Корейский

      Лэнс спокойно шел в сторону лаборатории Уолтера, размышляя о прошедшем задании. За последнее время ему стало привычно использовать менее травмоопасные средства, хотя привыкнуть было не так просто. Но шпион способен приспособиться ко всему. Хотя привыкнуть к Уолтеру оказалось гораздо сложнее, чем к новым устройствам. Потому что этот парень — кладезь неожиданных фактов и вечного шума. Он постоянно говорил обо всем, что только приходило ему в голову, кроме того времени, когда его просили помолчать или он был занят разработкой новой формулы или безопасной техники. Но по большей части он постоянно болтал. Причем обо всем. Самое удивительное, что Лэнсу было интересно за всем этим наблюдать и слушать парня. Он поймал себя на мысли, что ему тяжело без этого вечно болтающего парня, он хочет быть с ним как можно ближе... Неужели он влюблился? Да не. Бред. Невозможно... Да даже если и возможно, тот никогда не ответит на его чувства.       Агент видел, как парень смотрел на пары в дорамах, отчего приходило осознание невозможности быть вместе с ним. Он ему не светит. Но проводить время вместе с парнем он мог и был очень рад этим моментам. И после сложных и опасных миссий он старался вернуться как можно скорее, чтобы увидеться с Уолтером.       Вот и сейчас после тяжелой миссии он хотел обнимашек, которые стали нормой после нескольких дней с Уолтером. Зайдя в лабораторию, он посмотрел на ученого, что смешивал какие-то химикаты. Постучав по косяку двери, он тут же наткнулся на невероятно серьезное выражение его лица, но, узнав посетителя, тот радостно улыбнулся и, поставив пробирки на места, пошел на встречу мужчине, попутно снимая перчатки и халат. Повесив их на ближайший стул, он выпалил:       — 안녕 내 사랑, — и, радостно улыбаясь, обнял агента, который встал в небольшом ступоре, но быстро ответил на его объятия. Слишком долго он их ждал.       "Привет, моя любовь?" – подумал мужчина, пытаясь понять, что Уолтер имел ввиду, но мысли в его голове скакали, не находя ответа. В конечном счете он решил уточнить, что именно тот имеет в виду.       — Эм… Уолтер…       — Прости, я недавно начал изучать корейский, чтобы смотреть дорамы в оригинале, — перебил парень, но, подняв голову на напарника, покраснел и быстро отвернулся к своей работе. — Я почти закончил, но, боюсь, придется остаться тут до утра для проверки данного эксперимента.       — Оу, понятно, — кивнул Лэнс. А про себя он подумал: "Лжец. Но какой же ты милый." Придумав небольшую хитрость, он посмотрел на парня, чуть прищурившись. Благо тот стоял к нему спиной и не видел его хитрой улыбки, иначе бы точно что-то заподозрил. — А можешь перевести то, что ты мне сказал?       — Ох, я сказал: «Привет, как ты?» — проговорил Уолтер, пряча покрасневшее лицо. Заметивший это Лэнс кивнул, про себя отмечая, что парень ну совсем не умеет врать, но рассказывать ему пока он не собирался. Посмотрим позже, к чему это приведет. А пока, подойдя к диванчику, он расположился поудобнее и продолжил, как ни в чем ни бывало.       — Понятно. Не беспокойся, все прошло отлично. Рассказать о миссии?       — Да, конечно! — обрадовался Уолтер, ставя пробирку рядом с собой для дальнейших наблюдений, но постоянно переводя взгляд на агента.       Правда, надолго его не хватило, и Лэнс уснул, так и не дойдя до конца повествования. Уолтер же достал из шкафа плед и, накрыв мужчину, присел рядом, рассматривая каждую черточку на любимом лице. Вот только долго полюбоваться чуть уставшими чертами дорогого человека он не мог, поэтому вернулся к своему эксперименту. Не стоит оставлять его без присмотра.

