Давай смотреть правде в глаза

Ангелина и Виктория уютно устроились в аэропорту, предвкушая посадку на свой рейс. Они наслаждались ароматным кофе, делясь мыслями о своей жизни и обсуждая предстоящие испытания, которые им предстоят.  — Морально готова? — сказала Виктория, глотнув кофе.  — Я — да, а ты? — улыбалась Ангелина.  — А я-то чего? Не убьете же вы меня. — смеялась ведьма.  Когда началась посадка на рейс, обе подруги встали и направились к выходу. На борту самолета они расположились у окна, и как только самолет начал двигаться по взлетной полосе, Ангелина с нетерпением смотрела на застывшие от яркого солнечного света здания аэропорта. В это время самолет начал подниматься выше, открывая взору бескрайнее голубое небо. Как только самолет выровнялся на высоте, Ангелина взглянула в иллюминатор. Облака плыли мимо, и ей вдруг показалось, что она может достать до них рукой, будто это были пушистые подушки. Впереди, ниже, она увидела, как земля постепенно становилась всё меньшей и меньшей.  — Как думаешь, что нас ждёт на испытании? — спросила Ангелина, не отрывая взгляда от крайних горизонтов.  — Я уверена, что всё будет замечательно. Я чувствую, что будет что-то интересное, — ответила Виктория с блеском в глазах.  Самолет приземлился ровно, и Ангелина с Викторией облегченно выдохнули, когда колеса коснулись земли. Ощущение ожидания и волнения завладело ими вновь. Они переглянулись, и на лицах обеих появилась широчайшая улыбка.  — Мы на месте! — воскликнула Ангелина, собирая свои вещи. Виктория была не менее рада; она уже мысленно планировала, где поужинать. Когда они вышли из самолета, поток яркого солнечного света окутал их, и они почувствовали свежий, новый воздух, заполненный ароматами другого города. Виктория потянула за собой Ангелину к выходу из аэропорта.  — Давай! Скорее! — Шумный зал ожидания аэропорта напоминал пучину эмоций: люди спешили, кто-то обнимал своих близких, смеялись дети, а кто-то просто ждал свою очередь. Ангелина и Виктория, смеясь и перешептываясь, стали частью этого невероятного хаоса.  Скоро они оказались на улице, и вскоре к ним подошел Максим. Их машина приехала почти мгновенно, они погрузили свои вещи в багажник. Максим открыл дверь машины, приглашая девушек сесть первыми. Ангелина, принципиально обошла машину и самостоятельно открыла дверь.  — Так, я в середине. — чувствуя напряжение, сказала девушка, садясь в машину. Максим сел следом, закрывая дверь. Первые пять минут они ехали молча. Виктория решила нарушить тишину.  — Как настроение, коллеги? Что думаете насчет испытаний? — спросила она, смотря то на Ангелину, то на Максима.  — Отличное. Будет интересно, как всегда. Думаю, мы с вами, Виктория, справимся прекрасно. И если кто-то научится спокойствию, может, тоже что-то пройдет, — переведя взгляд на девушек, сказал он.  — Какого вы большого мнения о себе, Максим. То, чему мне нужно научиться, я уж как-то сама разберусь, ваше мнение мне как-то не важно. Я вообще считаю, что вы и как колдун хуйня, так и как мужчина — продолжала Ангелина, даже не удостоив его взглядом.  — Пам-пам. Может, введете меня в курс дела, что ли? Что вас вообще связывает? — металась Виктория между коллегами.  — Жена его, да, Максим Николаевич? — громко говорила ведьма.  — А может, не надо Викторию в наши разборки втягивать? Как-то неприлично, не кажется? — отвечал Максим.  — Она сильная. Справится, — отвечала Ангелина.  — Я не сомневаюсь, но тогда расскажи, как ты порчу на меня наводила, — огрызался мужчина.  — Нахуй ты мне сдался, еще время тратить! — всё же, посмотрев на соперника, сказала она.  — А у меня есть видео, сейчас я его Виктории покажу. Не такая вы и добрая, какую из себя строите, Ангелина Юрьевна, — злобно скалился Левин, включая видео на телефоне. Виктория придвинулась ближе к Максиму, чтобы посмотреть.  — Ой, посмотрите на него. Хуиплет, недоделанный! — уже закричала Ангелина.  — Да пошла ты, истеричка ебаная! — крикнул Максим.  — А ситуация-то накаленная, — находясь между двух огней, говорила Виктория.  