Стоять. Руки за спину!

Арсений стоит на коленях перед Антоном, его глаза прикованы к мужчине, словно он ищет в нем ответ, разрешение или хотя бы намёк на то, что делать дальше. Его губы слегка надуты, но он молчит, словно боится нарушить тишину, которая висит между ними. Антон держит телефон, направляя камеру на Арсения, и его рука медленно скользит по щеке парня, лаская её, а затем, почти неожиданно, шлёпает его — лёгкий, но ощутимый удар. Арсений закатывает глаза от удовольствия, но тут же возвращает взгляд в камеру, прикусывая губу. Его руки сложены на коленях, пальцы слегка дрожат, будто он ждёт команды, которая вот-вот прозвучит. И она звучит. Закадровый голос Антона, низкий, с хрипотцой, произносит всего одно слово, но оно звучит как приговор: — Начинай. Рука Антона исчезает из кадра, и Арсений, словно на автомате, наклоняется вперёд. Его зубы цепляются за бегунок, он тянет его вниз, расстёгивая ширинку. Затем поднимает глаза на Антона, умоляюще, почти растерянно, словно не зная, что делать дальше. — Руками пока пользоваться можно. Помоги себе, — звучит голос Антона, властный, но с едва уловимой ноткой поощрения. Арсений кивает, его пальцы дрожат, когда он тянется к чужим шортам. Он приспускает их вместе с боксерами, обнажая член, и предэякулят по нему рукой размазывает. Антон увеличивает зум, фокусируя камеру на руке Арсения. Его движения медленные, почти нерешительные. Парень пару раз проводит рукой вверх-вниз, его губы слегка приоткрываются, и он облизывает их, словно пытаясь успокоить нервы и дождаться, когда ему разрешат. Антон задерживает дыхание, надеясь, что успевает заснять этот момент. — Вот так, хороший мой, — Антон еле слышно стонет, его голос дрожит от нарастающего возбуждения. — А теперь, — Антон приподнимает голову Арсения за подбородок, заставляя его смотреть прямо в камеру, — поработай ротиком, детка. Затем его голос становится грубее, словно сталь: — Руки за спину. Одно движение ими — и я тебя свяжу. Понял? В глазах Арсения мелькают искорки — смесь возбуждения и покорности. Он быстро кивает, скрещивая руки за спиной. Наклоняется вперёд, его губы обхватывают член, и он втягивает щёки, стараясь угодить. Антон смотрит на это через телефон, и от этого кадра он уже готов кончить. Мужчина впутывает руку в волосы Арсения, сначала поглаживая по голове, массируя, а затем, усиливая хватку, сильнее надавливает, управляя движениями парня. Арсений мурлычет, его вибрации передаются по члену, и Антон стонет, стараясь удержать телефон ровно. Арсений полностью пропускает член в горло, слёзы скатываются по его щекам, но он не останавливается. Его собственный стояк болезненно трётся об ткань штанов, но он даже не думает об этом — всё его внимание сосредоточено на Антоне. Антон отодвигает Арсения от члена, выпутывая руку из его волос, и сам прикасается к члену. Он водит головкой по губам парня, бьёт ею по щекам, а затем снова вставляет член в приоткрытый рот, направляя за щеку и снова вытаскивая. Его движения становятся всё более резкими, почти грубыми. — Какая послушная сучка. Позволишь мне кончить тебе на лицо, а? — Антон проводит головкой по внешней стороне щеки Арсения. Ему и спрашивать не нужно, он знает, что ему всё разрешат, но это больше для красивого кадра, для того, чтобы запечатлеть момент покорности. Мужчина резко дрочит, его рука движется быстро, развязно. И кончает с громким стоном. Сперма оказывается на лице Арсения: на губах, слегка на щеках, стекает по подбородку. Арсений блаженно смотрит, облизывается, пробуя сперму на вкус. Антон телефон перехватывает грязной рукой, а второй снова хватает Арсения за волосы, оттягивая назад, заставляя поднять голову и показаться в камеру. Чёрные растрёпанные волосы, бледная кожа, пухлые губы и подтёки спермы. Идеально. — Хороший мальчик. Умничка, — Антон произносит это почти шёпотом, но в его голосе слышится удовлетворение. Арсений действительно хорошо постарался.