Конфеты с ликёром

Оказалось, что в полиции тоже принято дарить друг-другу конфеты по праздникам. Только вышло так, что все они копились в отделе до тех пор, пока всё нагло не отдали Цянь Цо со словами, что его муж любит сладости. Поэтому сейчас он наблюдал, как его благородный Тэн Жуйюй поедал одну за одной конфеты, сидя за очередной книгой. Цянь Цо вздохнул, прислонившись к дверному косягу, и с лёгкой улыбкой наблюдал за этой картиной. Тэн Жуйюй, казалось, полностью погрузился в чтение, не замечая, как потянулся за очередной конфетой. Бумажные обёртки уже образовали небольшой хаотичный островок на столе. — Ты ведь даже не знаешь, что ешь.  — наконец, не выдержал Цянь Цо. — Вдруг они… отравленные? Жуй удивленно поднял глаза на капитана полиции, а затем перевёл взгляд на почти пустую коробку конфет. — Если бы они были бы отравленные, то темперовка была бы давно нарушена, я бы это заметил… — произнес он с виноватым смешком. — Но тут было много вкусного. — Особенно клубничные, да? Ты всегда их первым выбираешь. — Хм, ты заметил? — Тэн Жуйюй отложил книгу и потянулся, разминая плечи. — Но ты знаешь, мне и горький шоколад понравился бы. Просто с этим чаем… Погоди, почему ты не на работе? — Я подумал, что, раз уж на тебя свалили весь сладкий груз отдела, то нужно помочь. Да и привели одного сумасшедшего по последнему делу, а тот начал бегать по зданию и кричать о проклятиях. Жуй задумчиво посмотрел на него приподняв одну бровь: — И?   — Я сказал, что это не было прописано в моем трудовом договоре и ушел. Тэн Жуйюй расхохотался, откинувшись на спинку кресла. — Ты серьёзно? Просто развернулся и ушёл? — в глазах мелькали весёлые искорки. — Ну, не совсем развернулся, — хмыкнул Цянь Цо, проходя в комнату и присаживаясь на край стола. — Я, так сказать, стратегически ретировался под предлогом помощи тебе с конфетами. — О, какая благородная причина, капитан полиции, — Жуй потянулся за очередной конфетой, но рука была перехвачена. — Хватит, — мягко, но твёрдо сказал Цянь Цо, переплетая их пальцы. — Ты уже съел половину коробки. Ещё немного — и тебя можно будет катить, а не сопровождать на место преступления. — Но они такие вкусные. — Детектив состроил жалобную мину, которая, увы, не произвела должного впечатления. — И ты не знаешь меры. А ну-ка, дай-ка посмотрю, что тут у нас, — Цянь Цо потянул к себе коробку. — Ликёрные, значит. Ты уверен, что не пьян? — Ликёрные? — Жуй опешил, нахмурившись. — Я думал, это просто с каким-то фруктовым наполнителем… — Ага, с фруктами, замоченными в коньяке. — Цянь Цо покачал головой, проверяя состав на дне коробки. — Удивительно, что ты ещё не начал цитировать Уголовный кодекс в рифму. Жуй замолчал, а затем со вздохом закрыл лицо ладонями: — Отлично. Мой авторитет официально потерян. Уважаемый детектив полиции, напившийся ликёрными конфетами… Моя репутация разрушена. — Твоя репутация всё ещё крепче, чем этот ликёр. — усмехнулся Цянь Цо. — К тому же никто, кроме меня, не знает. — Пока ты не расскажешь коллегам. — пробормотал Жуй. — Ну, ты же знаешь, я профессионал. — Цянь Цо склонился к нему ближе, пряча лукавую улыбку. — Разве что придётся потребовать плату за молчание. Жуй прищурился: — И сколько? — Всё зависит от того, насколько ты готов меня умолять. — прошептал Цянь Цо, приближаясь ещё ближе. Детектив почувствовал, как его дыхание сбилось. Их взгляды встретились, и в этом молчаливом столкновении не осталось места шуткам. — А если не умолять? — с вызовом произнёс Жуй. — Тогда я сам возьму. — хрипло ответил Цянь Цо и, не давая времени на ответ, склонился к его губам. Их поцелуй был медленным, тёплым и полным намёков на неизбежное продолжение. Пальцы Цянь Цо сжали его руку сильнее, затем скользнули по предплечью, вызывая дрожь. Тэн Жуйюй не смог сдержать стон, когда горячее дыхание мужа коснулось его шеи. — Конфеты — не единственное, чем я