наша неизбежная разлука

что ж пора уже собрать себя по кусочкам. уже почти месяц прошел с нашей ссоры, мы не говорили все это время. чувствую себя на самом деле ужасно и не хочу верить в то, что это происходит. я не хочу расставаться на такой слишком уж минорной, залитой фальшью, ноте, она отвратительно звенит в ушах. кажется, что пианино, которому она принадлежит, стоит со времен советов в старом лагере, запомнившимся ярким солнцем и широкими улыбками, а сейчас там осталась лишь сырость, брошенные вещи и инструмент, который, на удивление, все еще способен издать какой-либо звук. у меня слишком много мыслей в голове, если бы можно было дать тебе стопку со всеми вопросами, которые всплывают ежесекундно, то так бы и сделал, но увы из тебя ничего таким способом не выудить. снова будешь молчать, будешь врать о том, что ты ко мне чувствуешь. а потом я снова узнаю от наших общих друзей, что ты говорил про меня все эти отвратительные вещи, а в лицо мне ты заявлял, что все отлично, субин-и. самому-то не противно от себя, гю? может это прозвучит грубо, но в сравнении с тем, что ты изливал обо мне своим близким…я ведь даже не говорю тебе это в лицо или кому бы то ни было, а пишу на бумаге, которую положу далеко в самую глубь ящика и ты никогда не узнаешь об этом…душевном крике? кажется, что я могу обозвать это подобным образом. ужасно не хочу привыкать к этой какофонии звуков в моей и без того больной голове. моя черепная коробка только и забита тем, что тебе нравится, музыкой, которую ты слушаешь, авторами, которых ты всегда читал на досуге и в целом тобой. смотрю на песни конана и передо мной сразу предстает зимний вечер, как мы с тобой сбежали с последней пары по экономике и мы просто невпопад подпеваем «jigsaw», держась за руки. захожу в книжный, вижу книги ремарка и изо всех сил стараюсь не заплакать. а дома я рисую, пишу стихи о тебе и не могу приложить ума куда мне все это девать. надеюсь, что в скором времени это прекратится, но твой образ мерещится мне всюду, одновременно хочу вернуться к тебе в теплые объятия, вспоминая всё хорошее. потом обрывками в памяти всплывает и все плохое, что я не замечал тогда. бомгю, мне так жаль, что я был таким. вряд ли мы простим друг друга, даже через пару лет, но я правда сожалею о произошедшем… все, что с тобой связано кажется настолько родным, но одновременно вызывает во мне смесь злости и отвращения к самому себе, ну не дурак ли я? не описать словами насколько я сильно злюсь на эту ситуацию. у меня так долго удавалось терпеть, что теперь, в буквальном смысле, тошнит от количества злости. во многом я ошибся, винить себя снова не хочу, но продолжаю это делать. наверное, я такой человек. не дашь мне проверить и пострадать, так и не поверю, что кто-то был действительно прав…мазохизм последней стадии, никак не могу назвать это по-другому. так быстро привязываюсь и не могу отпустить, даже если меня уже откровенно бьют по голове молотком, а я будто и не понимаю отчего меня так мутит целыми днями. жаль ли мне на самом деле? определенно да, я жалею, но вспять время не начнет идти, не нам решать. искупить вину я не смогу, мне кажется, что теперь «я» для тебя это самое худшее, что могло случиться в твоей жизни… если быть честным, то я не могу без твоей компании. я скучаю. все напоминает о тебе. записывал гс об этом каю и посмеялся над тем, что может быть надо сжечь все вещи, которые с тобой связаны и мне станет легче? хотя кажется мне станет от этого только хуже. я так храню каждый клочок бумаги, которыми мы обменивались на парах в самом начале нашего знакомства. все, кто об этом знают говорят, что лучше и правда избавиться от этого, как минимум положить куда-нибудь, где я не буду видеть это, но у меня и вправду не поднимается рука. гю, я все еще так сильно влюблен в тебя…