По ту сторону морали

- Кевин, пожалуйста! - Жан цепляется за край чужой футболки, с надеждой заглядывая в зелёные глаза. - Блять, ты вообще понимаешь, о чем просишь? Моро садится на кровать, обнимая колени дрожащими руками. - Пожалуйста. Пожалуйста, блять! Он сказал, что отдаст меня им, Кевин! Я.. не хочу. Последние слова больше напоминают собачий скулеж, чем человеческую речь. Жан всхлипывает, тело бьёт крупная дрожь, лёгкие горят огнем, словно в комнате вовсе не осталось кислорода. Кевин наматывает круги по комнате, до боли сжимая кулаки. Рико вернётся через час, они успеют, если.. - Дерьмо. Хочется кричать. Он считал Жана своим другом, как мог защищал от жестокости Рико, и сейчас становилось физически плохо от собственной беспомощности. - Жан, я не стану делать этого с тобой. - Почему? - Жан вздрагивает, поднимая на Дея красные от слез глаза - Почему? Я тебе так противен? Ты уже считаешь меня грязным? - Потому что я не пидор. Ты просишь меня о невозможном. Жан, блять, собери себя в кучу и перестань рыдать. Смотреть противно. Жан застывает. К горлу подкатывает тошнота, и он с усилием сглатывает кислую слюну, стараясь побороть дрожь в голосе. - Никто из них не будет бережным со мной, Кевин. Разве я так о многом прошу? - Ты, блять, просишь меня с тобой переспать. По-твоему это нормально? Кевин тянется за стаканом, наливает воду и протягивает Жану. - Выпей. Это поможет. Жан послушно делает несколько глотков, возвращая стакан обратно. Вытирает слезы и пялит в стену пустым взглядом. - Жан - руку кладут на чужое плечо, сжимая через ткань футболки - не заставляй меня делать это. Так, блять, нельзя. Молчание. Черные стены, черные потолки, багровые подтёки на на лице и шее. Последние два года казались Жану затянувшимся кошмаром, из которого он уже не сможет выбраться. Кевин - единственный человек, которому он доверяет настолько, что бы попросить, и если ему откажут - придется просто смирится. - Я не хочу, что бы мой первый секс был изнасилованием. Может, если это сделаешь ты, потом будет не так больно. Дей зажмуривается. Если Рико решил пустить Жана по кругу, он ничего не сможет с этим сделать. Никто не сможет. И уже через несколько часов этому ребенку будет очень страшно и очень больно. Внутри что-то обрывается, и Кевин с силой толкает Жана в плечо. - Черт. Раздевайся. Жан медлит, словно сомневаясь в правдивости чужих слов, но все таки стягивает с себя футболку, обнажая искалеченные ребра. Потом снимает штаны на пару с бельем и возвращается на кровать, так и не решаясь посмотреть в сторону Дея. - Спасибо. - Помолчи - Кевин осторожно укладывает Жана на кровать, нависая сверху, и подносит к чужому лицу два пальца. Смазки нет, а слюна - дерьмовый заменитель, но выбора невелик. - Оближи. Лучше так, чем ничего. Жан слушается. Хочется снова разреветься, но тогда Дей просто встанет и уйдет. Кевин не пытается поддержать или успокоить, только сухо выдаёт инструкции, но даже за это Моро ему благодарен. - Расслабься. Я постараюсь осторожно. Жан судорожно выдыхает, закусывая губу до крови. Больно. Из глаз брызгают слезы, растекаясь по щекам солёными дорожками. - Блядство - Кевин замирает на несколько секунд, а потом, словно приняв нелёгкое решение, утягивает Жана в поцелуй. Медленный, тягучий, с привкусом метала на языке. Два пальца меняют на один, а бережные поцелуи спускаются на шею, оставляя за собой влажные следы. - Дыши и не сжимайся. Больно больше не будет. Обещаю. - Я стараюсь - Жан делает несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоится. Кевин запускает руку в чужие волосы, бережно поглаживая. - Все хорошо. Ты молодец. И этого достаточно, что бы вызвать у Жана тихий стон, скорее отчаяния, чем удовольствия. Поцелуи бредут от груди к низу живота, не для того, что бы разгарячить, о возбуждении не шло и речи, скорее что бы успокоить и сделать процесс если не приятным, то хотя бы не таким мучительным. Пусть у Жана останется хоть одно воспоминание, от которого он не станет рыдать по ночам в подушку. На этот раз два пальца уже не ощущаются болезненно. Жан неуверенно тянется к чужой футболке, так и не решаясь прикоснуться. - Можешь снять - кивает Дей, помогая Жану стащить с себя одежду. Моро на пробу целует Кевина в ключицу. Он до невозможности деревянный, тело не слушается, но легкие касания отдают внутри приятным трепетом. Дей изо всех сил пытается быть нежным. Не потому, что происходящее ему нравится, просто Жан заслуживает, что бы хоть раз с ним обошлись по-человечески. Руки кругами оглаживают мощную спину, и эти лёгкие, методичные движения помогают успокоится. - Je t'aime, Kévin. Salope, comme je t'aime. Слова срываются быстрее,чем Жан успевает себя остановить. Кевин замирает, внимательно заглядывая в чужие глаза, и резко отстраняется. - Хватит. Закончили. Я сделаю вид, что не понимаю по-французски.