Move in (me)

Минхо с Джисоном встречались уже четыре года, а хотели друг друга уже лет шесть. Минхо прекрасно помнил начало их отношений – тот день, когда он не сдержался и впервые поцеловал Джисона. У них тогда был камбэк с Back door, оставалось полчаса до их выступления на Music Core и они совершенно случайно остались одни в комнате для ожидания. Джисон тогда выглядел очень хорошо с убранными со лба волосами, и это был лучший день в жизни Минхо. Даже несмотря на то, что он от нервов укусил Джисона за язык и их чуть не застукал менеджер. Минхо тогда подумал, что, когда он начнет встречаться с Джисоном после того, как сох по нему больше двух лет, его жизнь превратится в рай, но он еще никогда так не ошибался.  Потому что никакого периода бесконечной романтики, поцелуев и секса не наступило. У них вечно не было времени, на них постоянно смотрели и они не жили вместе. Минхо казалось, что с каждым новым месяцем их отношений он все больше сходил с ума. Он хотел Джисона до дрожи в коленях, он хотел его почти всегда, и каждая их неудачная попытка остаться наедине, каждый прерванный шагами за дверью поцелуй заставлял Минхо хотеть Джисона еще сильнее. Он все чаще на него пялился, все чаще хотел его потрогать. Может, дело было и в том, что Джисон, как назло, с каждым днем становился все горячее и привлекательнее, а Минхо даже не мог нормально подержать его за руку.  Он не думал, что отношения с Джисоном будут в основном состоять из старых добрых мыслей о Джисоне. Он не знал, что это будет одно сплошное долгое ожидание, иногда вознаграждаемое скомканными поцелуями, редкими и осторожными свиданиями и еще более редким сексом. Но все было именно так. До недавнего времени. Потому что совсем скоро все должно было измениться. Минхо не знал, что конкретно он почувствовал, когда узнал, что они покидают старое общежитие и теперь будут жить по двое. Эмоций было слишком много, чтобы он мог их как-то уместить в одну, но зато свою первую мысль он помнил ясно – они с Джисоном наконец смогут делать все, о чем Минхо так долго мечтал. Они смогут целоваться сколько угодно, смогут спать вместе, смогут ужинать вместе как настоящая пара, смогут трахаться каждый день. Да, Минхо был уверен, что они будут делать это каждый день. Он мог бы делать это каждый день. Даже после самого утомительного расписания он бы приходил домой и был полностью готовым для Джисона.  Может, когда-нибудь Минхо и будет скучать по «веселым» временам, состоявших из долгих взглядов, обжиманий по углам, отсосов в туалетах и сорвавшегося секса. Может, он будет скучать по их изобретательным попыткам остаться наедине, по их первому разу, когда Джисон от волнения порвал два презерватива подряд, или по тому разу, когда он настолько отчаялся, что во время отпуска привел Джисона к себе домой и они занялись сексом на старой кровати Минхо, пока его родителей не было дома. Но если его когда-нибудь и накроет ностальгия, то точно не сейчас. Потому что сейчас Минхо мог думать только о том, что до переезда остался месяц. Он знал, что они с Джисоном обязательно потрахаются прямо в день переезда, как только последнюю коробку с вещами перенесут через порог. И Минхо был таким раскладом очень даже доволен, но все же ему хотелось превратить этот день во что-то более особенное. Он так долго ждал, но и Джисон ждал столько же. Ну разве Минхо не обязан был его как-то за это вознаградить? Раньше у них не было времени ни экспериментировать, ни делать что-то особенное, они просто трахались как могли, а сейчас Минхо мог… У Минхо было много идей для сюрприза. Он хотел сделать вместе с Джисоном так много всего, что определиться было трудно, но потом Минхо наткнулся в интернете на красное кружевное белье и подвязку из такого же материала и не смог оторвать от них взгляд. Белье было таким красивым, а подвязка тут же напомнила ему о том, как Джисон любил его бедра. Минхо невольно представил, как Джисон будет на него смотреть, стоит ему увидеть Минхо в этом, и ему пришлось успокаиваться, чтобы у него не встал член за пять минут до выхода из дома. Джисон всегда говорил ему, какой он красивый, и Минхо в ответ всегда хотелось быть самым красивым для него. Поэтому он даже не стал раздумывать и тут же заказал это белье, а потом еще и красный чокер.  