Во всём виноват Джин

Утром Тэхён проснулся под дружный, конский ржач Джина и Намджуна с какого-то угарного шоу. В кои-то веке потянуло не как обычно закатить глаза в раздражении, а улыбнуться во все свои тридцать два. Вечером Чонгук довёз его до дома, причём не спрашивая адрес, ещё раз жарко засосал на прощание, пообещав встретиться и поговорить нормально, как взрослые люди. Прогресс на лицо. Он не оттолкнул, а ответил на поцелуй и сам целовал до сбившегося дыхания и прокушенной губы. С губой явно вышел перебор, но с тем, что есть уже можно работать дальше, наконец сдвигаясь с мёртвой точки. Тэхёна всегда смешило выражение: "Размечтался! Смотри, а то губа треснет", прокручивая в памяти вчерашний вечер и широко улыбаясь, он тут же лично на себе ощутил силу этой магической фразы. Губа, сука, треснула сразу в двух местах, а мечтать ещё даже не начал, просто вспомнил замёрзшего Чонгука, сующего свои ледяные руки ему под одежду и горячий язык в рот. Покусанная губа болела адски, Тэхён долго собирался с силами, чтобы просто взглянуть на себя в зеркало, а взглянув - охренел, матерясь на всю квартиру. Если смотреть со стороны, то кажется, что его пытались загрызть насмерть и судя по внешнему виду попытка оказалась довольно удачная. При взгляде на часы волосы зашевелились на загривке, только чудо могло спасти сегодня от опоздания на лекцию профессора Ли, у которого несмотря на почтенный возраст, была прекрасная память. А благодаря одному жаркому спору на зачёте, Тэхёна он, к сожалению, очень хорошо запомнил. Придется нестись, сломя голову, чтобы не впасть в ещё большую немилость. — Джин, какого хрена? - тут же выписал другу претензию, вылетая из комнаты, на ходу застёгивая джинсы и натягивая носок, - я же просил разбудить. — Так я будил, - отмахнулся Джин, не отрывая взгляда от экрана телевизора. — Как интересно? — Как умею, - флегматично пожал плечами друг. — Блядь, - прошипел Тэхён, выбегая из квартиры с курткой в руках и громко хлопая дверью. Помимо опоздания на лекцию к любимому профессору, у которого ещё предстояло защитить курсовую работу, Тэхёна волновал всего один вопрос: "позже поговорим" Чонгука кардинально отличается от того же позже, в его представлении или не очень? Сколько ещё ждать у моря погоды? Бесит неимоверно. На парах пришлось спрятать лицо под медицинской маской, ссылаясь на лёгкую простуду, как отмазку для любопытных одногруппников. Придуманная легенда о севшем голосе пришлась как нельзя кстати, избавляя от лишних разговоров, дабы не травмировать ещё больше обветренные губы. В обед за столиком собралась вся их разномастная компания. Чимин, активно жуя свой обед, хитро поглядывал на Тэхёна, пытаясь незаметно пихнуть Джина локтём в бок. Тот стоически его игнорировал, потому что с утра уже всю красоту успел заценить. За свои короткие сборы Тэхён успел выслушать дюжину шуток про Анджелину Джоли и страстные поцелуи взасос с работающим пылесосом. Джун сидел рядом с невозмутимым лицом, нагло уложив руку на колено Джина, который изо всех сил пытался делать вид, что в этом нет ничего особенного и друзья, при желании, в любой момент могут его полапать за обедом. Отбив очередной тычок под многострадальные ребра, Джин с возмущением повернул голову в сторону своего парня. — Ты сегодня, в принципе, планируешь меня защищать? Я вообще-то в опасности. — Пока нет реальной угрозы я и пальцем не пошевелю, - не меняя расслабленной позы, заявил Намджун. — Эй... Одновременно возмутились оба. — Привет всем. Назревающий жаркий спор внезапно прервал нарисовавшийся возле их столика Хосок, светя загадочной улыбкой от уха до уха. Что он тут забыл - совершенно непонятно. Окончил университет он ещё в