Вишневый дым преследования

По окнам били капли дождя, отбивая непонятную дробь какой-то придуманной природой песни и иногда гремел гром. В небе не видно ни звёзд ни луны, улицу освещают лишь фонари и незашторенные окна домов. По крайней мере тех, чьи жильцы ещё не ушли спать, а таких довольно мало в тихом дачном поселке, где в основном живут семьи с детьми у которых летние каникулы и существа, что оторваны от городской суеты. Тут же в одном из двухэтажных домиков собираются не спать до четырех утра небольшая семья из неродных брата и сестры. Шедоу с Марией работают в одном ночном клубе и сейчас, раз их смены совпали, они решили устроить ночёвку. Вот уже полночь, они сидят с чипсами и газировкой с виноградом перед телевизором и смотрят какую-то второсортную комедию, не слишком увлекаясь и больше болтая между собой. Девушка о чем-то смеялась с искренней улыбкой, вызывая на втором лице такую же, пусть и слегка слабую. И тут пропал свет. Все отключилось. Оба замерли и замолчали, комната погрузилась в тишину, слышны лишь слабые капли дождя по окну... Ёж Шедоу выдохнул и дёрнул ухом — Кажется, просто пробки выбило... Ничего страшного Мария, сидящая рядом вздохнула — Это было неожиданно... Я даже как-то испугалась Но она быстро заулыбалась и тихо засмеялась, выдохнул и расслабившись. Рука потянулась к подлокотнику и нащупала телефон. Слабый свет озарил лицо ёжика. Тот зажмурился, но быстро привык — Так.... Он взял свой телефон со стола и так же включил фонарик. Света стало заметно больше, пусть он и не смог осветить комнату целиком — Так... А где можно включить электричество? Мария задалась самым логичным и первостепенным вопросом. Действительно, нужно быстро решать проблему — А ну... За домом коробка счётчика, там рычажки Шедс потянулся и встал с дивана. — Я быстренько схожу(примечание: в ау ежи не сверхбыстрые,но все ещё бегают лучше, чем обычные люди) Черный ёжик направился к запасному выходу на задний двор. Пройдя на кухню, затем на веранду и взяв зонтик с соответствующей подставки, он раскрыл свою защиту и пошел к щетку. Раз-два и готово, в доме снова горит свет и играют разговоры из телевизора. Ёж уже хотел возвращаться в дом, однако ему препятствовали чьи-то руки, мастерски обхватив талию со спины, и зажав руки у предплечий. Зонтик от резкости выпал и теперь все существо было мокрым и ошарашенным. Не успев ничего сказать ему зажали от и туда попали какие-то таблетки. На шею и кадык надавила сильная рука и таблетки упали в желудок. Разводя предплечья и не оставляя шансов как-либо двигаться, рот прижали ладонью в черных перчатках. Уже через пару секунд в глазах все поплыло, разум покрылся туманом, а веки потяжелели.... Обессиленное тело свалилось прямо в руки посетителя. Существа ушли, на земле лишь остался лежать забытый зонтик. В доме все так же горит свет, употребляются чипсы и газировка. И внутри так же ожидают члена семьи, который не вернётся ещё очень, очень долго ...... .... ... .. . Второй день дождь бьёт по крышам домов. Однако, тяжёлая дверь и толстые стены заглушают все звуки из вне с той же степенью, как и звуки из-под земли не могут быть услышанными. Под слоем бетона и звукоизоляции на кровати лежит существо, заботливо одетое в пижаму, идеально подходящую по размеру и оттенку шерстки. Он медленно поднимает тяжёлые веки и несколько раз моргает приходя в себя после продолжительного, нежеланного сна. Ёжик тихонько осматривает потолок и стены, все ещё видя все размыто. Когда зрение наконец фокусируется Шедоу понимает, что находиться далеко не у себя в доме. Это больше походит на небольшую квартиру-студию. Только в помещении нет окон. И очень тусклый свет. Рядом стоит белая тумба, на ней такой же белый пульт и листок, что к своему сожалению запятнаны рукописью и рисунками. Шедоу тянется к пульту и смотрит на него пару секунд. Затем, после нажатия на одну из кнопок с рисунком 60% свет становится ярче и заливает всю комнату. Осматриваясь