Но этого было недостаточно. Минхо хотел сделать что-нибудь еще, и на этот раз выбор тоже стал для него очевидным, после того как Джисон во время одной из танцевальных практик прошептал Минхо на ухо, что он чертовки горяч, когда танцует. Осознание тогда накрыло Минхо с головой, и он даже удивился, что не подумал об этом раньше. Джисон так часто говорил, что ему нравится, как он танцует. Что ж Минхо обязательно станцует для него. Думать над номером не пришлось долго. Минхо посмотрел пару видео, и тот почти сразу сложился в его голове. С отработкой танца дела обстояли немного труднее. Они готовились к камбэку, проводили много времени в зале для практик и репетировать после общей тренировки было довольно утомительно. К тому же Минхо с трудом удавалось врать о том, что ему нужно дополнительно время, чтобы отработать движения. А один раз во время его репетиции в зал вообще зашел Хенджин. Минхо тогда в последний момент успел кое-как поменять позу, чтобы хоть как-то скрыть характер своего танца. К счастью, Хенджин вроде бы ничего подозрительного не заметил, но после этого Минхо репетировал с еще большей осторожностью.  И вот, спустя месяц тайных репетиций, прятания белья подальше в шкафу и волнительного ожидания этот день настал. Они переезжали.  Минхо старался кое-как скрывать свое чрезмерное возбуждение от остальных участников, но от Джисона ему ничего укрыть не удалось. Он заметил, как тот ухмыльнулся, когда Минхо слишком поспешно взялся тащить один из чемоданов, а позже перехватил его понимающий взгляд.  Большинство мебели в их новую квартиру было доставлено заранее, и они смогли перевезти все самые необходимые вещи к обеду. Это означало, что у Минхо оставалось полдня на подготовку, но ему надо было остаться в квартире наедине, то есть Джисона должен был кто-то отвлечь. Минхо не смог придумать ничего лучше, чем попросить Чана занять его чем-нибудь в студии. Это было неловко, потому что Минхо не мог толком объяснить, почему Джисона не должно быть в квартире хотя бы ближайший час, что за сюрприз он ему готовит и по какому поводу. Но Чан в итоге все равно согласился ему помочь и при этом еще почти понимающе улыбнулся. За все четыре года отношений Минхо с Джисоном так и не рассказали о них другим участникам, но Минхо последние года три был уверен, что Чан все-таки однажды успел увидеть, как они целовались на кухне общежития.  Когда вопрос с Джисоном был решен, и когда Минхо наконец переступил через порог новой квартиры, он тут же принялся за дело. Сначала он прибрался в своей пыльной спальне и застелил постель (Минхо еще в самом начале позаботился о том, чтобы та была большой). Потом он убрался и в почти пустой гостиной, а затем началось самое интересное. Минхо заперся в ванной и провел там почти час, тщательно моясь, бреясь и растягивая себя. С последним возникла небольшая трудность, потому что Минхо хотел сегодня кончить только вместе с Джисоном, и ему приходилось то и дело останавливаться и пытаться не думать о комплекте белья, который ждал его в спальне. Закончив с ванной, Минхо вернулся в спальню, и у него чуть не подкосились колени, когда он сознал, что сейчас ему предстоит надеть это. Он слегка трясущимися руками натянул на себя белье и до боли закусил губу, почувствовав, как то плотно обтягивало его задницу. Потом он натянул подвязку, надел чокер и несколько минут любовался своим отражением в зеркале. Минхо не был уверен, кто от всего этого сойдет с ума быстрее: Джисон или он сам.  Поверх он накинул халат, затем подготовил колонку в гостиной и, взяв в руки телефон и усевшись на диван, принялся ждать. Он отправил Джисону сообщение: «Напиши когда поедешь домой» И тот почти сразу ответил. «Я уже выхожу из студии» А потом: «Можешь начать готовиться)» У Минхо на мгновение перехватило дыхание, а потом он напечатал в ответ: «Поверь, я-то уже давно готов» Через пару секунд от Джисона пришло короткое: «Молодец, детка», и Минхо со вздохом отложил телефон. И почему он всегда такой?           * * *  Джисон приехал через десять минут. У него был свой комплект ключей, но он все равно позвонил в дверь, будто зная, что за ней его ждет что-то особенное. Сердце Минхо подскочило с первой высокой нотой дверного звонка, и так и не перестало колотиться, когда он встал с дивана и, поплотнее затянув халат, открыл дверь. А потом он чуть не столкнулся носом с Джисоном, стоявшим по ту сторону. Минхо непроизвольно отступил назад, его взгляд забегал по улыбающемуся лицу Джисона, по его чуть растрепанным от бега и ветра волосам. Он не мог представить, как кто-то мог жить и не хотеть поцеловать Джисона каждую секунду своей жизни. Джисон перешагнул через порог и поспешно закрыл за собой дверь. А как только та захлопнулась, он сделал еще один шаг навстречу, сокращая расстояние между ними до каких-то сантиметров. Минхо едва успел резко вдохнуть от волнения, а Джисон уже опустил руки на его талию и одним движением крепко прижал к себе. Он на мгновение помедлил перед поцелуем. Его неожиданно нежный взгляд заскользил по лицу Минхо, а потом опустился вниз на его халат. Джисон ухмыльнулся и заглянул Минхо в глаза.  — Наверное, мне теперь всегда придется спешить домой, - проговорил он, и сердце Минхо предательски екнуло. Он кивнул и тихо ответил: — Конечно. А потом Джисон его поцеловал, даже толком не дав ему до конца выговорить свое глупое «конечно». И его поцелуй в отличие от его взгляда ранее был куда менее нежным и куда более страстным. Он жадно смял губы Минхо, и почти тут же толкнулся в его рот языком. Его руки крепче сжали талию Минхо, и только это помогло тому устоять на ногах. Он сам непроизвольно прижался к Джисону ближе, запустил руки в его волосы, также страстно принялся целовать в ответ. А потом Джисон чуть отстранился и толкнул его к стене, затем опять прижался так сильно, одна его рука заскользила вниз, начала пробираться под халат… И тут Минхо пришел в себя. Он резко перехватил руку Джисона, а потом легко толкнул его в грудь, прося отстраниться. Тот послушался, но Минхо мог заметить удивление в его взгляде.  — Я…— Минхо не сразу смог справиться со сбившимся дыханием. – Приготовил кое-что. Джисон теперь выглядел еще более озадачено, но Минхо продолжил, прежде чем тот успел что-либо спросить. — Пойдем в гостиную. Ты сам все увидишь. Он взял Джисона за руку и вывел из прихожей. Тот проговорил что-то вроде «Ты умеешь заинтриговать», но Минхо едва ли слышал его голос из-за колотившегося, казалось, где-то в ушах сердца. Он остановился в центре гостиной, отпустил Джисона, отошел к столу, а потом вернулся со стулом.  — Сядь, пожалуйста, — проговорил он, и Джисон почти тут же послушался, скользя по нему заинтересованным взглядом. А Минхо подошел к стоявшей на столе колонке и включил музыку. Та пока заиграла очень тихо, но Минхо знал, что вскоре мелодия поменяется. Он медленно вернулся в центр гостиной, встал лицом к Джисону в нескольких шагах от его стула и замер. Джисон уже пожирал его взглядом, и Минхо позволил своему сердцу сделать пару бешенных ударов, прежде чем он трясущимися руками развязал халат.  Он смотрел Джисону прямо в глаза и тогда, когда ткань соскользнула с его плеч, и тогда, когда он откинул уже бесполезный халат в сторону. Он снова замер на мгновение. Взгляд Джисона потемнел. Он слегка дернулся на своем стуле, но ничего не сказал и остался на месте. Минхо медленно опустился на колени, а потом плавно раздвинул бедра, опускаясь ниже. Музыка стала громче, его номер начался. Минхо горел с каждым новым движением. Он каждой частичкой тела ощущал на себе взгляд Джисона, и это сводило его с ума. А потом он сделал ошибку, заглянув Джисону в глаза в середине своего танца. Минхо в тот момент плавно выгнулся на полу, выпячивая задницу вверх, и Джисон спокойно на него смотрел. Да, его глаза горели от желания, но Джисон все равно смотрел спокойно и как-то по мягкому властно. Член Минхо бесконтрольно дернулся, и он с трудом удержался, чтобы не потереться им об пол. Потому что только Джисон мог так на него смотреть, и потому что только Минхо знал, что Джисон на самом деле был таким. Таким непринужденно властным, когда они были наедине. Таким, что перед ним невозможно было не раздвинуть ноги.  