Фавориты Александра|

В одной большой и любящей семье из Петербурга рос юный мечтатель и озорник по имени Николай. Родители с лаской и трепетом относились к нему, стараясь закрывать любые прихоти старшего сыночка, давая ему всё самое наилучшее из того, что они могли себе вообще позволить. Жизнь парнишки этого была похожа на сказку: он мог заниматься любимыми занятиями часы напролёт, мог болтать без умолку со своими младшими (в частности Наташей, которая даже в свои 13 была уже достаточно умна и сообразительна, разумеется в меру и при необходимости разузнать чужие тайны), в общем имел полную свободу воли. Глава семейства, Граф Илья Андреевич, был мягок и весел по отношению к своим детям, а потому никогда не смел давить на них. На дворе был 1805 год. Юноша наш, которому не так давно исполнилось 19 лет, стремился найти своё место в этом огромном мире. Однако его не тянуло к точным наукам или искусству, он был непостоянен в своих решениях и потому пришедшая мода среди молодёжи вступать на службу захлестнуло Nicolas с головой. Белокурый быстро загорелся идеей отдать долг родине, к чему его подталкивал таким же решением близкий друг всего семейства Друбецкий Борис. Родители не стали перечить сыну, боясь потерять с ним хорошие отношения, выстраиваемые ими год за годом за счёт методов воспитания. Молодой граф Ростов долго медлить не стал, а потому совсем скоро уже был наряжен в симпатичный мундир сочно-синего цвета с желтыми швами объемными и такого же цвета пуговицами, что свидетельствовал о новой главе в жизни его, Николая, ставшего теперь солдатом. После долгих и крепких объятий, нескончаемого потока теплых и ласковых слов юноша наконец сошел с крыльца имения к поданной коляске, взглядывая напоследок на свою немаленькую семью, одаривая их искренней и даже детской улыбкой. – Не волнуйтесь вы так, не плачьте! Ну же, Соня, милая, утри слёзы! Я вернусь цел и невредим, к тому же привезу награды, вот увидите!.. Ну, бывайте. – в конце сошел он на более тихий тон, перед этим выдержав небольшую паузу. Вздохнув, наш милый мечтатель помахал ладонью и после поторопился залезть в экипаж, успев за этот вечер устать от всхлипов заботливой матери и своей нежной кузины. Кучер увидал знак от Ильи Андреевича и дёрнул за поводья. Дорога предстояла не близкая. *** Прошёл не день и не два, прежде чем Николай добрался до лагеря своего полка. Наполняли его в большинстве своем такие же стройные и образованные юнцы, не успевшие ещё запачкать свои ручки в крови чужой. Были, разумеется, и бывавшие прежде на службе мужчины, чьи лица даже выдавали опыт и другой, более приземлённый взгляд на этот мир и войну в особенности. Они с какой-то тоской прожитых лет смотрели на этих детей, прекрасно понимая, через что те вскоре пройдут и как сильно это потрясёт каждого без исключения. Но Ростов не желал сейчас размышлять об этом. Его сердце стучало все быстрее, затуманивая разум млодой, словно алкоголь, когда он услыхал в одном из образовавшихся кружков звонкие и уверенные воспевания императора Российского. Кудрявый тут же поторопился втиснуться в эту толпу, глядя несколько зачарованно на своего сверстника, что в этот момент стоял на бочке и клялся в своей преданности Александру|, единственному и неповторимому. Речи чужие и мысли о том, что он наконец нашёл своих будущих товарищей вмиг взволновали парня. Николай так же начал поддакивать в толпе, поднимая руку, пока на его лице сияла искренняя улыбка. «Да, всё верно. Всё это ради нашего почтенного императора, ради его удовлетворения. Так думаю не только я, все так считают.» пронеслось вихрем пылких и уверенных слов в голове голубоглазого. На щеках его выступил лёгкий румянец, то ли от радости за собственные желания и мысли, то ли от жара толпы. «Я положу Наполеона к ногам его, Я докажу свою преданность. Государь будет гордится мною..» Все эти размышления грели душу юноше до самой ночи, даже перед сном не покидая его. Он в красках представлял себе, как стоит прямо перед его величеством с пламенной речью на устах, как Александр Павлович одаривает его в ответ мягкой и заботливой улыбкой, в один миг делая Ростова самым счастливым человеком в мире. Мечтатель наш воображал себе так же и осторожные слова похвалы, сказанные ему бархатным голосом при награждении очередным орденом или званием, а может.. Это была самая интимная из фантазий юнца: при личном свидании их, где они бы смогли пройтись по лесу, вдали от лагеря и едкого запаха солдат, от нагретых ушей и нарушителей их покоя. Да, в такой идиллии светловолосый смог бы в полную меру излить душу свою государю, разумеется аккуратно, боясь спугнуть. А второй бы лишь улыбался, да кивал на бесконечные эпитеты в свою сторону, отвечая