Изломанный герой

Время длилось незаметно. Из-за того, что помещение являлось подвальным, было тяжело понять какой сейчас час и сколько времени прошло с прихода Изуку, хотя по внутренним ощущениям зеленовосого прошло несколько месяцев. Полностью исследовав и обойдя жилой(-F1) и этаж с баром, а также познакомившись с жильцами жилого этажа, Мидории стало здесь весьма комфортно находиться. Он продолжал осматриваться и находить для себя что-то новое, пока в один день не закончил с изучением, отчего от скуки стал лезть на стены. На нижние этажи мальчик даже не заглядывался и не собирался, наперекор своей любознательности. Несмотря на разницу в целый этаж, который, по словам Курогири, уделялся главе злодейской организации, с самых нижних без проблем слышались страшные крики заключенных, из-за чего Деку вздрагивал, вспоминая того самого узника, что видел в свой первый день. Возможно, веснушчатый по своему желанию и не попал бы на тот этаж снова, если бы не приказ Томуры, который в тот же день, когда увидел его записи в тетради не поручил ему и Курогири собирать данные героев. "Теперь не будешь скучать." – Вспоминал слова Томуры Изуку, весело ожидая что тот будет проводить различные наблюдения и анализы, следя за героями из какого нибудь укромного местечка, однако все представления мальчика разбились о жестокую реальность, когда его заставили наблюдать за героем, который тихо хрипел, находясь в похожей железной клетке, еле подавая признаки жизни. Работа мальчишки состояла в том, чтобы изучать причуды и их аспекты, но при виде исполосованного в мясо человека ребенку было вовсе не до анализа какой-то там причуды, которую герой навряд ли сможет активировать в подобном состоянии. Стоя в оцепенении пару минут, ноги, пошатываясь, неосознанно начали отходить назад от жуткого вида. Пусть и не впервой, ему все также было страшно и тошно от подобной картины, однако уведя взгляд в сторону по краям и даже сзади находились точно такие же клетки с железными прутьями, сковывающие таких же израненных узников, в мольбе зовущие помочь им. С трудом прервав рвотный позыв он оглянулся на Томуру, стоящего чуть поодаль, что наблюдал за действиями веснушчатого. Куча голосов звали его, но тот безразлично продолжал надзирать, фиксируя все своими кровавыми глазами. - Ну же. Начинай. – в голосе красноглазого Деку не чувствовал ни нотки волнения. Тот явно выполнял свою обычную рутину. Наверняка, каждый день без зазрения совести слушает чудовищные крики, возможно он даже наслаждается этим, и невозмутимо пытает, думал про себя мальчик, встречаясь с ним взглядом. Переведя дыхание Изуку старался успокоиться, но хрипение заключенного не давало сосредоточиться и перестать волноваться. Шигараки продолжал наблюдать за жалкими попытками ребенка приняться за работу, однако его постоянно что-то останавливало или сбивало с записей. Только спустя время мальчик начал что-то строчить, стараясь побыстрее все закончить и освободиться от кошмарного задания. Передав блокнот подростку он ждал, в надежде поскорее завершить все и направиться к себе в комнату. Шигараки довольно хмыкнул, глядя на подробные и небрежные записи, а после на зеленые стеклянные глаза, на которых едва не накатывались слезы. – Опиши этих троих и будешь свободен. – он отдал обратно блокнот, на что мальчик быстро принялся завершить начатое, лишь бы больше этого не видеть.

