Только моя галлюцинация

Психиатрическая больница – это, видимо, последнее место, которое будет получать деньги на красивые стены, милые обои, более-менее прямой забор и незаедающую дверь. Поэтому Шэнь Юань, когда только подошел со своими вещами к зданию, почувствовал себя только еще хуже. А засохшие растения в разгар осени делали картину плачевнее, чем у большинства заброшек. Его багаж состоял лишь из одной сумки. Все остальное родители обещали привезти, когда освободятся с работы. Вместе с ним идет его тетя, скорее для решения вопросов с документами и остальных «взрослых» проблем, нежели для моральной поддержки. Она каждые два шага оглядывалась на людей вокруг и, поднимая ворот красного пальто, опасалась, что встретит кого-то знакомого или же ее узнает друг друга знакомой соседки дальней родственницы. На ее раздражение Юань только закатывал глаза, так как больница находилась не в их родном городе, и даже не в районе, а в глуши какой-то богом забытой деревни. Ехать сюда нужно было сначала на электричке, а потом еще пару часов на машине. Будет ли здесь кто-то знакомый? Только если такие же скрывающиеся родственники какого-то пациента. Почему же он не лечится в родном городе? По такой же дурацкой причине. Никто не должен знать, что ребенок богатой семьи Шэнь психически болен. Было бы легче признать у него рак, чем проблемы с головой. В его институте одногруппники думают, что он ушел из-за непрекращающейся мигрени, соседи считают, что он уехал на практику, а остальная родня кроме тети, матери, отца и сестры вообще не знает об академе и до сих пор гордится его учебой. Среди всех зданий на территории больницы, ему выпала честь зайти в самое отчаянное в плане ремонта. - Куда идем? – у самого входа стоит деревянный стол и за ним сидит охранник. Это полноватый мужчина с незаинтересованным взглядом. Возможно, это все, что можно о нем сказать. - Моему племяннику нужно в приемное отделение. – тетушка Шэнь, уже на инстинктах защиты своего образа, оградила себя от всей этой психушки. Даже охраннику нельзя ложно представлять ее хотя бы мало-мальски связанной со всем этим убожеством. Она здесь только родственница и сопроводитель. Охранник показал рукой на дверь в конце коридора, отклонился на спинку стула и закрыл глаза. Шэнь Юань подошел к двери и отошел к стене, чтобы дать ход своей тете. Женщина постучала в дверь и, когда из-за нее показалась медсестра в халате, до конца распахнула, войдя внутрь, чуть толкая медработника. Это было довольно грубо и по-хамски. Медсестра скорчила грозное лицо, но, словно морально одернув себя и прочитав сутру сердца сотню раз, снова вернулась в спокойное выражение лица. Пока тетя и медсестра разговаривали, Шэнь Юань поставил свою сумку на кушетку. Хотя вещей и было мало, все равно тяжело держать ее столько времени. Поэтому рука после освобождения от ручки перешла от белого цвета в красный, становясь горячее. Он сел на кушетку рядом с сумкой и начал смотреть в пол на крупную белую плитку с серыми линиями. - Юань. Юань! – тетя стояла уже не рядом с медсестрой, а с мужчиной в таком же медицинском халате. И Шэнь Юань явно пропустил некоторые важные моменты всего происходящего, пока сидел с пустой головой. – Врач должен заполнить на тебя информацию. Так что ответь ему на вопросы. Все было довольно стандартно. Когда все началось, с чего началось, какие жалобы, с кем живет, как учится… Если кратко обобщить всю его ситуацию, то пару лет назад Юань пережил клиническую смерть на фоне остановки сердца. Причины так и не было выявлено. После пережитого он стал слышать шум и голоса там, где было тихо, чувствовать постоянное присутствие чужого человека, когда он один. Стоит ему идти поздно вечером домой по улице, и сразу появлялось ощущение, словно за ним попятам кто-то постоянно идет. Сколько бы он не оглядывался по сторонам, сколько бы не вглядывался в прохожих, никто не обращает на него внимания и явно не собирается следовать за ним. Просыпаясь по ночам, он смотрит на свою дверь, ощущая присутствие