Не уходи

      — Тося-я-я-я-я!!!       Стоило Антону открыть дверь, как в него с разбега влетела верещащая Есения - младшая сестра Серёги, которой всего пять лет. Она чуть-чуть похожа на старшего брата, но волосы намного светлее, а брови тоньше. Девочка худощавого телосложения, глаза - карие. — Смотри, я сегодня нарисовала тебя, Серёжу и себя! Красиво? - громко спросила она, но Шастун уже давно привык в звонкому голосу сестры друга.       Еся протянула ему листок, на котором были нарисованы три человека из овалов и палочек. Самый высокий был в зелёных штанах и кофте, средний был в синих шортах и футболке, а посередине человечек с длинными волосами был в розовом платье с цветочками. Видно было, что девочка очень старалась нарисовать красиво и аккуратно, но местами линии цветных карандашей всё равно вылезали за контур. — Очень красиво, Еся, ты молодец! - с этими словами подросток взял листок в руки, чтобы рассмотреть поближе. — Это тебе подарок, Тося! - важно сказала малышка. — Спасибо большое! - Антон аккуратно сложил лист и убрал его в рюкзак.       Тут с кухни выглянула женщина в фартуке. — Еся, дай Антоше хотя бы снять обувь и помыть руки! А то он так и будет стоять на входе. - попросила она дочку. - Привет. - кивнула она подростку. — Хорошо, мам! - кивнула девочка. - Тося, я буду тебя ждать в нашем тайном месте. - негромко сказала Еся, поворачиваясь к парню. — Хорошо. - так же шепнул он ей, наклонившись, после чего выпрямился и крикнул в сторону кухни. - Здравствуйте, тёть Валь!       Из комнаты вышел Серёжа, по-дружески приобнимая товарища в знак приветствия. — Я смотрю, тебя уже забронировали на вечер? - спросил он, отодвигаясь. — Ты используешь не то слово в данном контексте. У меня ощущение, что я шлюха. - буркнул подросток. — Как будто так и есть. - хихикнул хвостатый, уворачиваясь от занесённой руки друга. — Ты щас у меня получишь, Матвиенко! - пригрозил ему Шастун. - Только погоди, я кеды сниму. — Ага, прям стою и жду, когда меня настигнет карма! - с этими словами Серый смотался в комнату и захлопнул дверь.       Антон вздохнул, убрал обувь в угол, после чего пошёл мыть руки. С кухни доносились ароматы вкусной выпечки. Парень предположил, что тётя Валя готовит круассаны. Он вытер руки и направился в сторону гостиной, проходя мимо дверей в комнаты Серёжи и его мамы с сестрой. Он заглянул в гостиную и убедился, что Еся действительно спряталась в «тайнике», а потому сразу направился балкон.       Между гладильной доской и окнами было натянуто два пледа, один из которых служил подобием крыши, а другой - входа. Шастун аккуратно отодвинул второй плед, встал на четвереньки и прополз внутрь. Он продолжил передвигаться по небольшому коридорчику, пока не уткнулся в шкаф. Тут он постучал два раза, затем после небольшой паузы ещё два раза. Дверь отъехала в сторону, и парень увидел Есению, которая махала ему рукой, улыбаясь. Она приложила палец ко рту, показывая, чтобы он был потише, и отодвинулась вглубь своего убежища. Когда подросток с трудом заполз в шкаф, складываясь в три погибели из-за своего роста, девочка закрыла дверь и включила фонарик, который висел на крючке над их головами.       В шкафу почти не было вещей, потому что раньше тут хранились вещи дедушки и бабушки Есении и Серёжи, которые временно жили в этой квартире вместе с остальными. Но с наступлением августа они уехали, а потому место освободилось, и сестра Матвиенко тут же этим воспользовалась, сделав здесь тайное убежище. Не то что бы о нём никто не знал, нет, просто никто сюда не лез, давая наиграться малышке. — Знаешь, зачем я тебя сюда позвала? - громким шёпотом спросила Есения. — Нет, но догадываюсь, что ты мне хочешь рассказать что-то очень секретное. - так же тихо ответил Шастун. — Да! - просияла малышка. - В общем, слушай, мне понравился один мальчик в нашей группе. - парень сделал удивлённое выражение лица. - И я ему нравлюсь. - быстро добавила девочка. - его зовут Марк, но я его зову Марик, потому что так ласковее звучит. И