Tommy's Ultra-Important Keychain

У Фила было не так много выходных. Те, что ему все-таки удавалось выкроить, он быстро заполнял другими делами, которые занимали его мысли. У него было слишком много идей, чтобы голова оставалась пустой. Боже упаси его от того, чтобы позволить себе хоть одну независимую мысль, которая не была бы ужасающе наглядной. Даже ночью он не выключал фонтан в своей комнате. Он был человеком, который заслужил такой образ жизни. Злодейство не делает руки такими чистыми, как хотелось бы. Его способности способствовали его многолетним злодеяниям, будучи довольно мирными. Способность даровать кому-то иммунитет не помогла бы ему ограбить банк или помешать своему ребёнку нажить врагов. Ему приходилось решать эти проблемы в одиночку, и если он был тем типом злодеев, которые пачкают руки, то так тому и быть. К сожалению, это означало, что он не чувствовал ничего, кроме вины, когда тем утром вошел в свою гостиную в пушистых тапочках и мягком халате, полностью расправив крылья. Его мальчики заменяли его соответственно в офисе и баре, и Томми пришлось поработать еще немного. В квартире было слишком тихо. Ему повезло, что первые воспоминания, всплывшие на поверхность, были из первых дней жизни в пентхаусе. Он предпочитал их любому из кричащих ужасов, которые цеплялись за его спину. В этих воспоминаниях Техно и Уилбур были маленькими, им едва исполнилось четырнадцать. Им хотелось уединения, пока они приспосабливались к своей новой жизни. Те времена были тяжелыми для всех них, включая Фила. Уил не доверял ни одному взрослому, а у Техно не было чувства "собственного достоинства" с тех пор, как он покинул свой дом. Фил не знал, как с ними обращаться, но поклялся, что залечит их раны и даст им лучшую жизнь, какую только сможет. Сначала он относился к ним как к своим младшим братьям, но быстро понял, что им нужен отец. Было странно иметь таких взрослых детей в его возрасте, но он их любил. Фил вздохнул, вспоминая эти моменты, пытаясь не обращать внимания на то, что за ними последовали вспышки его окровавленных костяшек пальцев и сломанных конечностей его жертв. Он устроился на диване и повернулся к телевизору. Его теленовелла закончилась на кульминации предыдущей ночью, и следующая серия выйдет только через неделю. Он решил использовать свой перерыв, чтобы пробудить интерес к шоу, которое он мог понять без своего переводчика-человека. Он уже пять минут смотрел какую-то странную медицинскую драму, когда зазвонил его телефон. Он взял его в руки, и его глаза расширились, чуть не уронив кофе, который он держал в руках. Это была Кристин. Лицо Фила вспыхнуло от содержания сообщения. [Кристин]: Привет, Фил! Сегодня днём я неожиданно освободилась от своих обязанностей и подумал, не хочешь ли ты встретиться со мной где-нибудь в ближайшее время? Она хотела пойти на свидание. Другого способа истолковать это не было, и он не жаловался. Провести время с ней было для него первым глотком свежего воздуха с тех пор, как он был ребенком. У нее было такое выражение глаз, от которого у него закружилась голова. В последний раз, когда он видел Кристин, она повела его в итальянский ресторан, и он даже не попробовал еду был слишком занят, наблюдая за тем, как у неё загораются глаза, когда она счастлива, и как её широкая улыбка занимает половину лица. С ней не было времени на молчание. Если не заразительный смех заполнял пространство, то это были помехи, которые она посылала его мозгу. Фил с той секунды, как они встали, чтобы уйти, понял, что хочет проводить с ней каждую секунду каждого дня. Однако их графики редко пересекались. В агентстве героев работали сверхурочно, а у Фила в последнее время было чертовски много бумажной работы от его юридической команды. Иногда он обнаруживал, что за окном его ждёт ворона, и это поднимало ему настроение на всю неделю. Он быстро ответил на ее сообщение и практически вскочил с дивана, чтобы подготовиться. Она собиралась ждать его в нерабочее время, где, как он предполагал, они затем отправятся в другое место. Фил предложил заехать за ней, но она заявила, что уже в пути. Он никогда не был так счастлив выбежать за дверь. Его крылья несли его всю дорогу к лифту, отталкивая воздух, чтобы сделать его шаги немного быстрее. Фил приехал на десять минут раньше, чем ему велела Кристин, и все же она уже ждала его снаружи. — Кристин, — позвал он, подходя к ней. Она выглядела прекрасно в тусклом свете прихожей. Её волосы были собраны в пучок, и она всё ещё была одета как секретарша, вероятно, только что пришедшая с работы. Филу хотелось нарисовать её портрет, просто чтобы снять напряжение, нарастающее в его лёгких. Ее глаза встретились с его, и он замер. Кристин нахмурила брови и поджала губы. Она ничего не ответила и даже не смягчила выражение лица. Её форма была помята, а туфли стоптаны. Что-то было не так. Фил замешкался, не зная, стоит ли подходить. У Кристин, очевидно, не было времени ждать его. Она схватила его за руку и затащила в «После Работы». Уилбур стоял за барной стойкой, открыв рот от удивления, когда они вошли. Фила отвели в самый дальний угол, подальше от других людей, и усадили на стул. — Э-э, — запнулся он, наблюдая, как она садится напротив него. Она нервно постукивала пальцами по столу. Она покусывала внутреннюю сторону щеки, и казалось, что её заживо съедают. Её взгляд не останавливался ни на чём, она осматривала каждую щель в комнате. — Всё в порядке? Кристин замолчала. Она больше не стучала ногтями и не нервно вздыхала. Она застыла, как кровь в венах Фила. Он пришёл на встречу, ожидая свидания, радуясь, что их напряжённый график наконец-то позволяет им проводить время вместе. График Кристин никогда не обсуждался. Агентство было жёстким в своих планах и никогда не расслаблялось, если только ситуация не была абсолютно критической. Они были воинственными и контролирующими даже по отношению к стажёрам. Услышав, что у неё внезапно образовалось свободное время, Фил даже не задумался о том, что это значит. Когда она снова встретилась с ним взглядом, все, что он смог увидеть, - это неприкрытый страх. — Ты не должна быть здесь прямо сейчас, — прошептал он. — Так? Кристин поморщилась. Фил оглянулся через плечо и жестом подозвал Уилбура. Сын понял его и, оставив своё место у барной стойки, перевёл табличку на двери с «Открыто» на «Закрыто». Фил снова обратил внимание на Кристин и взял её за руки. На ладонях остались следы от её ногтей. Он разорвал бы в клочья всё, что вызвало у неё такой стресс. — Расскажи мне. Я послушаю. Она сделала глубокий вдох и начала. — Я не могла говорить с тобой по телефону, потому что я почти уверена, что они прослушивают устройства всех сотрудников. Фил наклонился ближе, пытаясь не обращать внимания на то, как дрожал ее голос. — В последнее время Капитан стал пристальнее следить за всеми, — сказала Кристин. — Из-за объявления о бале Единства на агентство оказывается большое давление, и мы работаем усерднее, чем обычно. Поток входящих и исходящих сообщений увеличился, поэтому я решила, что он просто держит своих людей