-то с ним не так. Совсем. — Нет. Сегодня убивать её будешь ты. — Но при этом не даёт ей ни фартук, ни перчатки. Может, и без ножа оставит? Скажет зубами ей глотку перегрызть? А что, как раз отличная идея для её наказания за такие слова. — Я? Почему? — Потому что я так захотел, нормальная причина? — В такие моменты он походил на какую-то старую начальницу, которую давно не трахал никто, вот и ходит вся злая. Коулман недовольно морщится, но кивает. Как всегда ждать, когда очнётся, потом слушать, что она скажет на последок, горло перерезать.. Мечта, а не жизнь. Мозер крутился где-то рядом, иногда выходил, но её с собой не звал и каждый раз от него всё сильнее коньяком несло. — Эй! — Очнувшаяся девушка пытается двинуться, но у неё не получается. Она опускает взгляд ниже и видит Джуди, которая, сжимая нож в руке, заносит его над ней. Колеблясь, она разворачивается на Брайана, а он просто кивает, наблюдая за всем со стороны, но потом восклицает. — Стой. — Он начинает подходить ближе. — Режь живот. — Джуди смотрит на него, как на дурака. Она думала, что это уже как какой-то обряд, обязанность - убивать всех одним и тем же способом. — Точно? — Всё еще боясь, она смотрит на кричащую девушку. Брайан быстро затыкает ей рот, запихнув в него её же трусы, которые с неё Джуди сняла вместе с остальной одеждой. — Режь. Не сомневайся. — Его руки укладываются по бокам от неё на стол. Чувствуя, как он стоит сзади и смотрит за всеми её действиями, готовясь ловить ушами жалобный писк Вивиан, который будет последним в её жизни, отвернувшись, она-таки вонзает сталь прямо в пупок. Смуглая пытается кричать во весь голос, но после ещё нескольких таких ударов она замолкает, теперь уже навсегда. — Это не так страшно, да? Коулман угукает, не понимая что ей делать дальше. Он стоит сзади и не то, что отойти, даже просто развернуться не получится. В руках у неё только нож, пусть и хорошо заточенный, но отрезать им даже пальцы не получится. Пила, наверняка, лежит где-то в столе, и сейчас она просто не дотянется - слишком уж её свобода действий сейчас спорна. — Начинай разрезать кожу. — Его голова опускается ниже, а ладонь накрывает её, как бы направляя её в нужное место. Продолжая сжимать её руку с ножом, он начал давить на женский живот, на котором уже присутствовало несколько глубоких ран. Кожа разрезается легко, оголяя прослойку мяса, жира, едва заметных сосудов. Она чувствует подобие вибрации от того, как нож плавно опускается глубже в труп, и, будто на себе, чувствует этот холод стали внутри. — Что мы будем делать с телом? — Она ничего не делает, только даёт управлять ему своей рукой, наполовину поворачивая голову назад. — Слишком много вопросов. — Его рука чуть дёргается, и он случайно или нет протыкает мочевой пузырь. Моча брызгает в стороны, смешавшись с кровью, которая полностью заполнила изувеченное брюхо, но, благо, ни на кого не попадает. Джудит успевает "отойти назад", на самом деле, просто отклонившись от стола на пару сантиметров, теперь уже полностью чувствуя присутствие Брайана сзади. Вчера было также, вот только тогда было желание, а сейчас есть даже небольшой страх перед Мозером. Что он задумал? Может, стоит извиниться? — Ты злишься на меня? — Она принимает его игру и уже сама прилагает усилия, кромсая внутренние органы. — Скажи мне, почему я должен быть зол на тебя? — Он вздыхает прямо около её уха, отпуская руку, но не отходя. — Продолжай резать. — Потому, что я назвала тебя так. — Медленно разрезая плоть до самых рёбер, она чувствовала, как её голос чуть ломается. — И вела себя очень плохо. — Намного легче будет первой обвинить себя в чем-то, чем ждать, пока это сделает он. — Девушки твоего возраста склонны к резким высказываниям - этого не избежать. — Его указательный палец двигается по