мы с Мариком держались за ручку! — Ничего себе! Как здорово. - вставил словечко подросток. — А сегодня он меня поцеловал в щёчку, представляешь? - малышка заглянула ему в глаза. — И тебе это понравилось? — Очень. - серьёзно сказала Еся. - Я хочу с ним куда-нибудь сходить и провести с ним время вместе. — Я за тебя очень рад! - Антон погладил её по голове. - Я думаю, что если ты попросишь маму договориться с его мамой, то вы обязательно куда-нибудь сходите. Просто попроси! - с воодушевлением сказал парень. — Ты так думаешь? - Еся нахмурилась. - Ладно, я попробую. - она снова улыбнулась.       Какое-то время они молчали. — Тося, а тебе кто-нибудь нравится? - спросила малышка.       Антон призадумался, стоит ли ей говорить. Немного поразмыслив, он понял, что врать ей не стоит, но аккуратно чуть-чуть изменить историю можно, если что. — Да, нравится. - кивнул подросток. — Она красивая? — Очень. У неё очень красивые голубые глаза, которые похожи на океаны. - Шастун стал мысленно представлять Арсения Сергеевича. — Красивые тёмные волосы... — И она тебе прям очень-очень нравится? А вы уже целовались? - стала засыпать вопросами Еся. — Нет. - смутился Антон. — А хотя бы за ручку держались? - с надеждой спросила девочка. — Тоже нет... - вздохнул подросток. — А ты ей нравишься хотя бы? — Если честно, я не знаю. - Шастун действительно ни разу об этом не задумывался.       Ему этот вариант казался невозможным, потому что он - ученик, а Арсений Сергеевич - преподаватель, так ещё и они оба парни. Шанс того, что преподу может нравиться ученик близится к нулю. А спросить напрямую он никогда не решится, потому что это будет обозначать, что он открыто признает свои чувства перед мужчиной. — Идите пить чай с круассанами! - послышалось с кухни. — Идём! - шёпотом сказала малышка. - Очень тихо вылезай! Никто не должен узнать об этом месте, помнишь? — Конечно, хорошо. - быстро согласился Антон.       Девочка открыла дверцу шкафа, и подросток кое-как смог более-менее тихо вывалился наружу. Он максимально аккуратно дополз до «выхода» и просочился наружу. Парень с удовольствием встал и вытянулся, тело затекло за то время, которое он там сидел.       За окном уже было темно, а значит, скоро все лягут спать. А это значит, что завтрашний день скорее наступит, и он пойдёт к физику в гости. От этих мыслей бабочки в животе снова стали немного оживать.       Серёжа уже сидел на кухне и уплетал круассан, запивая чаем. Тётя Валя куда-то ушла, наверное, в душ иди готовься ко сну. — Садитесь, я уже сделал тебе чай, Тоха. - Матвиенко кивнул головой в сторону кружки, из которой поднимался пар. — Спасибо. Еся, а ты что будешь пить? — Молоко! Налей, пожалуйста, Тося! - малышка уже сидела на стуле и жевала круассан.       Шастун пошёл к шкафчику, достал Есину кружку с котятами и поставил её на стол перед девочкой. Затем он достал бутылку молока и, легким движением руки, налил полную кружку. — Спасибо большое! - малышка отпила напиток, и у неё сразу же появились смешные белые усы.       Они молча продолжили трапезу. Антон всё думал о преподавателе и о том, что они никогда не смогут быть больше, чем просто друзьями или знакомыми. Он ведь даже не нравится физику. Хотя, с другой стороны, если бы он был тому совсем безразличен, то мужчина не звал бы его в гости на выходных. Однако, это всё ещё ничего не значит. — Еся, ты закончила есть? - постышался голос из комнаты тёти Вали. — Да! - крикнула девочка. — Тогда иди сюда, я расплету тебя, пойдёшь купаться. — Хорошо мам, сейчас приду! - с этими словами малышка подбежала к Антону, обняла его, и затем побежала дальше. — Ума не приложу, почему ты с ней так замечательно ладишь и откуда у тебя столько терпения и сил разговаривать с ней? - протянул Матвиенко. — Ты просто не умеешь её понимать. С ней интересно. - отрезал Шастун.       Парни сгрузили посуду в раковину, и Антон решил её перемыть, чтобы хоть какая-то польза была от его присутствия в этой квартире, помимо завлечения младшей сестры друга.