в узде. Упоминание о мероприятии напомнило ему о перепуганном лице Томми, ярости Уилбура и спокойном созерцании Техно. Он знал, что это будет не обычное собрание, и Кристин подтверждала его подозрения. Его беспокойство усилилось. — Сотрудники ожидали от нашего босса чего-то подобного, но именно герои заставили нас почувствовать себя… не в своей тарелке, — пояснила она. — Они все были странно молчаливы. Кроме патрулирования, их нигде не видно. Их нет ни в вестибюле, ни в ток-шоу. Герои шоу работают сверхурочно. То, что героев шоу было так много, было плохим знаком. Они существовали как связующее звено между гражданскими и героями, работали ради положительного мнения и развлечений. Там, где обычный герой мог бы оговориться, эти люди были идеальными посредниками. Если их стало больше, значит, нужно было что-то скрывать. Фил услышал разговоры о том, что среди них есть контролёр разума. Он практически слышал, как Томми разинул рот и визгливым голосом заявил. — Вот именно, ублюдок! Он замышляет что-то не хорошее. — Как ты думаешь, что это значит? — прошептал он Кристин. Она задумчиво поджала губы. В её глазах мелькнула почти незаметная неуверенность. Должно быть, она думала о чём-то предательском, раз сдерживалась. Филу не нужно было, чтобы она озвучивала то, что он и так знал. — Всё в порядке. Продолжай свой рассказ. Она кивнула. — Я подозревала, что Капитан держал их под замком после исчезновения Чужого. До вчерашнего вечера я работала допоздна. Я видела, как кто-то в костюме направлялся в кабинет Капитана. Это был незнакомый мне герой. В его голове всплыл разговор, который состоялся во время их первого свидания, когда Кристин рассказывала ему о лучших и худших моментах своей работы в агентстве. Фил нахмурился. — Разве ты не говорила мне, что Капитан всегда уходит в шесть вечера? Ты сказала, что его распорядок дня не менялся годами. — Ты прав, — подтвердила Кристин. — Капитан никогда не задерживается после шести. Обычно я смотрела, как он идёт к своей машине. Время от времени я отходила от стола и возвращалась, пропуская его. Через какое-то время я просто начала предполагать, что он ушёл, даже если не видела его. — Есть ли что-нибудь ещё в направлении кабинета Капитана, куда мог направляться неизвестный? Кристин покачала головой. — В кабинет Капитана можно попасть только на его специальном лифте. Обычно идущие к нему люди также должны получить пропуск на стойке регистрации, но этот человек этого не получал. Поскольку лифт действительно работал, у него, должно быть, был пропуск, выданный непосредственно самим начальником. Я не могла последовать за ними, поэтому отправила ворону шпионить в кабинете Капитана. Несмотря на свой страх, Филу пришлось немного откинуться назад и перевести дыхание. На её месте он бы и не подумал следить за кем-то. Тем более за боссом агентства супергероев. Для гражданского лица это было слишком рискованно, если бы их раскрыли. Но она сделала это, как только обнаружила что-то подозрительное. Он в миллионный раз подумал, что её таланты пропадают впустую за стойкой администратора. — Что ты узнала? — тихо спросил он. Она коснулась его ноги под столом, словно пытаясь успокоиться. — Ты можешь мне рассказать? — Я думаю что должна рассказать, — фыркнула Кристин. Она сделала последний вдох и сказала. — Моя ворона сказала мне, что видела, как Блинка сидел за столом капитана, предположительно проникнув в кабинет через окно. Только это был не Блинк. Этот человек пользовался телефоном Капитана и заполнял документы на его столе его почерком. — Твоя ворона разобралась в почерке, — озадачился Фил. — Вороны очень наблюдательны, — ответила Кристин с ноткой гордости в голосе. — Ты говоришь, это произошло прошлой ночью? Она кивнула в знак согласия. Филу потребовалось некоторое время, чтобы переварить эту информацию. Схватка Томми с управляемым разумом Блинком идеально вписывалась в её историю. Корпорация уже давно знала о возможном компрометации Капитана, но присутствие отдельной жертвы в его кабинете? Почему управляющий разумом чувствовал себя в безопасности рядом с главой оперативного отдела агентства? Если не… — Ему стало удобно, — едва слышно прошептал Фил, осознав это. То, что контролёру разума было уютно в логове зверя, означало для них ужасные вещи. Он должен был полностью верить в свои силы. Он должен был быть уверен, что они не подведут его, даже если он передаст свою власть другому человеку. Насколько сильно этот гений контролировал людей? Сколько человек он мог держать под своим контролем, прежде чем достиг своего предела? — Я не знала, куда ещё пойти, — вздохнула Кристин. — Как бы я ни пыталась найти оправдание, это бессмысленно. Я не смогла бы спокойно отработать ещё одну смену, зная, что с Блинком что-то не так. — Именно Блинк, — уточнил Фил. Она кивнула, слегка поникнув. — Он всего лишь ребёнок, чувак, — усмехнулась она. — Эти чёртовы герои с их воспитанием детей. — Они привлекли ребёнка, — недоверчиво выдохнул Фил. Он знал, что у них есть программа по созданию героев в юном возрасте, но не знал ни о каких других подростках, кроме Чужого. Они относились к нему по-доброму, когда могли себе это позволить. Фил не думал, что их было больше. Но чёрт возьми, это было в их духе. Он мог бы разозлиться из-за этого позже. Кристин упомянула, что в агентстве не хватает героев. Если бы ему пришлось гадать, он бы предположил, что все они находятся под каким-то контролем. Пройдёт совсем немного времени, и организатор решит расширить сферу своего влияния. На этот раз он нацелится на сотрудников. Сердце Фила застучало в ушах, когда он представил мир, в котором Кристин в опасности. Ему нужно было немедленно обсудить это с сыновьями. К тому времени Томми уже закончит работу, а Техно можно будет вызвать из офиса. Уилбур уже убирал со стола и провожал последних посетителей, вероятно, заметив выражение лица отца. — Пока что, — сказал он Кристин. Фил встал, и она последовала его примеру. — Мне нужно, чтобы ты не высовывалась. Отпросись с работы, по крайней мере, пока я не придумаю для тебя что-нибудь ещё. — Правда, — заикаясь, произнесла она. — Ты мне поможешь? — Сделаю всё, что в моих силах, — пообещал Фил. Он взял её руки в свои и поднёс к губам. Кристин коротко вздохнула. — Мы справимся с этим. — Хорошо, — ответила она. — Но мне лучше вернуться. Я сказала им, что иду обедать, но они могут что-то заподозрить. — Будь осторожна, — предупредил Фил. Он вывел её за дверь на тротуар. На солнце мешки под её глазами стали заметнее. Он сжал её руку. — Тебя проводить? — Это вызовет скандал, как бы печально это ни было, — посетовала она. — Мне не нужно лишнее внимание, но я напишу тебе, как только вернусь. — Хорошо, — уступил Фил. Он осторожно разжал пальцы Кристин, и она пошла дальше. Он засунул руки в карманы джинсов и протяжно вздохнул. Его голова откинулась назад, напряжение сковывало каждую клеточку его тела. Краем глаза он увидел, как что-то вспыхнуло. Фил вскинул голову и оглядел крыши. Ничего. Он был просто параноиком. Информация воздействовала на его мозг. Он заставил