Французский изыск

***

— Либо ты, либо её, — Гарри поправил очки на переносице, а затем махнул головой в сторону спящей Гермионы. — Для чего это, Поттер? Чтобы она забыла меня? Зачем? — Драко крутил палочку в руках, растерянно озираясь по сторонам. — Я могу стереть память тебе, чтобы ты забыл её, но тогда страдать будет она, Малфой. — Гарри наставил палочку на Драко. — Я сотру ей память, но условие, — Малфой выставил один палец вперед, — Ты никогда больше не приблизишься к моему сыну. — По рукам, Малфой, по рукам, — Гарри похлопал Драко по плечу. Безумие. Ему приходится стереть память своей жене, потому что Гарри Поттер его об этом просит?    Опасность в которой была Гермиона, единственная причина этому всему. Драко является опасной фигурой в обществе. На него совершают покушения каждый день, каждый день в опасности его жизнь, жизнь Гермионы и жизнь их сына. Наверно безумно звучит то, что он согласился на это.  Память о ней ему была намного важнее, чем его жизнь. И даже если его убьют, то лучше она не будет об этом знать. Скорпиуса можно было отправить к Нарциссе, как раз она была бы рада проводить с внуком много времени. Так было лучше. Пока Драко не уладит дела, пока не станет безопасно для них. — Я верну ей память, как только эти пидоры перестанут следить за мной, — Малфой как будто угрожал. — Как только станет безопасно для неё, то можешь вернуть память, — ответил Гарри. Драко с призрением посмотрел на Поттера, как будто он спрашивал его разрешения на это.  — Не смей приближаться к моему сыну, Поттер, — теперь Малфой точно угрожал. — И не собирался, — Гарри поправляет очки, а затем разворачивается спиной и уходит. — Может убить его? — спрашивает Блейз из-за спины Драко. — Его карма ещё придет к нему, — Малфой даже не обернулся к другу. Он тяжело вздыхает, а затем достает из пиджака пачку с сигаретами. — Отвези Скорпиуса к моей матери, ей скажешь, что он пока поживет у неё, потому что Гермиона заболела, мне нужно встретиться с Тео, — Драко говорит в приказном тоне, но в голосе все равно чувствуется отчаяние, боль и страх. Он чиркает спичками, а затем поджигает сигарету. Едкий дым быстро проникает в легкие, расслабляет тело, но не мысли. Держаться было тяжело.  Блейза уже не было рядом, он аппарировал сразу же после просьбы Малфоя. Драко стоял один посреди улицы, курил и думал о том, что теперь будет твориться с ним и с его сыном. Гермиона все равно не будет ничего помнить. Ей будет легче. Тео аппарировал на ту же улицу, поприветствовав друга, он предложил пройтись, чтобы все обговорить. — Так Поттер приказал стереть ей память, — Теодор шел сложив руки за спиной. — Геройствует. — Почему бы тебе просто не перевезти их со Скорпиусом в другую страну?  — Эти твари ищут везде, Скорпиус ещё совсем ребенок, все равно ничего не понимает, поэтому лучше он будет у матери, а Гермиона… Она знает слишком много, её будут пытать. — Оставил бы ей хотя бы сына. — Условия Поттера было тем, что она должна забыть обо мне и все, что связывает её со мной, Скорпиус был первым о ком он мне сказал. — Пожалел бы ребенка гнида!  Блейз появился из-за угла. — Скорпиус у твоей матери, Гермиона в недоумении, — протараторил Забини. — Сука какая же Поттер сука, — возмутился Нотт. — Мы решим все дела, Драко, а потом ты вернешь ей память, вы снова будете вместе, не переживай, — Блейз похлопал Драко по плечу. — Если я умру, верните ей память и привезите Скорпиуса, — Малфой посмотрел на друзей, как будто с надеждой, а как будто с отчаянием. — Ты не сможешь умереть, ты живее всех живучих, — Теодор пытался разбавить обстановку.   Малфой аппарировал домой, у самой двери, он остановился, несколько раз обдумав все. Вдох. Выдох. Он тянется к ручке, открывает дверь и заходит в дом. Гермиона сразу же выходит к нему, смотрит на него в недоумении. У неё куча вопросов к мужу. — Зачем Блейз забрал ребенка? Что случилось? — сразу же с порога спрашивает она. — Мама хотела увидеть его, не переживай, он скоро вернется, — Драко врет. Он не знает когда сможет вернуть ей сына и сможет ли вообще. — Что с тобой? — Гермиона замечает, что Малфой как будто чем-то обеспокоен.  — День был тяжелый. И вправду. — Может съездим на выходные куда-нибудь? — предлагает девушка. — Куда ты хочешь?  — В Италию, помнишь Блейз нас звал?  — Помню, милая.   Драко улыбается жене, скрывая за улыбкой всю боль, что ему придется испытать этой ночью. После ужина, они легли в кровать. Как же давно они не проводили время вдвоем. Как же больно осознавать, что возможно это последняя их ночь вместе. Драко целует Гермиону в щеку, а затем крепко обнимает её за талию. — Пообещай, что никогда не разлюбишь меня, — он смотрит на неё, ценит момент, когда её глаза встречаются с его. — Никогда, Драко, я никогда не разлюблю тебя, — Гермиона улыбается, а затем целует Драко в губы. Драко не мог насладиться ей в полной мере. Каждое касание Гермионы обжигало его, словно клеймо, отпечатывая навеки в его памяти каждую линию её тела, каждый вздох. Но вместо наслаждения он чувствовал лишь леденящий ужас, осознавая, что каждое мгновение приближает его к неминуемой разлуке. Он целовал её, медленно и вдумчиво, словно пытаясь выпить из неё всю сладость их любви, зная, что скоро эта сладость станет лишь горьким привкусом воспоминаний. Его руки скользили по её спине, запоминая каждый изгиб, каждую родинку, каждую трещинку на фарфоровой гладкости кожи. Он шептал слова любви, зная, что эти слова скоро будут лишены всякого смысла для неё. Внутри бушевала буря противоречий. С одной стороны, он хотел унести эту ночь в вечность, насладиться каждым моментом, каждым прикосновением, каждым взглядом. С другой – он боялся привязать её к себе еще сильнее, сделать предстоящую потерю еще более болезненной. Гермиона отвечала на его поцелуи со всей страстью и нежностью, на которую была способна. Она извивалась под ним, отдаваясь во власть его ласк, доверяя ему безгранично. И это доверие раскалывало его сердце на мелкие осколки, каждое биение отдавалось острой болью. Он опустился ниже, целуя её шею, ключицы, грудь. Он слышал её стоны, чувствовал, как её тело дрожит от возбуждения. Он знал, что она любит его, что она хочет его так же сильно, как и он её. И эта любовь, это желание, делали его задачу еще более невыполнимой. Он вошел в неё медленно, нежно, с трепетом и благоговением. Он чувствовал, как её тепло окутывает его, как их тела сливаются в одно целое. Он двигался плавно, ритмично, стараясь доставить ей максимум удовольствия, зная, что это может быть их последний раз. Но его мысли были далеко от этого. Он видел перед собой её лицо, искаженное болью и непониманием, когда он произнесет заклинание. Он видел маленького Скорпиуса, потерянного и одинокого, без материнской любви и заботы. Он видел свою собственную жизнь, пустую и бессмысленную, без неё рядом. Эти мысли терзали его, разрывали на части, лишая возможности насладиться моментом. Он зарычал от отчаяния и ускорил темп, стремясь заглушить боль, но она лишь усиливалась. Он чувствовал, как Гермиона стонет и извивается под ним, но он был слеп и глух ко всему, кроме предстоящей трагедии. Он кончил в нее, обессиленный и опустошенный. Тяжело дыша падая на подушку, он смотрел в потолок. Гермиона прижалась к нему, обнимая его и целуя. — Что случилось, Драко? – прошептала она, сжимая его в своих объятиях. – Ты какой-то странный сегодня. Вроде здесь, но не со мной. — Все хорошо, – прошептал он в ответ, обнимая ее в ответ. – Просто думаю о нашем будущем. Насколько я счастлив, что ты со мной. Он не мог сказать ей правду. Он не мог разрушить этот момент, не мог позволить ей почувствовать его страх и отчаяние. Он должен был сохранить эту иллюзию счастья до самого конца.   