***

— Прада или действие? - в очередной раз спросил Шастун.       Они с Серёжей играли уже пол часа, потому что им не спалось. Неяркий свет настольной лампы освещал комнату. Подросток затянулся из электронки друга, памятуя, что завтра надо будет зайти в ларёк и купить себе тоже. — Действие. — Напиши Димке, что у него классная задница. — Ах ты сука! – хвостатый швырнул в него подушку, но парень запросто увернулся.       Затем он схватил эту же подушку, и кинул со всех сил в ответ. Та прилетела Матвиенко прямо по голове, впечатывая его в стену. — Улитка-тихоход. - подтрунил его Антон. — Я тебе ещё за всё отомщу! - пригрозил ему кулаком Серый, попутно отправляя сообщение другу. - Правда или действие? — Правда. — Какие планы на завтра? — Я иду к часу дня к Арсению Сергеевичу смотреть вторую часть Шрека — Ого! - у хвостатого глаза на лоб полезли. - И ты молчал? - возмутился друг. — Просто сказать ещё не успел. - попытаться оправдаться Шастун. - Правда или действие? — Правда. Ой! Димка ответил... - внезапно вскрикнул Матвиенко. — Что ответил? - любопытство распирало подростка. — Пишет «спасибо» и говорит, что надеется, что я не бухой. - парень что-то быстро набрал в телефоне, после чего отложил его. - Ответил, что не бухой. — Хотел бы, чтобы сейчас вместо меня тут сидел Позов? — Не знаю. Мне с тобой тоже нравится проводить время, понимаешь? У меня немного разное отношение к вам, но я ценю вас одинаково. - Антон кивнул, соглашаясь с этой мыслью. - Правда или действие? — Действие. — Поцелуй завтра Арсения Сергеевича в щёчку. - ехидно улыбаясь, выдал Серёга. — Не-е-е-ет, ты что! - начал отпираться парень, выпучив глаза. - Я не буду, ты чего?! — А всё, поздно, теперь придётся. И завтра чтоб отчитался мне, что выполнил задание. Я ещё у классрука уточню, правда ли ты это сделал. - улыбка не сползала с лица друга — Ну ты сука, Матвиенко! Я тебе это всё припомню при удобном случае! - Шастун швырнул вторую подушку в подростка. — Ну-ну! - Серёга показал ему язык и кинул подушку в ответ.       Антон перехватил подушку и тут же отправил её обратно, но она сразу же вернулась к нему. — Всё, давай спать. - сказал хвостатый. - А то завтра кое-кому ещё геройские задания выполнять. - хихикнул он. — Ты у меня ещё ответишь за это. - пробурчал подросток, заваливаясь под одеяло.       Серёжа выключил лампу и лёг вольтом по отношению к парню. Шастун ещё пару раз затянулся и после этого спрятал одноразку под подушку. — Что ж, по крайней мере меня сегодня не отпиздил Макс, и меня это ужасно радует. А то пришлось бы идти завтра в Арсению Сергеевичу побитым, он бы явно заподозрил неладное. А мне эти допросы точно не нужны. Скорее бы уже завтрашний день...       Думая об этом, парень не заметил, как отрубился. Сон его победил.

***

      Антон медленно идёт по длинному коридору. Где-то вдалеке всхлипывает до боли знакомый голос. — Я больше не могу... - едва слышно прозвучало впереди.       Подросток рванул вперёд, что есть силы, но его бег оказался очень медленным. По щекам текут слёзы, сердце сжимается от знакомой до жути боли. — Саша, постой! Не надо, пожалуйста, не надо! - рыдает парень.       Но стоит ему добежать до конца коридора, как он видит безжизненно висящее в петле тело. Грудь сжало от безумной боли. В глазах стало темнеть.