повторно он замечает занавешанную белой тканью доску. Затем при смене положения что-то звенит и в тишине этот звук кажеться слишком громким, поэтому сразу привлекает внимание. Бросив резкий взгляд на источник звука он замечает, что его рука прикована к кровати длинной цепью, которая, собственно и издала этот звук. Уши опускаются, прижимаясь к голове, сердце стучит быстрее, разгоняя кровь и адреналин по телу. Спрыгнув с кровати Шедоу отходит дальше и дальше пока не достигает лестницы, ведущей вверх к выходу. Он бросается к двери, но почти падает когда цепь натягивается слишком сильно, не давая дойти всего несколько ступеней. Ёжик смотрит на руку встревоженным взглядом, намереваясь ее откусить прямо сейчас, но здравый смысл, что ещё присутствует в его голове, останавливает его от этого безрассудного действия. Шедоу опускается обратно и подходит к кровати, изучая ее ножки. Приварена к полу. Затем цепь. Она является ее частью. Стало мерзко. Смотрит на тумбу и берет листок. Читает "Привет! С пробуждением, мой дорогой! Я очень надеюсь, что ты не станешь делать глупостей, не хочу чтобы ты как-либо пострадал. Пожалуйста, дождись моего прихода. Сейчас меня срочно вызвали в офис и я сам этому не рад! Вернусь примерно в шесть вечера, часы на стене над кроватью! Будь хорошим мальчиком и дождись меня, любовь. Твой самый большой кумир <3" Голова поднялась. Часы. Тикают. Отвратительно. Шедоу и не замечал как отвратительно тиканье часов. Это его раздражает. Записка разорвана на части. До часов не достать, но можно чем-то в них кинуть, чтобы не доставали. Ёж отправился к небольшой кухне, осматривая ее и находя только лишь ложки и сухое снеки. В небольшом холодильнике стоят несколько коробок молока, алкоголь, йогурты, мороженое, конфеты и какие-то странные колбочки. "Кто вообще хранит все это вместе" — лёгкая, отвлекающая мысль, которая на пару секунд затмила мысли о том, что его буквально похитили. Шедоу подошёл к столу и осмотрел его. Ничего примечательного. Белый стол с белыми стульями. Только сейчас Шедоу догнало осознание, что все вокруг белое, словно в дурке. На фоне всего этого он показался черной кляксой, поставленной неловким школьником, пишущем пером в первый раз. Глаза заболели от этой яркости. Оказывается, полумрак был лучше. Шедоу подошёл к тумбе, вспомнив, что там тоже есть ящики. Обнаружив их закрытыми, ёж был опечален, но ломать пока не решился, мало ли чё там. Подойдя к белому полотну на стене ёж попытался его сорвать. Дёрнув раз, дёрнув два, лишь на третий раз ткань упала на стол. Ёжик застыл в немом шоке. Медленно отходя к стене, он наткнулся на нее спиной и осел на пол Под тканью была доска с магнитиками, фото, некоторые магниты тоже были с изображениями. Она была посвящена полностью ему. Только ему, если кто-то и был ещё, то он аккуратным образом терял лицо, получая на его место белый круг. Казалось, тот кто это делал следил за ним очень долго, потому что взгляд вырывал с фото определенные воспоминания, с которых прошел не один год. А иногда и не два. Возможно, из соцсетей была составлена основная масса, но все же сцены сна, прогулок с семьёй, друзьями, работа, просто путь домой и походы в магаз! Везде только он. Сбоку, со спины.... И сердечки. Этих ярко красных сердец так много, что они занимают все пространство, оставшееся после фото и магнитов. С дрожью в руках Шедоу поднимается, подходит к доске и аккуратно завешивает ее обратно. У него не хватило духу и воли порвать все это. Первоначально все вызвало к него страх. Затем, примерно на половине процесса завешивания, на разум накатила злость. Оскал и хмурость одарила лицо. Какого хера кто-то его похитил, запер наглухо, посадил на цепь как жалкую псину и ждёт от него послушания и прилежного поведения? Шедоу снова сорвал ткань, случайно порвав ее, но, не обращая внимания ударил по доске желая все это сломать и опрокинуть. Но какое-то стекло, незаметное взгляду до препятствовало