Субинозависимость

У Бомгю субинозависимость. Долгая и, кажется, бесповоротная. Бомгю понимает это не сразу, а постепенно. Со временем. Когда начинает не хватать тех часов, проведенных вместе. Когда он в тайне сохраняет эдиты моа в тиктоке, хотя телефон и так забит фотками и видео. Субин читает, Субин ест, Субин смеется, уронив на пижамные штаны мороженое. Бомгю тогда тоже очень смеялся, не забыв запечатлеть этот момент на видео, чтобы потом пересматривать. Бомгю знает Субина от и до, но очень сомневается, что это работает так же в обратную сторону. Бо уверен, что Субин считает его другом. Но для него такими же друзьями являются и Ёнджун-хён, и макнэ-лайн. А вот для Бомгю Субин – особенный. Он не знает, почему так получилось и когда это произошло. Может, с самого их знакомства? Наверное, так оно и было. Бомгю постепенно заполнялся Субином, находя у него утешение и поддержку, заполнялся его заботой и приходил к нему с ощущением, что возвращается домой. Не зря Субин выбрал себе такой ник позже. Для Бомгю он действительно был домом, его тайным убежищем. Хотя, не таким уж и тайным. Кажется, все прекрасно видели, как сильно дорог был хён для Гю. Все, кроме самого Субина. А, может, Субин тоже видел и просто решил ненавязчиво держать Бомгю на расстоянии? В любом случае, Гю никогда не решится спросить его об этом. Слишком ценными для него были моменты, проведенные вместе. Особенно остро это ощутилось, когда Субин взял перерыв. Впервые они были так далеко друг от друга. Бомгю писал ему каждый день, но этого было крайне мало. Чёрт, да он даже заплакал перед моа на эфире, когда рассказывал о том, как по вечерам они с хёном всегда смотрели фильмы вместе. Гю тогда чувствовал себя очень одиноко. Ребята поддерживали, как могли, но это было не то. Тогда Бо засел с удвоенным усердием за творчество. Все песни, как на подбор, были грустными. Все песни Бомгю отправил Субину, на что тот пошутил: «Когда ты успел вляпаться в неразделенную любовь?» Впервые Бомгю задумался над этими словами. Неужели они были правдивыми? Это и есть влюбленность? Почему-то Гю не ощущал себя влюбленным в Субина. Он чувствовал острую нужду в нем. Будто, если Субина не будет рядом, то и Бомгю не сможет существовать. Субинозависимость во всей красе. Бомгю, если честно, немного устал. Устал выпрашивать внимание у хёна. Устал притворяться, что его не задевает периодическая отстраненность Субина. Субин довольно эгоистичен. Он не любит, когда его отрывают от чтения книги, не любит, когда обнимают тогда, когда этого не хочется ему самому. Он постоянно негласно диктует свои условия, с которыми всем приходится соглашаться, чтобы Субину было комфортно. Бомгю, безусловно, уважает и ценит хёна. Но иногда так хочется присвоить его себе немножечко больше! Забрать у него книгу, обвить конечностями, как коала, и наслаждаться его крепкими ответными объятиями, в которых сразу становится спокойно. Но разве Гю имеет на это право? Когда они не перед камерами, когда им не нужно взаимодействовать, они всего лишь обычные друзья. Бомгю хотел бы, чтобы камеры никогда не выключались. Они уже целых 6 лет как дебютировали! С ума сойти! Совсем не верится. А ведь знают они друг друга куда больше времени. И вот сейчас Бомгю с легким сердцем признается на камеру, что хотел бы, чтобы Субин всегда был в его жизни, даже когда они станут совсем взрослыми и постареют. Пусть Субин делает с этим знанием, что хочет. Если он, конечно, посмотрит это видео. Субин в этом же выпуске сравнивает Гю со щенком. В каком-то смысле Бомгю себя так и ощущает, крутясь возле хёна днем и ночью. Немного обидно. Но дальше Субин говорит о том, что общение