Detention for the savior

Гарри наблюдает за тем, как за стеной замка скрывается высокий беловолосый мужчина. Он не вызывает у двенадцатилетнего мальчика ничего, кроме отвращения и, возможно, беспокойства. В отличии от своего сына, Драко, Малфой старший угрозами раскидывается не просто так. Всё таки именно Люциус подложил Джинни тот злостчастный дневник Тома Рэддла, испортив тем самым год большинству студентам. Особенно не повезло тем, кто попал под заклятие и был вынужден лежать на больничной койке чуть-ли не весь учебный год. Хотя, учитывая обстоятельства, им ещё и повезло, ведь они могли встретиться прямым взглядом с тварью, сидевшей в тайной комнате, и познать судьбу Плаксы Миртл. Так что им повезло и не повезло одновременно. Ладно, главное, что ужас, нахлынувший на школу, наконец отступил, потому что некому больше открывать тайную комнату. А даже если кто-то и попытается, то монстра Салазара Слизерина, василиска, в живых больше нет. И всё благодаря маленькому мальчику, который, распрощавшись с домовиком Добби, ныне свободным от служения семье Малфоев, идёт по знакомым коридорам старинного замка в сторону своей гостиной. Ему срочно нужно упасть головой на подушку и забыться ненадолго в царстве Морфея. Но не тут то было, потому что бедного, уставшего мальчика хватают за шиворот грязной мантии и против воли тащат туда, куда ему совсем не надо. От неожиданности Гарри задёргался. Недавно его пыталась убить огромная, склизкая тварь под руководительством Лорда Волан-де-морта, только-только ему угрожал взрослый волшебник, а теперь его ни с того с сего кто-то схватил. — Угомонитесь, мистер Поттер. Холодный, но знакомый голос немного успокаивает, заставляет всё же повернуть и поднять голову на худого, бледного человека, чьи чёрный, сальные волосы спадали на плечи. — Профессор Снейп, — Гарри пытается немного отстраниться, но хватка зельевара только усиливается, давая понять, что ничего у юного Поттера не выйдет. — Я планировал вернуться в гостиную. — Вернётесь. Позже, — кратко отвечает Снейп, не оставляя гриффиндорцу и шанса поспорить. Приходится Гарри, перебирая ногами, следовать за профессором зельяварения в его тёмные подземелья. Профессор и юный студент заходят в просторную, мрачную комнату, сплошь уставленную различными ингредиентами. Слегка прохладно, в общем, как и всегда. Класс тёмный, свечи освещают комнату, но их недостаточно. Не помешали бы окна побольше, а то свет почти совсем не попадает. Но зельевара, кажется всё устраивает. Никого нет. Только Северус Снейп и Гарри Поттер. — Сэр, — но не успел Гарри начать, как его тут же перебил не сильный, но чувственный подзатыльник. — За что? — Вот ты мне сейчас и ответишь, — Снейп проходит мимо мальчика, встаёт перед ним и смотрит на него снизу вверх осуждающим взглядом. Гарри поиграл немного в гляделки с тёмными, словно чёрный опал, глазами, после чего благополучно проиграл, отведя взгляд. Поттер прекрасно знает этот неодобрительный взор. Он сто процентов накосячил и прекрасно знает, где именно. — Полез в опасное место сам, вместо того, чтобы рассказать старшим? — Именно так, — кивнул Северус. — Кажется, мы говорили об этом в прошлом году, не так ли? Это точно. Тогда Гарри ой как получил за то, что решил самолично разобраться с профессором Квиреллом. Как только мальчик встал на ноги после приключения, нагоняй от Снейпа был ему обеспечен. И разве можно винить Северуса, когда он буквально ставит свою жизнь под угрозу, опекая мальчика, которого одиннадцать лет назад ему передал в руки сам Дамблдор? А тот вместо благодарности будто специально норовит убиться! Естественно, бывший пожиратель смерти отнекивался как только можно, но всё будто бы было против него. Петунья отказалась принимать племянника в свою семью. И с одной стороны, Северус мог прекрасно понять женщину, ведь у неё никогда не было тёплых отношений с младшей сестрой, по крайней мере, не в его присутствии, и тут нежданно-негаданно к ним на порог приносят годовалого ребёнка не особо любимой сестры, будто своих проблем у семьи Дурслей нет. Но с другой стороны, Снейп чуть-ли не проклясть эту семейку был готов за то, что из-за их отказа ребёнка поручили ему. Конечно, не сразу. Дамблдор обошёл ещё