***

Сколько это продолжалось? Мальчик спрашивал себя, но тот давно потерял счет времени, растворяясь в новой ежедневной рутине. После проявленного хорошего результата он стал каждый день писать множество анализов причуд, что в какой-то момент, не сразу, он долго шел до этого, его перестали страшить мерзкие образы героев; перестали трогать за душу болезненные стоны, хрипы и крики, хотя бывали случаи, что даже заработанный иммунитет к отвратительным видам изуродованных тел не помогал, потому что внешний вид некоторых особ действительно оставлял желать лучшего. Кто их так и за что..? Впрочем это неважно, даже это перестало волновать маленького эмпата, хотя такие вопросы нередко всплывали в голове. Все же внутреннее спокойствие и безмятежность дороже всяких волнений по чужакам. Спустя какой-то срок, возможно испытательный, для исследований ему даже предоставили ноутбук для сбора информации, что в разы упрощало ему работу. Это конечно порадовало мальчика, открылось множество возможностей увлечь себя, покопаться во всемирной сети, испытать, так сказать, все ее прелести. Как выяснилось из доступной базы данных, сюда садили не только героев, но и обычных гражданских, хотя зеленоволосый догадывался об этом, судя по их одежке. Бывало даже злодеи оказывались тут, что немного озадачило Изуку. Разве лига злодеев не принимает всех без разбору? Он спрашивал себя, а после понял как же так вышло. Найти закономерность отбора пленников оказалось очень даже просто: всех отбывающих заключение объединяли полезные причуды. Причуды поддержки, атакующие, ментальные и другие разнообразные сильные причуды, преимущества, недостатки и прочие подробности которых приходилось описывать Мидории. Здесь не было каких либо слабых причуд, абсолютно ничего, что мог посчитать веснушчатый бесполезным. Правда, бывало так, что после сдачи отчета о причудах, обладателей замороченных или имеющих всякие ограничения по использованию способностей пленников, он больше не видел. Те бесследно пропадали, а на их местах уже были новые испытуемые, способности которых надо было изучить. Однако ноутбук открыл ему не самую хорошую новость. Во время работы, в строке поиска постоянно высвечивалась режущая глаза надпись 'розыска' героя. Мидория чувствовал дикую вину, ведь прямо перед ним находился отыскиваемый человек, весь побитый жизнью, возможно его даже родные не узнают, если не рассказать кем тот является. Быть может, дома его ждет любящая семья, но прямо сейчас он здесь, в клетке, не имеющий возможности даже сопротивляться. Всех героев, что сюда сажают, пичкают какими-то веществами, понял Деку, какое-то время понаблюдав за странным однообразным поведением заключенных. Изуку винил себя в том, что ничего не может сделать. Он тоже соучастник, тоже был виновен за страдания людей. Видя нерешительность и колебания веснушчатого по поводу правильности своих действий, с небес на землю его спускал Томура, напоминая что сидевшие в клетках ничем не отличаются от них самих. Не все хорошие на вид люди являются таковыми. Человеческая природа слишком двойственна и будет неправильным иметь четкое разделение добра и зла. Может быть так и было и красноглазый был прав. Изуку решил поверить тому на слово, чтобы отвертеться от громких криков совести. Всякий раз вводя в поисковый сервис свое имя, Изуку снова и снова очищал запрос, боясь увидеть что там могло быть. Что если его не ищут? Что если мама волнуется и места себе не находит...? Мальчик боялся увидеть встревоженное лицо матери в картинках заголовка поиска. Когда Томура отсутствовал он позволял себе дать слабину и выпустить эмоции, копившиеся долгое время. Кровавые глаза и холодный взгляд с безэмоциональным выражением лица стесняли его, он не мог полностью доверять или же раскрепоститься при соседе. Хотел но не мог. Слишком некомфортно. В присутсвии Томуры выражение подобных чувств ощущалось безобразно, словно становясь чем-то постыдным, низким. Он сидит в полумраке, прислонившись к холодной стене, и медленно проводит пальцами по рукаву своей одежды - словно ищет там тепло, которое когда-то давала её рука. В подвале громко, но в то же время тихо, ведь все крики заключенных не были адресованы ему. В памяти застрял родной голос, звучащий редкими отголосками: мягкие, ласковые, иногда строгие, но всегда родные слова. - Я... скучаю – Позвонить нельзя. Написать тоже нельзя. Только мысленно повторять: «Прости, мама» и надеяться, что когда-нибудь он снова сможет услышать её голос. Беря ручку в руки он продолжил свое поручение, иногда вытирая мокрое лицо. – И как меня, ...