и проведенное совместно время делало его счастливым. И Бомгю готов ему всё простить. Как и обычно. Накануне концертов стафф напоминает Бомгю о том, чтобы он больше взаимодействовал с Ёнджуном. Джун, стоящий неподалеку и услышавший это, бросает на тонсена понимающе-сочувствующий взгляд. Бомгю немного стыдно, что он как на ладони перед остальными мемберами, да и любыми людьми, кто тесно с ними работает. Моа почему-то больше всего нравится их с Ёнджуном взаимодействие. Их даже называют «Том и Джерри». Да, Гю нравится дразнить старшего хёна, вступать с ним в перепалки, устраивать шуточные бои и беситься вместе. Но из-за этого количество необходимого взаимодействия с Субином снизили. Бесит. Бомгю всё равно вытворит что-то незапланированное. Это в его духе. Спустя время Бомгю всё же не выдерживает. После их общего перерыва и усиленной подготовки к туру Субин стал еще более заботливым лидером. Он стал немного увереннее в себе и будто бы неуловимо отдалился. Бомгю думал, что, когда они отправятся в тур, всё будет, как раньше. Каждый вечер они будут вместе зависать в одном номере, смотреть фильмы или обсуждать прошедший концерт. Но в первый же вечер Субин отказывается, ненавязчиво выпроваживая Гю из номера и смотря своими добрыми глазами. У Бомгю сердце разрывается, но язык так и не поворачивается спросить, почему. Почему Субин больше не хочет видеть его рядом. Вместо этого разворачиваются ноги и несут Гю к номеру Ёнджуна. Джун не выглядит таким уж удивленным, будто знал, что так оно и будет. Кивком головы он приглашает к себе и захлопывает дверь. На столике в коробке недоеденная пицца, рядом банка пива. Бомгю без особого приглашения проходит к мини-бару и достает банку себе. Какое-то время они молчат, а потом Бомгю начинает плакать. Плакать и жаловаться. Ёнджун сначала немного округляет глаза, но потом его взгляд смягчается, а еще позже – становится влажным. Старший хён всегда тоже был чувствительным. На душе становится легче, хоть налет стыда и окрашивает щеки и уши в красный. Или это всё проделки алкоголя. Объятия Ёнджуна утешают, как и последующее сидение у него под мышкой рядышком на диванчике. Джун не осуждает, не советует – просто слушает и сочувствующе вздыхает, поглаживая тонсена то по голове, то по плечу. - Хён, у тебя есть таблетка от головы? Я забыл аптечку. Бомгю вздрагивает, когда дверь номера неожиданно отворяется и на пороге появляется Субин. Ёнджун тоже пугается, а потом гнусаво ворчит об отсутствии вежливости Бина. Голова Бомгю так и покоится на плече Ёнджуна, а сам Гю смотрит немного испуганно своими круглыми глазами, а потом старается незаметно утереть щеки. Субин смотрит непривычно пристально. Даже когда Ёнджун отстраняется и идет на поиски аптечки, всё еще ворча по пути. Бомгю сжимается в комок, втягивая голову в плечи под этим сканирующим взглядом, который говорит, что Гю сделал что-то плохое. Но Бомгю не понимает. Совершенно ничего не понимает. Субин сухо благодарит Ёнджуна за таблетки и молча покидает его номер, освобождая Бо из плена цепких глаз. Только тогда Бомгю начинает снова дышать. - Субини такой растяпа! Каждый раз поражаюсь, - ворчит Джун, а потом замолкает, натыкаясь взглядом на выражение лица Бомгю. – Прости, ты в порядке? - Не очень, хён. И поток слёз открывается с новой силой. На следующий день Субин еще более отстраненный чем обычно. Бо внутри умирает, когда все улыбки достаются кому угодно, кроме него. И еще, что странно, кроме Ёнджуна, которого Субин тоже старается избегать. Что происходит? - Почему ты не сказал, что тебе было плохо? Дежавю. Бомгю крупно вздрагивает. Теперь Субин ворвался в номер к нему, а не к Ёнджуну. Так