прошлом году и делать в его стенах было абсолютно нечего, кроме возможного поиска новых рекрутов для подписания новых рабских контрактов. Чимин словно прочитав его мысли, тут же их озвучил. — Я к Чонгуку приехал, - отмахнулся Хосок, - нужно сгонять на выходных на базу, а он обещал помочь. О и ты в маске, - удивлённо добавил Хоби, поворачиваясь к Тэхёну, - вы с Чонгуком на пару подцепили простуду? Джин наконец-то не выдержав, громко фыркнул и ехидно прокомментировал: — Может они сосались на морозе. Хосока это заявление вообще никак не впечатлило, он только пожал плечами, занял свободный стул и между делом проронил: — Всё может быть. Джин, мудак, уже ржал во весь голос, получив в ответ уничтожающий взгляд. Тэхён сидел, грустным взглядом гипнотизируя свой обед, который съесть хотелось, но желательно когда Чимин с Хосоком свалят в неведомые дали, во избежание ненужных, каверзных вопросов. Как назло, сегодня никто никуда не спешил и Тэхёну пришлось скрыться за горизонтом так и не пообедав. Между сытым желудком и целыми нервными клетками, сделал однозначный выбор в пользу своего душевного спокойствия. Пережив часовую консультацию и очередной горячий спор по своему курсовому проекту у господина Ли, Тэхён выполз из здания университета с одним единственным желанием - сначала покурить, а потом сдохнуть, желательно безболезненно. Можно и наоборот, не суть важно. И даже рана на губе не могла остановить его от получения дозы желанного никотина. Профессор был склочным, неприятным старикашкой и своими мелочными придирками качественно выносил студентам мозг напрочь. Тэхён с жаром, до победного, отстаивающий свое мнение и уже, наверняка, был "помечен" в черном, потрёпанном блокноте профессора наряду с прочими "любимчиками". Как ни странно, это давало дополнительный стимул стремиться к вершине, чтобы стать лучшим из лучших. Сумерки тёмным покровом опустились на город, только выпавший и пока ещё чистый снег сверкал драгоценным полотном в лучах падающего искусственного света уличных фонарей, сильный ветер к вечеру утих и создавалось ощущение, что город замер, погрузившись в желанную тишину. Студенты уже давно разошлись, в здании остались только любители поболтать с господином Ли. Тэхён насчитал ещё двоих, которые уныло ожидали своей незавидной участи, сидя прямо на полу возле кабинета. Накинув капюшон на голову, Тэхён прикурил, с наслаждением делая первую затяжку и выпуская дым вверх, в ту же секунду практически подпрыгивая на месте и роняя сигарету в снег от разрезавшего тишину резкого автомобильного гудка. Громко выругавшись он обернулся в поисках источника неприятного звука, туда, где в десяти метрах справа, обнаружился припаркованный знакомый внедорожник. Дверь с водительской стороны открылась и показался Чонгук, упакованный в чёрное с головы до ног, наконец-то в шапке, но с огромными дырами на коленях и в распахнутой настежь куртке. — Тэхён, - позвал он, быстро приближаясь, - поговорим? Ну наконец-то! Тэхён моментально забыл о такой желанной сигарете и недостатке никотина в организме. Чонгук, приблизившись, нечитаемым взглядом окинул свое творение, к вечеру возле губы дополнительно образовался симпатичный, багровый синяк. Никак больше не реагируя, он только молча махнул рукой в сторону машины. — Поговорим, - согласился Тэхён, для убедительности кивая головой, следуя к машине и устраиваясь на пассажирском сидении. Чонгук сел за руль, задумчиво прикусив нижнюю губу и начал играть языком с пирсингом, в брови блеснула ещё одна штанга. Тэхён нервно сглотнул, отводя взгляд. Вот как засранец умудряется выглядеть настолько горячо? Где красные, опухшие, обветренные губы? Вчерашнее приключение отпечаталось, видимо, только