себя сосредоточиться на удаляющейся фигуре Кристин. Она уверенно шагала, словно ворона, скачущая по тротуару рядом с ней. Волосы у него на затылке встали дыбом. Вот так. Фил мельком увидел это, размытое пятно в переулке и ещё одно за машиной, быстро сменяющие друг друга. За Кристин кто-то следил. Фил подавил желание взмыть в небо вместе со своим преследователем средь бела дня. Ей нужна была помощь, но ему пришлось прикрыть лицо, иначе они все оказались бы в опасности. Фил чуть не споткнулся, возвращаясь в «После Работы». Он крикнул в пустой бар, вызывая Уилбура из другой комнаты. — Код чёрт возьми красный! Его сын с грохотом распахнул кухонную дверь, уже держа в руке рюкзак. Уил открыл шкафчик под стойкой и бросил Филу похожий пакет. Он должен был бы поблагодарить Эрета за то, что в другой раз он сделал им копии их костюмов. У Фила не было времени полностью облачиться в свой наряд, но плаща и вуали было достаточно. Он выпустил крылья из укрытия, позволив им расправиться в пустоте его бара. Тусклый свет проникал сквозь тени, подпитывая их, делая их темнее с каждой минутой. Как только он почувствовал, что они достаточно зарядились, он направился к двери. Его остановила рука, схватившая его за запястье. — Подожди, — попросил Уилбур. Он был одет только наполовину. — Папа, сейчас день. — И? — Выпалил Фил. Уил поморщился от его тона и нерешительно добавил. — Я напишу Техно и Томми. Пожалуйста, берегите своё здоровье. Ради нас? Фил вгляделся в лицо сына и увидел лишь глубокую заботу, но этого было недостаточно. Сегодня в этих глазах он увидел кого-то другого. Кого-то, кого он давно не видел. От этого у него заныли крылья. Он слабо кивнул своему сыну и отвернулся. Он не мог позволить себе совершить ту же ошибку. Фил вышел на улицу и взмыл в воздух. Он сразу же почувствовал, как солнце обжигает его крылья. Это придавало ему нежелательную тяжесть. Он не сдавался. Если он будет достаточно быстрым, то сможет позаботиться о преследователе Кристин так, что она его не заметит. Он тихо парил в вышине, его острый взгляд был сосредоточен на улице, на том, чтобы найти ее. Она была всего в четырех кварталах от "После Работы", когда наконец появилась в поле зрения. Фил нырнул между двумя зданиями, позволяя теням проникать в его тело, как будто они всегда должны были быть там. Всё это время он не сводил глаз с Кристин. Размытого пятна нигде не было видно. Он нахмурился, немного сбитый с толку. Разумно было предположить, что он ищет Спидраннера или Блинка. У этих двоих были способности к быстрому перемещению. Он поймал себя на том, что смотрит в те места, куда, по его мнению, они могли телепортироваться или остановиться, чтобы перевести дух. Но Фил знал лучше. Обширная коллекция героев агентства означала, что буквально любой из них мог в данный момент следить за секретаршей. Лучше было предположить, что он не знал об их способностях. Он должен был быть начеку. Кристин оглянулась через плечо, и Филу пришло в голову, что ему нужно быть осторожнее. Если Кристин его увидит, она подумает, что он преследователь. Когда Томми спросил, кто её любимый злодей, она выбрала Миднайта, но это не означало, что он не пугает её до смерти. Он прижался к стене, чувствуя, как неровный камень впивается в кожу его рук. — Что мы делаем в таком грязном месте? Замышляем что-то злое? Фил резко обернулся и побледнел. Рядом с ним к стене прислонилась фигура в плаще. Лицо мужчины скрывал капюшон, а искажающий голос прибор искажал его слова. Фил видел лишь дерзкую улыбку на его лице. Он явно был героем или, по крайней мере, кем-то наделённым силой. Фил не знал этого человека. Но он мог точно сказать, с кем имеет дело. Люди, впервые оказавшиеся в этой ситуации, избегали Корпорации, если дорожили своей жизнью. Этот незнакомец стоял в пределах досягаемости опасного суперзлодея, и у него хватило наглости выглядеть довольным этим. Кроме того, были и другие признаки того, что этот человек не новичок. Фил не слышал, как он подошёл, и не чувствовал его присутствия до тех пор, пока тот не заговорил. Только подготовка в агентстве могла довести до такого, и даже тогда это было трудно. Фил всё ещё чувствовал движения Спидраннера, а он был главным героем. Того, кто только что открылся ему, нельзя было недооценивать. Это был преследователь Кристин. — Извини, что напугал тебя, друг, — проворчал незнакомец, небрежно скрестив руки на груди. Его плащ был светло-голубого цвета и постепенно темнел, сливаясь с землёй у него под ногами. Это выглядело круто, но двигаться в таком наряде, должно быть, непросто. — Я просто не мог пройти мимо злодея, который следовал за невинной женщиной. Фил с отвращением сморщил нос от тихого обвинения, хотя этого не было видно под его вуалью. Он не был злодеем, известным тем, что нападает на гражданских, и его противники знали об этом. Агентство изучало каждого наделённого силой человека в поле, его привычки и так далее, чтобы добиться наилучших результатов. Если бы это был человек из агентства, он бы тоже это знал. Это была скорее насмешка, чем искреннее беспокойство. Филу не понравился контекст ситуации, и он не стал на это реагировать. — Что? Язык проглотил? — Незнакомка прицокнула языком. — Размышлять на работе не очень эффективно. — Кто ты такой? — выплюнул Фил, не столько спрашивая, сколько требуя ответа. Мужчина перестал улыбаться. — Не уверен, что это касается тебя, — сказал он, выпрямляясь. — В любом случае, тебе не понравится мой ответ. Фил невесело рассмеялся. — Почему? Ты разочаровываешься во меня? — Едва ли, — хмыкнул незнакомец. — Я бы сказал, что мы равны, Миднайт. Злодей расправил крылья, чтобы казаться выше. Это была тактика запугивания, которую он часто использовал, и зачастую она срабатывала. Его репутация кровожадного тирана играла ему на руку, особенно когда он отпугивал мелких злодеев от своих преследований. К сожалению, другой мужчина не дрогнул. — О да, — добавил он. — Ты пугающий — такой страшный, такой угрожающий, бла-бла-бла. Может, перейдём к интересной части? Фил не заметил кулак, который летел ему в лицо, пока тот не врезался в него. Он пригнулся, уклоняясь от следующего удара, и заставил свой мозг включиться. Он не знал, на что способен незнакомец, поэтому лучше было бы продолжить бой там, где он был бы в безопасности. Фил взмахнул крыльями, взмыв в узкий переулок и зависнув там. Его противник ответил ему безумной ухмылкой. — Вот это уже больше похоже на дело. Фил сжал руки в кулаки. Этот человек раздражал, но он двигался как человек с продвинутой подготовкой. Они были ограничены ограниченным пространством для своей драки, если хотели оставаться незамеченными. Ради Кристин ему нужно было закончить эту битву до того, как она началась. Он бросился вперёд, вытянув руки, чтобы повалить незнакомца на землю. Он был уже в шаге от него, когда мужчина полностью исчез. Фил отпрянул назад, взмахнув крыльями в попытке не упасть на землю, но он летел слишком быстро. Он врезался в тротуар, и лодыжка пронзила его жгучей болью. — Так близко, — позвал мужчина. Он был в нескольких метрах