же бесцеремонно без стука. Гю не сразу въезжает, о чем хён говорит. Субин хмурится и усаживается на краешек кровати, на которой полусидит Бомгю, опираясь спиной о быльцу. - О чем ты, хён? – всё же решается спросить Бо. Субин хмурится еще больше, бросая быстрый взгляд и тут же отводя его. - О вчерашнем вечере. Я бы провел время с тобой, если бы ты попросил. У меня болела голова, поэтому мне хотелось немного отдохнуть в тишине, - Субин умолк, а после паузы продолжил с ноткой возмущения. – Я думал, мы достаточно близки. Но ты не сказал ничего и пошел изливать душу Ёнджуну. Бомгю оторопело замер, глупо моргая. Услышанные слова никак не хотели укладываться в голове, хотя их смысл дошел сразу. Просто сложно было поверить. Неужели Субин обиделся на то, что ему предпочли Ёнджуна? Что это за чувство? Тоже собственничество, как и у Бомгю? - У тебя появились секреты от меня, Гю? Я всё понимаю, ты имеешь на это право. Просто я так привык, что… - Что я всегда, как щенок, вьюсь у твоих ног, выжидая, когда ты погладишь меня по голове? – с горькой усмешкой закончил Бомгю. Субин сконфуженно застыл. Бомгю и сам не знал, как у него духу хватило произнести это вслух. - Я не это имел в виду. - Серьезно? Ты сказал об этом в видео. Не совсем так, конечно, но смысл ясен. Субин поджал губы, напряженно о чем-то размышляя и всё еще не поднимая взгляда от своих коленей. - Я не имел это в виду, Бомгю. Это правда. Я сравнил тебя со щенком, потому что ты так же чист душой, как они. Когда они радостные и когда они грустные – это сразу видно. И ты тоже такой. И я очень ценю, что ты показываешь мне это. Я всегда был противником того, что раньше ты всегда пытался показать только свою веселую сторону. Даже нам. Но теперь ты настоящий. И мне хотелось бы, чтобы ты больше не закрывался. Даже если кто-то ранит тебя, будь искренним. Это делает тебя тобой. Тем, кем я горжусь и кем дорожу. Субин замолчал, а Бомгю сглотнул ставший в горле ком. Глаза против воли налились недовыплаканными слезами. Слезами, которые Гю скрывал от Субина, но показал Ёнджуну, когда совсем уж стало невмоготу. - Ты. Ты ранишь меня, тупица! – Бомгю задрал подбородок вверх, но соленые капли все-таки прочертили дорожки по щекам. Субин пораженно выдохнул и, наконец, посмотрел на тонсена. Бомгю заметил это краем глаза. Зажмурившись на мгновение, Гю вытер слезы и уставился в широко распахнутые глаза Субина. Глаза, в которых плескалось искреннее непонимание. Какой же дурак. Крот слепой. И те слова, кажется, были правдой. - Ты нужен мне больше, чем можешь представить! Мне так больно, когда ты игнорируешь меня или относишься к моему нахождению рядом с тобой, как к должному. Ты даже не придаешь значения тому, насколько я хорошо знаю тебя, твой характер и твои предпочтения. Не замечаешь, когда я покорно умолкаю, как только ты морщишься от избытка моих слов, как я приношу тебе снеки, когда ты читаешь или играешь, как стараюсь создать непринужденную атмосферу, где бы мы ни были, чтобы тебе было комфортно. Хотя я тоже интроверт, если ты вообще об этом помнишь, хён! - Я помню об этом! Субин возмущается чисто рефлекторно, наверное. Его глаза всё еще распахнуты, и смысл слов наверняка ускользнул от него. Он не увидит здесь подтекста. Того самого, к которому окончательно пришел сам Бомгю только что. - Но ты не сказал мне об этом, а пошел к Ёнджуну! – добавил Субин, чем вывел Бомгю из остатков шаткого равновесия. - И это единственное, что тебя волнует? Что твоё эго пострадало? Ну конечно же! Наш супервнимательный ко всем лидер оплошал. Щенок-Бомгю не побежал к своему хозяину, отбился от рук. Так совсем не годится! – Бомгю истерически