постороннего за ней. Однажды, пересилив свой страх, он открыл ее, но за ней была лишь полнейшая пустота и тишина. Хотя все это не вредило ему прямо, но сводило медленно с ума. Шэнь Юань плохо спал, боялся темных помещений, стал есть от стресса больше, чем раньше, чуть ли не до тошноты. И когда в один день он просто отказался выходить из комнаты неделю, его родители решили что ждать больше нет смысла. Хоть это и не вписывается в их идеальную картину мира, но Юань все еще оставался любимым сыном. Поэтому это место на отшибе мира и этот крайне добрый врач теперь будут решать его судьбу на оставшиеся годы жизни. Записав всю необходимую информацию и взяв у тети номер телефона его родителей, Шэнь Юаня отвели к двери его отделения. Тетя перед дверью обняла его, все-таки она любила его своей странной любовью, пожелала хорошо провести время и звонить, если что-то случиться. Ее уход тронул сердце паренька. Она не была самым близким человеком, но все же не такой далекой. В детстве она часто нянчилась с ним, когда родители были на работе, именно она учила его английскому языку, водила на кружки, присутствовала на большинстве его выступлений в школьных мероприятиях. Тетушка Шэнь будет иметь особое место в его сердце. И вот она проводила его в больницу, отпросившись с работы, когда родители не смогли этого сделать. - Пока, тетя. Удачно тебе вернуться домой. – крикнул он ей вдогонку, сжал ручку сумки и зашел в отделение под руководством медсестры. Каждая дверь открывается ключом и сразу же закрывается после захода. Поэтому дверь отделения закрылась с характерным щелчком автоматического замка, словно преграждая все пути отступления. Все отделение это просто длинный коридор с 5 палатами без дверей. Их заменяли пустые проемы. На окнах висели решетки, а в палатах по крайней мере 10 кроватей. Странно, что пациенты не выходили из своих палат, а просто стояли в этих проемах и с самыми заинтересованными лицами смотрели на него. Шэнь Юань заметил, что лежат тут только мужчины, причем разных возрастов. Были как очень молодо выглядящие, словно только-только достигли совершеннолетия, так и старики, задыхающиеся просто стоя на месте. - Пойдем, посмотрим твою сумку, переоденешься и пойдешь в палату. – медсестра передала его в руки санитарки и та уже обшарила все его вещи в ванной комнате. Там он под ее присмотром снял одежду и надел домашнюю футболку с шортами и тапочками. Его куртку, свитер и уличные штаны застегнули в чехол и вынесли из комнаты. – Пока будешь лежать в наблюдательной комнате. Каждый вторник врач совершает обход. По результатам этого обхода тебя определят в нужную палату. А пока у нас тихий час. Так что разложи вещи и отдохни. Телефон выдают с 7 до 8 вечера. Но тебе он пока тоже не будет выдаваться, так как нет разрешения от врача. В наблюдательной палате было коек больше, чем в других. Юань насчитал 25. Из них 18 было занято. Решив не уходить глубоко в палату, он поставил свои вещи на кровать у окна, которая смотрела ногами в сторону выхода. Справа от него на кровати лежал дедушка. Он был повернут к нему спиной и не шевелился. Казалось, даже не дышал. Слева же была такая же пустая кровать, как и его до момента, когда он ее занял. Шэнь Юань положил два своих комплекта домашней одежды, гигиенические средства, 5 книг, блокнот и полотенце в тумбочку. Ручку и карандаши, крем для рук, телефон и зарядку, наушники у него изъяли. Было сказано, что на счет карандашей нужно спрашивать врача. Получается, что до вторника его блокнот будет полностью бесполезен. Но это не сильно расстраивало, так как у него были его любимые приключенческие книги. Разобрав все и засунув пустую сумку под кровать, Юань лег и начал осматривать пациентов, находившихся вместе с ним в одной палате. Он словно попал на другую планету, а потому с настороженным взглядом смотрел на каждого. Были два молодых парня лет 20-25, что на одной кровати разгадывали кроссворды, попеременно о чем-то разговаривая и смеясь. Они выглядели вполне нормально и даже выбивались