Капилляры за сталью

      Каю требуется несколько минут для осознания того, что усердные удары по металлу исходят извне. Сначала он слышит свой недовольный стон, затем шуршание из постельного сугроба и, наконец, вибрирующий телефон на полу рядом с кроватью. Всё в унисон громкому стуку у входной двери. Шумное утро – есть.       Парень опускает взгляд на экран телефона и видит несколько пропущенных звонков. Миллион уведомлений – есть.       И, словно по расписанию, давление ударяет ему в виски, как только незваный гость вместе со стуком подключает свой голос. Головная боль – есть.       Действительно, всё указывает на визит его дорогой сестрёнки.              Кай подхватывает одну из разбросанных футболок на полу и натягивает её на ходу. Он поворачивает защёлку и раскрывает дверь нараспашку. Физическая активность ударяет в голову вместе с притоком около-свежего воздуха. Ватные ноги еле держат тяжёлое тело. Похоже, спал он долго. Парень мысленно пытается посчитать. Точно больше двенадцати часов. - Доброе утро, – Хийи улыбается во все тридцать два и тут же отталкивает брата в сторону, чтобы протиснуться внутрь. Кай готов ругаться, но манящий запах жареной курочки из пакетов в её руках затыкает по-хорошему. – Ты обновила корни? Выглядишь супер. – Ну а ты… – не договорив, Хийи дёргает Кая за выставленный напоказ ярлык футболки на его спине и он чуть не падает назад. Девушка отпускает брата. А сама углубляется внутрь квартиры, оставляя еду на кухонном столе и открывая все окна. – А ну быстро в душ.       Отсутствие телефона в руках и тепла от одеяла в ногах ощущаются так непривычно. Как же он хочет вернуться в кровать поскорее: открыть любую игру, сделать ежедневные квесты, пройти уровень, открыть социальную сеть, похихикать с мемов, проигнорировать пустой желудок и сухое горло, открыть ютуб… – Слушай, а не наг- – Не кусай руку, которая тебя кормит!       Кай делает глубокий вдох и покорно следует в ванную. Генетический зов побесить младшую силён, но благодарность за её поддержку в не самый приятный период своей жизни наверняка сильнее. Что бы он делал без неё и её бьющей через край энергии? Правильно, спал бы все двадцать три часа из двадцати четырёх.       В ванной он бросает взгляд на своё отражение в настенном зеркале, лишь на несколько мгновений. На него таращились ужасно потемневшие мешки под глазами и амбициозное гнездо для целой семьи голубей на макушке.       В голову снова начинают лезть неприятные мысли, которые Кай пытается избегать уже пару месяцев. Но чересчур горячая вода вовремя обжигает ноги и вместе с тем испаряет весь негатив. Надо разобраться с температурой прежде, чем начинать избивать себя в своих мыслях. А после того, как с температурой было решено, голова наслаждается пенистой текстурой шампуня и массажем. Уже и ругать себя за неспособность жить нет никакого желания. Да, душ — это всегда отличная идея. Спасибо, Хийи. Вслух он это, конечно, не скажет.       Кай выходит новым человеком. Он даже присматривается к своему отражению во второй раз, перед выходом. Выглядит свежо — в отличие от последней недели в целом. Кожа чище, волосы ощущаются приятнее на ощупь и легче, тело снова под полноценным управлением. Он готов покорять новые высоты в своей жизни — жареную курицу и, может быть, пятиминутную прогулку до магазина и обратно.       Когда Кай садится за стол в новой одежде, ещё пахнущей стиральным порошком, Хийи уже разложила еду из пластиковых одноразовых в обычные тарелки и постаралась украсить полноценный обед из практически несуществующих домашних продуктов.       Может, ему получится и хорошенько прибраться после еды…       Девушка кладёт хорошо знакомые Каю ключи перед собой и двигает их поближе к тарелке брата. – Возвращаю, – объявляет она, как только Кай хватается за куриную ножку.       Он молча переводит взгляд с ключей на сестру и обратно: среди металлического серого мило выглядывает маленькая плюшевая собачка. Этого точно раньше не было. Парень снова поднимает глаза и вскидывает бровями в недоумении, намекая рассказывать дальше. – Пёсика можешь оставить. А авто у меня теперь своё, – она гордо поясняет, не скрывая румянец на щеках, который приносит ей эта мысль. Девушка тут же продолжает тараторить, пока Кай лишь вставляет учтивые хмыки и кивки: – Помнишь нашего дядю по отцовской? Он продавал кию. Я уже готовилась с ним немного поторговаться, а он отдал за бесплатно. Мол, семья, все дела.       