слева, спокойный и собранный, как будто ничего не случилось. — Попробуй ещё раз. На этот раз ты меня достанешь. Фил зарычал и замахнулся кулаком. Удар пришелся в разреженный воздух, его цель исчезла в слабом цветном пятне. Он телепортировался? У него была сверхскорость? Фил не услышал характерного возгласа, означавшего, что Блинк воспользовался своим даром, или слабого стука шагов по земле, который помог ему выследить Спидраннера. В чем заключалась сила этого парня? — Мне сказали, что ты быстрый, Миднайт, — сказал мужчина. Он стоял справа от Фила и зевал. — Должен признаться, я немного разочарован. Мне нужно говорить тише? — Ублюдок, — проворчал Фил. Это было слышно, судя по ухмылке, которая расползалась по лицу его противника. Злодей поднялся на ноги, не обращая внимания на боль в мышцах. — Я ценю твое упорство, но сдаться это нормально, — заметил незнакомец. — Мне всё равно нужно закончить. Моя цель удаляется быстрее, чем мне хотелось бы. Фил ощетинился, и эта реакция была замечена другим, но ему было всё равно. Он не мог позволить Кристин втянуть в эту чушь. Какие бы перепады настроения ни происходили в агентстве, это не было проблемой для неё. Она была гражданкой. Он был преступником, они должны были выместить свой гнев на нём. — Что ж, это было весело, — заявил человек в капюшоне, развернувшись на каблуках и направившись к выходу из переулка. — Вроде того. — Ты просто убегаешь? — Фил попытался смягчить свой язвительный тон, чтобы говорить спокойно и рассудительно. У его противника было довольно раздутое эго, если несколько оброненных слов были достаточно красноречивыми. Агентство имело тенденцию раздувать значимость своих героев до такой степени, что они лопались по швам. Он мог использовать это в своих интересах. — Я сражался с мелкими воришками, у которых было больше опыта. Незнакомец остановился. Фил воспринял это как хороший знак. — Глупая удача не повод задирать нос, — предупредил злодей. Он взмахнул крыльями, готовясь к нападению, которое, как он знал, последует. Фил достаточно насмотрелся на бои Уилбура, чтобы понимать, что работает. — Ты дважды увернулся от меня, но держу пари, что в третий раз у тебя не получится. В любую секунду. Вместо этого из-под капюшона донёсся громкий вздох. Он звучал раздражённо, сердито. — Остановись. — Герой не оглянулся. — Я не один из тех любителей, к которым ты привык. Я был бы признателен, если бы ты не обращался со мной как с ними. Не говоря больше ни слова, он вышел на улицу. Последнее, что увидел Фил, был мир, искажающийся вокруг него, и он исчез. — Чёрт, — выругался Фил. Ему не хотелось возвращаться на солнечный свет, но он знал, что у него нет выбора. Уилбур не успеет догнать его и помочь. Безопасность Кристин была в его руках. Он глубоко вдохнул и резко взмахнул крыльями. Он взмыл вверх, с ужасом осознавая, что солнце снова нашло его в тени. Тысячи иголок пронзили его насквозь. Вместе с болью всплыло воспоминание: он несся над городом, вдалеке завывали сирены, рушились здания, до которых он не мог дотянуться. Фил замедлился и чуть не потерял себя. Затем в поле его зрения появилась Кристин. Она была в нескольких кварталах от того места, где он видел её в последний раз, и ему пришлось лететь дальше. Он заставил себя сосредоточиться на ней. Похоже, ей не грозила непосредственная опасность, так что он мог предположить, что он быстрее таинственного незнакомца. Филу нужно было найти способ защитить её, не раскрывая себя. Краем глаза он заметил лёгкое размытое пятно. Ему нужно было действовать быстро. Фил нырнул в другой переулок, на этот раз немного опередив Кристин. Он надеялся, что она пройдёт мимо него через несколько секунд, и он сможет догнать её преследователя. Как и прежде, его крылья жадно поглощали окружающую тьму. Они не могли долго так летать это вредно для здоровья. Он думал, что выбрался из передряги, отделавшись лишь напоминанием о том, что нужно быть осторожным. Но он не успел. Ущерб был нанесён. Без его согласия воспоминания пронеслись мимо него, как пульсирующая головная боль. Он падал с неба, совершая самую большую ошибку в своей жизни, бесполезный, когда это действительно имело значение. На его руках была кровь. На его конечностях были обломки. Фил согнулся пополам, крылья, словно камни, прижимались к его спине. — Чёрт, — выдохнул он. Он думал, что уже не будет впадать в панику из-за малейшей травмы, но, очевидно, ошибался. Он должен был защищать своих, а не чахнуть рядом с мусорным баком. Фил схватился за волосы, пытаясь прийти в себя. Стресс от сложившейся ситуации, осознание того, что неудача может навредить тому, кого он любит, оказались сильнее, чем годы исцеления. Сейчас было не время для рецидива, но дрожь всё равно сотрясала его тело. Почему это должно было случиться именно сейчас? Почему не после того, как он успешно увез Томми и Уилбура со стадиона, который они только что ограбили? Фил продвигался вперёд, чёрт возьми! Он разразился потоком громких ругательств, и в поле его зрения появились помехи. Он был слишком поглощён тем, как его сердце колотилось в груди, чтобы услышать приближающиеся шаги или тихий голос. Это было ничто по сравнению с криками его лучшего друга, которые эхом отдавались в его сознании, как звон церковных колоколов, разносящийся по кладбищу. Фил почувствовал прикосновение руки к своему плечу и вздрогнул. И без того перевозбужденный, прикосновение принесло лишь продолжительную боль. Его изменяющий голос пытался защитить свою личность сквозь крики агонии. Злодею не нужно было смотреть, чтобы понять, что его крылья были расправлены так далеко, как только могли, защитная реакция, которая сопровождала его атаки. — Эй, — раздался голос. Он был мягким, успокаивающим, несмотря на бушующие волны его самых травмирующих воспоминаний. Фил узнал его как оазис, как глаз бури. Он ухватился за него изо всех сил. На этот раз, когда его коснулись, он прижался к этому человеку. — Полегче, здоровяк. Ты поранишься. Рёв в его голове прекратился, когда все его чувства сосредоточились на этом знакомом ощущении. Оно наполняло его, уравновешивало, как воздух, наполняющий его лёгкие. Он не мог его потерять. Не мог потерять её. — Что ты с собой сделал? — прошептала Кристин, и осознание того, что это была она, не напугало его так сильно, как должно было. Он хотел ответить, хотел успокоить её. Она не должна видеть его в таком состоянии. Голос подвёл его. — Ш-ш-ш, не заставляй меня ничего делать. Всё в порядке, я не буду проверять твою личность. Даже в своём угасании Фил верил ей. Боже, он верил ей. Не было такого мира, в котором он бы ей не верил. Он знал её совсем недолго, но она бы его не предала. — Спасибо, — выдавил он из себя. Сквозь вуаль Фил видел, как она поджала губы и нахмурилась. Он ненавидел этот взгляд. Ему нужно было, чтобы Кристин почувствовала себя лучше. Ради него и ради неё. — Теперь я спокоен. Не волнуйся. — У тебя паническая атака? — спросила Кристин. — Мне позвать на помощь? К Филу вернулось достаточно самообладания, чтобы он покачал головой. Не было смысла усложнять