«Экспрессо» или как получить по лицу в кофейне.

— Нет, парень то он неплохой, просто до одури глупый, — Янян редко распинался о чём-то или ком-то столь красноречиво. Удивительно, что он вообще знал такие слова на корейском. В последний раз он распылялся неподдельной злостью только когда его двоюродный брат, Квак Джисок, заходил в кофейню в качестве срочной помощи и навернул кассовый аппарат. — Он приходил сюда раз пять. В первый раз он извинился, потому что не знал, что у нас альтернативная кофейня. Но «экспрессо» и «латтэ'» на прошлой смене меня убили, Тэн. Я ему чуть холдером в лицо не врезал. — Но на выходных ты говорил, что он милашка! — подловив друга на слове, Тэн улыбнулся и по-кошачьи сощурил глаза. Наверное, это самая яркая черта его лица — любым движением мимики напоминать кота. Во время внепланового перерыва, когда в кофейне совсем никого не было, парень сидел на высоком стуле и не совсем удобно подпирал голову рукой: пришлось нагнуться и упереться локтями в кухонную тумбу, но при этом изловчиться и не уронить высокие стеклянные банки с кофейными зернами. Они стоят лишь для красоты, бобы из них работники кофейни совсем не использовали, однако разбить одну такую банку, а потом собирать по полу мелкие зёрна не хотелось. Потому Тэну приходилось смотреть за каждым своим движением. Лучше уж смеяться над неуклюжим Лю Яняном, чем быть на его месте и стоять с растерянным видом перед директором кофейни. С ним вообще не хотелось пересекаться лишний раз. Любой самый ненормальный клиент будет куда более приятным собеседником, чем он, но говорить об этом вслух не стоило. — Заткнись! Не говорил я такого! Пришёл подменять Хендери — так помоги и разложи сэндвичи на витрину! — строго указав на Тэна железной стороной холдера, Янян вновь повысил голос. С темы он явно хотел «свинтить», понимая, что язык ему точно не друг, ведь всякий раз Лю говорил либо странные откровенные вещи, либо произносил звонкое «щибаль» при гостях, когда холдер или мерная чашка падали ему на ногу. Нет, бариста он был хорошим и как никто другой готовил авторские экспериментальные напитки с кучей сиропом, посыпок и подсластителей. Просто Янян, мягко говоря, неуклюжий, а больше своих котов Тэн любил только смеяться, особенно над младшенькими с работы. Обычно, в кофейнях всегда работают ребята помоложе: студенты, подростки, те, кто только закончил учёбу и не нашёл себя. Так что всем коллегам Тэна едва ли было за двадцать. Янян вот отчислился с первого курса немецкой лингвистики — ему всего девятнадцать. А Тэну двадцать семь, он распрощался с мечтой в двадцать, переехал в другую страну, завёл трёх котов на съёмной квартире и работал в этой кофейне почти второй год, став мамочкой для стажеров. В девятнадцать он представлял будущего себя иначе. Уж точно не симпатичным, но одиноким тайским геем, да к тому же кошатником. Тот ещё набор стереотипного работника кофейни. И смешно, и грустно. Целый пласт для шуток от Яняна, за который он получил бы по вздёрнутому носу. Тэн знал кофейню наизусть: в каком углу чаще всего скапливается пыль, какие книги стоят на сквозных стеллажах между столиками у стены, постоянных клиентов он звал по именам и мог заранее предугадать желаемый десерт, вроде веганского тарта с ягодами и сахарной пудрой. И вот в его кофейне впервые появилась такая постоянная беда, что приходила пять раз, но ни один из них не выпал на смену Тэна. Янян мог сколько угодно жаловаться на неизвестного юношу с длинными тёмными волосами, но таец не успокоится, пока не увидит всё сам. Это стало его маленькой целью на эту неделю: познакомиться с несносным феноменом человечества. Сегодня день был довольно тихим. У студентов ещё не закончились пары, и заходили они лишь в обеденный перерыв. Работники ближайших офисов в большинстве своём были весьма закоренелыми и чёрствыми до современных тенденций, вроде веганских кофеен. Их точка была локальной. Это та ситуация, когда знаешь всех клиентов по имени, можешь отбросить рамки корейского этикета и немного поболтать. О чём? О буднях, о книгах, что были в заведении, о новом цветке, что своими лозами тянулся по потолку кофейни и вился вокруг гирлянд. О многом, вобщем-то. Колокольчик на двери тихо зазвенел и Тэн, потерянный в собственных мыслях, не сразу повернул голову. Зато ровно перед ним стоял Янян, явно разочарованно опустивший руки. В следующую секунду он поднял ладони и, будто сдавшись, ушёл в кладовую, оставляя клиента на Тэна. Парень только сейчас увел кисть от подбородка и взглянул в сторону двери. Ему не нужны были слова Яняна, чтобы понять — перед ним стоял тот самый клиент, пришедший в шестой раз. Не нужны были и карты таро, шестые и седьмые чувства: чёрные длинные волосы, почти до плеч, юное лицо с чёткими чертами и немного наивные глаза, полные веры в мир и людей. Действительно, глупый. Но красивый невероятно. Вот чего Янян болтал о нём целыми днями. Тэн даже разомкнул тонкие губы в удивление, но очень скоро пришёл в себя и встал с барного