Максим и Ангелина терпеть не могут друг друга, их вражда проявляется в грубых оскорблениях, пока кто-то не вмешается, чтобы разнять их. Эта неприязнь стала настолько привычной, что коллеги и участники съемочной группы начали ставить ставки на то, кто из них окажется более убедительным в своих выпадах. Тем не менее, атмосфера на площадке была довольно напряженной, и работать в таких условиях было нелегко — все с тревогой ожидали, что конфликт может вспыхнуть вновь.  Оставшееся время до отеля прошло в гробовой тишине: все трое не произнесли ни слова и даже не взглянули друг на друга. Виктория ощущала себя как снежинка, окруженная двумя огненными языками. Поэтому, когда они наконец прибыли на место, она ощутила настоящую радость. Заселившись и получив ключи, все разошлись по своим номерам. Виктория и Ангелина решили отправиться на ужин в ресторан, где они с удовольствием наслаждались отменной кухней, элитным вином и непринужденной беседой. Однако вскоре они распрощались, поскольку обе собирались лечь пораньше, готовясь к завтрашнему испытанию.  Ангелина уже почти легла, когда раздался стук в её дверь. Когда она открыла, перед ней стоял Максим.  — Привет! Есть желание немного напиться? — произнес мужчина.  — Что, собутыльника не нашел? — осуждающе спросила женщина.  — Объясни мне, с какого хера я должна согласиться? — мужчина немного задумался.  — Нуу, если мы начнем пить, у тебя появится новая тема для оскорбления меня. А если нет, то просто дадим нашему гневу немного поутихнуть, хотя бы на время благодаря алкоголю. А то все на площадке шарахаются от нас, как от огня.  — Знаешь, для такой философии тебе нужно не выпивать, а записать трактат, — сказала она, отступив на шаг, чтобы вбить еще один гвоздь в их разговор.  — Ты, кажется, совсем запутался в своих идеях.  Максим расправил плечи и откинул голову назад, как будто готовясь к штурму.  — Может, и так. Но разве ты не заметила, что некоторые борются с демонами, а некоторые просто предпочитают их игнорировать? Я выбираю второй вариант. — Она посмотрела на него с недоумением, прекрасно понимая, что их беседа лишь подогревает напряжение, внутри него и внутри неё.  — Ладно, хрен с тобой, чую, что я еще пожалею об этом, и рано или поздно это аукнется мне. Но может, сегодня мы наораемся, и завтра ты станешь бесить меня чуть меньше. — С вздохом пропустила мужчину в номер. Левин, не раздумывая, вытащил три бутылки виски из куртки и поставил их на стол. Сбросив куртку, он сразу же потянулся к одной из бутылок, чтобы открыть её. Ангелина молча поставила рядом два стакана, наблюдая за его действиями.  — Давай уже быстрее, а то ты меня раздражаешь, — произнесла она. Наконец, открыв бутылку, он налил напиток и протянул ей стакан.  — Я думал, что всегда тебя раздражаю. Или иногда проходит? — поддразнил он её.  — Когда тебя нет рядом, ты не так раздражаешь, — парировала она.  — Не порть это временное перемирие, — заметил он.  — Ладно, давай выпьем за то, чтобы съёмки поскорее завершились, и чтобы больше мы не пересекались, и нас перестали ставить вместе, — сказала она, стукнув своим стаканом о его.  — Аминь, — ответил он, и они одновременно опустошили свои стаканы.  После почти двух бутылок они погрузились в азартное соревнование, не желая уступать друг другу, выпивая на скорость. Споры, как обычно, разгорались, но их накал уже не был столь яростным — алкоголь слегка притуплял их темперамент. Допивая третью бутылку, они устроились на кровати и начали обсуждать, кто прав, а кто виноват.  — Ангелина, хули ты такая? — пытался собраться с мыслями Максим.  — Какая такая, бля? Да ты уже в говно, — смеялась она.  — А ты сама в недалеко ушла, единственное, что в тебе не бесит — это твой смех, между прочим, — пробормотал мужчина, перевернувшись на бок и устремив взгляд на неё. Она тоже легла рядом.  — Что я слышу, ой-ой. Ты умеешь делать комплимент и в тот же момент оскорбить. Я это запомню, чтобы отомстить завтра, — зло хихикнула она. Максим наклонился ближе к её лицу и поцеловал её. Ангелина резко вздрогнула, от неожиданности дав ему громкую пощечину.  — Ты чё? — удивлённо произнёс Максим, прижимая ладонь к щеке и хмуря брови.  — Чего я? Чего ты? Ты охуел что ли? Уеба! — крикнула Ангелина. Но Максим, лишь усмехнувшись, переполз ближе, всё ещё не в полном понимании того, что лишь час назад они ссорились. В голове у него витали мысли о том, как вечно их ссоры заканчивались. Он потянулся за бутылкой, но Ангелина перехватила её первой.  — Куда, алкаш ебаный? Хватит с тебя уже. Все, давай, вали к себе спать. — заявила она, пряча содержимое за спиной. Максим вскрикнул в шутливом недоумении, но в то же время его это только разозлило:  — Ты, конечно, сука, но я не собираюсь уходить. Думаешь, что просто так с этой бутылкой убежишь?  — Боже, как ты меня заебал. Хуйло ебаное, ты всегда всё портишь, — продолжала бушевать Ангелина, и ей явно нравилось это ощущение власти. Она вела себя как хищник, который сейчас завладел добычей.  — Я всё порчу? А может, это ты всё портишь своим скверным характером. — его голос стал более повышенным, а равновесие из-за выпитого алкоголя шаталось, как и понимание логики происходящего.  — Так если у меня такой скверный характер, с какого хуя ты пришел ко мне пить? — злилась ведьма.  — Надеялся, что нам удастся поговорить и прийти хотя бы к временному согласию — кричал он в ответ.  — Хуятию, блять, дебил, — не успокаивалась она.  — А что, по-твоему, мы сейчас делаем? — закричал Максим, потянувшись за бутылкой и пытаясь вырвать её из рук Ангелины.  — Ты же сама начала! Мы могли бы просто отдохнуть и порадоваться тому, что не убили друг друга!  Ангелина отодвинулась, продолжая прятать бутылку. Её ярость стала сменяться недоумением — они оба выглядели не так, болезненно уставшими от ссор.  — Чё за херню ты несёшь, колдун? — задыхаясь от злости, произнесла она, опускаясь на диван.  — Что за херня это всё? Каждый раз, когда мы встречаемся, это превращается в настоящую бойню! — Максим, немного успокоившись, сел рядом, прислонившись спиной к стене. Он нервно потер лицо, наблюдая за её реакцией.  — На, и уходи нахер, — протянув ему бутылку.  — Спасибо, — промолвил он, слегка искривив губы в улыбке.  — Может, и правда пора, — Ангелина, скрестив руки на груди, взглянула на него с недоверием. Но увидев, как он с жадностью отпил из бутылки, её ярость начала утихать, словно ветер.  — Еще раз тронешь меня, я тебя не просто запорчу, я собственными руками оторву тебе яйца — сказала она спокойно.  — Всегда угрожаешь мне одним и тем же. Всё как в первую встречу, — засмеялся он, ставя бутылку на стол. Она подошла почти вплотную.  — Не нарывайся, иначе я за себя не ручаюсь, — злобно шептала она.  — Ой, как страшно. Я, конечно, знаю, что ты на это способна. Но не звучит страшно, — сказал он с усмешкой.  Ангелина улыбнулась, и в эту же секунду ударила коленкой в пах Максима. Мужчина мгновенно схватился за пах, глаза расширились от боли и удивления. Он даже не успел понять, что произошло, как уже стоял на коленях, пытаясь восстановить дыхание.  — Ты что, совсем ебанулась? — прошептал он, скривившись от боли, не веря в то, что только что произошло. Ангелина отступила на шаг, сложив руки на груди, и смотрела на него, как на предмет своего искусства.  — Вот так, живи и учись, — произнесла она с насмешкой.  — Учись не дразнить хищника, когда он на охоте. Он поднял на неё взгляд, стараясь собраться с мыслями. Умение прогнуться под её натиском ощущалось как вызов, а чувство, что она сумела заставить его почувствовать себя уязвимым, было одновременно пугающим и каким-то мистическим. Но у него не было привычки отступать, да и она не была из тех, кто сдается. Внезапно он вскочил на ноги, обняв её за талию.  — Ну всё, тебе пиздец, — с силой ударив мужчину по лицу, произнесла она.  Максим отпрыгнул назад, ощупывая губы, из которых потекла кровь. Он никогда не думал, что упрямство может стать причиной такого фиаско. Щека зудела от удара, но он не собирался сдаваться. В его глазах блеск решимости, а не страха.  — Ты сильная, — произнес он с усмешкой, — но я тоже не из тряпок сделан.  Ангелина прищурилась, пристально вглядываясь в его лицо. Она ощутила, что игры перестали быть забавными. В воздухе повисло напряжение. Она обожала борьбу, но теперь даже она осознавала, что линия между шуткой и реальным конфликтом стала не такой явной.  — Что, прости? — проговорила она, наклонив голову.  — Ты собираешься получить еще, или оставишь меня в покое? —  — Еще раз ударишь? — Максим чуть прищурился и взял себя в руки.  — Может, ты и хищник, но иногда можно просто поиграть с огнем. — Вдруг он ринулся на неё. Ангелина ожидала этого шага, но не перехватила инициативу. Она увернулась, но его ловкие движения заставили её закружиться. В этот момент она поняла, что не только она может превратиться в хищника.  — Ты не знаешь, с кем связался, — громко заключила она, чувствуя адреналин. Теперь игра превратилась в настоящее испытание. С каждой секундой напряжение нарастало — она впервые увидела в нём равного по силе противника.  Максим, вовремя переведя дух, сбросил с себя болезненное ощущение и бросился вперед, чтобы поймать её за запястье. Но этот захват стал для него фатальным: Ангелина провела ногой по полу, и он в один миг оказался на месте, где его ловко сбросили на землю.  Ангелина прижала свою ногу ему на грудь и с усмешкой смотрела сверху вниз.  — Не дразни хищника, когда он на охоте, — прошептала она, и на этот раз в её голосе звучало не только легкомысленное веселье, но и холодное настроение.  Максим провел рукой по щиколотке, попытавшись избавиться от её давления, но она лишь крепче прижала ногу. В её глазах были искры силы, и он понял, что сейчас речь идет не просто о физической схватке, но о настоящей борьбе двух волевых личностей.  — Ты... — начал он, — ты не должна недооценивать меня.  Ангелина наклонилась ближе, и её дыхание оказалось всего в нескольких сантиметрах от него. Она улыбнулась, словно ей стало смешно.  — А ты не должен недооценивать своих противников, — произнесла она мягко, но с угрозой в голосе.  — Особенно таких, как я.  Максим не мог не заметить, что её глаза горят искрами. Этот момент был наполнен тяжестью, странной смесью привлекательности и опасности. Он собрал все свои силы и попытался перевернуться, используя свою мощь, чтобы заставить её отступить. Но Ангелина была готова. Она быстро отпустила его грудь, и как только он попытался поднять голову, она блестяще пнула коленом ему в живот. В ту же секунду Максим закашлялся, снова оказываясь под давлением её тела. Он охнул и снова почувствовал, как воспламеняется его собственная решимость.  — Да ты сумасшедшая, — пробормотал он, с сдерживаемой улыбкой на губах.  Ангелина нагнулась ещё ниже, подмигнула ему и, глядя в глаза, произнесла:  — Тебе ли не знать, насколько я ещё могу быть опасной. — После этих слов она резко отпустила его и шагнула назад, предлагая ему встать. Максим взглянул на неё с смешанной смесью удивления и восхищения.  — Ты действительно не меняешься — всё та же, что и столько лет назад, агрессивная и хищная, — произнес он, поднимаясь.  — Только для тех, кто не понимает, когда пора остановиться, — ответила она с хитрой улыбкой, и оба замерли в ожидании следующего движения.  Он подошел ближе, сокращая расстояние между ними.  — Знаешь, хорошим это не кончится, — произнес он тихо, всматриваясь в её глаза, в которых отражался азарт.  Ангелина рассмеялась; её смех был мелодичным и в то же время полным вызова.  — Не переживай. Я не собираюсь тебя убивать... по крайней мере, сегодня, — в её голосе слышалась озорная нотка.  Ангелина слегка приподняла подбородок и взглянула на него с вызовом. Он крепко схватил её за плечи, притягивая к себе для поцелуя. В этот момент он ощущал, как она старается освободиться, избивая его руками изо всех сил. Однако он прижал её ещё сильнее, не позволяя ей вырваться. Левин почувствовал, как она сдалась в его руках, ослабив свою хватку, он перенёс руки на талию, не отрываясь от её губ ни на секунду. Она ответила ему, притянувшись ближе, погружаясь в сладость момента.  Левин, ощущая, как её тело расслабляется под его прикосновениями, немного отстранился, чтобы впиться взглядом в её глаза. Он искал в них подтверждение своих ощущений — и нашёл. В её глазах было столько противоречий: борьба, желание, ненависть.  — Я тебя ненавижу, урод ебаный, — говорила она, пытаясь отдышаться. Он смотрел на гнев в её глазах и просто улыбался.  Она схватила его за футболку:  — Уеба! — сказала она и сразу впилась в его губы, кусая их в кровь. Левин вздрогнул от неожиданности, но вместо того чтобы отстраниться, он почувствовал, как его сердце учащенно забилось. В ней бушевала буря эмоций, и он с готовностью погрузился в эту борьбу, не отказываясь от её гнева и страсти. Каждый её укус, каждое прикосновение были наполнены огнём — она была как ураган, способный разрушить всё на своём пути.  