несколько семей, надеясь найти подходящую для избранного. Долгопупсы были отметены сразу же из-за... трудных обстоятельств. Уизли были неплохим вариантом, да и Молли наверняка бы согласилась, но Альбус посчитал, что детей у рыжей семьи и так достаточно, а потому не стал затруднять их положение ещё одним ребёнком. К Малфоям директор даже не подумал идти. Доверия к Люциусу у него явно меньше, чем к Северусу. Сириус Блэк? Сидит в Аскабане. Римус Люпин? Упаси Мерлин отправлять маленького мальчика к оборотню! А оставлять ребёнка в приюте никто не решился. Одного тихого мальчика из приюта директору оказалось достаточно. Таким образом, постепенно вычёркивая из списка кандидатов на роль опекуна, Альбус, не без долгих уговоров, отдал ребёнка Лили Эванс и Джеймса Поттера в руки Снейпа. Правда, долгое время пришлось Дамблдору заверять Министерство, что знаменитый мальчик в полной безопасности под одной крышей с бывшим последователем Тёмного Лорда. Только если мальчик действительно был защищён, то вот Северус, как и его шпионская деятельность, определённо оказался бы в опасности. Коль в будущем тот, чьё имя нельзя называть, вернётся и, не дай Мерлин, прознает о связи между Поттером и своим пожирателем, то несдобровать принцу полукровке. От того Северусу нужно быть придельно осторожным и не проявлять к своему подопечнопу привязанности на публике. С этим проблем у зельевара почти не возникает. А вот с тем, чтобы держать мальчишку подальше от приключений... — Я не слышу ответа, — нарушил затянувшуюся тишину Снейп. — Говорили, — кивнул Гарри, не поднимая зелёных глаз на мужчину и слегка теребя в руках рукава мантии. — Так почему же я узнаю, что, найдя тайную комнату, вы, мистер Поттер, не соизволив оповестить старших, решили геройствовать? Снова. Это "снова" прозвучало намного жёстче, чем слова до этого. Вообще, Гарри совсем не нравилось, что человек, с которым он жил под одной крышей сколько себя помнит, обращается к нему на "вы". Да, это правило, установленное Снейпом ещё давно: все личные обращения – только один на один, в общественных местах их не объединяет ничего, кроме отношений "учитель-ученик". Правда, мальчику это совсем не нравилось, но его опекуну дела до этого, кажется совсем нет. — Нужно было спасать Джинни, а времени могло и не быть, — оправдывает свой безрассудстный, импульсивный от страха за сестру лучшего друга поступок он. — И мы оповестили учителя! — Златопуста? Вы, должно быть, смеётесь надо мной? — сарказтично подметил зельевар. — Скажите, мистер Поттер, помог ли вам столь способный волшебник в битве с, как я слышал, гигантским монстром? Гарри немного прищурился. Когда Снейп только успевает узнавать всё и вся? Не мог же директор перессказать ему произошедшее сразу после того, как мальчик вышел из кабинета. Да ещё и так быстро, что гриффиндорец не успел и четверти пути пройти! — Многообещающий ответ, — комментирует тишину Северус, не сводя пристального взгляда с подопечного. Копия Джеймса. И не только внешне. Такой же авантюрист, вечно влезающий в неприятности и сующий свой нос туда, куда не просят. Но проживя с этим мальчиком несколько лет, Снейп увидел в нём и черты Лили, которые нельзя игнорировать. Однако и свои отличительные стороны у ребёнка были. — Простите? — извиняется Гарри, да и то только ради того, чтобы не слушать очередной долгий монолог о том, какой он неблагодарный ребёнок, ведь Северус делает всё ради его безопасности, а тому совершенно безразличны старания заботливого взрослого. Снейп смеряет мальчика оценивающим взглядом, немного расслабляется и кивает головой в сторону ближайшего стула. Гарри дважды намекать на нужно, а потому совсем быстро он занимает указанное ему место. Мужчина подходит к Поттеру, поднимает одну руку, задирает рукав мантии, осматривает. — И вновь будто весь в грязи обвалялся, — доносится тихое, недовольное причитание, на что мальчик едва не смеётся. Конечно, он обратит внимание на грязную одежду, а не на синяки и ссадины, полученные избранным в не равном бою. — Простите, сэр, — выделяет последнее слово Гарри, намекая, что ему уже надоело так обращаться к своему опекуну. — Но сложно оставаться чистым, когда за тобой ползёт чудище, намереваясь убить. Чёрные