на его лице. Казалось, что на его фоне сам он выглядит как серая мышь, которую успел словить и вдоволь потрепать большой, опасный кот. Чонгук включив зажигание забыл о нём напрочь, так не произнеся больше ни слова, смотрел в одну точку, крепко сжимая руль руками. Тэхён сидел рядом повернувшись к нему вполоборота и задумчиво крутил в пальцах зажигалку, а в мыслях - чтобы он сделал прямо сейчас, крайне неприличное, с этим ходячим сексом. Наконец Чонгук тряхнул головой, бросил в его сторону острый взгляд и выехал с парковки. Тэхён пристегнулся и устроился поудобнее, решив просто подождать, когда он приведет все свои нелогичные мысли к одному знаменателю и соизволит начать разговор, инициатором которого стал сам. Чонгук открывать рот не торопился, наоборот, судя по его напряжённой позе, плотно сжатой челюсти, нахмуренным бровям и пальцам, вцепившимся в руль до побелевших костяшек, у него внутри происходит борьба не на жизнь, а на смерть. Молчание начинало заметно нервировать, ещё немного и послышится скрип, покрывшихся слоем ржавчины и с трудом работающих шестерёнок в чужой голове. Протянув руку к приёмнику, он включил первую попавшуюся станцию. Чонгук отметил это действие очередным быстрым взглядом, так ничего и не сказав. Мерный шум мотора, проносящиеся за стеклом яркие огни города и неоновые вывески, лёгкая джазовая музыка, доносившаяся из проигрывателя, словно погружали в лёгкий транс, заставляя выбросить все мысли из головы. Если Чонгук сам сделал первый шаг, то Тэхён предоставит ему полное право сделать и второй. Он откинул голову на подголовник и попытался расслабиться, осталось только дождаться результат. Даже задавать банальный вопрос: "Куда мы едем?", не хотелось, чтобы ненароком не сбить Чонгука с правильного настроя. Под звуки тягучей и плавной мелодии Тэхён не заметил как уснул. Снилось, как они вместе последний раз ходили на любимое озеро. Чонгук сидел о чём-то задумавшись, точно в такой же позе, как и нарисовал его Тэхён. Наконец он медленно встал с нагретого за день, большого камня и в два шага оказался у кромки воды и не смотря на то, что Тэхён кричал, срывая голос, зовя к себе, он никак не реагировал, устремив пустой взгляд вдаль. Запрокинув светловолосую голову к ночному небу, бесшумно, шаг за шагом погружался в ледяную воду. Тэхёна трясло, как в лихорадке, он не успевал добежать, как ни пытался, не мог докричаться. Страх невидимыми, ледяными щупальцами сковал тело. Темная, холодная вода манила, зазывая в свои смертельные объятия, Чонгук уже полностью погрузился в неё. Тэхён бросился за ним следом, он не мог его потерять, только не сейчас, не снова. В следующий миг вода сомкнулась над головой черным, тяжёлым пологом, не давая вынырнуть и сделать вдох. Сквозь её толщу, издалека, доносился издевательский, злой смех, пока жизнь капля за каплей утекала из обессиленного тела. Тэхён, с трудом вырвавшись из липкой паутины сна, резко дёрнулся и открыл глаза в кромешной темноте, поначалу вообще не понимая, где находится, но подсознательно пытаясь дышать ровнее и глубже, чтобы успокоить лихорадочно бьющееся сердце. Чужой, отвратительный смех до сих пор эхом стоял в ушах. Тэхёна накрыло чувство дежавю, когда глаза привыкли к темноте и он увидел, что Чонгук накрыл его тем же пледом, что и в первый день пребывания на базе. Приехали видимо совсем недавно, машина ещё даже не успела остыть. Повернув голову, он заметил свет лившийся из одного единственного окна их летнего домика номер семь. Выпутавшись из уютного, тёплого кокона и открыв дверь Тэхён тут же, по щиколотку, погрузился в мягкий снег, тихо матерясь и зябко передёргивая плечами. Наконец удалось спокойно покурить и слегка