С тьмой лучше дружба

— Выглядишь паршиво, — первое, что заметил Аарон, хлопнув дверцей. Сегодняшний вечер уже незаметно перекатился в ночь: мартовский понедельник сплотил тяжелой пеленой еще ко второй половине дня сухие облака, и найти на небе луну теперь казалось непосильной задачей. Тьма сгущала уличное пространство почти осязаемо, а в машине это и вовсе стало прохладным сдавливать неприкрытые участки кожи. Придорожная линия фонарей чуть вдали от университета тоже едва пускала в машину свет, – и все это зажимало воздух вокруг. Не знай Аарон настоящей причины, он бы подумал, что именно поэтому Рико выглядел настолько выдохшимся. Лед тьмы сконцентрировался тенями мешков под чужими глазами, когда Рико глянул на него, неживой и бледный. Весь его вид заставлял верить, словно он слился с материальностью ночи: кожа не отражала ни толики света, погружая лицо в чистую тень. Аарон знал, что если Морияму коснется, тот будет ледяной, но уверить самого себя, что этот холод – не признак его мертвенности, было бы тяжело, даже учитывая 4 курс медицинского. Рико сорвал машину с места и отвернулся к дороге, вышвыривая Аарона из бездонной, особенно сейчас непросветной дыры своих черных глаз. Улыбка, изогнувшая уголки его губ ощутилась жуткой. Неспособный отделаться от навязчивого неспокойствия и в целом не желающий разглядывать Рико, Миньярд отвернулся. Рико, промычав размышления в затянувшейся паузе, нескоро ответил: — Это лучше чем «хуево». Медлительность его мыслей или банальное нежелание отвечать, – что бы там ни было, – определенно являлось последствием той трехдневной бессоницы, о которой писал сегодня Аарону Кевин. Аарон и сам ужасно хотел отрубиться и спать лицом в подушку всю ночь до семичасового будильника, поэтому доебываться не стал. — Я просто решил побыть вежливым, — только отшутился: неизменно привычно. У Рико это вызвало смешок. Аарон не знал, посмотрел ли парень в его сторону, потому что сам на него уже не поворачивался. Организм остатками сил балансировал на грани между сном и бодрствованием, игнорируя даже выпитый совсем недавно энергетик, поэтому последнее, чего Аарону хотелось – чего-то хотеть. Заинтересованность же хоть в чем-то вполне можно было бы отнести к желанию любопытствать, поэтому прямо сейчас Аарону было глубоко до пизды на все, кроме удобной позы, заставляющей смотреть в окно, и мыслей о скором отрубе. Мягкой кровати, тишине и сне... И теплоты Кевина под боком, когда тот вернется со своей ебучей тренировки. — О, — Рико звучал настолько же выжатым и вымотанным. Аарон не мог уверять, что выглядит сейчас не хуже, чем он; но Миньярд, по крайней мере, не столкнется с проблемой засыпания, в то время как Рико придется мучаться еще до возвращения Кевина,— У тебя вышло просто чудесно. Аарон на чужой подкол только хмыкнул, но усмешка быстро сошла с лица, сводя за собой брови к переносице. Мимика выматывала тоже, но выходила невольно. — Ты будешь ждать Кева? — все же решился уточнить. Рико долго молчал. С его стороны так и не послышалось ни шороха, ни звука, и Аарон невольно обернулся. Возможно, именно сейчас внутренний тревожник должен был начать читать нотации, мол «ездить с невнимательными людьми опасно для жизни»: Рико не ответил, не подал никакого знака и даже сейчас инстинктивно не среагировал на движение боковым взглядом. Он словно смотрел куда-то сквозь, утек невидящим взором за пределы дороги за лобовым и этого мира в целом. Он остановился на светофоре первой машиной (Аарон проверил: красный), а после смены на яркий зеленый вновь повел, но его взгляд не сдвинулся ни разу. Напряжение стянуло мышцы, и Аарон поднял руку перед лицом Рико, щелкнув пальцами. Машину качнуло. Ругательство сорвалось вслух от неожиданности и – это, блять, логично – страха. — Рико! — возмутился Аарон. Сон мгновенно сняло как рукой. — Прости, — поспешно извинился Рико и встряхнул головой, — Отключился. — Да я уж, блять, заметил. Аарон поменял удобную позу на ее не совсем удобное подобие так, чтобы