её плечу и оттуда плавно опускается вниз по телу. — Пойми одну вещь, которая тебе может пригодиться в жизни: не всё всегда будет так, как захочешь ты. Сегодня ты живёшь хорошо, питаешься вкусно, засыпаешь в тепле, а завтра оказываешься на улице. — Он останавливает свою ладонь на краю её туники, большим пальцем начиная приподнимать, ощупывая тоненькие колготки. — Если бы я совсем не ценил тебя, твоё присутствие, помощь, ты бы лежала на этом столе вместо неё, но я имею уважение к тебе. Понимаешь? — Понимаю. — Она привстаёт на носочки, упираясь руками в стол, откланяясь чуть вперёд. По-другому его действия уже начинают сводить с ума. — Тогда какого чёрта ты делаешь это? Торопишься к своему семейству? — Он пытается давить на, казалось бы, самое больное, совсем не зная, что единственное, что она чувствует, вспоминая их - лёгкая ностальгия. — Я просто хочу стать ближе к тебе. — Может быть, это и очередная его попытка подразнить: она в любом случае принимает вызов, пытаясь насладиться даже этим, дожать ситуацию до конца и выжать из неё все соки. — Но я сомневаюсь в том, знаешь ли ты, что нужно делать, когда тебя кто-то хочет. — Она слегка стебётся, думая, что это ещё сильнее затронет его эго, и в кои-то веки её догадки не подводят саму себя. — Можешь не сомневаться в этом. — Взяв её за шею, Брайан дёргает девчачью голову вниз, чуть ли не тыкая носом в кровавое месиво. Делает шаг вперёд и полностью прижимает её к столу так, что бёдра начинают побаливать. — Ты хочешь, чтобы я стал к тебе ближе вот так? Или ты хочешь сопливой истории любви со мной? — Резко задрав её тунику где-то по копчик, берёт нож со стола и опускает ниже. — Говори, пока я сам не сделал с тобой что-то, чего ты не хочешь. — Для Коулман с его уст всё звучит довольно-таки хорошо, даже явная угроза, и она бы отмолчалась, но когда ещё будет шанс поговорить с ним вот так? — Я хочу всё, но только с тобой. — Смешок брюнета, похожий на «кто бы сомневался» сразу слышится. Не такого ответа он ожидал, но и переспрашивать не стал. — Значит, будет всё. — Резко подносит нож к её губам. От него пахло железом и чем-то неприятным. — Слижи это, если ты хочешь продолжить. — Прижимая тыльную сторону острой стали к её губам, чуть раздвигает их. Она закрывает глаза и приоткрывает рот. Взяв её за волосы, он оттягивает голову назад, в свою сторону, открывая себе вид на такую картину. Блондинка высовывает язык и проходится им по всему лезвию, вплоть до самой рукоятки, одаривая несколько пальцев Брайана горячим дыханием. Оставив лишь разводы слюны, она громко проглатывает те капли крови, что были на ноже, даже не обращая внимания на отвратный вкус. Мысль о том, в каком она сейчас уязвимом положении находится перед ним, заводит слишком сильно. — Ты умеешь быть послушной девочкой, если тебе что-то нужно. — Брайан нажимает на её спину, вынуждая её прилечь животом на стол, и она делает это. Когда он убеждается в том, что она не будет двигаться, отходит так, чтобы мог рассмотреть её и не только. Поднимая тунику до середины спины, он подставляет нож прямо между её ног. В этот момент Джуди начинает переживать за сохранность своего самого важного места и даже смотрит на него через плечо пугливыми глазами, хлопая ими. Мозер прижимает нож к её телу где-то в районе лобка и отводит его назад, до самой резинки её нижнего белья. Капроновые колготки трескаются, расходясь, и трусики разрезаются на части, напрягая её ещё сильнее, особенно, когда лезвие проходилось по самой середине, молясь, чтобы он не порезал ей ничего. Но, видимо, он и правда настолько хорошо контролировал каждую свою мышцу, каждое движение, что единственное, что пострадало - половина одежды на ней и нервы Джуди, немного. — Перестань так сжиматься. — Он дорывает её колготки, отчего она тихо