Джисон смотрел на него так, словно Минхо и должен был это делать. Как-будто в этом не было ничего такого. Но при этом его взгляд каким-то образом умудрялся дать Минхо понять, что он прекрасен. Что он делает что-то обычное, но он прекрасен. И Минхо чувствовал себя также. Чувствовал себя прекрасным, чувствовал, что он просто танцует, но только на этот раз для Джисона. Чувствовал, что Джисон ни за что не перестанет на него смотреть. Минхо старался двигаться плавнее, изящнее, выгибаться сильнее, но под взглядом Джисона это и так происходило само собой. Волнение, мучавшее его перед началом танца, пропало, и Минхо даже не заметил, как мелодия начала подходить к концу.  Он изящно поднялся и медленно подошел к Джисону. Потом также медленно опустился на его колени. Он начал плавно двигать бедрами в такт угасающей музыке. Они смотрели друг другу в глаза, и у Минхо с каждым движением все больше кружилась голова. Джисон был так близко, Минхо извивался на нем, но тот не смел к нему прикасаться, давая ему закончить свой танец. А затем Минхо выгнулся в последний раз, и музыка остановилась.  Он замер, тяжело дыша от возбуждения, а потом заметил, что Джисон дышит точно также. Они сидели в тишине, а потом Джисон медленно начал водить руками по его бедрам. Его горячие ладони поднялись вверх, забрались под тонкую кружевную ткань и начали массировать ягодицы Минхо. Минхо испустил тихий вздох и чуть-чуть поерзал, уткнувшись лбом Джисону в плечо. Джисон опустил одну из ладоней вниз и начал играться с его подвязкой, его другая рука так и осталась на заднице Минхо, он провел пальцами совсем близко от дырочки, и Минхо непроизвольно дернулся. Джисон усмехнулся. А потом начал покрывать влажными поцелуями шею Минхо. Он опустился вниз, чмокнул Минхо в плечо, снова поднялся и прошептал, почти касаясь губами мочки: — Ты был прекрасен.  Минхо почувствовал, как его собственные уши покраснели, и еле слышно произнес: — Спасибо. Касания Джисона стали еще более нежными, одна его рука поднялась выше, пальцы аккуратно выводили круги на лопатках Минхо, посылая волны мурашек по всему его телу. — Думаю, это мне стоит сказать «спасибо», — проговорил Джисон, а Минхо поднял голову и увидел улыбку на его губах. – Не каждый день увидишь, как самый красивый парень на свете танцует только для тебя. Минхо не мог понять, каким образом Джисону все время удавалось выбить землю из-под его ног. Он всегда говорил что-то такое простое, а Минхо всегда чувствовал себя так, словно ему признались в любви впервые в жизни. Иногда Минхо думал, что все дело было в том, что никто просто не умел любить его так, как это делал Джисон.  Минхо не сразу понял, что завис, а, когда до него дошло, что он просто сидит и смотрит на Джисона, а тот просто смотрит на него в ответ, он проговорил: — Отнеси меня в спальню. Джисон тихо усмехнулся. — Ты сегодня хочешь покомандовать? Минхо кивнул, и ухмылка Джисона стала еще шире. — Тогда, думаю, мне остается только подчиниться. И он резко обхватил бедра Минхо крепче и поднялся. Минхо едва успел вцепиться в его плечи, чтобы удержаться, а Джисон уже сделал первый шаг. Он быстро пересек гостиную, щелкнул выключателем и открыл дверь. Минхо невольно зажмурился от слишком яркого света, а Джисон проговорил «ой, не туда», и поспешно закрыл дверь в ванную.   Минхо не выдержал и рассмеялся, по губам Джисона тоже расплылась улыбка, но он быстро ее подавил, нацепив недовольный вид. — Ну я не виноват, что кое-кто набросился на меня, прежде чем я успел осмотреть квартиру, — он снова зашагал, на этот раз медленно и действительно в сторону спальни. — Вообще-то это ты на меня набросился! — Но ты хотел, чтобы я на тебя набросился! – тут же ответил на возражение Минхо Джисон, переступая через порог спальни.  У Минхо на это оставался только один аргумент, поэтому он слегка стукнул Джисона по плечу и строго произнес: — Не спорь со старшими. Джисон в ответ на это резко и довольно сильно шлепнул его по заднице. Минхо вскрикнул от неожиданности, и тот довольно усмехнулся, а потом вдруг его отпустил, и Минхо упал на кровать.  