из общей массы. Был худой мужчина лет 30, привязанный руками к креслу у кровати. Он смеялся и о чем-то бормотал. Его речь была настолько бессвязной, что Юань не понимал ни единого слова. На кровати вдалеке лежал полноватый мужчина 40 лет. Он громко разговаривал на всю палату, сам себе отвечал и переходил на песни. Кучи стариков, что тихо лежали на койках, и либо смотрели рыбьими глазами на окружающих людей, либо пребывали в состоянии дремы. Так же выделялся мужчина 40-50 лет, что лежал в своей кровати и держал книгу в руках, а с ним же на его кровати сидел молодой парень 20 лет. Он согнулся на его кровати и плакал. - Если из-за них мой ребенок умрет, я убью их кошек. Убью их кошек и сам похороню себя. – говорил он надломленным голосом. - Ну и что тебе это даст? Месть - не выход. – тихо и спокойно проговорил мужчина. Он был явно терпелив к этому пареньку, хотя и не выглядел встревоженным его состоянием. Либо ему было не интересно, либо это было максимальное проявление его эмоций. - Я растил его, кормил. Я дал ему имя. А они не уследили пока выгуливали… Теперь он лежит отравленный в ветеринарной клинике. За своими котами они так смотрят внимательно, а как смотреть за моим сыном, так они делают это, закрыв оба глаза. Раз «сына» этого парня отправили на лечение в ветеринарную клинику, то явно он не может быть человеком. Интересно, за каким таким домашним животным он присматривает, что считает даже собственным ребенком. Пока Шэнь Юань наблюдал за пациентами, проходил час за часом. За окном постепенно темнело. И вот пришло время, когда санитарка пришла в палату с подносом полным еды и закричала на все отделение. - Ужинать. Идите ужинать! Пора есть! Просыпаемся! Ее крик сопровождался включением электричества в каждой палате. Это будило стариков и они с мычанием вставали и выходили из палаты. Некоторые же оставались, и просто приподнимались на койке. Санитарка приносила им еду и ставила на тумбочки. Так же случилось и с Юанем. Перед ним на тумбочку поставили железную тарелку с кашей и железную кружку со сладким чаем. - Сейчас будешь есть в палате, а завтра уже с остальными будешь ходить в столовую. Завтрак в 9 утра, обед в 13 часов, ужин в 5 вечера. Если ты все еще голодный, то проси передачки. У нас есть холодильник, мы можем там хранить твою еду. Даже если не запомнишь - ничего страшного, утром вас будут будить. – молодая санитарка с улыбкой это проговорила и пошла на свой пост, состоявший из стола, стула и шкафа в этой же самой смотровой палате. Каша была без соли. Но не настолько ужасна, чтобы не есть. Юань все съел и отнес на поднос, откуда их раздавали. После этого ему выдали таблетки. - Что это за лекарство? - Я не знаю. Спроси своего врача. – с улыбкой проговорила медсестра. Шэнь Юань конечно ей не верил. Она же сама брала эти таблетки из упаковок. Так что не знать из какой упаковки она вытащила таблетки, она не могла. Но и требовать от нее ответов он не мог. Видимо по правилам ей нельзя рассказывать ему о лечении. В палате горел свет. Единственное занятие это чтение книги. Особенно его любимой книгой был роман «Путь Гордого Бессмертного Демона». Хотя он скорее черный фанат этого произведения. Но он не был таким в самом начале. Этот роман с первых глав был просто великолепен. Там рассказывалось о главном герое, что пережил трудное детство, но это не сломило его и он смог попасть в секту, начав путь совершенствования, а после даже пробудив силу Небесного демона. По пути ему попадались как хорошие люди, так и злодеи. И все плохие люди были побеждены, все хорошие разделили удачу главного героя и что-то получили, массовка восхищалась героем, и был бы полнейший идеал, если бы все закончилось на данном этапе. Но нет же. Это же роман и у героя должны быть отношения. Шэнь Юань был готов мириться с командой 5-6 красоток, вьющихся вокруг парня. Но не больше же сотни! Каждая женщина, если она красиво выглядит и не имеет детей, сразу является потенциальной невестой главного героя. Большинство даже не имеют имен, а