засмеялся, чувствуя, как спазмы снова перекрывают горло. Предательские слёзы снова потекли по щекам. - Ты совсем дурак или как? – Субин резко выдохнул, подсаживаясь еще ближе и разворачиваясь лицом к лицу. – Я волновался. Волновался, что между нами произошло что-то, чего я не заметил. - Не зря волновался, - едко вставил Бомгю, на что получил легкий шлепок по колену. - Не перебивай. Я волновался, сам не зная, почему. Ты – моя единственная стабильность в этом мире. Мне кажется, что бы ни случилось, ты всегда будешь рядом. И я испугался, что могу потерять это. Прости, что понял это только сейчас. Но когда я увидел, как Ёнджун-хён утешает тебя, как ты жмешься к нему, смотря на меня так испуганно, это сильно задело меня. Я подумал, что больше не нужен тебе, - тихо сознался Субин, опуская голову. Бомгю вздохнул, ощущая дрожь в теле. На губы против воли наползала дурацкая улыбка. - Какой же ты глупый, хён. И совсем ничего не видишь. Субин вновь поднял голову, встречая сияющий влажный взгляд. - Что я должен увидеть? Бомгю пожал плечами и задал другой вопрос. - Ты ревновал? - Что? – Субин приоткрыл рот. - Ревновал, когда увидел меня с Ёнджуном? - Я не… - Почему игнорировал нас с ним сегодня целый день? - Я не… не знаю, - Субин сокрушенно вздохнул, смотря виновато. – Почему-то это напоминало мне о вчерашней картине. - И тебе это не нравилось. - Да. Чувствовал раздражение. И обиду, - Субин поджал губы. – Прости, я не имел на это право. - Ты имеешь на это право, хён, потому что я принадлежу тебе. Бомгю произнес это без всякой задней мысли. Он действительно так чувствовал. Субин же посмотрел с большой долей недоверия и скептицизма. - Не говори глупости. Ты принадлежишь себе. - Но я хочу принадлежать тебе. Ты позволишь? Быть твоим щенком навеки, - Бомгю вытащил язык и сложил ладони у груди. Может, хоть это дурачество сгладит резкий ответ хёна? Субин предсказуемо закатил глаза. - Ну если ты так хочешь… Бомгю неверяще замер, прекращая дурачиться. - Хочу! Если ты не будешь забывать о ласке. Питомцам нужно внимание. Субин улыбнулся краешком губ и вдруг немного покраснел, отведя глаза. - Какого рода ласка? - Ну там по голове погладить, обнять крепко-крепко. - Ммм, - прозвучало с облегчением, и тут до Бомгю дошло. - А ты о чем подумал, хён? Субин покраснел сильнее. - Ни о чем. - Твоё «ни о чем» тоже подойдет. Правда. Мне всё нравится. Хён фыркнул и сложил руки на груди. Разговор свернул в неловкое русло. Бомгю не хотел всё испортить, поэтому попросил, милашничая: - А я могу получить свою долю ласки прямо сейчас? Субин задумчиво взглянул на Бо, дующего губы. Взгляд задержался на губах, и Бомгю поспешно прекратил паясничать. - Почему бы и нет. Субин приблизился еще больше, притягивая несопротивляющегося парня к себе. Его крепкие руки обняли за спину, прижимая так тесно, что нечем было дышать. Бомгю почувствовал легкое прикосновение губ к макушке и расплылся в улыбке. Сердце застучало с удвоенной силой, находясь в непосредственной близости от такого нужного ему человека. - Так нормально? - Неплохо. - А так? Бомгю замер, когда теплые губы оставили след на щеке. Он изумленно уставился в карие глаза напротив, чуть отстранившись. - Или, может, так лучше? Почти невесомое прикосновение запечатало губы первым поцелуем. Гю от шока не мог ничего произнести, а Субин тихо засмеялся. - Прости, может, я слишком перестарался с лаской для первого раза. - Нет, всё в порядке, - голос едва слушался. Бомгю прокашлялся, чувствуя смятение. Он совершенно не знал, как ему реагировать на такого нового Субина. - Вот и хорошо. Субинозависимость. Черта с два теперь Бомгю будет искать от нее лекарство!