ситуацию, когда ему уже становилось лучше. Теперь, когда он мог ясно мыслить, он вспомнил истинную причину своего пребывания здесь. Кристин нужно было двигаться дальше и найти безопасное место. Он не мог тратить её время на свой повреждённый мозг. — Иди, — Фил судорожно выдохнул. Её преследователь мог быть где угодно. — Это небезопасно. — Что это значит? — тихо спросила Кристин. — Ты мне угрожаешь? Фил вскочил, чтобы опровергнуть это. — Конечно, нет! Я бы никогда не стал… Он замер, спохватившись на секунду позже, чем следовало. Черт. Кристин не знала Миднайта. Они никогда не встречались. Преступнику не было смысла обещать безопасность гражданскому, как бы больно ему ни было представлять себе что-то другое. Были миллионы более подходящих ответов, но Фил был не в том состоянии, чтобы думать о них. — Ладно, я поняла, — сказала Кристин, выводя его из состояния, в котором он мог бы начать опускаться. — Я читала ваше досье, я знаю, что вы не охотитесь на невинных. О. Фил на мгновение забеспокоился, что у него снова начинается приступ. Он не мог выдавить из себя ни слова, и его пульс участился до знакомой скорости. Злодей ждал, когда его ошибки проявят себя во всей красе, но всё, что он видел, это решимость в глазах Кристин. — Я не оставлю тебя, пока тебе больно. Без веской причины не оставлю, — сказала она. Она крепко схватила его за руку, в отличие от прежних неуверенных прикосновений, и закинула его руку себе на плечо. — Ты можешь встать с моей помощью? — Э-э, — запнулся Фил, у него онемел язык. — Наверное? Кристин подобрала под себя ноги и, используя свою силу и то немногое, что ещё оставалось в ногах злодея, подняла их обоих. Фил позволил своим крыльям взмахнуть в воздухе, надеясь хоть немного облегчить свой вес. Он с удивлением заметил, что они больше не отрываются от его тела. Как только они оказались на твердой земле, Кристин заколебалась. Фил наблюдал за ходом ее мыслей по выражению ее лица. Она переминалась с ноги на ногу, словно решая, кого отправить вперед первым. Он предположил, что ее задержало не путешествие, а пункт назначения. Ни один из них не знал, куда им нужно ехать. — Больница? — спросила она. — Никакой больницы, — сказал он. Для него это никогда не было вариантом. Даже если бы медицинский персонал не обратил внимания на его маскировку, Фил был в порядке. В последнее время его приступы случались реже, но было время, когда это было его повседневной жизнью. Пять лет назад он не мог смотреть на свои крылья, не вспоминая о своём провале. Он привык к этому. — Позвольте мне прийти в себя, а потом я пойду. — Ты хочешь поговорить об этом? Что тебя так напугало? — Она не видела, как его передернуло от её вопроса. Этот вопрос он слышал от всех своих коллег в течение нескольких месяцев после трагического события. Он обсуждал его только со своей семьёй и лучшей подругой, которая потеряла весь свой мир. Он видел, что за беспокойством Кристин скрывается будущее, в котором, возможно, эти слова будут звучать нормально с его губ. Он понял, когда отказал ей сегодня, что в какой-то момент он удовлетворит её любопытство даст ей взглянуть на свою жизнь. Она приняла это от человека, которого считала совершенно незнакомым, и пошла дальше. — Как ты себя чувствуешь? Лучше? — Всё в порядке, — сказал он, слегка приукрасив правду. К тому времени Фил уже достаточно пришёл в себя, чтобы стоять на ногах, но ему по глупости хотелось, чтобы его поддерживали. И всё же он знал, что ему нужно собраться. За то время, что Кристин помогала ему, на них никто не напал. Он предположил, что это означало одно из двух: либо преследователь не хотел вступать здесь в драку, либо не хотел, чтобы администратор вообще узнала, что за ней следят. Оба этих варианта приводили его в ярость. Кристин не могла защитить себя от обученной агентуры. Если бы Фил оставил её, не устранив угрозу, этот день наверняка закончился бы катастрофой. Он оторвал взгляд от женщины рядом с ним и осмотрел переулок. В проходе он увидел, как свет мерцает и расплывается из-за крошечных погрешностей теней, неловко сидящих на явно человеческой фигуре. Тогда он понял, с какими силами ему предстоит столкнуться: своего рода хамелеон, сливающийся с окружающей средой. Идеально подходит для скрытной операции. Он задержал взгляд на этом месте, и то, как рассеивался свет, сказало ему достаточно о сложившейся ситуации. Фил медленно поднял крылья, крепче сжимая плечо Кристин. Женщина рядом с ним напряглась, почувствовав перемену в его поведении. — Я ценю твою помощь, — тихо сказал он. Она открыла рот, чтобы возразить, но он перебил её: — Тебе пора бежать. — Не порть мне веселье, Миднайт. — Голос незнакомца исказился, понизился и снова повысился в оглушительном визге, пытаясь соответствовать его певучим словам. Они эхом отдавались от окружающих стен и возвращались обратно, звуча отовсюду и ниоткуда. — Что происходит? — прохрипела Кристин. Фил сочувственно хмыкнул, но не смог ничего объяснить. Незнакомец сбросил маскировку, позволив увидеть себя во всей красе. Кристин сжала руку на шее злодея до лёгкой боли. — Ты! — Ты его знаешь? — чуть не закричал Фил. Она осторожно кивнула, и самоуверенная улыбка незнакомца померкла. Фил напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то о похожем на хамелеона герое из агентства, но ничего не приходило на ум. Если не из агентства, то как Кристин узнала этого незнакомца? Он оглянулся, и у него упало сердце. На её лице был написан неподдельный ужас, от которого у него засосало под ложечкой. В глубине души он вспомнил, что она сказала ему меньше часа назад: странный герой, которого она не узнавала, направлялся в кабинет Капитана. Помощник управляющего разумом. Ситуация оказалась гораздо серьёзнее, чем ожидалось. Корпорация не имела представления о мотивах или планах, связанных с этой таинственной угрозой. Выполнение приказов, отправленных агентством героев, дало бы этому отслеживающему устройству порог, в пределах которого нужно было выполнить задачу. Как правило, это включало в себя поимку целей живыми или гуманный арест. Агентство, коррумпированное или нет, не отказалось бы от этого стандарта, который они устанавливали годами. Если бы приказ следить за Кристин исходил не от агентства, а непосредственно от самого контролёра разума… Фил больше не мог с уверенностью утверждать, что смертельные ранения исключены. Он расправил крылья, задевая ими кирпичи ограждающих стен. Если бы они были сделаны из настоящих перьев, то могли бы служить собственной баррикадой. Вместо этого он довольствовался прозрачной реальностью, в которой они были материальны только для него. Другие проходили сквозь них, хотя он чувствовал их связь со своим телом, как вторую пару рук. Фил не мог заслонить Кристин от посторонних глаз или отразить снаряды, которые могли быть спрятаны в рукаве незнакомца. — Тебе нужно бежать, — крикнул он. Она колебалась, переводя взгляд с опасности на злодея. — Сейчас же. Кристин развернулась и бросилась вниз по переулку. Фил скрестил пальцы, чтобы его сыновья нашли ее. На данный момент ему нужно было