беспричудного, могли взять сюда? – Почти ежедневный анализ различных сильных и полезных причуд сводил мальчика только к одной мысли, ответ на которую он не мог найти. Он стеснялся спросить это у Томуры, а вспомнив разочарование на его лице, после признания бесполезности, все больше угнетало, встав тяжелым грузом, давящим на плечи. От размышлений его отвлекла закрывающаяся железная решетка, из которой выходила Хана, обтряхивая руки. После открытия для себя нижних этажей у Изуку появилась возможность чаще встречаться с несколькими членами лиги, которые выполняли поручения и приводили сюда побежденных героев, отправляя их под ручку Мидории. Закинув в клетку нового бедолагу, что еще пытался сопротивляться она окликнула веснушчатого, помахивая рукой. - Как идут дела? – подойдя к ребенку спросила брюнетка, вновь рассматривая записи в его руках. - Заканчиваю, чуть-чуть осталось. – Потянулся Деку, вытягивая руки и разминая их. – Ты не поранилась? – беспокойно спросил мальчик, глядя на то, как девушка держалась за руку. Та передержала небольшую паузу, уведя взгляд. – Переусердствовала с причудой. – сразу понял тот, на что Хана просто молча кивнула. Он серьезно и хмурясь посмотрел на нее.

***

Деку прислонился к косяку двери, сунув руки в карманы и оглядел ее. Она сидела на кровати, откинувшись на подушку и прикрыв глаза. Волосы спутаны, под глазами темные круги, кожа бледная, почти болезненная. Правая рука… ее не было. Только пустой, аккуратно подвязанный рукав. Он вздохнул и шагнул ближе, явно обеспокоенный ее состоянием. - выглядишь ужасно. – Она устало приоткрыла один глаз. - Приятно слышать. - Я серьезно. Я слышал что на восстановление уйдет как минимум 2 недели из-за того что ты переборщила с причудой. Почему ты так не жалеешь себя? - Всё нормально, все равно рука скоро отрастет. – отмахнувшись пробормотала она, прикрыв ладонью место где заканчивалась оторванная конечность. Он стиснул зубы, стараясь не шуметь в палате, однако все равно не мог полностью сдержаться. - Ты вообще себя слышишь? Что тут "нормального"? Твое тело не справляется с нагрузкой! А если она не отрастет? Как можно было довести до такого ослабления сильную причуду. - Пожалуйста, я устала. Не хватало только, чтобы какая-то мелочь нравоучала меня. – от восклицания веснушчатого она болезненно схватилась за голову. Девушка открыла глаза, и изможденно посмотрела на него. Она сама была не в восторге от этой ситуации и Изуку это заметил, но это вызвало у него еще больше вопросов. Он шагнул ближе и присел на край кровати, глядя прямо на нее. - Я ведь не просто так спрашиваю... Я волнуюсь за тебя, и.. почему ты так упорно этим занимаешься? – Хана была одной из немногих, чьи мотивы он не мог понять. Почти каждый день он по несколько раз за свое дневное нахождение в подвале встречался с ней и перекидывался несколькими фразами, после чего та снова отправлялась за следующей жертвой. Она всегда пропадала на заданиях и лишь изредка наведывались в бар, чтобы расслабиться. Девушка не была жестока как другие злодеи и могла спокойно найти общий язык с любым, как и в случае с Деку. Он искренне не понимал такой самоотверженности столь жестокому делу. Ей вполне было достаточно раз в пару дней приводить нескольких заключенных, однако та постоянно перевыпоняла норму и всегда пропадала в поисках новых жертв. – Зачем снова и снова идешь на эти задания, даже когда явно не тянешь. – любопытсвовал