тем же младшему, время от времени одаривая офицера (или кем он уже будет к тому моменту, не столь важно в прочем) томными и фантомными прикосновениями, разжигая голубоглазого изнутри всё сильней. Сладкий сон его был прерван началом первого дня в новой для графа обстановке. С лёгким недовольством, связанным с тем, что его оборвали на самом интересном моменте, Николай наскоро собрался и выбежал из палатки. На улице уже собирался строй, к которому он поспешил присоединиться. *** Последние пару дней Ростов вместе со своим полком и под командованием Багратиона находился в деревушке Зальценек, которая была неподалеку от Шенграбена. Здесь он с остальными солдатами хлебал кашу и бурно обсуждал действия французов, а в частности Наполеона, желая понять его тактику. Юноша продолжал мечтать, на этот раз уже больше о будущих подвигах, которые его прославят и обратят внимание государя. –Я изрублю 5, нет, 10 французов. Да, 10 французов и одного офицера в плен! – болтал он бывало сам с собой, гуляя по селению и ища какой-то провиант среди домов местных жителей, многие из которых были уже опустевшие. Кудрявый никогда не сомневался в своем будущем успехе, разумеется, его служба ведь шла как по маслу. – Всё таки хорошее это мероприятие.. Столько новых лиц, светлых умов.. В Петербурге таких сыскать гораздо сложнее, а даже если и найдешь, то быстро разочаруешься.. Они ведь все гуляки за чертой этой, все как один. Ну или картежники.. Да, игроманы и пьяницы, прям как этот.. Безухов, вроде? И чем он тогда приглянулся Наташе? Мысли голубоглазого сменяли одна другую и тяжело было отследить связывающую это всё воедино нить. Парень всегда пускал все на самотёк, не контролируя себя, а после порой удивляясь собственному воображению. Но это мы всё спишем на особенность возраста его. Все прошли или пройдем через подобное. *** Наступил день сражения под Шенграбеном, случай зарекомендовать и показать себя в лучшем свете, чем Ростов и хотел заняться. Стройным, красивым парнем на белом жеребце, с саблей в крепо сжатой ладони представлялся нам теперь юноша. В глазах его горела решимость, сердце бешено стучало. «Да, это.. Это именно то, это оно, то. То самое!» По одному короткому знаку отряд двинулся на противника. Молодой граф, разумеется, был в первых рядах, крича что-то в моменте, глядя грозно и дерзко на приближающихся французов. – За императора! – вскрикнул он, стараясь за мотивировать себя и товарищей на их первый серьезный бой, который они обязаны были победить. Это дело чести и достоинства. Николай чётко помнил галоп скакуна его, уносящий вперёд по полю, глухоту, нашедшую от криков со всех сторон. Мечтатель наш уже соображал свои удачные и точные удары, которые он нанесет врагу, его победоносную речь на французском: "Vous avez le droit de garder le silence jusqu'à ce que mon Empereur vous oblige à lui dire toute la vérité."(Вы имеете право хранить молчание, пока мой Император не заставит вас сказать ему всю правду.) –, которую он с ухмылкой скажет выжившему. Вся эта эйфория разом накрыла его. Вдруг картина кардинально меняется. Парень уже не чувствует под собой скачущую лошадь, не видит противника и не слышит. Ничего не слышит, точно. Он готов был поклясться в этот момент, что совершенно оглох. Голова кружилась, а по телу расходилась непонятная ещё, но чуждая боль, пронизывающая всё существо его. Белокурый попытался оглянуться, поднимая голову свою и осознавая только сейчас случившееся. Его ранили. Он проиграл. Проиграл не французам, нет, им то русские солдаты ещё зададут жару. Он проиграл сам себе, своей выдуманной картинке. – Но что же это.. как.. – глухо бормотал себе под нос Nicolas, одной дрожащей рукой нащупывая шею лошади неподалеку, которая ещё была жива. Солдат заторможенно моргал, стараясь собрать себя обратно, но прежний Ростов был уже не просто ранен. Он был убит. – Да как же.. что же.. это.. – продолжал тот тихо стонать, прикладывая все свои силы, чтоб сфокусировать взор. Вдруг он замечает парочку французов, которые рыскали в нескольких метров от него, видимо ища живых среди раненных, желая либо убить, либо взять в плен. Оба эти варианта Николая не устраивали. – нет, но.. не может же быть такого.. Не могут же они хотеть убить меня. Меня, Николая Ростова.. Раненный мечтатель начал позорно и неуклюже ползти к кустам, где прятались русские стрелки, стараясь сделать это как можно незаметнее. Он уже не вспомнит, как вытянули его за руки поскорее, как прикрикнули за неосторожность и витания в облаках посреди боя. Юноша ничего не отвечал, судорожно лишь придерживая свое плечо, куда попал француз, зажимая при этом инстинктивно. «Нет, это все чушь.. это сон.. Государь.. Александр.. Мама..»