Он перевернулся на бок, любуясь ее спящим лицом. Она была так прекрасна, так невинна, так беззащитна. Как он мог причинить ей такую боль? Как он мог отнять у нее самое ценное – память о нем и их сыне? Но он знал, что другого выхода нет. Он должен был пожертвовать своим счастьем ради ее безопасности. Когда первые лучи рассвета коснулись их тел, Драко поцеловал Гермиону в щеку, а затем крепко обнял её за талию. — Пообещай, что никогда не разлюбишь меня, — он смотрел на неё, ценил момент, когда её глаза встречаются с его. В этом взгляде он пытался увидеть не только любовь, но и прощение, хотя и понимал, что она никогда не узнает, за что ей придется его простить. — Никогда, Драко, я никогда не разлюблю тебя, — Гермиона улыбнулась, а затем поцеловала Драко в губы. Ее поцелуй был полон нежности и обещания вечной любви, которые Драко не мог сдержать. Он ответил на ее поцелуй с такой же страстью и отчаянием, запечатлевая его вкус в своей памяти, словно это был последний глоток воздуха перед погружением в вечную тьму. Она не понимала, что будет дальше. Что придется пережить ей и ему. Что придется переживать все каждому в одиночку. Драко знал, что утром она его и не вспомнит.    Гермиона уснула в его объятиях. Малфой долго думал над тем, что ему придется сделать. Девушка посапывала, морщив нос из-за того, что волосы не послушно падали на её лицо. Драко встал с кровати. Аккуратно. Чтобы не разбудить её. Он отправит её в Австралию к родителям. Поттер уже должен был стереть им воспоминания о внуке.  Он взял в руки колдографию на которой была его семья. Он, Гермиона и Скорпиус у неё на руках. Драко положил фото в карман. Посмотрев на спящую жену, он ещё раз обдумал всё.  На глазах появились слёзы. Малфой никогда не плакал. Никогда.  Рука с палочкой направлена на кровать, где спала Гермиона.  Вдох. Выдох. — Обливейт!  Как же паршиво ему стало, когда голубой луч направился в сторону спящей жены.  Воспоминания о Драко и Скорпиусе стирались моментально. Парень это чувствовал.  Когда он отпустил палочку, то упал на колени.  Мир разрушился. Нет. Он разрушил его сам. Своими руками. Гермиона ничего не подозревая, мирно спала, согнув ноги в колени. Она не вспомнит всего, что было между ними. Не вспомнит их счастливую жизнь, не вспомнит как они поняли, что любят друг друга, не вспомнит, как они поженились, не вспомнит как они узнали про беременность и не вспомнит как родился Скорпиус.  Утром Малфоя и его вещей уже не было дома. Как же тяжело ему было покидать их дом.  Он снял себе номер в отеле. Там его уже ждали Тео и Блейз.  — Как ты? — спросил Нотт. — У меня как будто вырвали сердце, — Драко устало потёр виски. — Решим все дела, а затем вернем ей память, — сказал Блейз, садясь напротив Малфоя. — Чем я думал, когда вступал в ряды мафии, когда убивал людей, когда торговал наркотой, — Драко истерически смеется, — Думал, что мне все сойдет с рук? Я же сам всегда мстил, теперь пришел час моей расплаты. Голова кружится. Сука как же больно. — Мы убьем их раньше, чем они найдут тебя, — Блейз пытается поддержать.  Они с Тео тоже его семья.  — Сегодня переночую здесь, завтра утром хочу увидеть Скорпиуса, а потом будем разбираться с делами, — Драко курит. Травит себя.  Стук в дверь.  Блейз подорвался с места, открыв её. Гарри бесцеремонно вошел в номер. Драко посмотрел на Поттера с ненавистью. — Что тебе блять надо? — спросил Малфой. — Она уехала в Австралию, она не помнит ничего, — сказал Гарри. — Добился того, что хотел, Поттер? — Тео с угрозой двинулся в сторону Гарри. — Я всего лишь обезопасил её, раз ваш друг не может этого сделать, — гриффиндорец самодовольно улыбнулся. — Ты лишил Скорпиуса матери, ебанный ты ублюдок! — крикнул Нотт, толкнув Гарри.  — Возможно позже ей можно будет вернуть память, — Поттер оставался спокойным. Драко не смотрел на него. Его взгляд был устремлен в пол. — Позже это когда? Когда его убьют? Ведь именно этого ты ждешь, Поттер, — Тео снова толкнул Гарри. — Тео! Успокойся, — сказал Забини. — В чем я не прав, Блейз? — спросил Теодор, посмотрев вопросительно на друга.  — Поттер сваливай отсюда, пока ты не нажил себе проблем, — Блейз открыл дверь. — Я уйду, но пусть этот ублюдок знает, что я не сдал его министерству лишь из-за того, что она попросила меня об этом, — Гарри снова смотрит на Драко. Малфой подрывается с места, моментально появившись возле Поттера, взяв его за воротник, он впечатал Гарри в стену. — Проваливай отсюда, пока я не убил тебя, лучше я буду гнить Азкабане за убийство, тогда потеря её памяти не будет так сильно ебашить по мне, — прошипел Малфой, сильнее вдавливая Поттера к стене.  Как же он его ненавидел. — Оставь его, Драко, — сказал Блейз, положив руку на плечо друга. Малфой тяжело дышал.  Блять как же больно.  Как же блядски больно. Драко ослабляет хватку, а затем вовсе отпускает Гарри, делая пару шагов назад, он разворачивается к нему спиной. — Ты её не достоин, — хрипло произносит Поттер. Малфой резко поворачивается к нему, а затем делает размах и бьет кулаком Гарри в нос.  Поттер смеется. Блейз хватает Драко за локоть, а Тео вышвыривает Гарри за дверь. — Ебанный мудак, — шипит Теодор.   Ночь выдалась куда хуже, чем Драко себе это представлял. Спать не хотелось. Мысли в голове не давали покоя. Гермиона ничего не помнила, маленький Скорпиус у Нарциссы, Драко на волоске от смерти. Идеальная семейка.   Каждый шорох пугал Малфоя, он боялся даже собственного дыхания. Вдруг кто-нибудь выследил его в этом отеле, вдруг они убьют его прямо сейчас, он ведь не успел попрощаться с сыном. Голова ходила кругом. Драко так и не уснул, с утра он сразу же отправился в Мэнор, чтобы провести время с сыном. — Что с Гермионой?— спросила Нарцисса, разливая чай по чашкам. — Немного приболела, не хотела, чтобы Скорпиус заразился, ты же не против, что он побудет у тебя? — Драко держал сына на руках, поглаживая щеку ребенка. — Как я могу быть против своего внука в доме? — Миссис Малфой улыбнулась.   Маленький Скорпиус посапывал на руках у Драко, морщил нос, прямо как Гермиона. Малфой с горечью улыбнулся. Как же сын напоминал жену. — Невероятно, что Скорпи взял от тебя только глаза и цвет волос, в остальном он похоже на Гермиону, самый прекрасный малыш, — сказала Нарцисса, умиляясь внуку. Драко прижал сына сильнее к себе.    Вечером он уложил Скорпиуса спать, поцеловав его в макушку. А затем несколько минут просто наблюдал за ним. — Сынок, знай, что я всегда буду рядом, — прошептал Драко.     Блейз сидел напротив Драко и Тео, перебирая бумаги.  — Что если инсценировать твою смерть? — спросил Нотт. — Глупо, — сказал Драко. — Возможно так бы мы могли быть уверены, что никто не тронет твою семью, — Теодор сделал глоток виски. — Никто не посмеет тронуть мою семью, а если и такое случится, я убью каждого, кто прикоснется к ним, — Малфой смотрел в одну точку. — И так, Каруэлс готов встретиться для того, чтобы переговорить, нам нужно будет ехать к нему в ресторан, — сказал Блейз. — Встречи только на нейтральных территориях, — сказал твердо Драко. — Он прав, может он построил какую-нибудь ловушку у себя в ресторане, мы не можем быть уверены, что он не убьет Драко прямо там, — Тео обеспокоено посмотрел на Забини. — На другие переговоры он не соглашается, — сказал Блейз. Через несколько минут они уже были в ресторане Стива Каруэлса. — Джентельмены, рад вас видеть, проходите, выпьем? — спросил Стив с противной улыбкой на лице. Все четверо уселись за стол. — Виски? — спросил Каруэлс. — Подсыпал туда яд? — усмехнулся Драко. — Что Вы, мистер Малфой , никогда, — Стив снова противно улыбнулся. Официант принял заказ у компании, а затем что-то шепнул Карауэлсу и ушел. — На прошлой неделе девять моих приближенных были расстреляны, Мистер Малфой, как Вам это удалось? — Стив улыбался, говорил и улыбался. Чертов ублюдок. — Ваши люди много знали, — отмахнулся Малфой. — Одиннадцать людей нашего клана были повешены, Мистер Малфой, когда Вы успеваете? Вы ведь семейный человек, а у Вас хватает времени на то, чтобы продавать наркотики, убивать людей, да ещё и проводить время с женой и ребенком. Раздался хохот. Мерзкий. Противный. Стив постучал по столу ладонью, изобразив истерических смех. — Ближе к делу, Каруэлс, — возмутился Теодор. — У меня есть условие, — Стив прокашлялся, — Три миллиона мне, либо я встречусь с Вашей женой, Мистер Малфой, её кажется Гермиона зовут, верно?  — Куда тебе привезти деньги? — спросил сквозь зубы Драко. — Прямо сюда!  — Тогда жди нас тут, — сказал Малфой, вставая из-за стола. – Нет, нет! — Стив замазал руками перед своим лицом, — Мистер Малфой, Вы останетесь, пускай Ваши друзья едут за деньгами, а мы с Вами поговорим о дальнейших планах. Блейз и Тео с опаской посмотрели на Каруэлса, а затем на Драко. Малфой кивнул друзьям. Они вышли из ресторана, постоянно оглядываясь.   Официант принес еду. Теплый салат поставили напротив Драко. — Ты и его отравил? — спросил Малфой. — Ну Мистер Малфой, как Вы такое могли подумать? — Каруэлс взял вилку и зачерпнул салат из тарелки Драко, затем вдохнул аромат блюда и положил в рот.  Блюдо не отравлено. Малфой усмехнулся, а затем принялся есть.  — Так как поживает Ваша жена? — спросил Стив, пережевывая пищу. — Как сыр в масле, — сказал Драко. Выстрел. Ещё один. Ещё. Малфой напрягся, посмотрев на Стива, который улыбался самому себе.  — Ваши друзья мертвы, — сказал он. Драко резко поднялся изо стола, голова закружилась. — Вы меня спросили отравил ли я виски или салат, — Каруэлс сложил руки перед собой, — Но я не изверг, чтобы травить Вас едой, Мистер Малфой. Драко начал задыхаться, воздуха не хватало. Вдох. Вдох. Где ебанный выдох?  Малфой упал на пол, держась за горло. Пытаясь схватить ртом воздух. — Яд был на вилке, — Стив рассмеялся, а затем встал из-за стола, подойдя к Драко, смотрел на него сверху вниз. Драко глотал воздух. Дыши. Вдох. Тяжело. — Никто не встанет на моем пути, — сказал Стив, а затем воткнул в сердце Драко нож. Поднявшись во весь рост, Каруэлс расхохотался. — Живо приберитесь здесь, — крикнул он персоналу.

***

«Ресторан «Французский изыск» стал могилой для бывших пожирателей смерти Драко Малфоя, Теодора Нотта и Блейза Забини.  Как рассказывают очевидцы, компания приехала в ресторан на встречу с хозяином заведения Стивом Каруэлсом. После разговора со Стивом, Забини и Нотт покинули помещения, затем послышались выстрелы, тела были найдены около машины Мистера Забини.  Драко Малфой был убит в самом заведении. В сердце Мистера Малфоя был воткнут нож. Подозреваемым в их смерти стал хозяин заведения Мистер Каруэлс. Очевидцы так же слышали о том, что они говорили о деньгах.  У Мистера Малфоя осталась жена и трехмесячный сын. Но пока семья хранит молчание, а место нахождение Малфоев неизвестно.                                              Рита Скиттер» Гарри отложил газету. — Хорошая работа, Каруэлс, — сказал он. — Рад был служить, Мистер Поттер, — Стив кивнул головой, — Теперь я могу получить свою награду?  — Ах да, деньги здесь, — сказал Гарри, кинув листок с адресом. — Благодарю, — сказал Каруэлс, покидая комнату. Рон сел рядом с Гарри. — Ну и зачем была нужна такая шумиха? — спросил Уизли. — Чтобы огородить Гермиону от этого ублюдка, — сказал Поттер. — Верни ей хотя бы сына. — У неё не должно остаться ничего от этого мерзавца. Рон тяжело вздохнул. 

***

Прошло три года. Гермиона перебирала письма на столе, заметив конверт без подписей и марок, она заинтересовалась им. Открыв его и прочитав, девушка в ужасе вжалась в стул. «Ублюдок Поттер не вернет тебе память, если вдруг меня не станет, надеюсь это сделает Блейз или Тео. Гермиона, если ты это читаешь, значит меня уже нет в живых, я не знаю сколько уже прошло времени, но я уверен, что ты ничего не помнишь. Едь к моей матери, смотри мои воспоминания в омуте памяти, вспомни все. Вспомни меня, вспомни Скорпиуса. Заботься о нём! Прошу тебя! Сделай так как я тебе говорю.                                Твой Драко!» — Скорпиус…