зеленоволосый, тараторя себе что-то под нос. – Но если ты не хочешь об этом говорить, то я не настаиваю. Она смотрела на него молча. Долго. Сомневаясь и обдумывая, стоит ли говорить. Томно вздохнув брюнетка все таки решилась. - Я просто хочу... мира. Деку, я устала переживать за свою безопасность, думать 'правильная' ли на мне одежда, ловить косые взгляды и волноваться о времени на улице. Просто хочется... – она передержала небольшую паузу, немного задумавшись продолжать рассказывать или нет. – я хочу не бояться ходить по улицам. Не хочу, чтобы другие переживали то дерьмо, что случилось со мной. – Он нахмурился, но продолжил внимательно ее слушать, иногда утвердительно кивая в ответ. – Это не секрет, мне поручено находить людей с сильными причудами, но вместе с этим я убиваю выродков, возомнивших себя безнаказанными. - это... – Деку хотел возразить из-за неправильности таких императивных, категорических действий, но оглядев ее с ног до головы взгляд вновь задержался на отсутствующей конечности. То что он хотел сказать она наверняка слышала и думала об этом не раз и не два. Не найдя ничего путного он проглотил нарастающее негодование и пропустил ее слова мимо ушей. Тихо вздохнув он осторожно спросил. – Просто… зачем тебе это? Разве это не проблема полиции? - Прекрати. Ни слова не хочу об этом слышать. – оскалилась она, сжимая одеяло в руке. – Всем абсолютно наплевать на проблемы что решаю я, твоя полиция даже не посмотрит в сторону таких мелких дел. - Но... Изуку снова собирался возразить, но сразу же замолк, когда та схватила его за горло, не давая продолжить. Она зарычала, едва не переходя на крик - Блядь, хватит! Не все в этом гребаном мире такие же до мозга костей святоши как ты, заткнись и пойми свое ебаное место! Я не от хорошей жизни занимаюсь этим. Ты думаешь мне в кайф рисковать жизнью, чтобы другие не подверглись подобному? Я по твоему для забавы вырезаю глотки насильникам? – Зеленоволосый прикладывал жалкие попытки освободиться из железной хватки, вот только от недостатка воздуха силы стремительно уходили из него. На уголках стеклянных глаз начали накатываться слезы, а изо рта выходил лишь приглушенный хрип. Покрасневший вид веснушчатого заставил ее опомниться и ослабить хватку, отпуская тонкую и хрупкую шею. Он рухнул на пол и схватился за сдавленное горло, жадно глотая воздух. - прости. – кротко проборматала девушка, стыдиво уведя взгляд от мальчика. – я не хочу, чтобы кто-то еще подвергся этому. Я сама прошла через это... но над моим заявлением в участке просто посмеялись и отказались его принимать. Я искала помощи в органах, вот только единственное что мне удалось вынести из всей моей блядской ситуации, так это публичное унижение со стороны 'многоуважаемых' сотрудников. – Мидория продолжал слушать ее откровение, неспешно переводя дух и восстанавливая дыхание. Глядя в грустные голубые глаза мальчику самому стало неловко от этой ситуации, отчего он пристыженно покраснел и медленно встал с пола. История девушки, что та мрачно рассказывала, напомнило ребенку о пережитом в день его прихода в лигу. Он как никто другой понимал ее чувства, которые она постоянно сдерживала и что так неожиданно вырвались на него волной. Мальчик сочувственно смотрел на нее, пока напряженный рассказ не достиг своей кульминации. Прежде непреклонное суровое выражение лица больше не являлось таковым, а к глазам подступили слезы, медленно стекая по щекам, когда та моргала. Эта сильная женщина, на первый взгляд производившая впечатление хладнокровной и жестокой натуры, казалась в этот момент слабости такой хрупкой. Такой маленькой и беззащитной, давая мальчику заново осознать, что эта злодейка такой же уязвимый человек, имеющий свои страхи и слабости. Что же могло произойти, что такой нежный человек мог пойти на такую жестокость, просто чтобы... Защититься? Наскольким должен быть травмирующим опыт, чтобы так сломать человека..? - И ты прости меня. – он оробело пробормотал, понимая то, как сплоховал перед ней. К