этому! Шедоу ощупал все пространство и это стекло везде. Словно ему собрали коллаж из фото, вставили в очень прочную рамочку и повесили на стену. Только коллаж больше, чем стандартный. Шедоу пытался все разрушить, сходя с ума от безысходности, ненависти и страха. Страха за жизнь, за Марию, за дедушку. За всех. Тик-так. Вдруг этот психопат что-то сделает с ними из-за их близости? Тик-так. А если уже сделал? Тик-так. Мария ведь была в доме когда он потерял сознание. Тик-так. Что если это существо убило ее прямо в ту ночь? Тик-так. Что если он сделал с ней ужасные вещи? Тик-так. Что если... Тик-так. Что.... Тик-так. Закалебало! Ебучие часы! Ёж с ненавистью посмотрел на часы, схватившись за уши. Это тиканье такое громкое в тишине комнаты... Как же оно бьёт по мозгам. Ебаное тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так... Шедоу подходит к кровати, залазит на нее и прыгает прямо до часов, срывая их со стены и ломая к чертям собачьим крепление. Они показывают 16:50. Ровно это время, но секундная стрелка стремиться его увеличить, пока две другие медленно плетутся за ней. Так же на табле отображается день. Сейчас 05:09. Пятое сентября. Дождливая и холодная осень. Сегодня в это время он должен быть на работе. Но нет, какой-то псих... Блять. Что будет с работой? А с каналом? Как это происшествие в целом на нем отразиться. Хаха... Сто процентов придется ходить после всего в будущем к психологу. Ёж сел на кровать и всмотрелся в часы. Белые. Только стрелки и цифры черные. Слишком много белого, все это давит на разум. Шедоу хватает секундную стрелку руками, часы без стекла... Он отрывает ее одним резким движением. За ней следует минутная и часовая. Все. Больше никакого тиканья. Воздух приводит в движение лишь его движения и вдыхание. Цепь звякает, когда Шедоу бросает на пол стрелки часов. Сами они летят в стену. Теперь уже звяканье цепи бьёт по ушам и разуму существа. Принято решение как можно меньше двигаться. Ложась на стерильно белые простыни черной точкой, он смотрит в белую стену без единой трещины или неровности. Голова гудит. От мыслей и нажимая пару кнопок на пульте, все помещение погружается в полу-мрак. Глаза наконец расслабляются. Сердце до сих пор бьётся в совершенно бешеном темпе, а мысли бегают перед глазами черным текстом. Желание врезать тому, кто виновен в этом, нарастает с невероятной скоростью. Он обязательно это сделает в 17:00. Свет загорелся неожиданно и в глаза ударили яркие лучи. Снова глазное яблоко прорезал ярко белый. Это чтобы его было видно хорошо? Возможно. К кровати подошёл известный ёж. Шедоу понял кто это как только открылась и хлопнула металлическая дверь. Запах пьяной вишни ударил по ноздрям и вскружил голову. Ко рту подступила рвота и тело, делая остаться незамеченным сжалось на кровати. Однако белый цвет окружения мешал спрятаться от всего мира. Соник сел на кровать и запустил руку в иголки черного цвета. Тихий голос прорезал тишину комнаты и отдался эхом в голове — Дорогой.... Я вернулся "Я вернулся". Хочется блевать. Воспоминания, которые были так заботливо удалены памятью, вернулись из-под толстого слоя воды, вынырнув на поверхность и показав себя во всей красе. Ощущения поступили так же. Сразу же везде стало по-мерзкому липко, словно тело окунули в желе. Словно отпечатками вернулись ощущения рук на теле. Только все и сразу, их было много, но принадлежат они одному существу. А от запаха хочется умереть. Мелкая дрожь и мурашки нарастающей волной прокатились по телу и разуму одновременно. Тяжёлая рука скользнула на шею, приложив пальцем к пульсирующей артерии, слушая быстрый пульс — Не спишь ведь, м? Не притворяйся мертвым За плечо его перевернули, можно сказать, нежно. В любом случае можно было и грубее. Широченная улыбка смотрела на лицо, а выше на глаза смотреть страшно. Кажется, Шедоу сейчас выглядит жалко. Словно пойманное в ловушку животное. Существо опустилось к лицу красноглазого ежа