In my lonely home.

Мать его сильно рыдала, хватала сына за руку, когда тот собирался уходить. "Нет, не уходи!" - молвила она, надеясь, что сына сможет уговорить остаться. Сможет успокоить его необдуманный поступок. Но тот не слушал. Он собрал вещи и на прощание обнял мать, поцеловав в лоб. А она, почти плача снова, достала из старой шкатулки кольцо, что пренадлежало еë мужу. Женщина привязала его на верëвочку и повесила сыну на шею. -Он... Оберегать тебя будет... Чтобы домой вернулся... Джон снова обнял маму, на этот раз крепче, будто пытаясь успокоить.

***

Джон прошëл обучение буквально одним из первый и его отдали в солдаты. Хорошо умел парень работать зоть в какой сфере, хоть куда отдавай, но выбрал именно это - те, кто не боясь идут и наступают на врага. Там где пришлось ему работать, в отряде многие всë дивились его упорству и силе воли. Буквально завораживало то, как быстро работал со сбором оружия. Мо́лодец привычный. "Богатырь" его прозвали, хотя тот не был идеально сильным, скорее натренированным к труду. Проблемы у него как раз и были - он постоянно улыбался, шутил, даже в самой ужасной ситуации поддерживал всех, даже если сам был при панике. Даже когда на службе удалось ему себе руку сломать, всë равно отшутился. Его напарник так и продолжал спокойно смотреть на то, как он оптимистично себя ведëт. Кстати о напарнике. Говард Лавкрафт был спокойным, стойким. Он был хоть и худощавого телосложения, был довольно сильным. Он, по сравнению с Джоном, был высок, мрачен, его длинные чёрные волосы были собраны сзади в косу и спрятаны под шапкой. Он говорил, мол: "перед армией не подстригли." - да черт ас два ему кто-то поверит. Лавкрафт оказался богат душой, интересным, начитанным и умным, но очень замкнутым и тихим, всегда сонным и вечно вялым, хоть работы все свои выполнял на ура. Джон знал, что если Говарду будет надобно, он что угодно сделает, с его то головастостью. Вообще, в армии его приняли не очень хорошо, как Стейнбека, не смотря на происхождения семьи "богатыря" из немецкой семьи. А всё из-за его американских корней, ведь отношения Союза, даже тогда, с Америкой были не лучшие. Множество мнений о белых жителей США сводились к их тупости и гордыне, где те выступали как неприятные личности. А Джон не верил в стереотипы. Никогда не верил. Ведь видел всё своими глазами, что мир нельзя считать по чьим то словам на все 100. Попали они на битву при Сталинграде, Джон и Говард остановились в небольшом доме, который уже успели отвоевать, чтобы Лавкрафт мог помочь напарнику. Парня подстрелили в руку, нужно было перебинтовать и желательно обработать, пока есть возможность. Говард - изначально медицинского образования, потому, по возможности, позволяли ему носить с собой базовые вещи для оказания медицинской помощи. Парень шикнул, когда его худощавый друг начал обрабатывать руку. -Говард, поаккуратнее! Больно! - проговорил он чуть ли не шёпотом, слегка ругаясь. -Джон, когда в тебя стреляли, было явно больнее, чем сейчас. Потерпи. Тембр его голоса был осторожным, громкость всегда была очень пониженной, а лёгкая охриплость и грубость добавляли что-то близкое и приятное в его произношение. А Джон только сейчас задумался, что никогда раньше не слышал от него яркого английского акцента, хоть тот и утверждал, что родился в Штатах. А словам Говарда, русский он знал лишь базово. Наверняка, он так просто оправдывал свою молчаливую натуру, ведь он знал и произносил иногда очень сложные слова без ошибок. -Говард, а ты из какого штата вообще родом? Он слегка промедлил, будто бы пытаясь вспомнить. - Род-Айленд, Провиденс. На деле, это было первое название, что всплыло у него в памяти из Штатов, ведь в современном мире он там ещё не был. Джон мысленно сделал себе пометку, что если будет возможность, то стоит прочитать про это место...