***

      Утро пятницы началось с внезапного подъёма, который устроила младшая сестра Серёги. — Тося, Тося, вставай! - девочка аккуратно тормошила подростка. - Тося-я-я, просыпайся, пожалуйста! - малышка, чуть ли не всхлипывая, умоляла его. – Серёженька, тогда ты просыпайся, пожалуйста! - голос звучал очень плаксиво.       Антон резко открыл глаза и сел. — Что случилось, Еся? - подросток ещё не отошёл от сна, поэтому реальность смешивалась с пережитыми чувствами. — Еся, в чём дело? - промычал хвостатый, едва разлепляя глаза. — Там мама лежит и не шевелится, я её звала, но она не говорит со мной. - девочка начала плакать.       Серёжа резко подскочил и быстро спрыгнул с кровати, сна больше ни в одном глазу не было. — Где? - только спросил парень. — В спальне... - хныкнула малышка. — Всё будет хорошо, ш-ш-ш... - Шастун обнял малютку и начал её успокаивать, потопутно слезая с кровати. - Сейчас мы посмотрим всё и разбудим её, наверное, она очень устала. - подросток подхватил Есению на руки и пошёл вслед за другом.       Когда он зашёл в комнату, то увидел тётю Валю, которая лежала на полу лицом вниз. Из носа к полу вела маленькая дорожка из захошей крови. Внезапно за спиной появился Матвиенко, который отодвинул товарища и протиснулся внутрь комнаты, держа в руках бутылёк. — Пульс есть, это нашатырный спирт. - серьёзно пояснил подросток, опережая все незаданные вопросы.       Он немного налил его на ватный диск и поднёс к носу своей мамы. Через несколько секунд она резко открыла глаза и стала приходить в себя. — Мам, ты в порядке? - тихо спросил Серёжа. — Да, всё хорошо, просто голова закружилась... - тихо ответила тётя Валя, медленно садясь. — Мама!!! Ты проснулась! - заверещала Есения, вырвалась из рук и побежала к женщине.       Тётя Валя слегка поморщилась от резкого звука. Шастун предположил, что у неё наверняка болит голова. — Конечно, всё хорошо, милая! - она обняла дочку. — Мам, ложись отдыхать, пожалуйста. Водички принести? - участливо с спросил парень. — Не надо, милый. - женщина встала и пересела на кровать. — Я всё равно принесу! - Еся побежала на кухню. — Отдохни, пожалуйста, мам. Мы отведём Есению в садик, а я потом заберу её. - стал уговаривать Серёжа. — Хорошо, спасибо... - тётя Валя вздохнула и легла на кровать.       Малышка вернулась с кружкой воды и поставила рядом с кроватью на тумбочку. — Мама заболела? - тихо спросила она у парней. — Да, ей надо немного отдохнуть, пойдём, не будем ей мешать. - ответил Антон. - Сегодня мы тебя поведём в садик. — Выздоравливай, мама! - девочка подбежала к кровати, поцеловала женщину в щёчку и вышла из комнаты вслед за подростками. — Сходи, умойся. - посоветовал ей старший брат.       Малышка убежала в ванную комнату, а Матвиенко тяжело вздохнул. Парни направились на кухню, чтобы приготовить завтрак. Серёжа достал три пакета с заварной кашей, высыпал в тарелки и поставил чайник. — Такого ещё не было. - едва слышно сказал друг, растерянно глядя куда-то в стол. — Может мне не стоит идти сегодня к Арсению Сергеевичу? - серьёзно спросил Шастун. — Глупости какие! Конечно стоит. Я и без тебя справлюсь. - отрезал хвостатый. - Тем более тебе его ещё целовать сегодня. - подколол он друга. — Не напоминай. - буркнул Антон.       Чайник закипел. Серёжа залил каши в каждой тарелке, а в Есенину добавил ещё и холодной воды. В это время девочка вышла из ванной комнаты. — Одевайся в садик, пока каша готовится. - негромко сказал ей старший брат. — Ага! - и она снова убежала. — Я в душ. - Шастун встал из-за стола и пошёл в комнату за полотенцем.       В ванной комнате он разделся и залез под струи воды. Раны на руках потихоньку заживали, но всё ещё выглядели очень страшно. На самых свежих, сделанных в воскресенье, красовалась тёмная корочка засохшей крови. А самый большой из них уходил ближе к кости. Хоть Антон и стянул тогда его пластырями, порез не затянулся, он всё равно оказался слишком глубоким.       Каждый приём душа был испытанием. Подросток, конечно, уже привык к этой саднящей боли, которая сопровождает его 24 часа в сутки, но всё равно каждый раз залезать под воду было ужасно неприятно.       