охает. Он же теперь всё видит, да? Всю её "душу"? Коулман планировала их первую ночь вместе совсем по-другому, но это даже лучше свечей и интимной музыки, наверное. — Начинай резать ноги. — Брайан передал ей нож. Тихо похныкав от того, что она себе сейчас вообще не хочет сбивать весь настрой, всё же, начала оставлять грубые и неаккуратные порезы на женских коленях, ляшках, икрах. Глядя на то, как кровь постепенно начинает стекать по столу, Брайан снимает с себя брюки. Не торопясь, он расстёгивал ремень, несколько пуговиц, после взялся за свою бордовую рубашку, просто скинув её со своих плечей, оставшись в белой майке без рукавов и в полуспущенных тёмных брюках. Услышав, как позади шелестит одежда и падает на пол, разгоняя ещё больше холода по лодыжкам, Джуди поворачивается назад. Сразу же глазами ищет его татуировку, которую она видела от силы раза два, когда видела его без верха, но никогда долго пронаблюдать не получалось. На ней была изображена погоня кельтских псов, боевых. Она не понимала смысла, но выглядело красиво, особенно, в этом месте, которое напрягалось всякий раз, когда он двигал рукой. Взглянуть ниже просто не успела. — Продолжай оставлять надрезы. — Он не подходит до тех пор, пока она не отворачивается. Она расстроенно вздыхает, а Брайан решает добавить, вновь вгоняя девушку в краску. — Не хнычь, ты скоро почувствуешь всё. Сложен он и в правду был хорошо, особенно, если сравнивать с остальными мужчинами его возраста. Ни добавить, ни убавить, проще говоря, и Коулман всегда расстраивалась из-за того, что он не давал внаглую щупать себя. Его ладони начали гладить её бёдра, и у обоих сходились предвкушения в этой ситуации. Оба хотели почувствовать друг друга как можно ближе друг к другу и даже больше. Он даже не думал сбавлять оборотов, и когда его руки заходили совсем далеко, Джуди всё больше забывалась, переставая в итоге вообще двигать ножом по плоти. Он массировал её ноги, проходясь от ягодиц до обратной стороны коленей, пальцами ласкал самые чувствительные зоны, после размазывая её лубрикант по внутренней стороне бёдер, касался слегка набухшего от прилившей к нему крови клитора, отчего Джуди вообще взвывала как сука, поэтому, там он старался не задерживаться. Но, когда ему надоело, и он увидел, что та уже совсем на грани, решил приступать к самому сладкому. Лучшей приправой для еды действительно оказался лишь голод. Ему было неважно, как она выглядит, как себя ведёт, его заботило только то, что она сейчас возбуждена и готова для того, чтобы принять его полностью. Без тупых вопросов, ведь очевидно, что у неё никого не было, всё же решил оставить её без особой подготовки, ведь не делать же ей слишком приятно? — Ты часто фантазируешь о сексе со мной, да? — Проводя рукой по члену, Мозер размазывал по нему свой предэякулят, подставляя головку к её входу. — Временами. — Она намеренно жмётся назад, пытаясь самостоятельно насадить себя на его ствол, но он специально не даёт этого сделать, схватив её бедро рукой и двинув её обратно, вперёд. — Скажи мне, в каком темпе я обычно имею тебя в твоих фантазиях? — Он водит членом по влажной промежности, чуть постукивает. Джуди молчит, и стукает лбом по столу, оставясь в таком же положении. Это было очень смущающе. — Стыдно? — Она кивает, а он смеётся. Видимо, это оказалось каким-то отвлекающим манёвром, ведь как только она расслабилась, думая, что он будет продолжать дразнить и доводить до белого каления, почувствовала, как он входит больше, чем наполовину. Сразу задирает голову, сжимая ладони в кулачки, глубоко впиваясь ногтями в собственную кожу. Она вскрикивает, чуть ли не срывая голос, а он останавливается только на несколько секунд, постепенно начиная двигаться. Боль смешивается с удовольствием, пусть пока что и моральным, ведь