Кай поощрительно мычит, отложив еду и вытирая руки салфеткой. Затем тихонько хлопает в ладоши в знак поздравления. Рот ещё забит вкуснейшей курицей в его жизни, потому он не решается задавать никаких вопросов об отце или говорить что-то дельное в целом. Хийи исполняет маленькое недоразумение вместо танца под ритм хлопков и берёт свою порцию. – Не из тех, в которых двигатель долбанёт через парочку заездов? – интересуется Кай, наконец прожевав. Вопрос, конечно, бесполезный: в нынешнем климате никто бы не отдал машину за бесплатно, если она была в исправном состоянии. Либо он просто плохого мнения о родственниках отца… и о киях.              Хийи прожигает его недовольным взглядом, Кай пожимает плечами. Они переглядываются ещё несколько минут, пока кушают. Отсутствие какого-либо видео на фоне очень сильно наводит стресса, хоть и парень активно старается этот стресс заглушить. – Мне кажется, любая машина способна на такое, – фаталистично заявляет она. – Ну я всё равно уже запчасти заказала. – Так ты ещё и не закончила с ней? Тогда не торопись, – Кай отодвигает ключи от себя. Его рука тут же встречается с сестринской, которая отталкивает обратно. — Ну не хочу я на твоей заднеприводной…       Он толкает сильнее. — Хийи, дело не в том, хочешь ты или нет, а в том, что твои вечерние смены слишком поздно заканчиваются, чтобы возвращаться без машины. — Ну тогда вози меня сам, тебе всё равно делать нечего! — Хийи настаивает, она усердно пыхтит, но не может оттолкнуть чужую руку обратно.       Кай не ослабляет силы, но ответить ничего не может. Он ведь действительно мог бы. Всё равно постоянной работы нет, а учёба заброшена, хотя за руль он не садился уже… уже давно. Хийи кладёт вторую руку поверх его ладони и толкает сильнее. На этот раз у неё получается и Кай больше не сопротивляется. — Хорошо, — он по инерции притягивает ключи к себе, затем поднимает их, чтобы рассмотреть собачку с криво посаженными глазами. Ни одной мысли за этими пластиковыми бусинками. Ах, вот бы стать этим брелком, а не пытаться вылезти из ямы, собой же вырытой.       Кай позволяет себе капельку уязвимости: — Я… на самом деле соскучился по поездкам. — Серьёзно? — глаза Хийи очаровательно загораются. — Ну наконец-то, Субин так обрадуется. “Призрачная Genesis снова на ночных дорогах!” — Думаю, для таких поездок ещё рано. — он тут же хмурится. — Субин? — Я позвоню ему, хорошо? — Нет. Ты что, всё это время с ним общалась? И вообще, я про то, что просто буду тебя вози- — Да, мы вообще-то хорошие друзья. Я тогда напишу. Он очень скучает, знаешь ли. — Только не говори, что ты ещё и на его кармиты в моей тачке ездила!       Хийи ездила на кармиты Субина в тачке Кая. После её легендарного “а что ещё делать с заднеприводными, если не дрифтовать” Кай заткнулся и принялся убирать стол. Общими усилиями они успели убрать квартиру до заката и после этого сели вместе играть.       После очередного поражения в Марио Карт, Хийи выуживает свой телефон и что-то там проверяет. Кай пытается подсмотреть в экран, но не успевает прочесть уведомления. — Мне надо домой, — говорит сестра деловито, опираясь плечом о плечо Кая. Он бездумно хмыкает, встав с кровати. Хийи издаёт преувеличенный писк и падает на постель от потери равновесия.       Даже не поворачиваясь в её сторону, он слышит довольную ухмылку в её следующих словах: — Подвезёшь же? — Ты не должна радоваться тому, что твой шофёр уже полтора года не ездил на машине, — якобы лениво отмечает брат, хоть и не может сдержать широкой улыбки пока стук в ушах барабанит точно в ритм всего тела. Внезапно из ниоткуда адреналин иглами впивается со всех сторон, и Кай словно и не устал за весь день. Это будет его первая поездка за все полтора года, чёрт побери. — Ну раньше ты был классным, а сейчас, получается, будешь просто как среднестатистический водитель, — рассуждает Хийи в ответ, распластавшись звёздочкой, пока Кай переодевается. — Мид. Стандарт. База. — Надо было похвалить: “Оппа, ты до сих пор самый сильный гонщик на этой горе, тебя никто никогда не обгонит!