Быстро помывшись, Шастун выполз из ванной и аккуратно вытерся. Сегодня самая глубокая и свежая рана впервые не открылась, а потому пропала необходимость бинтовать руку. И его это радовало. — Ты там долго ещё? - прозвучал приглушённый голос Матвиенко за дверью. — Выхожу уже.       Антон быстро оделся, меняя грязную футболку на свежую, которую прихватил с собой из дома вчера, и вышел из ванной комнаты. Сразу же после него зашёл его друг.       Парень направился на кухню, где уплетала за обе щеки кашу Есения. Он молча присоединился к трапезе, всё ещё подумывая о порезах. Тюбик с кремом, который ему вручил в воскресенье физик, Антон забыл дома, да и мазать раны он всё равно тоже забывал.       Больше всего его удивляло, что о порезах больше никто, за исключением Арсения Сергеевича, до сих пор не знает. Он везде ходит в кофтах и никогда их не снимает. Это единственная защита. Почти. Ещё Шастун носит много браслетов на руках, поэтому, даже если рукава задираются, то браслеты надёжно прячут его тайну от посторонних глаз.       После завтрака ребята быстро оделись и повели Есению в садик. Девочка вела себя непривычно тихо, но её можно было понять.       До детского сада пешком надо было идти минут 15, а оттуда до школы ещё столько же. Но после того, как парни отвели малышку в группу, Антон попросил Серёжу пойти через ларёк с табачной продукцией, что увеличило их маршрут по времени минут на 5-10.       Как и планировал, Шастун, помимо одной пачки сигарет, ещё взял одноразку. А выбрал он со вкусом энергетика. Электронка на вкус оказалась действительно неплохая, поэтому подросток весь оставшийся путь до школы затягивался с неё, время от времени передавая Матвиенко «на пробу».       Стоило ребятам зайти в школу, как к ним тут же присоединился Позов. — Приве-е-ет! - Димка обнял Серёжу, после этого похлопал по плечу Антона. — Что-то на вас сегодня лица нет.       Шастун предоставил возможность другу рассказать о событиях минувшего утра, пока они поднимались к кабинету математики. Внезапно его кто-то схватил за плечо, оттормаживая, из-за чего подросток чуть не рухнул с высоты своего роста на пол. — Здравствуй, Шастун. - парень услышал голос, и его сердце забилось чаще, а друзья остановились и развернулись. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич! - чуть ли не хором ответили ему трое приятелей. — Антон, тебя Павел Алексеевич ищет, просит, чтобы ты к нему заглянул. - нахмурился физик, сверля подростка взглядом. - Ты не знаешь, почему? Что-то ты к нему зачастил. - преподаватель сощурился и пробежался по Шастуну изучающим взглядом.       У парня от этого мурашки по всему телу побежали. Он засмущался и запаниковал, поэтому ничего умнее не придумал, чем ответить: — А вы что, ревнуете меня к нему что ли? - подросток слишком поздно понял, что лучше бы он и не открывал рот вовсе.       У Димки с Серёжей глаза на лоб полезли от такого ответа. А классный руководитель впился в него таким взглядом, что Антону захотелось раствориться в воздухе, лишь бы больше не стоять на этом проклятом месте со своим длинным языком. — Конечно ревную. Он отбирает у меня моего физмат ученика, который из-за этого пропускает математику! - учитель уставился на него немигающим взглядом. — Ну л-ладно, я тогда пойду к Павлу Алексеевичу, раз он меня ищет... - Шастун попятился назад, проклиная свой длинный язык.       Он развернулся и быстрым шагом слинял куда подальше от этого пронизывающего взгляда.       Антон постучал в дверь кабинета психолога и дёрнул за ручку. Павел Алексеевич сидел за своим столом и проверял какие-то бумаги, отпивая горячий чай. На столике возле диванчика тоже стояла кружка с горячим напитком, а рядом стояла корзинка с печеньем и батончиками. — Заходи, Антон. Присаживайся. - мужчина отвлёкся от своего занятия.       Шастун плюхнулся на диванчик и схватил кружку с чаем. Сделав глоток, он поставил её на место и открыл батончик. — Думаю, ты догадываешься, зачем я тебя сюда позвал, и я не буду этого скрывать. - начал психолог. — Ага. Только если я буду сюда так часто ходить, то Арсений Сергеевич мне это запретит из ревности. - буркнул себе под нос подросток, откусывая угощение.       