Вместо письма

Нова. 

Мне нельзя было так. наразрыв, до тоски до боли. Да и ты не должна была. миссия, долг и честь. Костью в глотке мне это вражество поневоле. Честно. А сначала и вправду думала: «Как же сладка эта месть. Ведь влюбила в себя девчонку глупую, что не знала ни матери, ни отца. И из дома Отчего побежала куда глаза глядят, когда ласки увидела кроху. Дурочка».  А потом прибавляла «моя».  Моя дурочка глаз не смыкает и морщит носик, когда в сумраке снова листает усталый том. И грызет карандаш (я на них разорюсь скоро, правда, Нова), трёт висок и вообще не с первого раза слышит, как зовут её. Взять бы в толк…отчего не любит в грозу одна оставаться и губы кусает, пряча глаза. Пальцы ломает, дышит встревоженно.  Моя дурочка. Только моя.  Моя дурочка первой не лезет в драку, но два раза чуть не поймала пулю. Как-то в руки бросилась мне обниматься, вся дрожала как лист осиновый. Испугалась, котёнком съежилась. Я тогда и сама растерялась, с магией пережала, помнишь..?  Нова.  Я никогда ничего не боялась (и уж тем более никого). Что положено — брала силой, а там где пройти не умела — ползла, сжав челюсть до хруста, но делала. То, что должна.  А сейчас не могу, не выходит, милая. Так что дурочка вовсе не ты, а я. Разбитая, до боли уставшая, руки по локоть в крови замаравшая.  Твоя дурочка. Только твоя.