~”       Он поворачивается в сторону младшей, ожидая реакции на его очень смешную писклявую пародию, и остаётся доволен. Она даже на него не смотрит, но по лицу видно самое искреннее чувство отвращения. Кажется, она готова отобрать ключи обратно и никогда их больше не возвращать.       Продолжая игнорировать, Хийи поднимается с кровати, поправляет пряди волос, упавшие на лицо, подхватывает сумочку и шагает к входной двери. — Тридцать тысяч на то, что я уделаю тебя на своей Rio. — О боже, это ещё и Rio.       Кай следует за ней, но медленнее: он проверяет все комнаты, затем выключает свет и берёт ключи от квартиры со стола. Его другие ключи уже непривычно напоминают о себе в кармане джинс. Раньше Кая хватала паника, если он не чувствовал этого веса на себе. Когда так случалось, ничего во вселенной не сходилось в такие дни и они провозглашались самыми худшими. — Ну? По рукам? — Я заберу тридцатку и начну копить, чтобы подарить тебе нормальную машину.       На улице лицо Кая мягко целует летний воздух, а его потоки нежно обнимают и подталкивают парня к припаркованной перед выходом машине. Прежде, чем сесть, он обходит её со всех сторон, впитывая в себя визуал. Некогда помятый бампер и поцарапанные бока теперь гладко блестят белым цветом, ни одного разбитого стекла в его поле зрения, шины выглядят свежими.       Он уже видел её целой кучу раз после того случая: когда постельный режим впервые закончился и ему позволили прогуляться, с его разрешения Хийи распорядилась его деньгами и сделала отличную работу. Тогда она привезла маму и Лею на его машине – уже с целым бампером и окнами. Однако во снах и в своих воспоминаниях он всегда видел лишь мятую белую сталь. Genesis Coupe, которую он оставил, была разбитой, развороченной, разрушенной. А возле неё всегда лежал какой-нибудь пассажир в крови: сестра, друг, кто-то давно оставленный в прошлом.       Кай не особо хочет садиться обратно за руль. – Чего застрял? – это Хийи, она уже внутри на переднем пассажирском и опустила окно. – Я ведь так и не разобрался со своими водительскими правами.       Девушка, не веря своим ушам, наклоняется через окно сильнее и выгибает бровь. Когда тебя подобное останавливало? – Справедливо, – сдаётся Кай и наконец обходит машину, чтобы сесть за руль.       Внутри тепло и приятно, пахнет чем-то цветочным. Сиденья выглядят чистыми, с зеркала свисает милая побрякушка в виде маленькой рамки с фотографией сестрёнки и её лучшей подруги. – Как хорошо ты обжила тут всё, – бормочет Кай пока опускает сиденье и отталкивает его назад.       Он кладёт ладони на баранку, водит подушечками пальцев по слегка шершавой поверхности, впитывая в себя все привычные ощущения, легко принятые за совсем новые. Словно он никогда не вставал с этого сиденья и одновременно сел впервые. Словно он вернулся домой после нескольких лет путешествия по другим местам.       Кай надевает очки, заводит машину и выезжает на дорогу. К собственному удивлению, он не путается в управлении, не теряется в пространстве… Хийи, тем временем, вставляет свой телефон в держатель и чуть пододвигает его в сторону брата – на экране прорисован маршрут до семейного дома. – Ты настолько в меня не веришь? Я был у вас на прошлой неделе, – обиженно отмечает парень, хоть и поглядывает на карту пару раз. – Если бы я совсем в тебя не верила, то и в машину бы не села, – парирует сестра.       Следующие двадцать минут езды оказываются молчаливыми, плавными и спокойными. Кай слегка недоволен тем, как хорошо всё проходит, спустя столько месяцев без вождения. Всю дорогу он ожидает, что эта поездка будет, как какой-то великий поход, кратный каторге Сизифа с таким же драматизмом Древней Греции. Однако, в процессе его мышцы расслаблены, взгляд внимателен. Кай чувствует себя там, где он должен быть всегда. Надо как можно скорее разобраться с правами. – Напиши, когда вернёшься домой, – мелодично прощается Хийи, как только Кай останавливается напротив дома. В качестве ответного прощания он лишь молча следит за быстрыми движениями сестры. Он заводит машину снова, когда девушка скрывается за входной дверью.       