успокоить нервную дрожь, непрекращающуюся после странного сна. Температура опустилась ещё ниже, обещая морозную, холодную ночь. Ветер снова разгулялся, шевеля густые кроны, словно невидимой рукой стряхивая с них пышные, снежные шапки прямо под ноги. Начиная порядком подмерзать Тэхён словно пловец перед прыжком в воду, набрал воздуха в грудь и быстро открыл знакомую дверь. Мыслительная деятельность Чонгука видимо не прекращалась ни на минуту или пошла на второй круг, а может и на пятый, так сразу и не понять. Всё зависит от того, сколько он спал. На звук скрипнувшей входной двери он поднял голову и встал с заправленной кровати, пряча руки в карманах джинсов. Пока Тэхён спал он успел включить отопление и убрать в домике, даже пол вымыл. В углу стояла швабра и ведро с мутной водой. Видимо, заниматься уборкой на нервах - это у них общее. Окружающая тишина стальным обручем давила на виски. Тэхён сделал очередной глубокий вдох и прокашлялся: — Чонгук... И тут же был перебит напряжённым: — Зачем ты приехал? Слегка растерявшись от неожиданного вопроса, он быстро взял себя в руки и задал встречный: — А зачем ты меня сюда привёз? Чонгук сделал неопределенное движение рукой, обводя помещение и толкнул язык за щёку, грустно усмехнувшись. — Ты понял о чём я. — Приехал к тебе, - ответил Тэхён, принимая правила игры, наконец разуваясь и проходя внутрь. — Что, новые отношения не сложились, сойду и я? - резко бросил Чонгук, нервно запуская руку в волосы и отворачиваясь лицом к окну. Пока Тэхён силился обработать полученную информацию, Чонгук, не дожидаясь, тут же продолжил: — Мог бы и сказать мне это лично, когда я звонил, а не отмахиваться тупым сообщением. А потом ты приехал и говоришь, что ко мне, а сам встречаешься с Розе. Это с ней ты построил свои новые отношения? Тэхёну начало казаться, что Чонгук перешёл на какой-то другой язык или он сам резко забыл корейский. Разрозненная цепочка отдельных слов никак не складывалась в полноценную, адекватную мысль. — При чём здесь Розе? - Тэхён мигом ухватился за наиболее понятное из всей той тарабарщины, что вывалил ему на голову Чонгук. — Но как же!? После того как ты уехал, она всех оповестила, что тоже едет в Сеул с парнем на неделю. Тэхён обошёл Чонгука и замер напротив, наконец-то сцепляясь с тёмными глазами в тяжёлом поединке. — И? - медленно произнёс он, так и не дождавшись продолжения. — Ты, блядь, издеваешься? - вспылил Чонгук, переходя на крик, - Я тебе звонил три дня, ты ни разу не взял трубку, а на моё сообщение написал....сейчас, - он неуклюже засунул правую руку в карман, выуживая телефон, - процитирую дословно, чтобы освежить память. Разблокировав и пролистав переписки, открыл и с выражением зачитал: "Хватит уже звонить! У меня новые отношения и тебе в моей жизни больше нет места". Дочитав до конца, Чонгук горько рассмеялся, со всей силы сжимая телефон в руке. У Тэхёна в голове словно щёлкнул невидимый переключатель, заставляя словесную мешанину выстроиться в логическую цепочку и осознать весь её смысл, чтобы ухватиться за нитку, распутывая весь этот клубок непонятной информации. — Когда ты мне звонил? - тихо спросил Тэхён, настойчиво пытаясь удержать зрительный контакт. — Да какая уже разница? - огрызнулся Чонгук, бросая на него острый взгляд из-под отросшей чёлки. — Когда? - с нажимом повторил Тэхён. — Через пару дней, после того как ты уехал, - нехотя ответил Чонгук, отходя на шаг и нервно крутя в руках телефон. Тэхён силился вспомнить было ли что-то подобное после его возвращения в Сеул. То время вообще сейчас казалось каким-то сплошным мрачным и размытым воспоминанием, пару звонков он ещё мог пропустить, но чтобы три дня игнорировать того