хочу наслаждаться сегодня. — прошептал Цянь Цо, оставляя дорожку из поцелуев вниз по горлу. Тэн Жуйюй с трудом сглотнул, когда губы Цянь Цо прошлись по линии его челюсти. В комнате повисло напряжение, густое, как расплавленный шоколад. — Ты играешь с огнём, капитан, — пробормотал Жуй, пытаясь сохранить самообладание. — Я всегда играю с огнём, — хрипло отозвался Цянь Цо, легко прикусывая мочку его уха. — особенно когда он так охотно горит рядом. Жуй не ответил — язык вдруг стал непослушным, а мысли рассыпались, будто стеклянные бусины. Его спина прижалась к столу, когда Цо уверенно перехватил инициативу, двигаясь медленно, словно смакуя каждую секунду. Пальцы аналитика скользнули к плечу мужа, вцепились в ткань рубашки, требовательно потянув её вверх. Тёплая кожа под ладонью обжигала сильнее ликёрного послевкусия. — Я думал, ты строгий полицейский… — выдохнул Жуй, когда рубашка наконец была отброшена в сторону. — Я строгий, — Капитан с опасной улыбкой наклонился к его уху. — но иногда нужно делать исключения. Он опустил голову, оставляя влажные поцелуи вдоль ключицы. Жуй выгнулся навстречу, теряясь между желанием оттолкнуть и притянуть ещё ближе. Его дыхание сбилось, сердце колотилось в груди с неумолимой силой. — Придётся переписать рапорт… — прошептал он, когда горячие ладони скользнули по спине. — Почему? — голос Цянь Цо звучал низко, почти гортанно. — Потому что причиной твоего отсутствия на месте преступления будет не «помощь с конфетами», — Жуйюй задохнулся, когда губы мужа нашли чувствительную точку под ухом. — а «непредвиденное служебное положение». — Интересное, глубокое положение. — согласился Цянь Цо, срывая с него верхнюю одежду одним движением. Тело Жуя еще не остыла после недавней ночи и все еще было покрыто засосами.   — Или непозволительная небрежность… — предлагал Жуй, ощущая, как губы капитана скользят чуть ниже живота, оставляя мурашки на дрожащей коже. Его пальцы вцепились в темные пряди Цо, но не для того, чтобы остановить, а чтобы удержать близость, которая сводила с ума. — А может тебе... тебе придётся отвечать на вопросы комиссии...  Капитан приподнял голову, его глаза блестели зеленым огнём в полумраке комнаты.  — Ты моя единственная комиссия… — прошептал он, заставляя сердце Жуя пропустить удар. Руки Цо обвили его бёдра, прижимая к своему телу так, что теперь граница между «служебным» и «личным» растворилась, как сахар в кипятке.  Жуй зажмурился, пытаясь собрать рассыпанные мысли. Каждый прикосновение капитана было как шифр, который он безуспешно пытался расшифровать годами — запутанный, опасный, сводящий с ума. Но когда зубы Цянь Цо впились в нежную кожу внутренней стороны бедра, аналитик понял — сегодняшний рапорт точно придётся переписать несколько раз. — Ты... Ах! — голос сорвался в стон, когда ладонь мужа накрыла его горячий член. — Ты злоупотребляешь положением...  — Наоборот, — дыхание Цянь Цо смешалось с губами, что были в сантиметре от его. — я использую положение. Использую каждую точку соприкосновения, каждый вздох, каждый стук сердца. Детектив выгнулся, когда пальцы капитана начали медленный, развратный ритм внутри него, выбивающий из головы всё, кроме белых вспышек за веками. Где-то на краю сознания мелькнула мысль о незаконченном деле, о коллегах, которые начнут искать их через час...  — Перестань думать. — Цянь Цо прикусил его бедро, словно прочитав мысли. — Или мне придётся арестовать твой язык для более благих целей. Жуйюй хрипло рассмеялся, внезапно накинувшись и перевернув их так, что теперь он оказался сверху. Его руки прижали запястья капитана к столу.  — Попробуй. — прошептал он, наблюдая, как расширяются зрачки мужа. В этом танце власти не было правил — только тысяча непроизнесённых «люблю», спрятанных в каждом укусе, и «жарко», выдыхаемых с каждым поцелуем.  Где-то вдали зазвонил телефон. Они синхронно замерли, когда их губы были в сантиметре друг от друга.  — Проигнорируешь вызов — лишишься звёзд на погонах, — Жуй ухмыльнулся, чувствуя, как бьётся пульс Цянь Цо под большими пальцами.  — А отвечу — лишусь чего-то важнее, — капитан легко вырвался и нежно шлепнул детектива по бедру, предлагая лечь обратно на стол. Оттянув свои штаны с нижним бельем, он вошел в молодого детектива. Затем он дёрнул бёдрами, заставив аналитика охнуть.  Телефон умолк.  — Ты... никогда не играешь по правилам, — выдохнул Жуй, впиваясь ногтями в его плечи, когда движение бёдер Цо стало глубже, намеренно медленным, будто капитан разгадывал код к сейфу его тела. Капитан приподнялся на руках, его смех смешался с хриплым стоном партнёра. — Правила пишет тот, кто держит ручку, детектив. — Он намеренно использовал звание, зная, как это сводит Жуя с ума. — А ты... — резкий толчок заставил аналитика вздрогнуть, — предпочитаешь мои методы допроса.  Телефон зазвонил снова, настойчиво, как сигнал тревоги. Жуй потянулся к нему автоматически, но капитан перехватил его запястье, прижав к голой груди. — Выбор прост, — губы Цянь Цо скользнули по его скуле, — звёзды на погонах... — палец провёл по взмокшему животу Жуя, оставляя ледяную дорожку среди испарины, — или звёзды, которые ты видишь, когда я...  — фраза рассыпалась на низком стоне, когда Жуй внезапно сжал бёдрами, заставив капитана потерять ритм. Все это время Цо его мучал, медленно двигаясь, пока они разговаривали. Детектив исказил лицо, следя брови к переносице и выгнувшись в спине, что подхватил полицейский одной рукой. — Ты совсем опьянел… Тебя так свела с ума эта фраза что ты кончил? — на это Жуй лишь обхватил руками его шею, растворяя того в мокром поцелуе и медленно, но инициативно двигаясь на нем. — Ты... сам виноват, — прошептал Жуй, его голос дрожал, но в глазах горел вызов. Он приподнялся, чувствуя, как каждое движение заставляет Цянь Цо терять контроль. — Ты всегда знаешь, как довести меня до края...  Цянь Цо замер, его пальцы впились в бёдра Жуя, пытаясь удержать тот медленный, мучительный ритм, который сам же и задал. Но аналитик не собирался сдаваться. Его губы скользнули по шее капитана, оставляя влажный след, а зубы легонько впились в кожу, вырывая низкий стон.  — Ты... играешь с огнём. — хрипло прошептал Цянь Цо, его дыхание сбилось, когда Жуй начал двигаться быстрее, выбивая из капитана последние остатки самообладания.  — А ты... всегда говорил, что я хорош в играх. — ухмыльнулся Жуй, его пальцы запутались в прядях капитана, притягивая его ближе.  Телефон зазвонил снова, но на этот раз они оба проигнорировали его. Мир сузился до этого момента — до горячих прикосновений, прерывистых стонов и звёзд, вспыхивающих за веками. Цо прижал Жуя к себе, его движения стали резче, глубже, словно он пытался доказать, что всё ещё держит контроль.  Но Жуй был непреклонен. Его ноги обвили поясницу капитана, втягивая его глубже, а губы нашли ухо, чтобы прошептать: — Сдавайся, капитан...  И он сдался. Его тело напряглось, а затем расслабилось, выдохнув имя Жуя в тишину комнаты. Аналитик последовал за ним вновь, его пальцы впились в спину капитана, оставляя следы, которые завтра придётся скрывать под рубашкой.  Они замерли, как и дыхание между ними. — Рапорт... — начал Жуй, но Цянь Цо перекрыл его губы поцелуем.  — Завтра, — прошептал капитан, его голос был мягким, почти нежным. — Сегодня... у нас продуктивное совещание. — Продуктивное? — Жуйюй фыркнул. — Думаешь, начальство оценит наш отчёт о "затруднительном положении"? — Конечно, — ухмыльнулся Цянь Цо. — Главное — правильно подать. "Провели детальный анализ содержания ликёрных конфет с целью выявления аномалий в составе". — И как результаты? — с ленивым интересом поинтересовался Жуй. — В составе обнаружено повышенное содержание желания. — Капитан склонился к его губам. — И отсутствие мер предосторожности…