помешать кое-кому преследовать ее. — Не так быстро, — прошипел незнакомец, исчезая из виду. Фил молился, чтобы инстинкты не подвели его. Краем глаза он заметил вспышку неподходящего цвета. Этот герой, возможно, идеально подходил для тайных операций, но у каждого человека с суперспособностями есть свои слабости, копировать цвета во время движения неудачная тактика. Фил ударил ногой, попав в цель и отправив мужчину в полёт к кирпичной стене. Его камуфляж взбесился, окрасившись в красный, золотой, а затем в синий цвет. — Ты должен сосредоточиться на мне, придурок, — фыркнул Фил. Он стряхнул с себя остатки усталости. Удаляющиеся шаги Кристен подпитывали его адреналин. Злодей черпал жизнь из окружающей его тьмы, расправляя крылья в пустоте, достаточно глубокой, чтобы затмить звёзды. — Я не буду восприниматься как должное. — Ты такой надоедливый, — слишком беспечно простонал герой. Он поправил себя, без спешки вставая. Прежде чем он успел выпрямиться, Фил ударил его прямо в живот. Затем последовал второй удар в бок. Они были нанесены целенаправленно и с такой силой, что Томми поморщился бы. Мужчина согнулся пополам, кашляя. Фил не остановился, ударив его по рёбрам один раз, второй, третий, и герой вцепился ему в ногу. Его ноги были вырваны из-под него обезоруживающим рывком. Это был бесполезный ход против злодея с его даром; его крылья быстро подхватили его, мгновенно исправив ошибку. К сожалению, это отвлечение внимания дало незнакомцу возможность снова исчезнуть. Фил выругался, внимательно оглядываясь по сторонам. Ему не повезло, либо герой был хорошо замаскирован, либо уже двигался. Судя по тому, как быстро он передвигался раньше, ответ был очевиден. Кристин была в опасности. Фил набрал воздуха, не выходя из переулка под палящие лучи солнца. Ему было тесно, но он смог продвинуться вперёд. Он знал запутанные городские улочки как свои пять пальцев, потому что много лет ездил по ним на большой скорости. Кристин не могла уйти далеко, и если он найдёт её, то найдёт и преследователя. К его ужасу, в ближайших переулках было несколько ответвлений, куда она могла свернуть. Он остановился у первого поворота, прислушиваясь к шагам или не дай Прайм - крикам. Ничего. Фил позволил себе окинуть взглядом окрестности. Никаких размытых пятен или изъянов. Он успокоил себя мыслью, что если Кристин с трудом натыкалась на него, то и её преследователю будет нелегко. Ему просто нужно было найти её первой. Тогда всё будет хорошо. Легко. Слева от него послышался шорох перьев. Он повернул голову, чтобы найти источник звука. Ворона. Он не терял ни секунды, оттолкнувшись от стены и выстрелив в том направлении. Он знал, куда это ведет, ему не нужны были дополнительные знаки, чтобы сделать такой вывод, и это было нехорошо. Филу пришлось поймать ее, прежде чем она смогла оказаться вне пределов его досягаемости. Было время суток, когда этот путь был бы хорош, когда солнце садилось и тускло светило на горизонте, а окружающие здания отбрасывали достаточно большие тени, чтобы он мог идти. Но сегодня удача была не на его стороне. Солнце ярко сияло над ним, и он не мог этого забыть. Переулки в городе были непостоянны, они могли измениться или расшириться в любой момент, путь, который выбрала Кристин, был тому подтверждением. Фил уже видел конец, видел волны жара, отражающиеся от бетона. Он резко затормозил, край его крыла попал в луч света и задымился. Зона строительства была огромной, охватывая целые городские кварталы. Машины стояли брошенные, ожидая бригаду, которая годами работала над этим проектом черепашьими темпами. В месте, лишенном зданий и людей, не было места для тени. Оно простиралось на века во всех направлениях, дальше, чем бесконечная автостоянка стадиона или разбросанные жилые дома в богатых кварталах. Его крылья не могли преодолеть всю дистанцию. Фил просчитал все возможные варианты с тех пор, как стал злодеем. Теперь он мог только наблюдать, как Кристин бежит к центру. Позади неё реальность превратилась в незнакомца в плаще. Он был вне досягаемости. Он не мог добраться до неё. Фил не мог его остановить. В его поле зрения появились пятна, вспыхивающие жизнью в свете этого осознания. Фил сморгнул их, но они вернулись, став больше. В них он увидел воспоминания о том дне, дне, когда ни один герой в мире не смог бы действовать достаточно быстро, дне, который новостные агентства не смогли запечатлеть, дне, когда рухнули здания, дне, когда мальчика, которого он помогал растить, нашли под грудой обломков с ключом в руке и именем матери на устах. День, когда крылья Фила поддались солнечному свету. День, который уничтожил Паффи. В тот день, когда Фулишь умер. И все потому, что он не мог продолжать в том же духе. Фил упал с неба, его крылья трепетали, несмотря на обилие тьмы в его сознании. Он изо всех сил боролся со своим прошлым. Он не позволит себе снова поддаться приступу. Не сегодня. Не сейчас. Он услышал крик Кристин издалека. Она была так далеко от него. Кристин была сильной. Самой сильной женщиной из всех, кого знал Фил. Она была сообразительной, смелой, бесстрашной, скромной. На её руках не было крови, а в сердце ненависти. Она не нажила себе врагов и не подвергала других опасности. Она была всем, чем не был Фил. Он должен был её спасти. Он должен был попытаться. Он заставил себя подняться на ноги, кажется, в сотый раз за этот день. Его мышцы дрожали, дрожь пробегала от макушки до кончиков пальцев на ногах. Лёгкий ветерок мог бы сбить его с ног, если бы он не был осторожен. Он держался только на силе воли. БАХ! Глаза Фила метнулись вверх. Вдалеке он мог разглядеть фигуру Кристин на земле, дымящийся пистолет был направлен в ее сторону. Она закричала со смесью страха и тоски, отчаянно пятясь. Незнакомец начал перезаряжать оружие. Фил собирался стереть этого ублюдка с лица земли. Он оторвался от земли прежде, чем успел осознать это. Его крылья бились в такт сердцу, кровь прилила к голове, и он видел только красное. В его тенях появлялись расширяющиеся дыры, которые грозили выбить его из воздуха, но он не совершит ошибку, замедлившись из-за них. Только не тогда, когда кто-то, кого он любит, в опасности. Никогда больше. Песок и гравий взлетали в воздух от его скорости. Солнечный свет придавал Филу сил с каждым движением. Ему было всё равно. Ему не могло быть всё равно. Это сжигало его дотла, но он всё равно летел. Боль была не его, она не была бы его, если бы он не потерпел неудачу сейчас. Агония была короткой. Смерть была вечной. Мужчина в капюшоне обернулся на звук его приближения. Он врезался прямо в парня, повалив их обоих на землю. Они покатились в вырытую человеком канаву, пытаясь выбраться наверх, но Фила было не так-то просто одолеть. Его цель приземлилась ему на руку, и тошнотворный хруст прозвучал для него как симфония. Диктофон завизжал, пытаясь заглушить пронзительный крик, который их окружал. Фил поднял его в воздух и снова швырнул на землю. — А-а-а, — закричал незнакомец. Его жалкое оружие сломалось в его руках, пустив кровь и рассыпав порох. — Остановись, остановись! Фил не