Не дожидаясь рая

      Айзен, наконец, смог найти вместилище Хогьёку Урахары Киске, коим оказалась молодая Шинигами из клана Кучики. Не вдаваясь в подробности, Микки получила послание через Ичимару, который пришел к ней домой. Куро с Неро повисли на его плечах, тыкая пальцами в его щеки. Гин не сопротивлялся, непринужденно сидел на кухне, попивая чай. Микки обустроилась напротив, вслушиваясь в каждое слово.       Её поисковик сработал, как следует, найдя носителя Хогьёку. Сосуке давно подозревал, что Урахара скрыл свое творение в чьей-то душе, но в ком именно не мог определить. Заклеймённый, как предатель, Киске поступил довольно умно. Клан Кучики - одна из четырёх великих благородных семей Общества душ.       Изначально было пять благородных семей. Один из домов, причастных к жестокому расчленению Аданайя, пал после пары столетий, вскоре запечатывания Короля в кристалл. Семья Шиба, хоть и утратила былую славу, но продолжала существовать в своем ритме, удерживая дружеские отношения с двумя другими семьями - Шихоин и Кучики. Только клан Цунаясиро, надменно отказывалась на поддержание мира с другими благородными домами.       Выбор Урахары - умных ход. Никто не посмеет навредить члену семьи Кучики без последствий. Даже Айзен не сможет в открытую действовать.       – Что думаешь делать? – Гин, тянется за медово-имбирными печеньями. – Сообщишь об этом госпоже Етте?       – Конечно. – Микки, постукивает пальцем по деревянному столу. От каждого удара, как рябь на воде, появляются голубоватые круги. – Нам запретили действовать без согласования старейшины. Будем ждать дальнейших приказов.       – Довольно рискованно. – Ичимару наслаждается сладостями, второй рукой протягивая парочку фамильярам. – С вашими силами, вы могли бы давно со всем покончить.       Микки это понимала и сама, но Айзен довольно скользкая личность. К тому же благодаря ему, она с Рэем обрели свободу. Старейшина не могла закрыть на это глаза. Неприятно было признавать, но ей руководствовала некая благодарность. Если бы не его жадность, то неизвестно, когда они смогли бы выбраться из того места.       Несомненно, добраться ему до Рэйо они не позволят, но сейчас им надо сотрудничать. Сосуке не столь важная проблема, от которой можно с легкостью разобраться.       – Гин, ты и сам играешь в опасную игру. – Делая глоток воды, задумчиво проговаривает Микки. – Не сильно отличается от нашего положения.       Ичимару застывает на долю секунды. Его глаза не расширяются от услышанного, но всё же приоткрываются. Небесно-голубые глаза врезаются в безмятежное спокойствие.       – Моя игра, обусловлена только моими правилами. – Губы Шинигами изогнулись в улыбке, и искорки развлечения засверкали в его взгляде. – Но до какого момента, вы будете сидеть, сложа руки?       – Пока не придет время. – Продолжая передавать послание бабушке, подбирала нужную комбинацию. – Будь он простым дураком или слабаком, не достиг всего этого, что имеет сейчас. С ним надо быть настороже. – Неро подбежал к своей хозяйке. С одного прыжка, устроился на её ногах, довольно улыбаясь. – Быть настороже, вполне нормально для защиты дорогих нам людей.       Ичимару, задумчиво замер на месте. Его мысли улетели к одной рыжеволосой подруге, которая за последние пару месяцев, заметила странное поведение в нем. Умело скрывая намерения, играючи он изворачивал истину в своих целях. Гин привык к этому, как и та, кто сидела напротив него. Оба умело ввязались в двойную игру, притворяясь “верными” псами Айзена.       Им двигал, выжженный в голове, долг защитить то, от чего Сосуке хочет избавиться. Намерения капитана Пятого Отряда, были понятны и довольно благородны, но то, как он стремился их воплотить, были бесчеловечными. Жертвовать огромным количеством невинных душ, казалось безумством.       – Не рискуй понапрасну. – Микки приобнимает Неро, упершись, подбородок о его макушку. – Становиться опасно.       Словно вспоминая, что-то невообразимо важное, Ичимару наклоняется слегка вперед.       – Почему, про меня печать вам рассказала больше, чем о других? – Тайна, следовавшая за ним долгие года, наконец, раскроется ему. Этот вопрос терзал с той секунды, когда ведьма ему намекнула об этом. – Даже про Айзена, ты меньше знаешь, чем обо мне.       Девушка, трепала Неро по щеке, пока Куро уплетал очередное печенье за обе щеки. Он мог задать этот вопрос еще пару лет назад, но что-то его постоянно останавливало. Это не было страхом, больше походило на невидимый барьер сомнений. Если он правильно сложит все, что узнал из разговоров с Микки, то его предположение могло многое объяснить.       – Ты кровно связан с нашим кланом. – Одарив, вечно во всем сомневающегося Гина, полным одолжения взглядом, Микки невозмутимо продолжала тискать мальчика на своих ногах. – Таких как ты, с хлипкой связью с вадьминым кланом, очень мало. Могу сказать, что вас всего парочка душ, носящих нашу кровь. – Мягкий тон, не сочетался с той лучезарной радостью на её лице. – Но в тебе есть еще и кровь другого клана - Клодель.       Ичимару кивнул, показывая, что ему все понятно, но лицо выражало шок. Он подозревал, но все-таки услышать это было неожиданно. Вечно окружавший их комфорт, оказался тянувшейся кровной связью между ними. Их разделяли несколько столетий, но тонкая ниточка той еле уловимой силы всегда присутствовал между ними.       – Поэтому, ты дала мне эту четки? – Играя кисточкой врученного подарка, он бережно прошелся по бусинам.       – О родстве с тобой, почуяла сразу. – Микки виновато улыбнулась. – Даже не будь в тебе и частички магии, они все равно тебе помогут. – Выпрямившись, отводит взгляд в сторону. – Пожалуй, мне стоит извиниться за кое-что. – Словно нашкодивший ребенок, пойманный за кражей сладостей. – Когда я намекнула, что в курсе твоих замыслов, то просто блефовала. Я рискнула, тогда.       – В смысле? – Мужчина, расширил свои глаза от услышанного. – Хочешь сказать, ты просто закинула наживку и я клюнул?       Микки пытается подавить растущую улыбку на губах, но ничего не выходит. Куро моментально вскакивает со своего места и убегает с кухни. Следом за ним спрыгивая с ног девушки, Неро последовал за братом. Оба устремляются к входной двери. Не придавая этому значения, Микки виновно наклоняет голову вперед, ожидая гневной тирады.       Гин непринужденно прокручивал в своей голове ранее сказанные слова. Он попался на детскую уловку, не подозревая об этом. Тяжко вздохнув, наиграно, обижено отвернулся. В окно пробивались яркие лучи искусственного солнца.       Подпирая рукой подбородок, уныло смотрит на цветущие цветы за стеклом. Бутоны форзации, радовали многочисленными яркими жёлтыми цветками в форме колокольчиков, украшают участок своим видом. Кроме цветков, у этого кустарника красивая листва. Крупные изумрудно-зеленые листья сохраняют свой насыщенный оттенок. Позади виднелись розовые цветы, которые сочетают в себе удивительную красоту - аквилегия. Верхушки высоких метровых побегов венчают одиночные крупные бутоны.       – Что за собрание и без меня? – Рэй бесшумными шагами, вошел на кухню. Мрачный, словно туча перед грозой, усаживается подле сестры.       – Харри выгнала? – С усмешкой поинтересовалась девушка. То как брат сильнее хмурит брови, доказали её правоту. – Что ты натворил в этот раз?       Рэй молчит, метая молнии раздражения по комнате. Всё еще строя кислую мину, отмахнулся рукой, не собираясь продолжать данный разговор. Ичимару пожимает плечами и как ни бывало, продолжает смотреть в окно, любуясь красотой за окном. Ему приятно находиться в доме ведьмы. Нет той тяжелой пустоты, возникающей за пределами её барьера.       Неро с Куро выглядывают из-за проема, не решаясь зайти на кухню. Мира, пришедшая с Рэем, поглаживает мальчиков по голове. Фамильяры скрываются в гостиной, усаживаясь на диван, не решались прерывать “совещание”. Мальчики упрашивают женщину рассказать о том времени, когда жил Повелитель. Для обоих – это довольно яркая и захватывающая, как сказка на ночь, история.       – Гин. – Микки протягивает два флакончика с розоватой жидкостью. – Лечебное зелье с частичкой магии нашего клана. – Шинигами озадаченно принимает странную жидкость, подозрительно вглядываясь в причудливый узор стекла. – Капли достаточно для легких ранений. – Беря тарелку с печеньем, молча предлагает брату. – Половина для более тяжких и весь для смертельных ран.       