она добилась того, чего хотела, и была благодарна Господу, что он-таки не оказался импотентом. Его трение внутри разогревало обоих всё сильнее, и вскоре, помимо обычного ощущения заполненности, блондинка начала чувствовать, как каждый его толчок сильнее задевает её нервные окончания. Показывая всё своё желание, наплевав на мёртвое тело совсем недалеко, протягивает руки и привстаёт на носочках, выпячивая зад вверх. Его движения становятся резче и быстрее, вынуждая её постанывать через раз и слушать его грубые вздохи, смешанные с тихим мычанием, но этого ей хватило, чтобы понять, что ему всё нравится. — Так приятно. — Девушка глянула на него и на его сосредоточенное на процессе лицо. — Брайан.. — Та зовёт его, пытаясь добиться ещё внимания от него. Он поднимает свободную руку к её лицу, проводя пальцами по щекам, губам и засовывает указательный и средний палец в её рот, прижимая к языку. — Соси. — Он дёргает её лицо в нетерпении. Джуди опускает взгляд на его руку, смыкая вокруг пальцев губы. Двигает языком вдоль и немного головой, имитируя минет, из-за чего он закатывает глаза на секунду, что-то прорычав себе под нос, поворачивая её голову вперёд, быстро хватаясь за её бёдра двумя руками, придерживая на месте. Мужчина смотрел на то, как он выходил и вновь исчезал в ней, шлёпаясь о неё, не оставляя без красноты на ягодицах. Сердце начало биться сильнее, гениталии напрягаются больше, а это значит, что конец близок. Схватившись за собственные волосы, зарываясь в них пальцами, Джуди оттягивает их так сильно, что, кажется, ещё немного и вырвет, нижнюю губу кусает до сильной отметины зубов. Мозер прямо впивается пальцами в бедняжку, делая последние несколько толчков перед тем, как кончить внутрь и громко ударить её по ноге. Она хочет поцеловать его прямо сейчас, когда её тело сходит с ума по нему вместе с разумом, получить как можно больше ласки, но ноги неприятно сводит, и голова внезапно кружится. Неужели это из-за нервов? Или так и должно быть? — Твою мать. — Кажется, разум брюнета постепенно прочищается. Он аккуратно выходит из неё, растягивая нить её смазки со своей спермой, пока она не рвётся. Джуди так и остаётся в том же положении. Сложно даже дышать, не то, что двигаться. — Тебе понравилось? — Коулман пытается подняться и встать на ноги. — А сама как думаешь? — Он одёргивает её тунику, опуская её вниз, дабы не светила пятой точкой больше. Надев на себя брюки, кое-как засунув всё еще пульсирующий член в боксеры, поднимает рубашку с пола. — Но теперь тебе нужно убраться здесь, мы.. Слишком намусорили. Это будет твоим наказанием. И так просто? А как же объятия? Поцелуи? Романтика? Просто заставит убираться после всего? Отлично.. — А ты куда? — Она-таки встаёт на дрожащие ноги, неловко поправляя одежду, чувствуя, как из неё "что-то" вот-вот вытечет. — Может, ты поможешь мне? — Просто вытри кровь, остальное я сделаю сам. И выходи отсюда. — Сказав это, он поправляет свои вороные кудрявые волосы, и уходит, чтобы не мешать. Коулман не понимала, сделала ли она что-то не так или у него просто резко пропало желание с ней общаться, но выполнила его просьбу. Набрав воды, она протёрла пол, стол и еле подстелила под тело плёнку, чтобы всё еще вытекающая кровь ничего не испортила. Она планировала пойти искупаться, ведь чувствовала себя сейчас очень грязно внешне, хоть и хотелось оставить на себе следы присутствия Брайана ещё ненадолго, но больно она боялась, что от неё будет вонять, и он тогда вообще не посмотрит в её сторону. И нельзя было описать её удивление и радость, когда она только раздеваться начала, набрав воду, как тот сразу в ванную к ней зашёл. — Я тебе помогу. — Быстро сняв с себя майку, положил её на стиральную машинку, подхватывая Джуди под бёдра и накрывая её губы своими..