кто пытается к нему дозвониться? Такого точно быть не могло, тем более он так часто гипнотизировал телефон и рассматривал сделанные фото. — Покажи мне, - мягко попросил Тэхён. — Нахуя? - сквозь зубы процедил Чонгук. — А вот сейчас и узнаем, - он осторожно улыбнулся, - либо показываешь, либо я тебя целую, выбирай. — У тебя точно не все дома, - сдался он разблокировав и протянув телефон. Тэхён не теряя время на чтение, сразу открыл сохранённый номер. — Сука! - воскликнул он поражённо, - А я всё думаю, что произошло? Пиздец! Нервный, истерический смех, словно лавина сошедшая с горной вершины, накрывал и сметал на своём пути все тщательно выстроенные: недопонимание, обиду, злость и ревность, погребая всё плохое под грудами белого снега, оставляя в душе чувство лёгкости и полного понимания ситуации в целом. Не оценивший чужого душевного катарсиса, Чонгук выхватил свой телефон из его рук и со всей силы швырнул в стену, резко разворачиваясь и направляясь в сторону выхода. Быстро опомнившись, Тэхён смахнул с глаз выступившие от смеха слёзы и бросился за ним, успевая схватить за руку и прижать спиной к стене, возле входной двери. — На хуй иди, - прошипел Чонгук сквозь зубы, крепко приложившись затылком. Навалившись изо всех сил Тэхён пытался удержать на месте начинающего активно вырываться парня. — Номер? Ты помнишь номер? — Что? - Чонгук замер, прекратив дёргаться, - Что ты несёшь? — У тебя в телефоне записан номер: две последние цифры пятнадцать, а у меня - семьдесят пять, - быстро проговорил Тэхён. Чонгук прикрыл глаза, откинув голову на стену, видимо пытаясь вспомнить номер. А открыв глаза, посмотрел недоумённым взглядом. — Погоди..., - хрипло произнёс он, облизывая пересохшие губы. Тэхён мысленно влепил себе затрещину, приказывая не отвлекаться на чужой рот, чтобы не потерять здравую мысль, которая распутает весь этот клубок сплошных недопониманий. — Погоди, ты хочешь сказать, что я звонил и писал не тебе? - неверяще переспросил Чонгук. — Именно, - ответил Тэхён, наконец-то ослабляя хватку и нехотя отходя на полшага назад. Наступила очередь Чонгука выплёскивать свои накопившиеся эмоции посредством истерического смеха. Ноги ослабли и он медленно сполз спиной по стене, усаживаясь на пол и закрывая глаза ладонями. Тэхён молча стоял рядом, терпеливо ожидая пока Чонгук успокоится. — Твою мать, - прошептал он, наконец отнимая руки от лица, - Перед твоим отъездом я пытался разобраться в своих чувствах. Я никогда раньше не влюблялся, - добавил еле слышно, гипнотизируя остатки телефона, валяющиеся неподалёку. — Я тоже, - ответил Тэхён, садясь рядом и прижимаясь всем телом, соприкасаясь плечами и ногами, - я искал тебя, хотел поговорить. Тяжело выдохнув, Чонгук удобно уложил голову ему на плечо: — Я не мог уснуть и утром пошёл прогуляться к озеру. Задумался, а часы остались здесь. Когда опомнился и прибежал на базу - ты уже уехал. Потом были дурацкие звонки без ответа и единственное сообщение. — Кстати, а где ты номер взял? - спохватился Тэхён, поворачивая голову. — Джин дал, - ответил Чонгук, - вернее он написал номер телефона для Хосока, а я записал себе. — И снова Джин, почему я не удивлён? - тихо посмеиваясь, заявил Тэхён, - он же пишет как курица - лапой. — Ты его прибьёшь или я? — Я бы с удовольствием, - грустно вздохнул Тэхён, переплетая их пальцы и мягко поглаживая тату на костяшках, - Намджун только будет против. — Его я возьму на себя, - невозмутимо заявил Чонгук, ярко улыбаясь. Весь оставшийся вечер прошел в разговорах, напополам с нежными поцелуями и успокаивающими объятиями. Тэхён засыпал, с твердой уверенностью в лучшее, счастливо улыбаясь и крепко прижимая вырубившегося Чонгука к себе.

