Я в тебя верю

      Мерцелла проснулась посреди ночи от очередного странного сна. Он не ощущался как видение, но однозначно не был плодом ее фантазии. Она села на кровати и попыталась проанализировать все произошедшее и увиденное. Теперь становилось ясно, почему Айен так отреагировал на новость о ее становлении прим-доминой. Кажется, все вокруг среднего Атрау получают, что хотят, когда как мужчина довольствуется вторыми ролями. Совесть неприятно кольнула где-то в груди, и Мерцелла поморщилась. Само пребывание на Церере было самой большой жертвой, которую она когда-либо приносила, поэтому воспринимать себя как единственную мученицу было намного проще. Проще, чем узнавать, что у мрачных, отстраненных жителей этой планеты тоже есть чувства.              Девушка поднялась с кровати и начала медленно собираться, все еще пребывая в раздумьях. Покушение, смерть Бранниса, пытки хронолитов, ранение Габбаса, из-за которого он все еще оставался без сознания. Видимо разбираться со всеми этими событиями придется именно Айену. В памяти Мерцеллы возник недавний образ уставшего среднего Атрау, с еще более бесцветными глазами и практическими черными синяками вокруг них, а ведь управление целым сектором будет посложнее организации приема для аристократов.              Накинув что-то напоминающее халат и взяв с собой недавно преподнесенное кольцо, наследница рода Истри направилась к той самой последней двери слева, посчитав, что если они не обговорят все сейчас, то утром на Айена уже свалятся задачи всего сектора, и она не увидит его в лучшем случае неделю.              Но на настойчивый стук дверь ей никто не открыл, и, решив, что мужчина может еще приходить в себя после ранения, Мерцелла аккуратно скользнула внутрь комнаты. После освещенного коридора глаза недолго привыкали к темноте, и вскоре стало понятно, что спальня совершенно пуста. Не было ни намека на то, что несколько часов назад сюда перенесли все еще оправляющегося от отравления владельца комнаты – постель гладко заправлена, безжизненный стол и тумбочки без склянок и бинтов – только по отсутствию пыли можно было догадаться, что сюда хоть кто-то заходит.              Присев на угол кровати, Мерцелла достала из кармана помолвочное кольцо и покрутила в руках. Соратница, сообщница, любовница… все это должно остаться позади и, по-хорошему, утром ей нужно покинуть Цереру вместе с семьей, навсегда забыв об этой ужасной планете. Но что, если ей с Айеном так и не удастся поговорить? Никогда раньше старшая дочь дома Истри не относила себя к эмпатичным натурам, а сейчас перед глазами всплывал образ разочарованного, покинутого, по-настоящему брошенного Атрау. Конечно, он бы вошел в ее положение, но…              – Собиралась попрощаться? – раздался за спиной твердый голос, и Мерцелла обернулась.              При входе, чересчур сильно опираясь на дверную ручку, стоял Айен именно в той стадии усталости, в которой девушка его представляла. Тем не менее было заметно, что мужчина старался выглядеть свежее, чем был, поэтому плечи его были напряженно опущены, а подбородок слегка вздернут.              – Пришла поговорить… и попрощаться, – скрывать конечную цель в нынешней ситуации было бессмысленно.              – Можешь не утруждаться, оставь кольцо на столе и забудь все как страшный сон, – мужчина попытался выдавить из себя улыбку, но получилось плохо.              – Айен, – Мерцелла медленно поднялась, возвращая кольцо в карман, – нам правда нужно поговорить.              – Слишком поздно для стереотипных супружеских фраз, к тому же я хотел бы поспать пару часов до рассвета, позволишь? – Атрау двинулся от входной двери, но сделав пару шагов, слегка пошатнулся, вызвав удивленный вздох девушки. Ведомая своей внезапной эмпатией она подбежала к мужчине, схватив его за руку, – Отпусти, – произнес он сквозь зубы.              – Ты весь горишь, у тебя лихорадка! – не обращая внимания на попытки себя отпихнуть, Мерцелла переместила ладонь с руки Айена на его лоб, – Тебе надо срочно прилечь.              – Не поверишь, именно это я и пытался сделать, когда вошел в свою спальню. – наконец поймав обе ее руки в свою, Атрау легко отстегнул свой плащ, позволив ему плавно скатиться по плечам на пол, – Если я пообещаю, что мы поговорим до твоего отлета на Гексос, ты оставишь меня?              – Сначала я тебе расскажу то, что тебе необходимо знать прежде, чем вести дела от имени своего дома, – на устало-безразличном лице Айена вдруг промелькнуло удивление, и он позволил себе присесть на край кровати, – не спрашивай как, но один представитель Инвесторского дома узнал, что твоя семья завладела властью, прибегнув к пыткам хронолитов, и он может сообщить об этом всему совету, чтобы дом Атрау был признан нелегитимным. По факту ты в этом преступлении невиновен, но если ты будешь выполнять сейчас функции гроссмейстера из-за состояния твоего отца, то суду подвергнут и тебя, а совместно с сегодняшним… инцидентом, – она запнулась, все еще сжимая его руку, – пожалуйста, если ты знал про эти пытки, не говори мне, потому что в моем мире это бесчеловечно, и я не смогу…              В памяти Мерцеллы возник амфиморф из темницы, и говорить стало еще сложнее. На несколько минут в комнате воцарилась тишина, лишь убеждающая девушку в том, что все Атрау замешаны в пытках, линчеваниях и неизвестно еще какой грязи. Наконец смотревший до этого в пустоту Айен провел большим и указательным пальцами по глазам, свел пальцы на переносице и громко выдохнул.              – Если до отъезда узнаешь еще какую-то похожую новость, будь добра, сначала спрашивай, готов ли я к подобному разговору, – он отнял руку от лица и посмотрел Мерцелле прямо в глаза, – я осознаю важность, но о пытках я не знал и, честно признаюсь, знать бы не хотел.              Айен опустил взгляд и, кажется, постарел на несколько лет в одно мгновение. Девушка, сама того не осознавая, возложила на его плечи еще больше ответственности, ведь теперь новоиспеченный прим-доминус дома Атрау в курсе преступлений своей семьи, а их сокрытие будет приравниваться к соучастию.              – Прости меня, – тихо произнесла Мерцелла, на что Айен безмолвно похлопал рукой по кровати рядом, приглашая сесть.              – Раз уж мы все-таки устроили доверительный разговор, я хочу, чтобы ты с семьей улетела отсюда на рассвете, и чтобы твой отец разорвал с Атрау любые соглашения, которые он успел заключить, – его тон стал тверже, а локти уперлись в колени, – утром Автарх направит на Цереру флот и начнется разбирательство, там я буду вынужден либо сообщить о твоей приятной новости и лишиться семьи и чести, либо умолчать и надеяться, что об этом никто никогда не узнает. Помимо прочего, нужно успеть устроить похороны моего старшего брата и его нерожденного ребенка, найти предводителей тайной оппозиционной организации, починить взорвавшуюся установку, разобраться с погибшими и раненными, и кажется, на все перечисленное у меня есть примерно день, – Айен попытался улыбнуться абсурдности своих слов, – а еще меня до сих пор жжет яд из стрел изнутри, поэтому я плохо себя контролирую и могу наговорить лишнего.              – Как думаешь, объятья сейчас уместны? – все также тихо произнесла Мерцелла.              – Думаю, без них у меня ничего не получится, – уже искренне усмехнулся мужчина.              