Мидории резко пришло осмысление ситуации — Это больше не то место, где он мог неаккуратно разбрасываться словами, где мог спорить, что хорошо, а что плохо и высказывать свое важное мнение, за которое он имел возможность отхватить гораздо серьезнее, если бы брюнетка не была сдержаннее других злодеев. – Мне не у кого было надеяться на помощь, кроме альянса. Здесь мне обеспечили укрытие и безопасность, которые я искала. – Но при этом ты подвергаешь себя еще большей опасности. - Деку, я не об этой безопасности говорила. – она серьезно уставилась на него. – Здесь я хотя бы знаю, что я смогу сопротивляться, дать отпор, и это не сочтут за превышение самообороны. В этом месте меня не будет никто обвинять за то что я сама виновата, в том чего не делала. Он немного отстранился, обдумывая ее слова. И ведь действительно, здесь было до удивительного спокойно. Может из-за того, что здесь было не особо много людей, злодеи не интересовались друг другом, но их объединяла одна крыша и они уживались в одном помещении не мешая другим. Они выполняли то, что от них требуется и занимались своими делами, не влезая в чужие. Отбросы не сетовали друг на друга и не осуждали за недостатки, так как имели собственные, из-за которых и находились здесь. - Что? Думаешь это слишком самоуверенно? – во время размышлений мальчик уставился в одну точку, отчего девушка подумала что тот осуждает ее. - нет, – он оторвался от мыслей и облакотился спиной о серую стену, скрестив руки на груди. – я... Не посмею осуждать тебя или что-то в этом роде, просто.. – он продержал недолгую паузу, смотря в глаза собеседницы, а после на ее повреждения. – Будь осторожнее в следующий раз и давай себе время на отдых. Я не хочу, чтобы ты в следующий раз не вернулась. – Изуку слабо улыбнулся, чтобы снять напряжение между ними, Хана кивнула и в ответ тоже еле заметно подняла уголки губ. "Насильники значит..." Подумал Изуку, вспоминая ее слова. Он не совсем чтобы был удивлен, даже догадывался об этом, ведь у всех заключенных была какая-то общая черта, связанная с насилием, однако ее слова, подтверждающие это, заставили его слегка стушеваться. – ..И среди них часто встречаются герои... – еле слышно прошептал зеленоволосый, сжав руки в кулаки. Он покачал головой. Это не ушло от ее острого слуха, из-за чего она негромко усмехнулась - Что? Неприятно от осознания? Он поднял голову и посмотрел в потолок, откуда горел яркий ламповый свет. Такой теплый и такой недосягаемый. Одновременно дарящий тепло, но в то же время такой бесчувственный. Но это же обыкновенный свет. Он просто озаряет комнату, не более. Мидория отмахнулся от глупых мыслей и встал в дверном проеме, не оборачиваясь к ней. - Отдыхай, я принесу тебе что нибудь перекусить.

***

Он серьезно и хмурясь посмотрел на нее. - Ничего не говори, и так знаю. – девушка устало прошла мимо, слегка прихрамывая. Ему оставалось только промолчать и продолжась смотреть ей вслед, надеясь на сокращение количества подобных ситуаций. Поежившись он дописывал очередную причуду. Закончив с работой Деку вернулся к себе в комнату, где его ждал Томура, играющий в привычную игру и сидя, согнувшись в три погибели. Он постоянно жалуется на боли в спине, Изуку на такие жалобы лишь закатывал глаза и тихо посмеивался. - Закончил? – спросил Томура, не отрываясь от экрана. - Ага. – Кинув ему на стол блокнот Деку устало плюхнулся к себе на кровать. Перевернувшись на спину он оглядел подростка, который перезапустил игру из-за очередного проигрыша. – Слушай... – Тихо начал Изуку, надеясь на то, чтобы в этот раз он ответил на его вопрос. – Почему я этим занимаюсь? – в ожидании ответа затих зеленоволосый, на что сидящий рядом Томура вздохнул. Он не в первый раз слышал этот вопрос от веснушчатого, однако отвечать на него он не спешил. Изуку уже хотел было лечь спать после тяжелого дня, однако повернулся на шорох за спиной. Шигараки нехотя приподнялся и раскрыл дверь, жестом указывая подойти к нему. - Если так сильно интересно, то пошли.