просто обозначены как «демоница в красном», «милашка с цветочной заколкой», «дочка главы N-ой секты» и так далее в таком же духе. Это произошло явно из-за того, что автор использовал все возможные комбинации имен и фамилий. И чем дальше сюжет продвигался, тем больше появлялось пустых персонажей, которых можно даже не запоминать. Они как приходят, так и исчезают, о них забывают не только читатели, но и сам автор стирает в своей памяти каждую из следующих жен после клишированного использования чисто ради продолжения сюжета. Главы тянуться и тянуться, а каждая стоит денег. Из этого всего выходит, что каждая такая пустая глава с женой позволяет автору есть. Юань понимает этого, но принять не может. Поэтому, как черный фанат, он покупает каждую главу, чтобы чисто написать огромный отрицательный отзыв. А перед тем как лечь в больницу, он даже выкупил ремейк этого романа в печатного виде. 5 печатных томиков посвящены самой главной жене главного героя – Нин Инъин. А точнее ее клану, как ей пришлось сражаться вместе с матерью против главной супруги отца, как она пробудилась совершенствующим, как встретила мастера, а позже влюбилась в героя. Конечно же и тут не обойдется без драматизма, ведь на обложке последнего тома она уже сражается против остальных жен главного героя, Ло Бинхэ. Юань обязательно прочтет все это и напишет самую длинную и самую гневную рецензию. Ведь кто, если не он, осилит этот обрубок и так уже хромого романа. И он бы обязательно читал бы и читал, но таблетки, которые ему дали после ужина, превращают его мозги в один комок ваты. Он мог прочесть предложение и тут же забыть о чем оно. Поэтому приходилось каждую страницу читать по несколько раз, чтобы понять, о чем именно там говориться. А так как это было трудно, то после каждых 3-4 страниц Шэнь Юань делал перерыв, прикрывая глаза и ни о чем не думая. Таким образом он даже не осилил треть книги, когда подошло время ложиться спать. Перед сном им снова дали таблетки, чтобы пациенты не бродили по ночам, а находились в своих кроватях. После такого Юань уже чувствовал усталость не только в голове, но и конечностях. Стоило только свету в палате погаснуть, как сон тут же накрыл его полностью. Спустя какое-то время, может час, а может больше Шэнь Юань проснулся. В полной темноте и среди спящих пациентов ощущение, что за ним наблюдают, снова накрыло с головой. Юань не мог открыть глаза, так как страх был слишком велик. Конечности под одеялом вмиг замерзли и вспотели, а дышать стало труднее, чем когда либо. Он знал уже это состояние, но каждый раз это было как в первый. Как то психолог его научила дыхательной технике, которая должна успокоить. Он не знал, было ли это успокоение из-за того что он верил в психолога, или эти долгие вдох и выдох действительно как-то воздействовали на мускулатуру тела, но ему получалось расслабиться спустя какое-то время. Он смог уже услышать не только стук собственного сердца, но и дыхание старика по соседству, бормотание остальных пациентов и шепот санитаров, которые обсуждали всякие мелочи, полулежа на диване в коридоре. - Мастер, от главы пришло известие, что… - Сообщи, что… если бы они могли заранее известить, то не приходилось бы столько бегать… - Этот ученик… занести… - ... за твоим развитием… лучший…. Со стороны дверного проема раздались громкие голоса. Но было странно, что каждый шепот санитаров отдавался эхом, а эти слова словно были сказаны на улице. Юань знал, что это начались его слуховые галлюцинации и надо бы по-хорошему сообщить об этом кому-либо из медперсонала, но веки не открывались, а тело не хотело вставать, так как устало еще сильнее, после прошедшего окаменения. Он каждый раз слышал этот красивый мужской голос и как он общался с разными людьми. Правда, доходили лишь отрывки. Видимо, его мозг настолько сломан, что не может придумать даже полной галлюцинации. Сознание снова поплыло. И глаза уже открылись только на утро, когда санитарка резко включила свет в палате с криком: «Пора завтракать! Встаем на завтрак!».