облокотившись частично на дверь, смотреть на профиль Рико. Парень отослал ему короткую, виноватую усмешку, не достигшую, однако, глаз, и отвернулся обратно к дороге, крепче сжимая руль. Серебро его колец тоже не отражалось в одиноких фонарях. Злиться на Рико не получалось. Не то, чтобы Аарон хотел или собирался – он просто привык. Поступки чужих людей то и делали, что зудели постоянным раздражением под кожей, но с недавних пор Рико перестал числиться в этом множестве. И прямо сейчас Аарон уставше смирился. Тем более он отлично знал его ситуацию. — Я спросил тебя, ты будешь ждать Кевина? В этот раз ответ был более осознанным и поспешным: — Да. — Кев говорил, ты нашел, что посмотреть. Рико кивнул. Он снова замолчал, но не потому, что отключился от реальности. В этот раз внимание было при нем: Рико отвернулся к боковому стеклу, внимательно прослеживая проезжающие по главной машины, чтобы, уловив пробел, повернуть на противоположную полосу. Аарон и сам завис, засмотревшись – уставший мозг цеплял рассеянное внимание за все подряд, и Аарон только представить мог, что сейчас творится в бошке у Рико. Но Рико, видимо пытался учиться на ошибках, теперь внимательно концентрируясь на диалоге. — Ага. Есть фильм про робота-врача, я видел отрывки, звучит классно. Мне и самому стало интересно, подумал, и тебе будет. И еще один анимешный фильм. Я про него случайно вспомнил, смотрел в детстве когда-то с Кевином. Не помню уже, что там было, но идея у него отпадная. Аарон протянул задумчивое «м-м-м». Но не успел он нормально обдумать вечерние планы, как Рико повернулся, кинув на него ожидающий взгляд – и внимание потонуло мгновенно. Аарон прикованно ощущал, как барахтались растерянные мысли в притягивающей, словно черная дыра, вязкой черноте. Неумолимо мертвенное состояние Рико пугающим отражалось зловещим сегодня даже в привычных блюдцах полностью черных глаз, разграничить радужку и зрачок в которых было невозможно и без того. Не по себе было буквально. Пусть Аарон и не винил себя за состояние Рико, придерживаясь позиции отучивания горе-друзей от привычки совместного сна, именно сегодня, этой ночью, в этой машине, Рико был... правда жутким. Сводить пугающее напряжение получилось только сильно растрепав волосы. И в этот же момент вздрогнуть от щелчка за спиной. Аарон рефлекторно обернулся, но сразу уселся обратно, головой поняв быстрее, что то были всего-лишь фиксаторы дверей. Рико уже отвернулся, погрузив тишину их стоянки на перекрестке в мерное тиканье поворотников. — Что короче? — и добавил, чтобы не напрягать чужой уставший мозг: — По времени. — Анимешный полтора часа идет. Пусть тратить редкие часы сна не хотелось от слова совсем, а все окончания в его теле только и делали, что ныли в обещании отключиться, только Аарон ляжет на кровать, выбор был сделан еще тогда. Еще в ту минуту, когда Аарон завел этот разговор. — Я посижу с тобой, посмотрим, и я пойду спать. Но, — Аарон навел на Рико палец, и в этот раз на движение тот среагировал сразу, повернувшись на секунду, чтобы потерять короткий смешок, — если я вырублюсь, меня не будить. Выбор беспечный для его организма, ненужный для его мозга и такой важный для его чертовых друзей. Аарон вздохнул, отворачиваясь. Он стянул кроссовки, подтянул на кресло под себя ноги и улегся, складывая руки на груди. — Расскажи мне события первой мировой со стороны Франции, — промямлил, уже опуская веки, — а когда закончишь, пизди ее историю дальше. До дома Кевина и Ваймака оставалось двадцать минут. Тело постепенно пригревалось к теплу салона, полившаяся тихая японская речь мягким усыпляла, а темнота больше не давила, только тяжелым одеялом укрывала – ощутимым, приятным. Возможно, Аарон пять раз пожалеет о лишне проебанных в бодрствовании часах завтра, но сегодня... Это ощущалось важным. Аарон знал, что Рико это не поможет, но еще лучше он знал, что это – то, что Рико нужно. Каким бы тупым когда-то ни казалось, что это, в таком случае, будет нужно и Аарону. Просто потому что.