***

Яркое солнце на голубом, безоблачном небе слепило глаза, вынуждая жмуриться до цветных пятен под закрытыми веками, горячий, белый песок медленно утекал сквозь пальцы, когда Тэхён запускал в него руки. Лёгкий, морской бриз овевал разгорячённую кожу. Никаких тревожных мыслей не осталось, только ощущение лёгкости и полного покоя. Лучи жаркого солнца скользили по телу, проникая в каждую клеточку, заставляя блаженно улыбаться. Нежные, морские волны мягко набегали на берег, откатывая босые ступни приятной прохладой, крики чаек кружащих в небе дарили беззаботное, летнее настроение. С каждым разом накатывающие волны поднимались всё выше, игриво лаская кожу, а затем откатываясь назад. Сначала приласкали щиколотки, потом колени, следом настал черед бедёр, а затем добрались до паха, окутывая всё тело мягким и неумолимо нарастающим возбуждением. Тэхён застонал, откидывая голову назад и вжимаясь всем телом в мягкий, тёплый песок. Очередная приливная волна прострелила в теле острым возбуждением, долетевшие до живота ледяные брызги заставили вздрогнуть и резко открыть глаза. А следом застонать ещё громче от ощущения жаркой тесноты горячего рта, вобравшего в себя головку уже полностью возбуждённого члена. Чонгук поднял голову, соблазнительно улыбаясь и медленно облизал припухшие губы, с мокрых волос на живот капала вода, запуская табун мурашек, щекотно рассыпающихся по всему телу. — Доброе утро, - прошептал Чонгук, наклоняясь и снова вбирая в рот твёрдый член, помогая себе одной рукой, а другой - продолжая поглаживать голое бедро. — До...брое, - выдохнул Тэхён, не сдерживая очередной громкий стон. Тело плавилось от удовольствия, словно плывя на лёгких, тёплых волнах, которые ласково окутывали его во сне. Чонгук опустился ещё ниже, расслабляя горло и беря его практически на всю длину. Тэхён выгнулся и громко застонал, оргазм готов был обрушиться на него в любую секунду. Удовольствие накатывало стремительно, вынуждая выгибаться и поднимать бёдра навстречу. Чонгук увлёкшись процессом притирался своим возбуждением к ноге, оставляя на коже липкую, влажную дорожку. Нехотя отстранившись и глядя поплывшим взглядом, медленно стёр пальцем смазку, оставшуюся на губах и следом пошло его облизал. Тэхён вскинул бёдра, нетерпеливо намекая на горячее продолжение. — Не так быстро, Тэ, я так долго этого ждал. — Так иди сюда, - прохрипел он, поднимаясь и укладывая Чонгука спиной на кровать, накрывая своим телом и невесомо целуя в губы. Чонгук вообще не жаловал эту позу, сколько раз они занимались сексом, он всегда ловко отвлекал, так чтобы не оказаться на спине, полностью отдаваясь чужой власти. Тэхён не зацикливался, предпочитая концентрироваться только на обоюдном удовольствии, но сейчас, вспомнив эту деталь, больше всего желал, чтобы Чонгук ему доверился и позволил контролировать процесс от и до. Поцелуи вызывали дискомфорт, но было так плевать, хотелось доставить в ответ такое же сильное удовольствие. — Прости меня за это, - прошептал Чонгук. И невесомо обвёл губы по контуру, еле касаясь кончиком языка, закрепляя свои извинения действием. Затем опустил голову ниже и принялся жадно вылизывать шею. На краю кровати лежали смазка и презервативы. Тэхён прикрыв глаза от удовольствия, вслепую потянулся к ним рукой, быстро нащупывая желаемое. Чонгук без слов развёл ноги в сторону, не отрываясь от мокрых поцелуев в шею. Чтобы выдавить смазку пришлось нехотя оторваться от чужих губ и рук, блуждающих по всему телу. Тэхён сходил с ума, чувствуя безоговорочное доверие с которым Чонгук полностью отдавал ему контроль. Влажные волосы липли к вискам, тело стало чересчур чувствительным, частое дыхание хрипло