слушал. Он поднимал и снова и снова впечатывал его в каменистый пол, всё сильнее и быстрее. Силы его жертвы вспыхивали, меняя цвет плаща с синего на фиолетовый, с фиолетового на чёрный, с чёрного на зелёный в отчаянной попытке сбежать. Это было бесполезно. Фил не сдавался. — Черт! Внезапно гнев покинул его. Он отпустил незнакомца, и тот рухнул на гравий. Фил подбежал к Кристин. Она сжимала свою ногу, по её щекам текли слёзы, размазывая макияж. Фил опустился рядом с ней на колени. — Всё в порядке? — поспешно спросил он. Он не заметил, как она застыла. Фил нашёл причину её слёз. На её голени была рана. Пуля задела её, прилично ранив. Она сильно кровоточила, но, по крайней мере, не застряла. — Нам нужно отвезти тебя в больницу. Фил оторвал кусок от своего плаща и перевязал рану. Это ненадолго, он уже насквозь промок, но хоть так. Куда ему её отвезти? В гражданский госпиталь? Или ей будет безопаснее с Ханной и Бумером? — Подожди... — Нет, не спорь, — возразил он. Он попытался поднять крылья, но они были не более чем призрачным ощущением. Воздействие света нанесло им вред, вырвав их из спины вместе с корнями. Им понадобятся дни, чтобы вернуться к нему, и они будут в два раза слабее. Кожа вокруг того места, где они должны были соединяться с лопатками, горела и болела. — Нам придётся идти пешком, но я думаю, что мы справимся. Нельзя терять время. Давай, я подниму тебя... Рука коснулась его щеки под вуалью, и Фил впервые осознал, что Кристин смотрит на него. Её губы приоткрылись от удивления. — Это действительно ты? Он моргнул. — Что? И тогда Фил понял, почему она сделала паузу. Он потянулся к уху и вытащил устройство для изменения голоса. Его пальцы были в крови, а механизм был полностью разбит. Должно быть, он сломался во время его ярости. — Чёрт, — прошептал Фил, и это были его собственные слова. Рука Кристин обжигала его кожу. Это был секрет, который годами знали только члены его семьи. Никто, даже Томми, не узнал его личность случайно. Так не должно было случиться. Она смотрела сквозь его завесу, заглядывала в его душу и задавала самый страшный вопрос, который ему когда-либо задавали. — Это действительно ты, Фил? У него перехватило дыхание. Он не мог ответить. Не мог подтвердить. Не мог отрицать. Медленно, нерешительно Кристин убрала руку. Она обхватила пальцами край его вуали. Это был последний барьер, защищавший его от её осуждения. По привычке Фил схватил её за запястье. Она не отпрянула от него и не стала вырываться. Она бы никогда не сделала этого без его разрешения. Он знал это. Через секунду он отпустил ее. Она глубоко вздохнула и приподняла его вуаль. Фил не был уверен, какое выражение лица ожидало её, было ли это страхом или грустью, но в любом случае Кристин смягчилась. Её рука вернулась к его щеке, обводя круги под глазами. — О, Фил, — вот и все, что она сказала. — Тебе не страшно? — неуверенно выдохнул он. — Нет, — ответила Кристин. Она тихо рассмеялась. — Честно говоря, я рада. Ты становился слишком идеальным. Фил почувствовал, как его губы растягиваются в улыбке. Он наклонился и прижался лбом к её лбу. Её сердце билось в такт с его. — Если это значит, что ты меня не ненавидишь, я готов быть обычным. — Эй, — выдохнула Кристин, почти обидевшись. Она легонько ударила его. — Я никогда не называла тебя заурядным. Это просто… многое объясняет. — Что ты имеешь в виду? — промычал Фил. Кристин открыла рот, чтобы заговорить, но вместо этого резко поморщилась. Тогда он вспомнил, что это не романтический момент. Она была ранена, и им нужно было добраться до больницы. — Миднайт! Фил натянул вуаль обратно на лицо и развернулся, готовый к бою. К счастью, это не было угрозой. Хайперион дико замахал ему с края строительной зоны. Икар и Фортресс спрыгнули рядом с ним с ближайшей крыши. Его мальчики. Фил расслабился. Они подбежали к нему так быстро, как только могли. Икар первым оценил ситуацию и потряс отца за плечи. — Твои крылья! — Я в порядке, — заверил Фил, но сын его не слушал. — И твой преобразователь голоса! Тебе следовало дождаться нас, — продолжил он. — Или вообще не заходить в эту часть города. — Я не мог, — сказал Фил. Он убрал руки Икара и повернулся к остальным. — За Кристин следил один из приспешников контролёра разума. Этот парень может маскироваться, как хамелеон. Думаю, сейчас лучше взять его с собой. — О, как жутко, — вздрогнул Хайп. — Ты в порядке, Биг К? — Думаю, скоро я буду в порядке. Просто нужно показаться врачу, — сказала Кристин. Фил вернулся к ней. Больше не боясь, что она увидит его лицо под вуалью, он смог подхватить её на руки, как невесту. Она невольно вскрикнула от удивления. — Ого, ты сильный! В следующий раз предупреждай! Фил тихо извинился, хотя бы для того, чтобы скрыть, как покраснело его лицо. Икар, этот манипулирующий эмоциями ублюдок, поднял брови. Его отец толкнул его плечом. — Заткнись и хватай уже нашего пленника. Фортресс проследил за жестом Фила, указывавшего на поверженного героя. Он остановился на краю канавы. — Э-э, ты уверен, что там внизу был человек? Фил напрягся. Он поднёс Кристин к яме, и они оба поняли, что она пуста. Они не увидели никаких признаков жизни или искажённого света. Однако на гравии были следы, уходящие прочь. В таком состоянии Фил сомневался, что незнакомец мог их подделать. Он действительно ушёл. — Чёрт, — выругался он. Это была опасная сила, которая была у него на свободе. Кристин ободряюще сжала его руку. — Мы ничего не можем с этим поделать. Он, скорее всего, уже давно ушёл, а я не в том состоянии, чтобы осматривать окрестности. Нам нужно добраться до больницы. — Ты прав, — решил Фортресс. — Я отвезу даму в ближайшую больницу, а Икар отвезёт тебя… в другое место. Фил крепче обнял Кристин. При других обстоятельствах он бы согласился, но нельзя было доверять государственным больницам, чтобы они не пускали невидимых посетителей. — Нет, это небезопасно. Она поедет с нами. — Подожди, правда, — выпалил Хайп. — Разве это не запрещено? — С сегодняшнего дня Кристин находится под нашей защитой, — решительно заявил Фил. — В агентстве героев чрезвычайное положение, и она единственная, кто знает об этом. Они не прекратят попыток заставить её замолчать. Они все еще выглядели нерешительными. Кристин вздохнула. — Фил, все в порядке– — Фил, — одновременно воскликнули трое парней. Она покраснела. Они разинули рты, и казалось, что они вот-вот потеряют самообладание. У него не было на это времени. — Она узнала. Возьмите себя в руки, — огрызнулся Фил. — Судя по тому, как вы, идиоты, себя ведёте, она, вероятно, знает и ваши имена, так что это не имеет значения. А теперь мы можем пожалуйста отвезти мою девушку в больницу? Икар выпрямился, на его лице появилась глупая улыбка. — Не волнуйся, — сказал он. — Я доставлю тебя туда в мгновение ока.