стула, чтобы сделать шаг к кассе. — Здравствуйте. Могу вам чем-то помочь? Посоветовать или подсказать? — взглянув на Тэна за кассой в зелёном фартуке и с забавной заколкой у виска на светлых волосах, юноша захлопал глазами и мило растерялся, глотая все слова, что вмиг рассыпались на языке. Он явно ожидал увидеть Яняна, но никак не Тэна с его лукавой улыбочкой. Он не мог не засмотреться на этого юношу: на его широкую крепкую шею, нос с горбинкой и привлекательные черты лица. Глаза. Больше всего тайца привлекли голубые глаза. — З-здравствуйте... Да, конечно... Можете посоветовать что-то из сезонного меню? — сощуривщись, клиент присмотрелся к бейджу на фартуке бариста, после добавив. — Тэн, поможете мне? — Можете обращаться ко мне на «ты». В нашей кофейне мы часто общаемся с гостями, как хорошие знакомые, так что не стесняйтесь. Вы ведь здесь не впервые? Как вас зовут? — убирая осветлённую жёсткую прядь за ухо, Тэн посмотрел юноше в глаза очень выразительно, и тот не мог оторвать взгляда, будто между ними появилась какая-то химия. Парень нечасто флиртовал с гостями серьёзно, но этот, возможно, студент возбудил в Тэне интерес своим невинным взглядом и лёгким смущением в момент, когда ему улыбнулись. Можно было прямо таки почувствовать, как закатил глаза Янян от данной мыльной оперы. Но так ему и надо. Разве можно угрожать прибить холдером такого милого гостя? — Я... Меня зовут Джуён. Я перевёлся в музыкальную академию недалеко отсюда, и это самая тихая и приятная кофейня на районе. Поэтому я начал ходить сюда, но я, кажется, замучил твоего напарника, Тэн, — имя бариста он добавил с небольшой паузой, будто предпочёл сначала распробовать его на губах и только потом сомкнуть связки в звуке. — Я хочу что-нибудь сладкое. Может, с кокосовым сиропом или стружкой. Есть что-то такое? — И на кокосовом молоке? — подмигивая, Тэн перевел вес своего тела на одну ногу, подгибая вторую. — Это не сезонное меню, но я могу приготовить кое-что для тебя, если дашь мне волю фантазии. — Джуён активно закивал, облизнув и поджав нижнюю губу. Ох уж эти голодные студенты с музыкального отделения! Тэн семь лет назад был почти таким же, разве что не выглядел таким добродушным. Факультеты музыки и хореографии схожи вечной загруженностью расписания с утра до самого вечера, схожи борьбой за кабинеты и танцевальные залы. А ещё репетициями. Бесконечными репетициями, где нет места перерывам. Наверное, поэтому юноша выглядел голодным и смотрел Тэну в спину, пока тот вспенивал молоко и медленно вливал его в эспрессо с сиропом. Воздушную пенку бариста посыпал кокосовой стружкой и маршмеллоу, осторожно поставив бумажный стаканчик перед Джуёном, пока тот всё же отвлекся, рассматривая витрину. Конечно, его мало интересовали сэндвичи с овощами или соевой ветчиной, а веганские тортики казались ему сомнительным удовольствием. Тэн посмеялся и накрыл рот ладонью. — Как ты вообще забрёл в кофейню типа нашей? Ты не похож на вегана, Джуён. — парень старался звучать осторожно: мало ли, вдруг студент подумает, что его выгоняют. Это было совсем не так. Банальный кошачий интерес. — Ты прав. Мне просто понравилось, как здесь всё выглядит, когда я пришёл в первый раз. Правда я немного озадачил другого бариста, когда на вопрос про молоко ответил «обычное», — убрав руки в карманы, Джуён наконец-то отвлекся от витрины с пирожными и выпрямился, уделяя всё своё внимание парню за кассой. — Но банановое молоко оказалось, на удивление, приятным. А вот овсяное мне не зашло. — Мне тоже, если честно, не нравится. Будешь пробовать? — ненавязчиво Тэн пододвинул чашку в сторону Джуёна. Он ничего не сказал, только подцепил её ухловатыми тонкими пальцами и поднёс к губам. И до чего же забавно юноша свёл глаза к носу: Тэн не смог сдержать смех и упёрся руками в рабочий стол. А Джуён, не отстраняя от себя чашку, улыбнулся ему в ответ, но чего чуть не подавился, закашливаясь. Бариста всё больше убеждался в том, насколько он забавный, но немного глупый. Кажется, в этом все очарование нового знакомого. — Осторожнее! — выуживая салфетку из стойки с сахаром, вилками, трубочками и прочим, Тэн плавно потянулся через стол, аккуратно касаясь чужих губ. Джуён шумно поставил чашку на стол и моментально покраснел, тут же потупив взгляд в пол. Складывалось ощущение, будто они оба оказались в сценарии незамысловатой дорамы. Или лакорна, если учитывать национальность Тэна. — Это было вкусно. — сделав шаг назад, Джуён по-детски потёр раскрасневшуюся щёку. Он явно был не против жеста бариста, но был крайне смущён. — Вкуснее, чем у твоего коллеги с розовыми волосами. — в эту же секунду из кладовки раздался глухой удар об стену или полку. Они оба обернулись на шум, только вот Тэн не испугался, представляя забавную картину, как Янян засел в телефон, но резко дернулся, когда его упомянули в разговоре. Наверняка так и было. Вот же шишку он себе набил. И набъет ещё не мало, ведь теперь в телефоне Тэна был номерок красивого постоянного клиента.