****

      Утром Лэнс проснулся достаточно поздно, но он увидел, как Уолтер убирает получившееся зелье в шкаф и запирает его на специальный ключ. Повернувшись, тот мягко улыбнулся, на что Лэнс сразу осмотрел себя на наличие всех конечностей и отсутствие лишних деталей. Однажды он так уснул нормальным, а проснулся котом. И нет, это произошло не в лаборатории, а дома у Лэнса.       Да, да. Уолтер поселился у Лэнса до тех пор, пока его дом не будет восстановлен, но на это потребовалось гораздо больше времени, чем они думали.       Знаете, жить с человеком, который тебе нравиться – это прекрасно… Но когда он — ученый, взломавший геном человека и совершенствующий свои наработки, и живёт рядом с тобой, поневоле будешь вздрагивать при виде его улыбки. Особенно, когда ты знаешь, что такая улыбка появляется при сработавших экспериментах. А когда он еще и редкостный трудоголик, который может остаться на ночь или даже несколько в лаборатории для проверки своего научного труда, просто озвереешь. Так что после завершения рабочего дня Лэнс заходил в лабораторию и забирал парня домой. И вчера собирался сделать то же, но плюсом лечь в кровать и уснуть с ним в обнимку со спокойной душой. Но немного не получилось. И агент собирался выполнить задуманное сегодня вечером.       Вечером после сдачи отчетов Лэнс проклинал бумажную волокиту, из-за которой он задержался на целый час! Дойдя до нужных дверей, он зашел в лабораторию и тут же заметил Уолтера, который во всю что-то писал в тетради. Подойдя ближе, он услышал как Уолтер разговаривал сам с собой на корейском, но при этом добавлял в некоторых фразах английские слова. По всей видимости, это были расчеты очередной формулы. Немного подумав, Лэнс подошел к парню и, взяв его за ворот рубашки, поднял и понес на выход. Если он помедлит, то, во-первых, сам снова уснет на диване под его бормотание, которое действует на него как снотворное, а во-вторых, парень определенно заснет за столом. А это крайне вредно и опасно, учитывая то, как он вертится во сне. И количеству колб с химикатами на нем.       Оба уже привыкли к такому типу передвижений, и Уолтер даже в таком положении умудрялся продолжать писать оставшиеся расчеты. Правда, первое время он еще пытался спорить, но в конечном итоге сдался. Тем более, что окружающие тоже уже привыкли смотреть на лучшего мужчину агентства, несущего разработчика его оружия и лучшего друга. Дойдя до машины, мужчина открыл двери пассажирского сидения и, усадив парня, пристегнул ремнем безопасности. После сел сам и направился домой.       Сидя в машине, Уолтер произнес, не отрываясь от расчетов: — 나를 데리러 주셔서 감사합니다,사랑.       — Уолтер, раз говоришь на другом языке, будь добр и переводом меня одаривай. Я же языка не знаю, — слукавил мужчина, улыбаясь про себя на то, как парень называет его, причем совершенно не стесняясь. Сказывается то, что ученый думает, будто он не знает языка? Да, скорее всего именно так.       — Говорю, спасибо, что забрал с работы, — покраснел ученый, отворачиваясь к окну и откашливаясь, пытаясь прочистить горло от внезапно образовавшегося кома. Ему не особо нравилось врать, но сдерживать эмоции он больше не мог. Хотелось хотя бы таким образом признаться в своих чувствах.       — Пожалуйста. Ну что, глянем новую дораму? Она не так давно вышла, и, думаю, тебе она понравится, — улыбнулся Лэнс, отмечая про себя, что глаза парня загорелись еще ярче, чем раньше.       Когда они наконец приехали домой, Уолтер сам вышел из машины и стал дожидаться, пока мужчина приблизиться, чтобы вместе направиться домой. В квартире было немного неубрано, но мужчина на это только закатил глаза. Сколько Уолтеру не напоминай, ученый в любом случае забывал убирать вещи на место и создавал беспорядок. Но это также приносило больше жизни в квартиру.       Добравшись до гостиной, где стоял огромный телевизор, Лэнс удивленно поднял брови вверх. В отличии от других комнат, тут было действительно чистоти никаких намеков, что тут кто-то появлялся. Посмотрев на соседа, Лэнс не стал задавать вопросы. Сколько он не показывал мальчишке телевизор, сколько не доказывал, что смотреть на нем дорамы гораздо удобнее и интереснее, переубедить его не смог. Тот продолжал пользоваться своим ноутбуком, оправдываясь, что там все уже и скачано и внесено в избранное.       Принеся самое необходимое для совместного времяпровождения перед телевизором, они устроились на диване. Мужчина подтянул Уолтера к себе на колени, и, заметив его краснеющее лицо, ухмыльнулся. О, как он обожал его смущать! А теперь, когда он уверен в его симпатии, отступать точно не будет.       — Уолтер, можешь еще немного поговорить на корейском? Мне очень нравится, как звучит твой голос, — проговорил мужчина, желая насладиться его признаниями в любви, но получил совсем не то, что ожидал.       — Да, конечно… 넌 정말 잘생겼어! — с радостью отозвался ученый, тут же отворачиваясь в сторону, пытаясь скрыть смущение.       — С переводом, друг мой, — усмехнулся агент, щелкая пультом для настройки телевизора. Пусть это и не то, но ему все равно было приятно от услышанного. — Я же не знаю этого языка.       — Эм, это значит: «Ты невероятный агент» — проговорил парень, отворачиваясь от мужчины.       «Уолти, ты не умеешь врать… Но интересно, ты действительно меня любишь?»       — Кстати, мы будем досматривать старую или возьмемся за новую? Я так-то не против продолжить просмотр, а затем перейти на следующую. Что скажешь?       — Я только за! Конечно! 랜스, 너무 사랑해!       — Уолти, перевод, — проговорил мужчина, стараясь сдержать дрожь от его слов. Слышать такое признание было до невозможности приятно, но раскрывать все карты сейчас он не собирался. Не тот момент. Еще очень рано. Но терпение уже на исходе...       — Лэнс, ты просто супер!