Максим засунул руки под её футболку, схватив за грудь, Ангелина стянула футболку с мужчины, прервав поцелуй буквально на секунду. Он притянул её обратно, схватив за волосы, впиваясь в губы со всем желанием. Она провела ладонью по его спине, чувствуя напряжение его мускулов. Они были как два урагана, которые, казалось, должны были разрушить всё вокруг. Он толкнул её на кровать, оказываясь сверху, и сразу начал сдирать с неё одежду, словно хищник. Полностью освободившись от одежды, он взглянул на неё.  — Ты такая горячая, — оставляя поцелуи на шее, произнес он.  Он покрывал поцелуями всё её тело, насыщаясь близостью. Она схватила его за шею, возвращая к губам, и он покорился, попутно разводя её ноги и подгребая под себя. Женщина закинула свои ноги на его спину, притягивая ближе, говоря о готовности. Каждый поцелуй сводил с ума. Он вошёл в неё полностью. Ворвался и заполнил собой, целуя её шею, лаская и сжимая в своих руках её тело. Придавливая её своей тяжестью, они двигались в такт, навстречу друг другу. Стоны заполняли комнату. Он двигался всё быстрее и быстрее в беспощадном, неослабевающем ритме, и она подхватывала это движение.  Он сжимал её голову руками и жадно целовал, прикусывая нижнюю губу. Ангелина, оторвавшись от поцелуя, одним движением оказалась сверху, она медленно села на всю глубину, тяжело вздохнув. Он сильно держал её талию, помогая двигаться. Она стала двигаться вверх-вниз, вперед-назад; от удовольствия она приоткрыла свой рот и только выдыхала сладкие, еле слышные стоны, и через несколько минут её тело стало содрогаться и извиваться на члене, кончая, сопроводив это приятными громкими стонами, которыми наслаждался мужчина, кончая следом. Она почти упала ему на грудь, тяжело дыша.  Максим перевернул её на живот, заставляя встать на колени, почти сразу не давая отдышаться. Она послушно прогнулась в спине и улыбнулась. Взору мужчины открылся шикарный вид.  — Ну это невозможно, — прошептал он, сразу входя, выбивая стон.  — Хочу... сильнее! — от этого ему снесло голову; он потянул её бедра на себя на максимум, вбиваясь в её тело со всей дури, наслаждаясь её стонами, переходящими иногда на крики. Чувствуя, как она начала извиваться, но продолжая насаживаться на член с громким мычанием, он сам, глухим стоном, кончил, но не в силах покинуть её тело, так и стоял, пытаясь отдышаться.  Максим упал рядом с Ангелиной и, посмотрев на неё, притянул её ближе и обнял. Так они и уснули, не сказав ни слова. Проснулся Максим от того, что кто-то ударил его.  — Ты чё, бьёшь меня с утра пораньше? — сидя на кровати, сказал он.  — А какого хуя вчера это было? Ты меня напоил и воспользовался, — держа одеяло на груди, говорила она.  — Нихуя, ты вообще-то была не против. Даже не один раз. — Он смеялся, вставая с кровати, одеваясь.  — Если ты хочешь, будем делать вид, что этого не было. Но мне понравилось, видимо, конфликтов у нас только в сексе нет. — Чмокнув её в плечо, сказал он, покидая номер.  Ангелина выдохнула и улыбнулась. Испытания прошли прекрасно, как ни странно. Они, конечно же, орали друг на друга, споря, кто же прав. Однако после бурной схватки эмоций наступила тишина, словно штиль после шторма. Максиму и Ангелине казалось, что они вновь вернулись к привычной игре «кто кого». Они стояли друг напротив друга, сердито скрестив руки на груди, но в глазах уже читалось понимание.  — Ты просто не можешь мириться с тем, что я права, — сказала Ангелина, поднимая бровь в неиссякаемом вызове. В её голосе звучала уверенность, которая заставляла Максима чувствовать себя на грани. Он не мог не улыбнуться, несмотря на весь локальный хаос, который их окружал.  — И ты действительно думаешь, что твоя точка зрения — единственная правильная? — бросил он в ответ, прерывисто смеясь.  — Чёрт возьми, ты похож на упрямого быка, не понимающего, что мир не вращается вокруг твоего мнения, — ответила она.  Виктория косилась на них, закатывая глаза, желая скорее оказаться дома, где нет этих двух истеричек.