и прижалась губами к щеке — Хочу тебя... Во всех смыслах.... Он поднял ослабленное из-за страха тело и прижал его к своему. Кажется, что-то уперлось в спину ежу. Мерзость. Наконец-то, страдальный желудок был опустошен. Шедоу вырвало и мерзкая блевотная масса окрасила белоснежные простыни в мерзко зелёный. Желудок был без еды уже почти день, однако все равно получилось. Это желудочный сок и вода. Пока он спал, его поили? Шедоу глянул на своего похитителя. Тот застыл на месте, но его возбуждение совершенно не пострадало от этого зрелища — Хм... Наверное, ты голоден... Весь день не ел, мой бедный... Улыбка вернулась на лицо демона во плоти. Он подхватил Шедоу и тот с силой врезал ему от испуга. На удивление, похититель совершенно не обратил на это внимание. Казалось, он готов принимать удары с каким-то сумасшедшим поклонением. Ежа усадили на стул и поцеловали в щеку. Гадость. Снова хочется блевать. Синеиголчатый пошел к кухне и стал что-то готовить, напевая тихую мелодию. Шедоу наблюдал за ним с опаской. Потом, посмотрев на стену его снова охватили эмоции и адреналин. Он встал и уже намеревался ударить по шее прямо в сонную артерию, но его руку перехватили быстрее, чем это произошло — Боюсь, если я потеряю сознание, то не смогу за тобой ухаживать Запястье болезненно сжали и тело потянули к себе. Слишком близко. Лица ближе, чем кому-либо дозволено. Ужасно. Прямо в губы прошептали — Сядь обратно Это вызывает ужас. Шедс справедливо решил, что этот ёжик сильнее него и лучше пока что слушаться. Через какое-то время на стол с громким звуком поставили две тарелки. Соник сел напротив и с обожанием смотрит на ежа напротив — Приятного аппетита Желудок выворачивает, а еда превращается в мерзкое месиво и брать это в рот нет никакого желания. От опьяняющего запаха кружиться голова. Это существо пропитано отвратным запахом сигарет, смешанных с вишней. Скорее всего у него сигареты с этим запахом. Шедоу смотрит прямо в глаза посетителю и видит в них разочарование — Ну же. Я приготовил твое любимое блюдо, а ты не ешь Опустив взгляд бесформенное зелёное месиво превратилось в кашу с фруктами и вареньем. Запах любимой еды ударил по носу, перебивая пьяную вишню и возбуждая аппетит. Лишь сейчас стало понятно, что Шедоу действительно не ел больше десяти часов. Дрожащей рукой взяв ложку и зачерпнув немного горячей каши ёж поднес ее ко рту и неуверенно принял внутрь. Горячая каша обожгла полость рта и язык, но из-за голода этого нельзя было почувствовать. Еда медленно пропадала из одной тарелки, в то время, как вторая до сих пор оставалась полной и остыла. Он не притронулся даже к ложке. Когда наконец желудок был наполнен, Соник встал и подошёл к черному комку напряжения. Он оставил нежный поцелуй в нескольких местах на лице, взяв его в свои ладони. Улыбка ни на секунду не пропадала с его лица, а дыхание было учащенное и преисполненное возбуждение. Отвращение и тошнота лавинно нарастала и застревала тугим комком в горле. Его подхватили на руки резко и неожиданно. Снова несут, словно игрушку, на кровать. Только на этот раз ее стоны разносятся по комнате уже от тяжести двух тел. Его придавливают к поверхности ложа, будто бы тяжелым одеялом. Руки прикованы к ней намертво, как и ноги. Тяжело. И мерзко — Вот так... Ты будешь только моим... Тонкие пальцы сковывают, как кандалы, глаза смотрят с безумным обожанием. Шедоу наконец решается открыть рот — Ты... Почему именно я?.. Сколько... Его перебивают и гладят по щеке — Потому что ты прекрасен. Всегда. Я наблюдаю уже больше пяти лет... Вначале за соцсетями... И последнее время вживую. Я так много времени ждал чтобы хотя бы увидеться... Какой же ты прекрасный И этого человека совершенно не смущает, что его колено прямо сейчас находиться в бевотне того, кому он говорит эти хвалебные речи. Ужасно. Просто мерзость. Отвратительно. Хочется раствориться и улететь отсюда... Сколько же пройдет времени прежде чем это случиться?