глаза чуть поднимаются к лицу гриффиндорца. Говорящий взгляд приказывает заткнуться, а зеленоглазый лишь улыбается. — Несносный мальчишка, — ворчит зельевар, хватая уже другую руку, и почти в тот же миг с его стороны доносится раздражённый стон. — А дыру ты как умудрился в рукаве проделать? Поттер решил промолчать. Не говорить же ему, что если бы не слёзы Фоукса, то остался бы мальчик в тайной комнате умирать от яда василиска. — Гарри, — процедил сквозь стиснутые зубы Снейп. Это молчание со стороны подопечного ни о чём хорошем не говорит. Избранный вздохнул. Проигнорировать вопрос не получилось. Соврать тоже не выйдет, потому что Северус знает мальчика, как облупленного. Хотя бы от формального обращения отошли. — Когда я убил василиска, он воткнулся клыком мне в руку, — без утайки рассказал Гарри, наблюдая, как стоические черты лица профессора зелий дёрнулись в зримом беспокойстве. Поэтому брюнет поспешил добавить. — Но я в порядке! Фоукс вылечил меня. Слёзы феникса, конечно. Директор вне всякого сомнения послал своему любимцу помощь в виде крылатого питомца вместо того, чтобы оповестить законного опекуна или помочь самому. — Ты же осознаёшь, что тебе просто повезло? — риторический вопрос. Ничего это ходячее недоразумение не понимает. — Ты мог погибнуть. — Но я всё ещё здесь. — Раз тебе так хочется помереть, то ты всегда можешь попросить у меня склянку с ядом. — А ты бы мне её дал? — Нет. Тишина. Гарри не знает, что говорить, пока Северус занимается осмотром и подсчётом ушибов и ран на теле мальчика. Чувствует-ли Поттер вину за свои действия? И да, и нет. Если бы не он, то Тёмный Лорд возвратился, унеся за собой не только жизнь Джинни Уиззли. Но зная, как переживает за каждое его действие, хоть и стараясь этого не показывать Снейп, мальчик чувствует неприятный осадок в груди. Стоило только представить реакцию Северуса на смерть Гарри... Нет, не стоит даже и думать об этом. Поттер не собирается умирать в ближайшее время уж точно. Просто ему везёт попадать в неприятности и вылезать из них в относительном порядке. Но удача может и отвернуться, правда? Северус выбивает мальчика из мыслей, немного резко потянув его за рукав мантии. Очки зеленоглазого сползли на нос, но тот быстренько их поправил. — Снимай, — кратко и понятно. Гарри вздыхает, стягивает с себя грязнющую мантию, протягивает зельевару. — Положи на стол, потом отмывать и зашивать будешь. — Что? — Ты меня услышал, — усмехнулся Снейп. — Учебный год ещё не окончен, так что мантия тебе нужна, и я не собираюсь покупать новую, из которой ты несомненно вырастешь за лето. Гарри сложил руки на груди, недовольно бурча себе под нос. Спас целую школу, уже во второй раз, а вместо заслуженного отдыха ему придётся проводить ночь с иглой в руках, потому что Северус из воспитательных целей не захочет приводить одежду в порядок с помощью магии. Снейп закатил глаза. Хмурый вид Поттера его никак не смягчил. Пусть все считают его героем, избранным, мальчиком, который выжил. Но в его чёрных глазах, он – лишь ребёнок, на чьи плечи уже в раннем возрасте свалилось много плохого. Ребёнок, который, вопреки восхваляющим историям, не бессмертный, и каждый его героический поступок мог обернуться горькой утратой для всего волшебного мира. Зельевар вздохнул, взял волшебную палочку и одним простым взмахом сделал из замарашки чистенького мальчика. Гарри хлопнул пару раз зелёными глазками. Старшие студенты нередко применяют магию, дабы не тратить время на утренние процедуры. А вот младшим из-за незнания и нехватки опыта приходится пользоваться маггловскими методами соблюдения гигиены. — И почему так нельзя сделать с мантией? — спросил Гарри, пусть ответ он уже знал. — Иначе ты никогда не будешь следить за вещами, за которые деньги вообще-то плачены. Не то, чтобы это должно волновать Снейпа, так как денег у Поттеров достаточно. Он уверен в этом. Но если Гарри продолжит каждый год лезть в неприятности, то никаких богатств не хватит, чтобы покрыть убытки. Да и потом, Северус ни разу не открывал хранилище Поттеров. Все вещи мальчика были куплены за деньги, заработанные лично Снейпом. Не опустится зельевар до того, чтобы распоряжаться монетами Джеймса, даже если и будет тратить их