Гин, кивает, пряча за пояс неожиданный подарок. Это не первый раз, когда ведьма вручала ему странные вещи. Чувствует лёгкое покалывание внутри и улыбка расползлась на его губах. Ненавязчивый вид заботы придавало силы двигаться дальше, зная, что есть невидимая поддержка.       Допив чай, прихватывая еще парочку печенек, Ичимару попрощавшись, уходит. Послание от Айзена он передал, теперь надо сосредоточиться на дальнейшем плане. Кучики Рукия отправилась в Мир Живых неделю назад. Связь с ней пропала на третий день, теперь никто не в курсе, что с ней.       Джагерджак недоумевающе смотрел на Луизенбарна. Сегунда ожидал прихода хозяина, в наглую вторгшись в чужие покои, вальяжно восседая на “троне”. Чего старому Арранкару потребовалось не известно. За дверью стояли Кулхорн и Вега, карауля вход.       – Есть разговор. – Барагган, указывает на кровать перед собой.       То как бесстыдно Сегунда ведет себя, немыслимо раздражает Гриммджоу. Ступая по белому полу, он прошел к собственному спальному месту. Идти против бывшего самопровозглашенного короля Уэко Мундо – самоубийство. Скользнув по Луизенбарну, примечает два стакана и бутылку с виски - отработанный алкоголь от Микки.       Протягивая стакан, наполовину наполненный алкоголем, Сегунда чудокова выглядел в данной ситуации. Краем глаза замечает, как Гриммджоу хмыкает, совершенно не оценив “дружеский жест”.       – Скоро Айзен получит Хогьёку и молодая госпожа начнет действовать. – Отпивая из собственного стакана, наслаждаясь жгучестью напитка. Джагерджак прищуривает глаза, сжимая стакан до слышимого потрескивания. – Что она планирует, я не знаю. Так же, как она не знает моих дальнейших действий. Мы договорились, что не будем мешать друг другу. – Полный недовольства вздох, Барагган сжимает свой кулон на шее. Сияние плавно переливалось с нежно-фиолетового к светло-голубому. – Молодая госпожа наложила одно заклинание на мой кулон. Никто ничего не услышит и не увидит в радиусе этой комнаты.       Сегунда ловит переполненный вопросами взгляд Джагерджака. Вздыхая, думает с чего лучше начать. Напротив сидящий, выглядит слегка раздражённым, но терпеливо ожидает.       – Будь рядом с молодой госпожой и молодым господином. – Приказной тон, невообразимо злит Гриммджоу, но понимает, что это требовалось больше не для него, а для тех двоих. – Ты и Харрибел - единственные близкие им друзья.       “Если это можно назвать дружбой.” – Мысленно подправляя Бараггана, Джагерджак делает глоток.       – Боишься, что они натворят дел? – Небрежно махает рукой, Секста наклоняется вперед. – Или не хочешь, что б тебе помешали?       Луизенбарн долго молчит, вглядываясь в Джагерджака. Он мог только догадываться о близких отношениях между Гриммджоу и Микки. Сколько бы времени не прошло, сто лет или тысяча, она не распространялась о своей личной жизни. Вскользь могла намекнуть, но открыто никогда не признается, если посчитает это опасным.       – Она умелая ведьма. – Барагган медлит, правильнее подбирая слова. – Но, проблема в том, что она постоянно пытается сделать все в одиночку. Прокладывает все своими силами, забывая о собственной сохранности. Пока не достигнет своей цели, не угомониться.       Гриммджоу понимает, о чем говорит Сегунда. Рэя еще можно переубедить, в отличие от его младшей сестры. В обычных делах, её еще как-то можно уговорить, кроме того что связано с магией. Она упрямо двигается к помеченной точке.       – Будьте рядом, им это пригодиться. – Вставая с собственного трона, Барагган направился к выходу.       Джагерджак проводит незваного гостя глазами. Залпом, выпив виски, опирается локтями о ноги, опуская голову. Шарлотта с Джио моментально разворачивают красную ткань и на ней открывается Гарганта, в которую влетают кости.       Оставшись в звонкой тишине, Гриммджоу сверлит одну точку в полу. Напряжение между ним и Микки еще витало. Гордость не давала ему сказать всего одно единственное слово, каждый раз застревая в горле.       “Эти пылающие, как огонь глаза.” – Лишь она может унять его тягу к разрушению. И ничто не сравнится с тем, что он ощущает, находясь рядом с ней. Джагерджак солгал, если бы сказал, что не хочет быть её мужчиной. Она принадлежит только ему, и никому другому.       Сжимая пальцы в кулак, он откидывается на мягкий матрас. Гриммджоу не спаситель, которого Микки так жаждет. В его венах течет магма, несущее одно разрушение. Он будет уничтожать все, что покажется препятствием. Убьет каждого, кто попробует угрожать ему. Разорвет любого, кто посмеет покуситься на его ведьму. Рэй был прав, он не для обычных отношений.             – Так что у вас теперь случилось? – Микки делает затяжку, устроившись подле окна.       Рэй покачивается на стуле, запрокинув руки за голову. Мысли вертелись в его голове ураганом, не позволяя сосредоточиться. Мира делала себе травяной чай, пока Неро и Куро кружились вокруг неё, продолжая расспрашивать о чем-то. Женщина неторопливо отвечала на каждый заданный вопрос.       – Тия накручивает себя по поводу того, что ограничивает меня. – Тяжело вздыхая, нормально усаживается за столом. – Её беспокоит, то, что у нас не будет полноценной семьи.       Микки выдыхает едкий дым, стоит молча. Тия уже с ней об этом обмолвилась единожды. Они начали обмениваться с ней реацу, что делало их официальной парой. Только её тревожило, что она Арранкар с дырой пустого, расположенной внизу живота, на месте матки. Мысли о полноценной семье часто заполняли мысли Харрибел. Рэя не сильно беспокоили такие мелочи, в отличие от его спутницы. Дети её слабое место.       Микки не могла найти слов поддержки, чтобы хоть как-то его утешить. Как она могла унять обеспокоенность брата или подруги, когда сама не задумывалась о том, что их ждет в будущем. У неё самой сейчас неопределенность с Гриммджоу.       – Она убедила себя, что не сможет со своим телом дать мне детей. – Наблюдая за фамильярами сестры, тихо рычит. – Я уже объяснял ей, что можно разными способами обзавестись ими, но она не слушает.       – Ну, зная, как ты преподносишь информацию, сама бы забеспокоилась. – Хмыкнув, она посмотрела на него до того, как снова сфокусироваться видом за окном. – Создать искусственное тело, в котором будет расти ваш ребенок, очень легко. У Шинигами есть гигай.       Шинигами могут использовать гигай для скрытия своих сил от Пустых, скрываясь среди смертных. Также он требуется на миссиях, чтобы взаимодействовать с людьми или жить среди них, чтобы искать угрозы и при этом сливаться с толпой.       Тело, созданное ведьмами, в целом схож с гигаем, только он связан с душой, для которой его создали. Другими словами, Харрибел все равно познает страдания беременности – тошнота, скачущие гормоны, боли в теле и другие прелести.       В большинстве случаев ведьмы использовали такие тела, когда был риск смерти при родах или возможности серьезной инвалидности. Зная свою бабушку, Микки не сомневалась, что она даст добро для использования такого тела для Тии.       – Харри хочет самой выносить ребенка? – Затушив почти выкуренную сигарету, Микки, возвращается на свое место за столом.       Куро пробегает мимо стола с двумя кружками теплого молока. Неро забирает оставшееся печенье и так же скрывается следом. Мира молча извиняется, и поспешила за детьми в зал. Пропуская вопрос мимо ушей, выражая непривычную нежность, Рэй провидит мальчишек глазами.       Сколько бы суровым он не был к её фамильярам или к Пикаро, его все равно тянуло к ним. Они с трудом могут усидеть на месте, легко отвлекаются и поддаются сиюминутным желаниям. Пикаро не боятся смерти, потому что благодаря общей жизни их очень тяжело убить. Рэю часто приходиться их ругать за шкодничество. Дети весьма наивны, поэтому он частенько оставался с ними, объясняя элементарные вещи. Микки с Тией часто заставали такую сцену, где Рэй по пальцам разжёвывал им последствия их деяний, но дети - это дети. Им интереснее играть в свои игры, втягивая в это окружающих. Неро с Куро нередко с Пикаро проводят время, наслаждаясь тем, чем были обделены брат с сестрой Найт.