Брови Павла Алексеевича взлетели вверх, делая выражение лица удивлённым, но он быстро взял себя в руки и сделал вид, что не расслышал, что сказал ученик. — За наркотрипы можно больше не переживать, - подумав, сказал подросток, - так как охранник сейчас наверняка уже в тюрьме, а я уверен, что тогда это был он. — Я искренне рад, что эта проблема решилась до того, как стало поздно. - психолог улыбнулся. — У тебя были суицидальные мысли с момента нашей последней встречи?       Антон вспомнил проклятое воскресенье, и когти отвращения и горечи сжали его горло. — Нет... Ну, то есть... - мялся парень. - Да. — Это с чем-то связано или они просто появились ни с того, ни с сего? — Да, связанно. - Шастун уставился в кружку с чаем, отпивая напиток. — Что случилось? - участливо спросил мужчина, надеясь подобраться к неприступному подростку. — Да нет, ничего, забейте... - буркнул парень. — Антон, пойми, это очень важно. Я не хочу, чтобы всё дошло опять до того, что было в ночь нашей встречи. - сказал Павел Алексеевич, намекая на ситуацию с мостом. — Это из-за Арсения Сергеевича. - нехотя признался Шастун. — Вы поссорились? Он что-то ужасное сказал тебе? - озадаченно уточнил психолог. — Я был у него дома. Ему кто-то позвонил, - парень начал повышать голос, - и после этого он впал в ужасное состояние и прогнал меня, хотя я хотел ему помочь! - в сердцах крикнул Антон, взмахивая руками. — Извини, Антоша... - прозвучал тихий голос слева от него.       У Шастуна заледенела кровь в венах, сердце глухо стало стучать в ушах, внутри что-то ухнуло в пропасть. Он медленно повернул голову к двери, где в проёме стоял никто иной, как Арсений Сергеевич. Мужчина застыл с удивлённым выражением лица, а в глазах плескалась бесконечная печаль. Глаза парня потемнели от осознания того, что тот слышал последнюю фразу. — Я хотел зайти и спросить, когда Паша... То есть Павел Алексеевич тебя отпустит... Я... - начал оправдываться классный руководитель, медленно пятясь назад. - Я случайно услышал, я не хотел подслушивать, прости, Антон!       Парень впервые видел учителя таким растерянным. Глаза психолога метали молнии, но вот он взял себя в руки и вежливо сказал: — Зайдите к нам, Арсений Сергеевич.       Мужчина зашёл внутрь, закрыл дверь и присел на диванчик рядом с учеником. Подросток уставился в пол, не в силах поднять глаза. — Я выйду на пять минут, а вы поговорите между собой. - Павел Алексеевич встал и вышел из кабинета.       Дверь захлопнулась, и в кабинете воцарилась напряжённая тишина. Шастун, не поднимая головы, нервно пил чай, пока тот не закончился. Он вынужден был поставить кружку на стол, но голову даже и не думал поворачивать в сторону Арсения Сергеевича. — Котёнок, прости... - мужчина пододвинулся и легонько обнял подростка, притягивая к себе.       Сердце Антона стало биться чаще, ему стало жарко, но он всё равно сопротивлялся из-за обиды. — Я не хотел тебя тогда обидеть и точно не хотел сейчас подслушивать разговор. - он предпринял ещё одну попытку прижать к себе подростка. - Я понимаю, что причинил тебе боль теми словами... Меня мучила совесть от того, что я так с тобой поступил, Антон. - голос звучал искренне и подавленно.       Парень сдался и обернулся. Он заглянул в глаза Попова, и его встретили ласковые океаны. Они его манили и тянули. Подросток обмяк и обнял преподавателя. — Всё в порядке. Я вас прощаю, Арсений Сергеевич.       Ручка двери щёлкнула, и Шастун, как ошпаренный, отскочил в дальний угол дивана и схватил печеньку, делая вид, что не обнимал только что физика. Внутри всё ликовало, а лицо стало красного цвета. Арсений Сергеевич в это время смущённо отвёл взгляд в пол в сторону пришедшего товарища, но, пересилив себя, сделал расслабленное лицо и заглянул в глаза к Воле.       