Истри придвинулась чуть ближе и медленно, будто боясь спугнуть зверя, обвила своими руками мужскую шею, правую ладонь положила ему на затылок и слегка погладила волосы. Эти объятья совершенно отличались от первых, здесь не было места неловкости или смущению, лишь осознание тяжести выпавшей каждому доли. Айен слегка коснулся ее талии, и его руки буквально обожгли кожу, Мерцелла не понимала, как он до сих пор остается в сознании, а когда не менее горячее дыхание коснулось ее плеча, девушка подумала, что сейчас и вовсе расплавится. Но чувствуя, как с каждой секундой мужчина все больше расслабляется, продолжала терпеть эту пытку огнем.              – Извини, что не смог стать тебе достойным мужем, – у девушки от этих слов перехватило дыхание. Неужели этот мужчина со времен своего первого подросткового боя с амфиморфом во всем винит себя?              – Ты ни в чем не виноват, - Мерцелла слегка отстранилась и взяла его лицо в свои руки, пока серыми глазами на нее смотрела сама безнадежность, и поддавшись очередному порыву, девушка поцеловала самый уголок его губ.              Атрау несильно крутанул головой, выпутываясь из женских рук, и в очередной раз прикрывая глаза.              – Не стоит так делать, – мягко сказал Айен, – не стоит так делать, потому что через два часа ты сядешь в джет и улетишь, не стоит усложнять и так не сложившийся политический брак, Мерцелла.              – Кстати, об этом, – Истри улыбнулась и немного отсела, создавая между ними больше пространства, – я не хотела бы улетать так рано.              – Даже не думай, – Айен положил колено на кровать, всем корпусом развернувшись к девушке, – ты хочешь сейчас поиграть в спасателя, выступить дипломатом или еще как потешить свое самолюбие, но ты забываешь, что как только ты скажешь хоть слово, одобряющее деятельность Атрау, ты станешь главной целью Гидры, – он старался говорить грозно, но чувствовалось, что силы покидают его с каждой минутой, и будто в противовес за окном появляются первые солнечные лучи, – просто улетай, прошу, – уже почти шепча Айен накрыл ее руку своей и переплел их пальцы.              – Позволь мне задержаться, – таким же шепотом ответила Мерцелла, наклоняясь навстречу серым глазам.              – Я боюсь за тебя, – расстояние между ними уменьшалось, а голоса становились все тише.              – А я в тебя верю.              Услышав эти слова, Айен притянул к себе девушку, усаживая на колени, закрыл глаза и впечатался в ее губы своими. Поцелуй был отрывистый, развязный, совершенно не похожий на то, что было с Мейо. Будто зверя наконец пустили к добыче. В голове промелькнуло, что Айен ждал этого момента дольше, чем сама Истри. Его руки, губы, грудь – все, чего она касалась сжигало заживо лихорадкой, страстью и болью одновременно, потому что все это сейчас ощущал сам мужчина. Пальцы Мерцеллы запутались в черных волосах, оттягивая назад голову и открывая ей белоснежную шею. Как только она оставила там небольшой укус, Айен обессилено упал на спину, утягивая девушку за собой.              – Прости, но если ты хотела чего-то большего, то я сегодня не смогу, – грустно улыбнулся Атрау прямо в губы своей невесты, а затем пересадив ее на кровать сам подвинулся на подушки и откинул правую руку в сторону, бессловесно приглашая присоединиться ко сну.              Мерцелла на секунду замерла, а затем устроила свою голову на груди у Айена понимая, что сегодня ее сон будет под самой надежной защитой.              – Думал, что ты улетишь на Гексос сразу, как выйдешь за дверь, – промычал ей в макушку мужчина.              – Я не разбрасываюсь словами о том, что в кого-то верю, – с этими словами она обвила его талию рукой и провалилась в сон.       

***

      Раскинувшись на кровати в своей резиденции Кайелетт Эль Кассар с наслаждением смотрел запись сетчатки глаза Мерцеллы Истри, периодически фиксируя значимые моменты.              – Как прекрасно, когда юные души влюбляются друг в друга вопреки обстоятельствам. Что ж, посмотрим, как ваша любовь дальше сможет им противостоять…