Теперь, когда он один, Кай признаётся сам себе в собственной озадаченности. Парень неловко кладёт ладони обратно на руль и барабанит по нему пальцами. Тихий ропот работающего мотора звучит маняще, словно Genesis призывает к продолжению путешествия. Возможно, это просто минутная реакция на относительно насыщенный вечер, спустя долгие месяцы бездействия. В любом случае, он принимает зов своей спутницы.       Полотно из маленьких частных домиков видно, как на ладони, когда Кай едет вверх по холму. С высоты место выглядит ещё меньше. Он вспоминает почему вообще заинтересовался машинами: в этом городе самое интересное – это дороги.       Машина постепенно набирает скорость, это отражает и нарастающее сердцебиение парня. Он всё ещё хорошо помнит дорогу. Знает, что перед ними крутой поворот. В мыслях всплывают лишь вдолбленные в голову правила: девяносто, тормоз, руль, сцепление, перегазовка, ручник… Кай еле разгоняется до восьмидесяти пяти. Его уже заносит, а некогда крепкая хватка рук смягчается от потери контроля.       Мотор Genesis внезапно ревёт в его висках и желание прокатиться до пика горы тут же пропадает. Возможно, он откусил больше того, сколько смог бы прожевать. Он сжимает руль до побеления костяшек пальцев. А когда уже становится тяжело дышать, Кай доезжает до ближайшей обочины, чтобы как можно быстрее вылезти с транспорта и дотронуться земли.       Он закрывает дверь и опирается на машину, все его ощущения ограничены дискомфортом от ледяных капель пота, сползающих по вискам.       Вдох. Кай открывает дверь снова и тянется за телефоном. Выдох. Он облокачивается на передний бампер. Genesis остывает, рёв её мотора теперь отдаётся лишь тихим бормотанием. Лёгкий бриз игриво развевает его волосы, позволяет насладиться освежающим запахом пихты. Перед ними иссиня-чёрная темнота. Луна – ещё не полная – светит в обрамлении из плотных облаков. Под небосводом засыпающий городок.       Кай счастлив. Кай в ужасе. Кай пока не решил.       Он пытается написать сестре. Что-то вроде “машины это всё же не моё” или “катайся лучше сама”. По итогу лишь тяжело вздыхает, отложив телефон в сторону, и пытается просто насладиться прохладной летней погодой.       Маленькие камешки вокруг подошв кроссовок вдруг начинают дрожать на месте, а со склона сверху слышится плавный звук быстрых колёс и ревущего мотора. Кай отрывает взгляд от пейзажа и устремляет своё внимание на дорогу. В голову лезут мысли, скребущие по маленькой, только зародившейся надежде. Может, это кто-то из его знакомых?       С невероятной скоростью мимо проезжает машина, которую он видит впервые в этих краях. Логотип BMW Кай замечает не сразу, но узнаёт М3 по специфическому дизайну бампера. Авто резво подстраивается под крутой поворот, дрифтуя так, словно сама дорога выстраивается по желанию водителя. Грязная серая сталь блестит под лунным светом, колёса свистят красивой мелодией, пока идут под углом. Фары игриво мигают, словно признают внезапного зрителя. Затем, звук чужого мотора так же быстро стихает и Кай снова слышит лишь шелест деревьев и шёпот мотора своего авто.       Парень не знает никого, кто бы владел такой моделью в округе. Жадность пылко перехватывает дыхание, а ноги сами ведут в машину обратно. Он садится в Genesis и та издаёт резкий рык. За ним! За ним! За неизвестным, который покусился на наши горы! И Кай волнительно принимает зов своей спутницы.       В отличие от незнакомого хозяина М3, Кай едет унизительно медленно. На крутых поворотах он даже не смеет вспоминать о ручнике. Но всё равно надеется догнать. Может, они встретятся у светофора и Кай сможет поговорить. Он бы спустил окно и громко присвистнул, затем выкрикнул бы пару комплиментов и завязал бы разговор, как делал это раньше. Как же хочется узнать их историю, её строение и, конечно же, самого водителя…       Стыд согревает уши после осознания такого желания. Он действительно скучает по разговорам о машинах.       Спуск с холма ведёт в одну сторону и к одному единственному светофору, но перед красным светом никто не стоит. Кай может лишь надеяться, что ещё увидит М3.