От резкого падения у Минхо на мгновение сбилось дыхание, но он почти тут же сел и злобно уставился на Джисона. Он хотел что-нибудь сказать, но Джисон выглядел настолько довольным собой, что Минхо не смог придумать ничего, чтобы могло хоть как-то поставить его на место. Он какое-то время просто на него смотрел, а потом поняв, что Джисон ждет его указаний, проговорил почти приказным тоном: — Раздевайся.  Джисон хмыкнул, но сразу его послушался. Он начал медленно стягивать с себя одежду, ни на мгновение не отрывая взгляда от Минхо. В его глаза снова вернулось желание, а взгляд снова стал таким. И Минхо опять захотелось просто рассыпаться. Просто лечь, широко раздвинуть ноги и дать Джисону сделать с ним все, что он захочет. Но сегодня у него были на Джисона другие планы. Поэтому Минхо пришлось сесть прямее и продолжить строго смотреть на Джисона. А когда тот полностью разделся, Минхо изо всех сил попытался выглядеть равнодушно. Он еле удержался, чтобы не заскользить взглядом по его подтянутому телу, по его бицепсам, по его прессу, еле удержался, чтобы не опустить взгляд ниже и не проверить насколько сильно Джисон уже возбужден.  Смотря Джисону строго в глаза, Минхо чуть подвинулся и махнул рукой себе за спину. — Ложись.  А когда Джисон его послушался, Минхо неспешно взял с тумбочки смазку и презерватив, и потом одним изящным движением оседлал бедра Джисона.  Джисон все также следил за каждым его действием и смотрел так пристально, что Минхо начинало казаться, что тот ждет, когда он наконец не выдержит и все-таки рассыплется под его взглядом. Но Минхо не собирался сегодня дарить Джисону такое наслаждение, особенно после его выходки. Поэтому он, по-прежнему глядя Джисону в глаза, обхватил ладонью его уже наполовину вставший член и сделал пару довольно резких движений. Джисон дернулся и зашипел. В одно мгновение он, казалось, хотел что-то сказать, но сдался под суровым взглядом Минхо.  Минхо довольно хмыкнул и снова заводил ладонью по члену Джисона. Тот запрокинул голову и закусил губу, подавляя стон. Движения Минхо стали быстрее, дыхание Джисона чаще. Он все еще подавлял стоны, видимо, не желая отдавать Минхо свою власть так быстро.  А потом Минхо остановился. Он отстранился, взял презерватив, натянул его на член Джисона, и только потом потянулся к смазке. Он уже был хорошо растянут, но ему захотелось заставить Джисона потерпеть, поэтому он медленно отодвинул кружевную ткань в сторону и начал вводить в себя пальцы. Он не спешил, двигал рукой почти лениво, и остановился только тогда, когда глаза Джисона полностью потемнели от желания, а его собственный член начал ныть, прося о внимании.  Минхо вынул пальцы и, чуть поменяв свое положение, пристроился у члена Джисона. Он немного помедлил, решив поиздеваться над Джисоном один последний раз, а затем проговорил:  — Ну что, думаю, мне пора научить тебя, как следует обращаться со старшими. Джисон хмыкнул, все еще умудряясь выглядеть так, словно это он хозяин ситуации, а Минхо начал почти мучительно медленно опускаться. Когда член Джисона вошел до основания, он на мгновение остановился, наслаждаясь ощущением наполненности, по которому уже успел соскучиться. Член Джисона всегда ощущался внутри так идеально, словно он был создан, чтобы его наполнять.  Минхо слегка встряхнул головой, прогоняя непрошенные сантименты, и плавно приподнял бедра. Затем он снова опустился, выбивая из Джисона тихий вздох. Минхо начал набирать темп, стараясь двигаться как можно более плавно, стараясь заполучить над Джисоном хоть капельку той власти, которой тот обладал над ним. Он выгибался в спине, он гладил грудь Джисона, играясь с его сосками, он двигался все быстрее. А потом он слегка поменял угол, и член Джисона наконец задел его простату. Минхо вскрикнул и чуть не потерял равновесие, но Джисон удержал его за бедра.  Минхо рвано вздохнул, а потом резко схватил руки Джисона и, убрав со своих бедер, прижал те к кровати. Он навис над Джисоном и заметил, как у того от удивления округлились глаза. Минхо подавил довольную улыбку и снова задвигался. Его бедра уже начинали ныть, но Минхо все равно набирал темп. Под новым углом, член Джисон теперь то и дело задевал его простату, и Минхо с каждым движением становилось все труднее мыслить трезво. Его голова кружилась, сознание затуманилось от желания, и начавшие срываться с губ Джисона стоны ничего не делали легче.  