только на его сына. Сам справится, и подачки от покойного мародёра ему не нужны. Гарри, в свою очередь, не очень довольно смотрел на опекуна, но ничего не говорил. Разве виноват избранный, что уже второй год подряд его норовит убить Тёмный Лорд? Или ему нужно ходить медленно и аккуратненько? Ведь, не дай Мерлин, он случайно заденет плечом стену, пока будет убегать от огромной твари! — Нет возражений? Вот и отлично, — отвечает на свой же вопрос Северус, оглядывает мальчика с головы до ног вновь и вздыхает. — Нужно залечить твои раны, — говорит он себе, нежели Гарри. А то выйдет Поттер из подземелья весь израненный, а учитывая репутацию зельевара, то недалёкие подумают, что бывший пожиратель совсем не прочь старинных методов наказания провинившихся. Хотя это могло бы сыграть и на руку профессора. Ученики бы перепугались, авось перестали бы баловаться. А то чистка котлов уже почти никого не страшит. Плохо. Но это мысли до следующего раза. — Назовите-ка мне, мистер Поттер, лечебное зелье, изученное в этом году, — Северус подходит к своему столу, набирает воду в котёл. Снова это официальное обращение, от которого Гарри скукоживается. Не может он привыкнуть к этим переменам с "ты" на "вы" и обратно. Мальчик прикусил губу, пытаясь найти в своей голове нужную информацию, пока Северус занят приготовлением эликсира. Он точно учил, ведь его опекун – мастер в искусстве зельеварения. Было бы, как минимум, не уважительно – наплевательски относиться к его предмету. — Рябиновый отвар? — Долго и неуверенно, Гарри, — бросает Снейп, помешивая зелье и наблюдая, как оно меняет цвет с оранжевого на жёлтый. — Два главных ингредиента отвара? — Мы на уроке? — вопросом на вопрос отвечает мальчик, а это зрелости в глазах преподавателя ему не добавляет. — Проверяю, что ты меня слушаешь, а не в облаках витаешь, — Снейп даже не думает глянуть в сторону подопечного. — Итак? — Кора рябины, — без затруднений ответил Гарри. В этом сложности не было, так как название зелья говорящее. А вот со вторым ингредиентом пришлось подумать, но ответ также не заставил себя долго ждать. — Слизь книжного червя. — Рад, что ты хотя-бы что-то слушаешь, — кивает Северус. Можно выдохнуть. Снейп более или менее доволен ответом, а значит у мальчика появляется возможность расслабиться. Гарри кладёт руки на ближайший стол, скрещивает их и утыкается носом в предплечья, задумываясь о чём-то своём, наблюдая за профессором зелий, маячившего рядом с котлом, и не замечая, как постепенно закрываются глаза. Северус справляется с отваром быстро. Все действия отработаны годами, так что не удивительно. Осталось только дать зелью тридцать минут постоять на огне, потом позволить остыть и дать выпить Поттеру. Кстати о нём. Снейп повернулся к Гарри и обнаружил, что мальчик спит, сидя за столом. Первой мыслью было, конечно, разбудить его. Но она мгновенно сменилось второй – дать ребёнку поспать. Он и так настрадался за сегодня, а потому забирать его из сладких объятий сна было бы необычайной жестокостью. Взрослый волшебник вздохнул, подошёл ближе к Гарри, аккуратно отодвинул прядь его волос, недолго поразглядывал знаменитый шрам, а затем с тихим ворчанием взял его на руки. Ну как... Вначале чуть не свалился вместе с мальчиком на руках, потому что он совсем забыл, что Гарри больше не тот трёхлетний малыш, и веса у него точно прибавилось. Но, хвала всевышнему, Снейп всё ещё был в состоянии поднять ребёнка Лили. Узнай Гарри, что его тащат на руках, без сомнений начал бы возмущаться. Но об этом никто ему не расскажет. Снейп выпрямился насколько это было возможно с двенадцатилетним мальчиком на руках, и направился в свои личные покои, которые находились не далеко от класса. Нести спящего в гостиную Гриффиндора зельевар не собирался. Иначе вся школа за пару минут прознает об этом, чего Северусу определённо не нужно. Не без трудностей отперев дверь и зайдя в комнату, профессор уложил Гарри на свою кровать, снял с него очки и положил их на стол, стоящий рядом. — Проблема ты, а не ребёнок, — не смог не выругаться самому себе Северус. Раны так и не залечил. Что-ж, выпьет отвар, когда проснётся. Но пусть избранный даже не думает, что сон спасёт его от иглы, нитки и повреждённой мантии.