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Уилбур действительно доставил их к дому Ханны и Бумера с рекордной скоростью. Им даже не пришлось завязывать Кристин глаза во время поездки они ехали слишком быстро, чтобы что-то за окном можно было разглядеть. Фил был рад, что они так быстро добрались. Сидеть на горячем сиденье машины было пыткой. Он был не так рад количеству штрафов за превышение скорости, которые неизбежно окажутся в его почтовом ящике, когда они вернутся домой. Фил не стал долго размышлять над этим, слишком занятый тем, что был весь в крови Кристин, чтобы по-настоящему беспокоиться. Кристин отвлекли от ее боли его сыновья. Они устроили шоу, сняв маски и представившись заново. Уилбур был менее драматичен, чем двое других, просто сосредоточился на том, чтобы сохранить всем жизнь. Ханна и Бумер получили от Техно очень небольшое предупреждение, но всё равно смогли встретить их в своих костюмах, Корпорация не возражала против того, чтобы их личности были известны, но эти двое были частными лицами. Когда-нибудь, в далёком будущем, они почувствуют себя достаточно комфортно, чтобы раскрыть свои настоящие имена и лица, но не сегодня. Не перед сотрудником агентства героев. Для Кристин подготовили комнату, а Фила отвели в сторону после того, как он отпустил её, чтобы оказать помощь самому. Растения Ханны оказались настоящей находкой. Его ожоги второй степени промыли, обезболили и перевязали полностью натуральными материалами. Не прошло и часа, как он смог вернуться к Кристин. Она держалась хорошо, но ей явно было спокойнее, когда он был рядом. Бумер закончил лечение и оставил их наедине. — Как ты? — спросил Фил, как только дверь закрылась. — Я знаю, что, наверное, это тяжело. — Меня только что осматривал известный предатель Скакун, — Кристин рассмеялась, но её улыбка была немного натянутой. — И он был со мной добрее, чем кто-либо в медицинском крыле агентства. Это самый странный день в моей жизни. Фил успокаивающе провел круговыми движениями по костяшкам ее пальцев. — Я собирался рассказать тебе, — признался он. — Позже. Решил, что на данный момент у тебя и так достаточно забот. Это была не вся правда. Их отношения, если их можно было так назвать, были новыми. Филу нравилось выходить за пределы своих стен и наслаждаться радостью, которую она излучала. Он не хотел говорить ей об этом и рисковать тем, что всё испортит. Он не хотел, чтобы она его возненавидела. Кристин крепко сжала его руку. — Даже после всего этого я не расстроена и не злюсь, — вздохнула она. — Я уверена, что у вас были причины стать злодеями и не рассказывать людям. Ваш секрет в безопасности со мной. — Это больше, чем я мог от вас ожидать, — сказал Фил. — Спасибо. — Кроме того, — продолжила Кристин. Она свободной рукой откинула волосы с лица. — В этом так много смысла! Я наконец-то понимаю, почему ты не возражал против наших отношений. Я всегда подозревала, что ты устанешь от меня, как только поймёшь, насколько мы разные, но… Она продолжала говорить, но он уже не слышал её. У Фила отвисла челюсть. Кристин была той, в кого он влюбился мгновенно. Она накрыла его, как приливная волна, красивая, компетентная, язвительная и совершенная. Она разговаривала с героями как с поверхностными придурками, какими они и были, знала систему агентства лучше своих боссов, устанавливала подлинные связи со всеми, кого встречала. Она могла бы управлять этим местом сама, если бы захотела. В мире не было никого, кто мог бы сравниться с ним так же хорошо. — Прости, — сказал Фил, прерывая её бессвязную речь. — Ты сказала что? — Я имею в виду, — Кристин смущённо рассмеялась. — Я подумала, что ты ищешь простой способ получить информацию об агентстве героев. Они ведь твои враги, верно? — Да, но… я бы никогда… что, — запнулся Фил. — Я бы так не поступил. Ни с тобой. Ни с кем-либо. Это жестоко. Улыбка Кристин дрогнула. — Ну да, твои чувства могут быть настоящими сейчас. Но разве ты не так начинал? — Нет, — настаивал он. — Почему ты так думаешь? По какой-то причине её комментарий задел его. Он почувствовал себя оскорблённым так, как никогда раньше. Неужели он производит впечатление человека, который играет чужими чувствами? Он старался быть искренним, насколько это было возможно. Он старался всегда быть прямолинейным в своих намерениях. Он никогда не смотрел на других женщин с романтической точки зрения. Кристин пожала плечами и сказала. — Наверное, я просто не могла поверить, что тебе нравлюсь я. Фил усмехнулся: — Как ты? — Я тебе не нравлюсь? — Я почти уверен, что люблю тебя, — возразил Фил. И тут же прикрыл рот рукой. Глаза Кристин расширились, и она покраснела. Он не хотел этого говорить. Было бы неправильно сказать, что эта мысль не приходила ему в голову несколько раз; Фил был готов ради неё свернуть горы, и она была первым человеком, который заставил его почувствовать себя так. Но они ещё не были вместе. Они всё ещё были хрупкими и могли сломаться. Он бы никогда не стал создавать ненужную напряжённость. — О, — прошептала Кристин. — Фил, я... — По крайней мере, я так думаю, — добавил он. — Сейчас тебе многое приходится решать, и меня полностью устраивают наши отношения. Я очень быстро продвигаюсь вперёд. Я не хочу заставлять тебя отвечать мне взаимностью. Ты замечательный человек, и я думаю, что, вероятно, влюбился в тебя с первого взгляда, но это не то, с чем тебе нужно разбираться… — Фил, заткнись, — простонала она. Фил захлопнул рот. Кристин улыбалась. — Хотя это, конечно, неожиданно, и я пока не могу ответить взаимностью, всё в порядке. Ты важен для меня, и это не изменится. Она притянула его ближе, прижалась лбом к его лбу. Он заглянул ей в глаза и увидел там только счастье. Фил уточнил, теребя свой порванный плащ. — У меня никогда не было намерений использовать тебя. — Я знаю, — взгляд Кристин метнулся вниз, а затем снова вверх. Сквозь единственное окно в комнате на неё падал свет. У него перехватило дыхание, в животе запорхали бабочки. — Я хочу тебя поцеловать, — едва слышно признался он. Она усмехнулась. — Я знаю. Она сократила расстояние между ними и прижалась губами к его губам. Поцелуй с ней был завершением, словно он был создан только для этого. Неописуемо и идеально, кульминация всей его жизни, сжатая в один момент. Они оба были изранены, в лохмотьях, но поцелуй с ней стёр всю боль. Ему не нужно было летать, если он мог чувствовать это всю оставшуюся жизнь. Когда они расстались, Фил не мог думать, не мог восстановить в памяти последовательность событий, которые привели к этой минуте. Он изо всех сил старался составить предложение и справился лучше, чем ожидал. — Э-э, когда мы уйдём отсюда… я думаю, тебе стоит остаться с нами. Так будет безопаснее. У Томми есть гостевая комната, но мы можем его выгнать. Уил не будет против… наверное. Кристин хихикнула. — Или ты можешь купить мне спальный мешок, и я могу ночевать в твоей комнате. Мы можем допоздна рассказывать друг другу истории о привидениях и делать друг другу маникюр. Он представил, как Кристин сидит на краю его кровати, сосредоточенно высунув язык, и наносит лак на его пальцы. Это звучало потрясающе. Лицо Фила просветлело, и он почувствовал, как кончики его ушей заливаются краской. Он кивнул, и она окончательно пожала ему руку. — Значит, решено, — заявила она. — Я переезжаю! Фил никогда не был так счастлив принимать гостей.