Движения Минхо становились все резче, и он теперь почти скакал на Джисоне, и когда, после очередного скачка Джисон выкрикнул его имя, в затуманенное сознание Минхо вдруг залетела ненормальная мысль. Он резко остановился, страстное «Минхо!» все еще пульсировало в его висках, и он, тяжело дыша, проговорил: — Хен. Джисон уставился на него мутным взором и непроизвольно дернул бедрами в попытке возобновить трение. — Что? — Минхо-хен. Голос Минхо прозвучал даже для него на удивление строго. Он схватил Джисона за подбородок и добавил: — Кажется, мой Джисон позабыл даже элементарные правила вежливости. В глазах Джисона что-то загорелось, и он проговорил: — Это довольно легко сделать, когда хен скачет на твоем члене, как послед- Минхо с силой сжал пальцы на подбородке Джисона, заставляя того замолчать, и почти ледяным тоном сказал: — Извинись.  Джисон какое-то мгновение просто смотрел на него в ответ, в его взгляде было так много всего, что Минхо не мог разобраться. А потом Джисон наконец сказал: — Прости. Минхо выжидающе посмотрел на него в ответ, и Джисон почти с наслаждением добавил: — Хен.  Минхо резко отпустил его подбородок и бросил: — Хороший мальчик.  А затем он почти сразу снова задвигался. Это было не просто, потому что его колени и бедра дрожали от новой волны возбуждения. Он чувствовал, что оргазм уже близко и набрал почти бешеный темп. Он уже совсем не соображал, и поэтому ничего не сделал, когда Джисон все-таки схватил его за бедра и начал толкаться в Минхо сам в такт его движениям. А потом Джисон после очередного толчка выкрикнул: «Хен!», и этого оказалось достаточно, чтобы Минхо наконец кончил. Джисон сделал еще пару толчков в его обмякшее тело, а затем с громким стоном излился в презерватив. Они оба замерли, Минхо уперся ладонями в грудь Джисона, стараясь хоть как-то удержать равновесие. А потом Джисон нежно приподнял его бедра, заставляя встать с члена, и уложил Минхо на постель рядом с собой.  Они оба легли на бок и какое-то время просто устало смотрели друг на друга. Минхо чувствовал себя ужасно измотанным, его бедра и задница ныли, но он мог думать только о том, каким красивым сейчас был Джисон. Его грудь тяжело вздымалась, щеки раскраснелись, а влажные от пота пряди прилипли ко лбу. Не удержавшись, Минхо протянул руку и нежно откинул волос с его лба. Джисон слабо усмехнулся, а затем подался вперед и аккуратно смял его губы. Минхо подвинулся ближе и лениво ответил на поцелуй. Джисон откинулся на спину и притянул Минхо, почти укладывая на себя. Они лежали так и целовались довольно долго, пока Минхо не вспомнил, что они вообще-то все еще были испачканы спермой. Затем он подумал о том, что Джисону может быть тяжело удерживать его вес на себе так долго, и, чмокнув его в губы в последний раз, Минхо отстранился. Он упрямо сел, хоть Джисон и попытался притянуть его обратно, и тот протянул: — Ну еще чуть-чуть… Минхо решительно помотал головой. — Нам надо помыться, - он похлопал Джисона по бедру. – Вставай.  Джисон в ответ вдруг расплылся в улыбке. — Слушаюсь, хен.  И он как ни в чем не бывало сел, а Минхо почувствовал, как его собственные уши предательски покраснели.  — Ты теперь никогда этого не забудешь? Джисон весело помотал головой. — Нет, конечно, — он подался ближе и быстро чмокнул Минхо в губы. – Ты был прекрасен. Хен. — Джисон! Джисон рассмеялся. — То есть теперь мне нельзя называть тебя хеном? Совсем недавно у тебя было совсем другое мнение. Минхо устало вздохнул и повторил предупреждающим тоном: — Джисон. Джисон, пропустив этот мимо ушей, беспечно поднялся с кровати и продолжил: — Это безумие, правда. Ты тогда был таким суровым, что я на мгновение реально испугался. Минхо почувствовал, как его уши покраснели еще сильнее, и, стараясь это игнорировать, поднялся вслед за Джисоном с кровати.  — Перестань это вспоминать, — отрезал он и направился к выходу из комнаты. А Джисон, разумеется, крикнул ему в спину: — Как прикажешь. Хен.