Психолог в недоумении окинул взглядом коллегу и ученика, но уже через секунду сделал вид, что ничего странного не замечает в поведении обоих. — Я надеюсь, что вы разобрались в произошедшем недоразумении и без меня, - бодро сказал Павел Алексеевич, - но впредь я попрошу вас, Арсений Сергеевич, стучаться и ждать разрешения, прежде чем входить. - строго закончил мужчина. — Хорошо, конечно, ещё раз извините. - преподаватель прикрыл веки и слегка кивнул. - Так, и всё же я не получил ответ на свой вопрос. Когда вы отпустите Антона? Между прочим, он пропускает математику. - заметил он как бы между делом. — Я бы уже отпустил, если бы вы не сорвали разговор, а так он тут до конца урока. - отрезал психолог. — Ладно, я понял. Ещё раз извините. - смирился физик. - Антон, зайди ко мне в кабинет, когда освободишься отсюда.       Их глаза встретились и задержались так на лишнюю доли секунды, после чего Шастун кивнул в знак согласия. Преподаватель встал с диванчика и вышел из кабинета. Сердце подростка радостно билось, и от этого он глупо улыбался, глядя на кеды и теребя кольца. — Продолжим разговор? - прервал тишину психолог. - Чай ещё будешь? — Нет, спасибо, я откажусь. Мне хватило. — Я так полагаю, вы уже успели разобраться в ситуации, которая произошла у Арсения Сергеевича дома? — Да. Я простил его. — Тебе стало от этого легче? — Да, намного. Как груз с плеч упал. — Какие у вас с ним отношения? — В смысле? - Антон ошарашенно поднял глаза на Павла Алексеевича, а внутри всё запаниковало. — Ну, хорошие, плохие, нормальные? Хоть что-нибудь о них скажи. — Ну-у-у... Нормальные. Иногда хорошие, иногда ужасные. Зависит от его настроения. — Я, наверное, сейчас полезу не в своё дело, но я могу предположить, что у вас всё не так просто, как должно быть у учителя и ученика. - психолог смотрел так, будто видел всё, что у Шастуна на душе, насквозь.       Парень покраснел и стушевался. Ответить честно? А его не отчислят? Хотя, он же вроде может доверять Павлу Алексеевичу. — Наверное, да... - выдавил из себя подросток. — Я не буду пока что дальше совать свой нос, поэтому просто скажу, что будьте предельно осторожны. Окружающим не стоит знать, насколько хорошо и близко вы общаетесь. - психолог как бы невзначай выделил слово. - Это может грозить проблемами для вас обоих. — Я понимаю. Спасибо за совет, Павел Алексеевич. - парень смутился.       За дверью трелью разразился школьный звонок. — Можешь идти, если что. - психолог кивнул в сторону двери. — Ага. До свидания! — Пока-пока, Антон. Заходи, если что, но я тебя буду время от времени звать к себе, если сам прийти не решишься. - он пригрозил подростку. — Хорошо, я понял! - и дверь захлопнулась.       Шастун сразу направился к кабинету физика. В животе порхали бабочки, но его ещё и скручивало от страха. Зачем он ему понадобился?       Подросток постучал в нужную дверь и открыл её. Арсений Сергеевич сидел за учительским столом. Сегодня он казался ему особенно красивым. Волосы, зализанные назад, строгие чёрные брюки и ремень, чёрные туфли, белая рубашка с закатанными рукавами и расстёгнутой последней пуговицей... На оголённых запястьях проступали вены. В общем, он выглядел безумно сексуально в глазах пубертатного влюблённого подростка.       Учитель кивнул парню, приглашая зайти внутрь. Ноги у Шастуна стали ватными, он едва осилил путь от закрытой двери к столу преподавателя. — Это тебе от меня подарочек в качестве извинения за все мои косяки, - невинно сказал физик, - котёнок. - слово прозвучало тягуче, как мёд.       Учитель протянул ему шоколадку со вкусом кофе. Глаза подростка засияли, а по телу пробежали мурашки от этого «котёнок», сказанного нарочно низким голосом. Он взял презент и, не сумев сдержаться, слегка запрыгал на месте от радости. — Спасибо большое! Знаете, это моя любимая!       Арсений Сергеевич улыбается, глядя на это смешное чудо. Этот подросток будоражил в нём все давно позабытые чувства и эмоции. Казалось, уже ничего не сможет растопить сковавший его лёд. А этот ёжик смог. — Увидимся в 13 у меня дома. - физик подмигнул Антону и вновь принялся проверять работы, пока радостный подросток выходил из кабинета. — Увидимся! - ответил Шастун напоследок и скрылся за дверью.