****

      При просмотре дорамы Лэнс прижал парня к себе поближе и прикрыл глаза, расслабляясь. Уолтер же перевел на него свой взгляд и, положив голову на плечо, рассматривал напарника. Это было нормой, но каждый раз был как первый. Возможность рассмотреть лицо лучшего агента в такой близи было возможно только ему. Он знал, что является единственным, кто видел спящего Лэнса в таком положении, и был очень этому рад. Ведь возможность находиться к своей любви настолько близко было пределом его мечтаний. А когда этот идеал еще и обнимает тебя за талию, прижав к себе поближе... Учёный покраснел, но отворачиваться не стал. Пока Лэнс не видит, можно и пофантазировать, смотря прямо на любимого. Сколько раз он представлял, что Лэнс ответит на его чувства, представлял, как они будут целоваться под дождём, как в его любимой дораме... Или улягутся у камина, и, пока мужчина смотрит на огонь, он прижимается к его груди, вдыхая его аромат...       Он настолько уплыл в свои мысли, что не заметил, как начал шептать на корейском.       — 나는 당신을 사랑하지만 당신은 그것을 모를 것입니다. (Я люблю тебя, но ты этого не узнаешь.)       — 그리고 내가 알아 내면? (А если все-таки узнаю?) — спросил Лэнс, открывая глаза и смотря в глаза напуганного парня, который стремительно побледнел и дёрнулся в, казалось бы мягкой хватке, после чего попытался сбежать, но агент пресек эту попытку, крепко сжав парня в объятиях, и повернул его к себе, взяв за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. — Что ты теперь будешь делать?       — Ты же говорил… — пробормотал ученый, зрачки которого в панике метались по глазным яблокам и смотрели куда угодно, кроме лица агента.       — Я же шпион! — хмыкнул мужчина, словно в этом не было ничего такого. — Естественно я знаю некоторые языки, с которыми приходиться работать. И корейский один из них.       — Прости… Прости, Лэнс! — в панике забормотал ученый, пытающийся найти выход из сложившейся ситуации. — Я… Я уеду!       — И куда ты собрался уезжать? — спросил мужчина, крепче приживая парня к себе. Такое положение вещей ему совсем не понравилось, но до него быстро дошло понимание ситуации. Уолтер просто не понял, что его чувства не безответны, и потому паникует. Он уже собирался сказать об этом, как его перебил резко осипший голос, в котором проглядывали нотки грусти и слез.       — Лэнс, я понимаю насколько я тебе теперь противен, и… Понимаю, что тебе противно находиться рядом, но ради всего, что было, давай я просто уволюсь и уеду…       — Я спросил, куда ты собрался уезжать? — тверже переспросил мужчина, чуть меняя положение руки, чтобы ученый не выскользнул из хватки. Хотя конкретно сейчас он уперся своими руками-макарошками в плечи агента, старясь отодвинуться, но все что он смог — отвести глаза в сторону окна.       — Куда подальше, чтобы не нервировать тебя…       — Пока что меня нервирует только твоя попытка сбежать от меня. Но знаешь, я не позволю тебе это сделать.       — Лэнс, пожалуйста… — прошептал Уолтер со слезами на глазах. Он был уверен, что стал противен человеку, который ему невероятно нравиться, и от этого становилось горько на душе.       Переведя руку с подбородка на затылок, Лэнс зарылся в рыжие кудряшки и притянул парня к себе, накрывая его губы своими. Уолтер заморгал, пытаясь понять, что именно сейчас происходит, а осознав, открыл рот, собираясь что-нибудь сказать, чем мужчина сразу же воспользовался. Он проник языком в его рот и, пройдясь по кромке зубов, пробрался дальше, исследуя нёбо и язык ничего непонимающего парня. Он провел своим языком так уверенно и нежно, что ученый буквально задержал дыхание, стараясь насладиться поцелуем. Когда воздуха стало не хватать, мужчина разорвал поцелуй, смотря на ошарашенного парня, который тяжело дышал, все еще не веря в произошедшее. Две дорожки слез блестели на его щеках, и Лэнс перевел ладонь на щеку, медленно поглаживая её и попутно вытирая остатки слез.       — Это… Ты… Но… — бормотал парень, буквально тая от нежности, которая исходила от любви его жизни.       — Я люблю тебя, Уолтер. Это все объяснение. — сказал мужчина, смотря на парня.       — Правда? Ты не шутишь?       — Нет, Уолти. Не шучу. И я никуда тебя не отпущу. Можешь даже не мечтать.       Вместо ответа он обвил руками шею агента и прижался к нему, не находя слов для дальнейшего разговора. Да они и не были нужны.