и неравномерно вырывалось из груди. Прохладная смазка быстро нагрелась в руке и прислонив влажные пальцы к сжавшемуся колечку мышц, Тэхён медленно толкнулся внутрь. Чонгук прикрыв глаза лежал, ухватившись руками за простынь и кусал в нетерпении губы. Один палец вошёл, практически не встречая сопротивления. Затянутые пеленой удовольствия глаза нехотя открылись, а губы прошептали ответ на так и не прозвучавший вслух вопрос: — Мне не спалось. Я так сильно хочу тебя. Тэхён зашевелился, вводя уже два пальца и прихватывая зубами кожу чуть выше колена. Чонгук нетерпеливо заёрзал. — Давай же, Тэ, не могу больше ждать. — Как скажешь, - улыбнулся Тэхён, нащупывая чувствительный комочек нервов и вырывая громкий вскрик. Смотреть как Чонгук распадается от удовольствия, лихорадочно хватая пересохшими губами воздух - становилось его личным фетишем. Едва протолкнув головку, Тэхён в забытье закусил губу, тут же прострелившую острой болью, что моментально снизило градус возбуждения, не позволяя ему сразу же кончить. Чонгук зажался от проникновения, постепенно привыкая и расслабляясь, медленно пропуская его практически на всю длину. Тэхён замер, рассматривая крепкую шею, тёмные бусины сосков, рельефный пресс и божественно красивые руки, продолжающие крепко сжимать сбившуюся в ком простынь. Покрытое испариной шикарное тело хотелось облизать с ног до головы и он решил не отказывать себе, наклоняя голову и проводя языком по сильной шее, одновременно глубоко толкаясь. Чонгук для удобства закинул ноги ему на поясницу и подавался навстречу, подстёгивая ускориться. Откинул голову назад, забив на всё и получал такое желанное удовольствие. Оргазм жаркой волной спустился по позвоночнику, задерживаясь в районе поясницы. Тэхён в очередной раз прикусил губу, пытаясь удержаться на пике возбуждения. — Погоди, - хрипло зашептал он, - я сейчас... — Плевать, - перебил Чонгук, громко застонав, - не останавливайся. Тэхён приподнялся, принимая более устойчивое положение и начиная размашисто двигаться. Чонгук под ним стонал во весь голос. Его напряжённый член лежал на животе, вздрагивая от каждого толчка, пачкая смазкой блестящую от пота кожу. Тэхён потянулся, обхватывая возбуждённый ствол и крепко сжимая руку, позволяя толкаться в плотно сомкнутый кулак. Чонгук под ним замер, выкручивая руками простынь, член в кулаке напрягся ещё сильнее, а спустя мгновение запульсировал, обжигая пальцы горячим семенем. Собственное возбуждение сдавила сумасшедшая теснота, с трудом позволяя ещё раз погрузиться внутрь. Оргазм обрушился на него, заставляя вздрагивать всем телом и сдавленно простонать, изливаясь в презерватив. Чонгук сыто выдохнул, наконец-то ослабляя хватку и придерживая Тэхёна, обессилено заваливающегося прямо к нему в объятия. Открыв глаза Тэхён обнаружил Чонгука разгуливающего в одном полотенце на бёдрах и насвистывающего себе под нос популярную мелодию. Судя по аппетитным запахам, он уже успел организовать им перекус. Тэхён сглотнул мигом выделившуюся слюну, вспоминая, что вчера практически ничего не ел. Чонгук замер, почувствовав на себе чужой взгляд и обернулся, легко улыбаясь. — Не знаю, хватит ли нам еды, - произнес он, задумчиво почёсывая подбородок. — Мы не собираемся ехать обратно? - уточнил Тэхён, хриплым ото сна голосом. — В ближайшие пару дней, так точно, - хмыкнул Чонгук, - ты ещё не видел сколько снега намело за ночь. Дня через два надеюсь выедем. — Это ерунда, - заявил Тэхён, лениво потягиваясь, словно хищник и хитро улыбаясь, - главное, чтобы презервативов хватило. — Начинаю в этом сомневаться, - засмеялся Чонгук, отбрасывая ненужное полотенце в сторону и возвращаясь в страстные объятия.